Эпилог

Letyshops [lifetime]
Letyshops [lifetime]

Люсинда разнежилась под жарким летним солнцем и отложила носовой платок, который принесла из дома, чтобы украсить его вышивкой. Платок был последним из шести, на нем уже было вышито «X», сплетенное с «Л». Оставалось только вышить гирлянду из анютиных глазок. Но Мармелад решил, что ее колени — прекрасное место, чтобы поспать, едва она вдела в иголку первую шелковую нитку.

Люсинда откинулась на подушки и посмотрела из-под зонтика на синее безоблачное небо.

Сопение, послышавшееся от стоявшей рядом с ней плетеной корзинки, заставило ее резко выпрямиться.

— Белдерон, не суй туда свой нос!

Ищейка поджала хвост и, прижав уши, посмотрела на нее.

— Я знаю, ты ничего ему не сделаешь, но я только что его уложила. Учитывая, что и ты, и его отец постоянно тычут в него, чтобы убедиться, что он настоящий, я удивляюсь, что ребенку вообще удается поспать.

Она откинула мягкое голубое одеяльце и посмотрела на крупную голову сына и копну его темных волос. Крепко спящий, он был похож на Хьюго. Люсинда улыбнулась.

Крик, раздавшийся в загоне, заставил Люсинду поднять глаза, она увидела, что София летит через бревно на своем пони. Люсинда вскочила, но тут поняла, что Хьюго крепко держит лошадку за поводья.

Мармелад с неудовольствием посмотрел на нее и пошел, задрав хвост, к дому, без сомнения, на поиски Энни.

Сердце у нее медленно опустилось из горла на свое место. Она наклонилась над Джонатаном Джеффри Хьюго Малбери, новоиспеченным виконтом Лефроем.

— Надеюсь, ты не будешь пугать меня так, когда вырастешь, — сказала она, щекоча его щечку. — Ты уже достаточно напугал своего отца в тот день, когда появился на свет. — Слава Богу, мать Люсинды приехала помочь, иначе бедный Хьюго пустил бы себе пулю в лоб еще до конца ночи. — В следующий раз все будет гораздо легче. Ты хочешь братика или сестричку? — Она погладила себя по животу. — Твоему папе мы пока ничего не скажем, если ты будешь хорошим мальчиком.

— Миледи, — окликнул Люсинду Джевенс.

Она обернулась в сторону дома и увидела, что дворецкий с трудом тащится вниз с террасы, а следом за ним идут трое, один из которых одет в синюю форму с блестящим золотым галуном.

— Это Джеффри, — сообщила она спящему Джонатану. — Целый и невредимый.

Хьюго, должно быть, тоже увидел гостей, потому что оставил Софию на Трента и направился к ним от загона, застегивая на ходу пуговицы сюртука.

— Его светлость герцог Вейл, капитан Армитидж и мистер Артур Доусон, миледи, — доложил Джевенс, подмигнув Люсинде.

— Спасибо, Джевенс. Попросите, пожалуйста, миссис Даннинг через полчаса прислать чай на террасу.

Джевенс поклонился и ушел.

— Леди Уонстед, — сказал Вейл. — Прошу вас, не вставайте ради нас.

Люсинда протянула ему руку.

— Ваша светлость, как мило, что вы зашли. Джеффри, очень рада тебя видеть. Поздравляю с повышением. Я и не знала, что ты в Англии.

— Депеши от Веллингтона. Просит еще оружия и рекрутов. Я налетел на Вейла у штаба конногвардейского полка, и он предложил отвезти меня сюда.

Люсинда послала улыбку апатичному аристократу и заметила в его серых глазах холодную сдержанность с оттенком грусти.

— Очень любезно с вашей стороны, ваша светлость. Сказав, что мы вам рады, я говорю и от имени Хьюго.

— Вы очень любезны, миледи. Помните мистера Доусона? — Его светлость указал на молодого человека с длинными изящными пальцами.

— Мистер Доусон, — кивнула Люсинда.

Мистер Доусон вздрогнул от ее сухого тона. Так ему и надо. Он не вправе надеяться, что будет желанным гостем в ее доме. Он ведь не сдержал слово, данное Хьюго.

Джеффри присел на корточки перед корзинкой со спящим Джонатаном и заглянул в нее.

— Как поживает мой племянник?

— Прекрасно, — ответила Люсинда.

— Здесь у нас нос, которым можно гордиться, Вейл, — сказал Джеффри. — Посмотрите-ка.

Вейл наклонился и кивнул глубокомысленно, хотя и отчужденно.

— Нос действительно выдающийся.

Джеффри пощекотал спящего виконта под подбородком и выпрямился, увидев Хьюго.

— Вейл, — сказал Хьюго. — Армитидж. — Он обменялся рукопожатиями с обоими. Затем повернулся, чтобы поздороваться с Артуром. На этот раз он ограничился кивком. — Доусон.

— Черт побери, Хьюго, — сказал Артур. — К чему такая чопорность?

— Я думаю, пора разрядить атмосферу, — сказал Вейл.

— Атмосфера разрядится, если Доусон уберется отсюда, — отозвался Хьюго.

Артур зло посмотрел на него.

— Выслушайте Вейла, и если после этого вам все равно захочется вышвырнуть меня, будь, по-вашему.

— По-моему, вас нужно бросить в пруд к уткам, — сказал Хьюго.

— Хьюго, — остановила его Люсинда, — не груби. Его светлость хочет тебе что-то сказать.

Вейл поклонился.

— Благодарю вас, леди Уонстед. Ваша любезность потрясла мою смиренную душу.

— Ближе к делу, Вейл. — В голосе Хьюго послышалась опасная нотка, и Люсинда вздрогнула. Нечто вроде небольшой ревности, чтобы оживить кровь.

Вейл едва заметно усмехнулся, словно прочел ее мысли.

— Вы считаете, что это Доусон не удержал язык за зубами и рассказал Денби, где найти леди Уонстед?

— Никто другой не мог этого сделать, — сказал Хьюго, зло посмотрев на Артура.

— Мог, — возразил Вейл. — Я встретился с ней на прошлой неделе. Это некая мисс Эббот. Очевидно, она наткнулась на Денби на Бонд-стрит и совершенно случайно упомянула о некоей способной и пышнотелой лучнице, которая остановилась в доме викария и которая обыграла ее на соревнованиях в Кенте. Денби вцепился в нее, как собака в кость, пока не вытянул все подробности, а потом сел в почтовую карету.

— Я, кстати, не знал, что леди Уонстед переехала в дом викария, — сказал Артур.

— Да, вы не знали. — Люсинда взглянула на Хьюго, который стоял как громом пораженный.

Затем он протянул руку молодому человеку.

— Кажется, я должен извиниться перед вами, Артур. Тот вздохнул.

— Меня это не волнует. — Он пожал протянутую руку. — Я только хочу, чтобы мы остались друзьями. У меня есть замечательные новости. Мой дядя купил мне патент для вступления в армию.

— Что скажет об этом ваша матушка? — спросила Люсинда.

— О, она готовится к свадьбе Кэтрин — викарий наконец-то огорошил ее своим предложением. Надеюсь, когда это произойдет, я уже буду на борту судна, направляющегося в Лиссабон.

— Берегите себя, юноша, — сказал Хьюго.

Артур посмотрел на свои башмаки, потом бросил застенчивый взгляд на Хьюго.

— Я надеялся, что вы дадите мне несколько ценных советов.

— С удовольствием. Пойдемте в библиотеку. У меня там есть карты и мои дневники. И кажется, плащ-палатка. Пойдемте, Вейл?

— Нет, я побуду здесь в обществе леди Уонстед.

Джеффри взял Хьюго под руку.

— Я пойду, если вы обещаете угостить меня одной из ваших прекрасных сигар, которые мы курили, когда я был здесь в последний раз.

— Уж эти мне шурины, — пробормотал Хьюго, хлопнув Артура по спине.

— Итак, — сказал Вейл, когда остальные уже не могли их услышать. — Все хорошо, что хорошо кончается.

Все еще печалясь из-за того, как неверно судила о нем, Люсинда робко улыбнулась ему.

— А что же вы? Нет ли счастливых концов на вашем горизонте?

— Учитывая мою склонность к путешествиям, леди Уонстед, это кажется в высшей степени, невероятным.

— Мы бы не подошли друг другу. Ваш склад ума слишком язвителен для такой мягкой натуры, как у меня. Мне пришлось бы то и дело извиняться за ваши резкие замечания.

Он оправил манжеты, выступающие из рукавов.

— Ах, дорогая леди, не думайте, что я чахну. Совсем наоборот. И кто знает, где мужчина найдет родственную душу. Вряд ли Хьюго, к примеру, когда-нибудь думал, что вы будете жить в его поместье.

— Наверняка он так не думал. — Она улыбнулась, а ее взгляд остановился на широких плечах любимого мужа, который шел мимо желтых роз и пурпурных анютиных глазок. Она смотрела, как он поднялся по ступеням к балкону, шедшему вдоль всей задней стены дома, и подумала — сколько времени пройдет, прежде чем гости оставят их в их синей спальне с пологом над кроватью и новомодной ванной, которая стояла теперь в соседней комнате и была достаточно большой, чтобы в ней могли поместиться двое.

Возможно, герцог и услышал ее счастливый вздох, но не подал виду.

Оглавление