Глава 28

Издательство Clever
Издательство Clever

– Господи, какой же я был глупый в далёком детстве, когда мечтал о путешествии по Африке? Мне грезились пальмы, кокосы, крокодилы, львы и ещё пару десятков птиц и животных, которых я видел в зоопарке и мечтал столкнуться с ними на просторах африканской саванны или в самой гуще непроходимых джунглей.

В своём мысленном сафари я прорубался сквозь заросли лиан и выходил на долгожданный берег безбрежного океана, где у самой кромки прибоя лежал заветный экватор – конечная цель моего приключения. Тяжёлыми шагами бывалого бродяги я подгребал к лежащей на берегу огромной стрелке компаса, которая, синим концом, показывала на север, а красным – на юг.

Вонзив в песок свой повидавший разное мачете, я гордо переступал через экватор одним шагом, сменив северное полушарие на южное. После нескольких переходов из верхней половины планеты в нижнюю, усталый и счастливый, я усаживался на этот красно-синий «пуп Земли».

В позе роденовского мыслителя я устремлял свой взгляд на океанскую гладь, где должны были показаться паруса бригантины, спешащей к далёкому берегу за великим путешественником. Наступала ночь, и Южный крест своим кривым перекрестьем точно указывал капитану брига, где он должен искать своего единственного пассажира.

Брезжил рассвет, озаряя кровавым цветом мачты и паруса долгожданного посланца далёкой Родины, ждущей своего героя, чтобы осыпать его поцелуями, одарить игрушками и сладостями, но самое главное, что сама королева готовилась вручить ему широкую ленту с орденом «За самые большие заслуги»…

Пройдя по всему пути своих детских мечтаний, Грэм сбросил с головы мокрое полотенце и, встав с постели, направился к окну. Резким движением, распахнув обе створки, он подставил лицо в надежде ощутить порыв свежего ветра и сделать глоток упоительной прохлады вечернего воздуха.

– Спасибо, Господи, теперь я получил всё, что хотел, по полной программе: и пальмы, и экватор, – из открытого окна ударила очередная струя прогретого, влажного воздуха, обжигая, обгоревшие на солнце щёки. – И даже кипятком по моей глупой физиономии, на десерт. А как сейчас должно быть хорошо дома, в промокшем от дождей Лондоне…

Стараясь развеять томящие тело и душу воспоминания, Уайтхэм поспешил отправиться на прогулку, а заодно и поискать то заветное место, где температура будет более приемлемой для выживания. Выйдя из подъёзда спального корпуса, Грэм остановился в раздумье, намечая возможные маршруты своего вечернего путешествия, которые все, длиннее или короче, вели в сторону океана.

Избрав из всех возможных путей самый протяжённый, ведущий через пальмовую рощу, в которой всегда водились собеседники даже в столь поздний, но свободный от работы час, он направился к намеченной цели – берегу океана.

Ещё издали он услышал знакомые голоса, доносившиеся от одиноко стоящих трёх огромных пальм, раскинувших свои листья-лапы над небольшим пригорком. Уайтхэм хорошо знал, что это излюбленное место Щербакова, обустроившего сей оазис, для чего перетащил под естественный навес пальмовых листьев несколько лежаков с соседнего пляжа.

К огромному удивлению Сергея, всё оказалось гораздо сложнее. Первые дни, после сотворения маленького райского уголка, ему пришлось оберегать его от пляжного спасателя, который, под покровом ночи, норовил вернуть похищенные лежаки на их законное место.

Впрочем, и в этом вопросе Щербаков проявил русскую смекалку. Чтобы прекратить бои местного значения за удержание захваченной им высоты в состоянии необходимого комфорта, Сергей навестил молодого, но очень упёртого и ответственного за пляж спасателя на его наблюдательной вышке.

Время визита было выбрано так, что до конца дежурства, ответственного труженика пляжа, оставалось несколько минут. Приход неожиданного парламентёра отложил уход спасателя со своей вышки, на долгих два часа, после истечения коих, физик вывел «довольного жизнью» собеседника, поддерживая его дружески под руку. Таким образом, мир в регионе пляжа был восстановлен, а договор закреплён «щербаковским коктейлем», но на «горючих» составляющих.

Грэм не хотел нарушать оживлённой беседы, а, возможно, учёного спора Сергея и Криса, чьи голоса доносились из-под низко нависших листьев живого навеса. Осторожно свернув с тропинки, историк направился к толстому стволу пальмы, которая располагалась вблизи от «райка» со спорящими физиками.

Заняв удобную позицию, позволяющую всё слышать, но, при этом оставаться невидимым, Грэм, неожиданно, услышал голос третьего собеседника, точнее, собеседницы, которой оказалась Анни. Последнее обстоятельство делало разговор ещё более интересным и забавным.

Предельно осторожно выглянув из-за своего укрытия, Грэм к огромной радости обнаружил, что время от времени может наблюдать за всей, интересующей его, троицей, без опасения быть замеченным. Судьба щедро дарила ему изумительный шанс понаблюдать, за будущими коллегами по полёту в будущее, из укрытия, чтобы лучше узнать их интересы и привычки…

Оглавление