Глава 26

Торкус уверено двигался вперед. Вокруг него простирался вымерший город. Большинство жителей давно бежало из этих мест. Остальные либо пополнили армию одержимых, либо были убиты. Пару раз на него нападали небольшие группы одержимых. Однако нанести какого-либо вреда они не могли. Отряд инквизитора даже не давал им возможности приблизиться. Отвратительных тварей, которых лишь с большой натяжкой можно было назвать людьми, рвали на части молнии, разрезали на части тонкие лучи света такой интенсивности, что на них невозможно было смотреть. После такого тварь обычно распадалась на половинки. Иногда ‘Божественный посланник’ не рассчитывал силу, и вместе с монстром рушился какой либо дом, также располосованный смертоносным светом. Впрочем, Гарвель бы наверняка пояснил, что ни один демон не может жить без разрушений. Для него это такая же жизненная необходимость, как для художника писать картины. И чем выше ранг демона, тем сильнее в нем эта жажда. Не раз и не два прорывавшиеся в реальность высшие демоны творили настоящие ‘шедевры’ разрушения. Если конечно так можно назвать локальный апокалипсис, внезапно обрушивающийся на солидных размеров площадь. Порой куда большую, чем иные княжества. Однако всего этого Торкус не знал. А может и знал. Но приказ Вальмонта был достаточно однозначным. Впрочем, не прикажи Вальмонт так поступить, это ничего не изменило бы. Хоть бывший паладин и следовал доктринам своего ордена, он все же не был дураком. И прекрасно понимал, что если не объединить усилия, шансов на победу не будет. Нет, смерть не пугала фанатичного инквизитора. Куда больше его заботило то, что зло окажется безнаказанным. Этого он допустить не мог. И это — единственное, что заставляло его идти за Вальмонтом. А вовсе не страх быть обвиненным в ереси. Впрочем, сейчас все мысли инквизитора были сосредоточены на выполнении задания. Тем временем, отряд порядком углубился в захваченные одержимыми районы города. Но как это не странно, но нападения на отряд прекратились. Однако Торкуса это лишь еще больше насторожило. Сгруппировав свой маленький отряд вокруг себя, он продолжил движение. Внимательно осматривая улицу, инквизитор двигался в центре отряда. Полупрозрачные фигуры ‘ангелов’ почти не мешали обзору. Однако заметить противника так и не удалось. Напряжение росло с каждой минутой. Шаг за шагом приближаясь к своей цели, Торкус почти кожей ощущал слежку. Однако нападать никто не спешил. Улица Кожевников закончилась Ремесленная часть города была построена по одному проекту еще дедом нынешнего правителя. И больше всего он напоминал три вложенных друг в друга полукруга. В самом центре находились кузни, благоразумно стоящие на самом краю города. За кузнями шли скорняцкие мануфактуры, а уж за ними склады, а за складами селились более ‘тихие’ ремесленники. Запах же царивший на улице скорняков с того момента, как ремесленные кварталы захватили одержимые, стал еще сквернее. Воздух буквально сочился нестерпимой вонью. Зеленоватые клубы испарений отравляли воздух, медленно но верно распространяясь на близлежащие кварталы. Едва оказавшись в этих клубах, Торкус закашлялся от царящей здесь вони. Следом пришло понимание, почему никто больше не нападал. Этот пар был ядовит, и любой человек, неосторожно зашедший сюда, неминуемо погибнет, стоит ему подышать эти воздухом. Однако Торкуса это остановить не могло. Человеком он был лишь внешне. Его усовершенствованный организм был способен выдерживать и более тяжелые условия.

— Не ожидал колдун? Твой труд послужит благому делу. — Зло прошептал Торкус, впервые за многие годы отдавая должное мастерству своего создателя.

— Да, не ожидал! Не смей опошлять мой труд! — Раздался в голове инквизитора знакомый до боли голос. Голос, от которого он порой с криком просыпался по ночам. Инквизитор вздрогнул. Этого просто не могло быть! Колдун, вырастивший его, умер. Умер много лет назад, умер! От руки собственного творенья. Торкус собственноручно размозжил старику череп. Но сейчас он вновь слышал его голос.

— Где ты тварь! Покажись. — Прорычал инквизитор, покрепче сжимая боевой молот. Ответом ему был смех старика.

— Чтобы ты опять убил меня? — Прекратив хихикать, спросил голос. — Убил беззащитного старика! — С укоризной добавил он спустя несколько секунд.

— Беззащитный старик! — Проревел разъярившийся Торкус. — Ты был богомерзким колдуном. Ты пошел против заповедей творца!

— Это было ради науки! — Проскрипел старческий голос. — В этом небыло колдовства! Я лишь доработал то, что создал Он!

— Еретик. — Взревел инквизитор, окончательно теряя контроль над собой. И в следующий миг он увидел сгорбленную старческую фигуру, закутанную в дорогой зепарский халат с чалмой на голове. Обут он был в остроконечные сапожки с загнутыми вверх носками. Реакция Торкуса была почти мгновенной, ярость, струящаяся по венам, прибавила сил, и тяжелый молот отправился в полет. Но старец с легкостью увернулся. Мир в глазах инквизитора стремительно обесцветился, обрел какую-то неестественную четкость. В следующий миг Торкус бросился на старика с кулаками. Двигался закованный в броню гигант настолько быстро, что видно было лишь смазанный силуэт. Но и в этот раз старик устоял, каждый раз он буквально на волосок разминался с закованным в латную перчатку кулаком инквизитора. Несколько минут Торкус вне себя от ярости месил воздух. Однако ослепляющая ярость начала спадать. И спустя несколько минут инквизитор остановился. Тяжело дыша, он глотал ртом воздух. Могучая грудь ходила ходуном. А в голове бывшего паладина стремительно прояснялось. Словно почуяв перемены, старик извлек из безразмерных карманов короткую, но очень острую бритву на тонкой рукояти. Кажется, когда он был жив, он называл ее скальпелем. Показав свое оружие во всей красе, старик двинулся к инквизитору шаркающей старческой походкой. В груди Торкуса вновь зародился гнев. Но теперь все было иначе. Ярость была холодной, той самой, что так опасна в бою. ‘Гнев должен подчиняться тебе так же как тело’ — Любил повторять наставник молодым паладинам, прохаживаясь перед строем своих учеников. И эти слова прочно врезались в память Торкуса. И после выпуска из семинарии эта нехитрая привычка не раз спасала ему жизнь. Вот и сейчас, усмирив ярость, Торкус вновь оценил ситуацию. И итог ему совсем не понравился. Когда старцу оставалось всего несколько шагов, Торкус с ревом рванулся вперед, выхватывая из-за пояса кистень, покрытое серебром оружие тускло сверкнуло в ядовитых испарениях. Вот только вместо того, чтобы в очередной раз ударить по старику, инквизитор выпустил из рук свое оружие. Отправившись в полет, кистень с хлюпающим звуком воткнулся в стену. Следом раздался полный боли нечеловеческий вой. Старец медленно исчез. Но несмотря на это, Торкус не расслаблялся. Одним прыдком преодолев расстояние до своего молота, он рывком поднял его и кинулся к кистеню. Ядовитые пары, касаясь посеребренного оружия паладина, с шипением исчезали. Впрочем, эти тонкие полоски чистого воздуха исчезали с той же скоростью, что и появлялись. Молот не понадобился. К стене был пришпилен ребенок. По крайней мере, был им, пока в него не вселилась потусторонняя тварь. Теперь же безмерно разросшиеся зубыжутко контрастировали с лицом годовалого ребенка. Пара дополнительных конечностей, усеянных шипами, дополняли картину. В более того глаза его были залиты чернильной темнотой с крохотными красными вкраплениями. К тому же, маленький уродец что-то яростно шипел. Впрочем, Торкус почти не обратил на это внимание. Без осбого усилия выдернув кистень за посеребренную цепь, инквизитор добил шипящую мерзость одним ударом. Обтерев свое оружие, измазанное черной кровью, инквизитор вновь повесил его на пояс. Стоявшие все это время демоны молча взирали на своего командира. Втайне все они мечтали, чтобы закованный в проклятый белый металл человек умер. Однако сами приложить руку к этому они не могли, связанные договором с демонологом. Притаившуюся у стены тварь они увидели сразу же. Уничтожать эту мелочь без команды они вовсе не собирались. Куда больше их устраивал вариант, в котором в живых оставалась бы маленькая тварь, а не закованный в серебряную броню гигант. Немного передохнув, Торкус двинулся дальше. Стычка с маленьким монстром ни каплине пошатнула его решимость дойти до конца. Спустя несколько минут быстрого марша по пустым улицам, заполненным ядовитыми испарениями, инквизитор понял, что переоценил свои силы. Дыхание доминиканца стало прерывистым. В груди ощутимо булькало. Торкус закашлялся, прикрыв рот ладонью. Стряхнув капли крови с ладони, Инквизитор невозмутимо двинулся дальше. Однако буквально через пару минут вновь пришлось остановиться. Заполненные кровью легкие не могли обеспечить могучее тело кислородом. Инквизитор попросту начал задыхаться. Однако хладнокровие не покинуло умирающего доминиканца.

— Уфир. — Побулькал он, чувствуя, как сознание погружается во тьму. А следом пришла боль. Уфир-единственный из демонов, кто не желал смерти доминиканца. Но вовсе не из человеколюбия. Ему просто было интересно изучать измененного человека. Получив команду, демонический целитель немедленно залатал легкие инквизитора.

— Мне нужна защита. — Прохрипел, медленно отходящий от жуткой боли сопутствующей лечению. Впрочем, демоны по-прежнему продолжали неподвижно висеть в воздухе.

— Уфир, дай мне защиту. — Скомандовал инквизитор, быстро смекнув, что демонам надо именно приказать. Но и в этот раз Уфир не шелохнулся. Однако Торкуса посетило неясное чувство того, что он на верном пути.

— Уфир, дай мне защиту от яда, разлитого вокруг. — Вновь приказал инквизитор. Реакция была незамедлительной. Вокруг горла доминиканца мгновенно обвилось тонкое щупальце. На миг шею сдавила непереносимая боль. Настолько сильная, что из горла вырвался громкий стон. Плотно обернувшись вокруг шеи, щупальце немедленно проткнуло горло инквизитора, тонкие отростки развернулись внутри, тщательно собирая рассеянные в воздухе частицы яда. Постепенно боль ушла. А тяжесть медленно пульсирующего на горле щупальца перестала ощущаться. Щупальце же с хлюпаньем отделилось от тела Уфира. Торкус постоял, пару мгновений прислушиваясь к себе. Хотя мерзкий запах и не ушел, однако боли в легких больше не было. Да и дышать стало легче. Демон знал свое дело. И тут, похоже, угрозу, исходящую от маленького отряда, оценили по достоинству. Поскольку на продолживший движение отряд покатилась настоящая волна зеленой мути, настолько плотная, что рассмотреть вней что-либо было для человека непосильной задачей. Впрочем, видеть, что именно притаилось за завесой зеленой мути, Торкусу было не обязательно. Он и так прекрасно знал, что там прячется очередная тварь. Покрепче ухватив молот одной рукой Торкус крепко зажмурился, и в памяти всплыли последние воспоминания, инквизитор в дополнение еще и прикрыл глаза ладонью.

— Вспышка! — Скомандовал он громко. Приказ был исполнен мгновенно! Всю округу залили испепеляющее сияние. Настолько яростное, что даже стоящий в воздухе зеленоватый туман почти не смягчал его ярости. Скрытая ядовитой завесой тварь оглушительно заревела. И рев этот был настолько низкий и густой, что издавать его должна была действительно большая тварь.

— Молния! — Выкрикнул следующий приказ Торкус. Впрочем, его голос все равно потонул в оглушительном вое. Однако демонам и этого осталось достаточно. Ветвистая красная молния распорола воздух с оглушительным громом. Многочисленные отростки электроразрядов заполнили улицу от края до края. И воздух сотряс новый вой, еще более громкий, чем предыдущий. Зеленая хмарь стремительно начала развеиваться. И вскоре воздух очистился достаточно, чтобы впереди замаячил смутный силуэт противника. Больше всего тварь напоминала огромного цепного пса, если, конечно, бывают собаки размером с теленка. Вот только отличия на этом не исчерпывались. Пес этот был темно зеленого цвета. И очертания его все время колебались. Более того, из его массивного тела то и дело прорастали дополнительные конечности, отростки, щупальца и сочащиеся зеленой слизью шипы. А туман тем временем продолжал убывать. Кошмарная тварь стремительно втягивала зеленый туман толстым хоботом на спине. И кажется, с каждым моментом она росла все быстрее и быстрее. Впрочем, втянув последний клок зеленой хмари, тварь перестала расти.

— Молния! Молния! Молния! Молния! — Залпом прокричал Торкус. И в демоническую тварь ударил настоящий шквал молний. Из пробитых электрическими разрядами дыр в теле монстра валил густой зеленый дым. Похоже, монстр состоял из него целиком. Поэтому особого урона ей подобные атаки не наносили. Тварь восстанавливалась почти мгновенно. Однако удар такого количества молний ее все-таки обескуражил. А у инквизитора появилось время подумать. Впрочем, немного, поскольку последняя молния ударила в пустоту. Монстр мгновенно обернулся зеленым облаком, вновь заполнив всю улицу. А в следующий миг монстр материализовался уже позади инквизитора. Но, Торкус был к этому готов. Он вообще ожидал от подобной твари чего угодно. А чутье опытного паладина, пусть и бывшего, подсказало, откуда придет угроза. Тупорылую морду твари встретило цевью молота. Но монстра это не остановило. Цевью прошло сквозь морду как сквозь воздух. А жуткие зубы твари впились в закрытое забрало шлема. А в следующий миг монстр взвыл от боли. Серебреный металл попросту развеял клыки и большую часть челюсти. Но, и серебро шлема потемнело от соприкосновения с сотканным из тумана телом твари. Второй такой атаки шлем не выдержит. А быстро смекнувшийчто к чему инквизитор обрушил на голову твари тяжелый, окованный серебром молот. С хлюпающим звуком молот проломил сотканный из тумана череп. Но по прочности он ничуть не уступал кости, хоть и состоял из столь хлипкой на вид субстанции. Впрочем, проломил неверно сказано. Он скорее прожег дыру в черепе. Поскольку от соприкосновения с серебром плоть твари попросту испарялась. Взвыв еще громче, тварь отскочила в сторону. Помотав пробитой башкой, чудовище стремительно зарастило повреждение. Однако, как показалось Торкусу, размеры твари немного уменьшились. Не тратя времени на раздумья, инквизитор сам устремился в атаку. Одновременно выкрикивая команды демонам. На мерзкую тварь обрушился настоящий шквал молний, тонкий световой луч также полосовал монстра, временами обрубая ему конечности, правда, улучитьмомент для атаки демону удавалось нечасто, поскольку яростно размахивающий молотом инквизитор загораживал своей спиной цель. Но отрезанные лучом конечности прирастали почти мгновенно, аэто почти не давало монстру атаковать. Каждый удар инквизиторского молота изрядно уменьшал размеры твари. Утробно рыча, тварь отступила. Тряся зеленой мордой, она внимательно рассматривала своего противника иего заляпанный слизью молот, что так больно жалится. Крохотный разум твари упорно пытался найти уязвимое место и не находил. Торкус же вовсе не собирался давать твари время на раздумья. Перехватив молот поудобнее, он с громким криком рванулся к изрядно уменьшившемуся монстру. И это стало последней каплей. С хлюпающим звуком тварь вновь превратилась в зеленый туман, став почти неуязвимой для молота инквизитора. Но и сама она была не в состоянии повредить противнику. Уфир надежно защищал легкие инквизитора от всех потуг туманной твари отравить свою жертву. Зеленая взвесь вновь заполнила собой весь квартал. Стряхнув с молота остатки налипшей на него зеленной мути, Торкус закинул его на плече. Позвякивая доспехами, небольшой отряд двинулся дальше к своей цели. Впрочем, звон издавали только доспехи инквизитора. Поскольку закованные в броню ангелы, идущие рядом, были не более чем искусной иллюзией. Сквозь зеленоватую хмарь проступали неясные силуэты, стремительно двигаясь, они перекрыли проход. Небольшой отряд инквизитора оказался в окружении. Управляющая одержимыми сущность вовсе не собиралась позволить инквизитору добраться до цели. И теперь, когда все возможные хитрости были исчерпаны, в ход пошла грубая сила. Сотни одержимых демонами жителей города перекрыли путь. Мгновеньем позже спрыгнувшие с крыш твари отрезали дорогу назад. Однако на это Торкусу было плевать, отступать он не станет в любом случае.

— Ну же твари! Подходите! Я не боюсь зла, ибо я сам — ужас врагов рода людского! — Взревел он, впадая в боевое безумие. И уже гораздо тише отдал распоряжение своим союзникам. Уфира инквизитор оставил прикрывать спину, все остальные демоны должны были помочь ему сдержать натиск одержимых.

Услышав крик инквизитора, твари завыли, разноголосый вой, в котором не осталось ничего человеческого, заполнил улицу от края до края. А затем одержимые рванулись в атаку.

— Вспышка. — Выкрикнул приказ инквизитор. Предусмотрительно прикрыв глазазакованными в металл ладонями. И как раз вовремя, поскольку улицу вновь затопило нестерпимо ярким светом, способным выжечь глаза даже сквозь веки. Полный боли многоголосый рев заполнил улицу от края до края. Десятки одержимых демонами людей в одночасье лишились зрения. Однако захватившие их тела твари могли обходиться и без глаз. Идя на отзвуки человеческих эмоций, пропитавших каждый метр города, они вполне способны обходиться без глаз. Впрочем, в этот раз такой возможности у них не было. Такое количество одержимых, собравшихся в одной точке, в одно мгновенье впитали пропитавшие камни мостовой эмоции, лишившись возможности идти на отсвет человеческих чувств. Ослепшие твари на мгновенье замешкались. Но лишь на мгновенье. Поскольку в их памяти прочно засело место, где они в последний раз видели ненавистного человека. Приказ уничтожить инквизитора жег черепа раскаленными прутьями. Боль настолько невыносимая, что проще было погибнуть от удара молота, чем терпеть такие муки, бросила одержимых вперед.

Тяжелый боевой молот запорхал в руках Торкуса словно невесомая хворостинка. Вот только повстречавшись с этой ‘хворостинкой’ противники отлетали на несколько шагов и больше не поднимались. Даже одержимый неспособен двигаться, если его позвоночник размолот в труху ударом тяжеленной чушки, окованной серебром. Утратившие зрение монстры потеряли свою невероятную изворотливость и гибли один за другим. Однако успех инквизитора был недолгим, хотя вскоре все ослепшие твари скомканными куклами устилали мостовую: к инквизитору осторожно приближались новые противники. На этот раз вполне зрячие.

— Молния! — Выкрикнул инквизитор, указывая рукой в ближайшего противника. Воздух тотчас прорезала тугая электрическая дуга. Пробитый молнией насквозь монстр отлетел к стене с огромной дырой в груди. А призванный Гарвелем демон продолжил осыпать противника молниями, повинуясь приказу доминиканца. Электрические разряды собирали обильную жатву, свою лепту вносил и тонкий световой луч Шакса. Однако до эффективности молний ему было далеко. Юркий противник попросту уворачивался от подобных атак, изгибаясь самым немыслимым способом. Впрочем, окружавшие небольшой отряд дома уйти некуда не могли. И буквально после первых минут боя весь район обратился в дымящиеся руины, усеянные трупами.

— Ну же отродья подходите! — Выкрикнул инквизитор, расправившись с очередной волной нападающих. Отхлынувшая было толпа нападавших заволновалась, и добрая сотня смертельно опасных монстров кинулась вперед…

Оглавление

Обращение к пользователям