Глава 29

Синеватые сполохи молний распарывали сгущавшиеся сумерки, освещая пустые дома призрачным синим светом.

— Нам стоит поторопиться, Чернокнижник. — Сказал Вальмонт, разглядывая затянутое тяжелыми грозовыми тучами небо. Сверкнула еще одна молния, но на этот раз инквизитору удалось ее рассмотреть. И била она не сверху в низ, а совсем наоборот.

— Поторопись же, Торкус так долго не выдержит. — Обернулся к демонологу Вальмонт.

— Тебе жалко этого громилу? — Ухмыльнулся Гарвель, не прерывая своего занятия. Сидя на корточках, он кропотливо выводил на камнях мостовой очередной сложный узор. Весь их путь вглубь захваченных одержимыми района украшали подобные магические фигуры. Через каждые двадцать-тридцать шагов Гарвель садился и выводил на камнях мостовой магическую фигуру. Отмахиваясь от вопросов инквизитора, демонолог упорно, раз за разом выводил этот символ, вспарывая камни своим кинжалом. Впрочем, в каждой новой фигуре всегда были небольшие изменения.

— Что ты делаешь чернокнижник? — Очередной раз спросил Вальмонт. Однако Гарвель проигнорировал этот вопрос, выписывая своим кинжалом очередную, причудливо изломанную линию.

— Ты забываешься чернокнижник! — Вскипел инквизитор. Однако и этот выпад Гарвель оставил без внимания, сосредоточенно работая. Наконец, последний штрих был сделан, и магическая фигура налилась призрачным свечением.

— Только благодаря этим знакам нас до сих пор не заметили. И если мы и дальше хотим нанести неожиданный удар, то нам стоит двигаться дальше, а не тратить время на пустые объяснения. — Холодно ответил демонолог, запустив одну руку в сумку. На глазах у изумленного инквизитора сумка зашевелилась, будто внутри кто-то ворочался. А когда Гарвель вытащил руку, из сумки выглянула любопытная мордочка Батора. Звонко тявкнув, он уставился на инквизитора. Сумка вновь задергалась, похоже, непоседе хотелось поскорее оказаться на свободе. Однако горлышко сумки было слишком узким, чтобы он мог выбраться.

— Щенок? Зачем? — Удивился инквизитор.

— Долго объяснять, нужно идти, Твой коллега не продержится долго, даже при поддержке моих наймитов. — Отмахнулся Гарвель, не желая пояснять инквизитору еще и этот факт. Вальмонт и без того знал непозволительно много.

— Хорошо. — Неожиданно легко согласился инквизитор, басовитый раскат грома донесся до слуха инквизитора, пока еще совсем слабый из-за разделявшего их расстояния. Однако в воздухе явно витал дух грозы. Еще один раскат, на этот раз куда ближе, прокатился над головой инквизитора. Любопытная мордочка Батора, прижав уши, юркнула обратно в сумку. Оттуда до слуха демонолога донеслось тихое жалобное поскуливание.

— Ну-ну, все хорошо, малыш, никто тебя не обидит. — Прошептал Гарвель, однако его слова заглушил новый раскат грома. Однако скулеж из сумки прекратился, вместе с мелкой дрожью. Похоже, Батор услышал слова своего новоприобретенного хозяина, и они его успокоили.

— Как это возможно? Ведь город отрезан от мира. — Спросил Вальмонт после очередного громового раската.

— Неужели ты думаешь, инквизитор, что можно без последствий вырвать из мира его часть? — Вопросом на вопрос ответил Гарвель. Его тело пронизывали мощные потоки энергии. Похоже, Гаал дал-таки обещанное покровительство. Расширившееся восприятие во весь голос кричало о том, что надвигающаяся буря ничего общего со своими обычными товарками не имеет.

— Грядет буря. — Пробормотал демонолог. — Ходу! — Рявкнул Гарвель, ощутив электрический укол. Не глядя на инквизитора, он рванул к ближайшему зданию. Благо крыши да и сами дома были преимущественно каменными. Резкий всполох слепящего света, тонкая плеть молнии, ударившей в нескольких шагах от демонолога. Оплавленная дыра в камнях мостовой, от удара Гарвель покатился кубарем, лишь чудом не раздавив сидящего в сумке щенка. А совсем рядом ударила еще одна молния, вновь отшвырнув чернокнижника от спасительного дверного прохода. С великолепным презрением игнорируя громоотводы, молнии продолжали прицельно бить по закутанной в плащ фигуре. В какой то миг Гарвель потерял ориентиры, спасаясь от бьющих с неба разрядов, он бросался из стороны в сторону, но уклоняться так вечно он не мог. Треща электрическими разрядами, молния достала-таки растянувшееся в прыжке тело демонолога. Ударом страшной силы его швырнуло на мостовую. Едва не потерявший сознание от шока, чернокнижник понял, что не может пошевелиться. Более того от удара несколько ребер похоже треснули, отозвавшись резкой болью в груди. В рассудок медленно заползала паника, заставляя бешено стучащее сердце биться еще быстрее. Быть обездвиженным в такой ситуации — верная смерть. И Гарвель это прекрасно понимал, вот только поделать с этим ничего не мог. ‘Ну, где же инквизитор?’ — Успел подумать демонолог прежде, чем его буквально отшвырнуло с пути очередной молнии. И вновь грохот встретившей на своем пути камень энергии. А та же неведомая сила зашвырнула демонолога в окно стоящего неподалеку дома. Проломив деревянную раму, Гарвель вкатился вглубь комнаты. В груди что-то противно хрустнуло, вызвав новый приступ сводящей с ума боли. Сведенные судорогой мышцы медленно расслаблялись, возвращая чернокнижнику контроль над телом. Опершись дрожащей рукой о пол, демонолог приподнялся. Волны судорог все еще прокатывались по телу, постепенно сходя на нет. Свободная рука скользнула в сумку. В тусклом сумеречном свете амулет, сделанный Хаагом, ярко светился от впитанной энергии. Идея пришла как озарение, недовольно тявкнул Батор, рывком выброшенный из сумки. Следом посыпались магические принадлежности, запасенные Гарвелем за несколько лет странствий. Трясущимися руками чернокнижник перебрал сложенные стопочкой сигилы. Найдя нужный, он положил его отдельно. Сверху на сигил лег святящийся поглощенной мощью талисман. Каменная коробка дома содрогнулась от очередного раската грома. Молнии, не желая отпускать свою жертву, раз за разом били в крышу дома, каждый раз оставляя в ней широкие прорехи с оплавленными краями. Уняв на мгновенье дрожь в руках, Гарвель одним движением заключил сигил с лежащим на нем талисманом в круг. Слова мертвого языка всплыли в памяти. То, что Гарвель собирался сделать, не относилось к демонологии-это было заклятье ритуальной магии. Им пользовались шаманы в тундрах за северными горами, когда требовалось усмирить бурю. И в принципе ничего сложного в этом не было, если есть подходящий сосуд для ‘ярости неба’ и если конечно буря обычная.

— Tempestasabiamaversa! — Прокричал чернокнижник, полоснув ритуальным кинжалом по ладони, полил лежащий на сигиле талисман своей кровью. А в следующий миг его отшвырнуло прочь. Окружающий мир исчез во вспышке света. От грохота заложило уши. А в невообразимой дали содрогнулась от удара колоссальная башня: висящие в воздухе каменные глыбы составлявшие ее контур едва не разлетелись в разные стороны. Едкий дым заполнил комнату. Он лез в легкие, вызывая сухой кашель, слезящиеся глаза после яркой вспышки света и вовсе отказывались смотреть на мир. Даже не пытаясь подняться, Гарвель пополз к тому месту, где должен был быть выход. Жестокий приступ кашля вновь настиг его, жгучая боль в легких парализовала сознание. ‘Интересно, а инквизитор выжил?’ — Промелькнула мысль в гаснущем сознании.

— Как интересно… Латынь? — Голос инквизитора показался Гарвелю настоящей музыкой. Впрочем, ничего удивительного в этом не было: ведь Вальмонт был единственной его надеждой на спасение. Заполнивший помещение дым в мгновенье ока вытек через пробитое окно. Жадно хватая ртом воздух, Гарвель и не думал подниматься, с каждой секундой сознание прояснялось. Осторожно потянувшись через связующий его с фамильяром канал, чернокнижник зачерпнул немного энергии.

— Pollentiaabivita. — Пробормотал Гарвель охрипшим голосом. И тело тут же жадно впитало преобразованную заклятьем энергию. Этого было мало, но боль в сломанных ребрах всеже поутихла. Чувствуя себя опустошенным, Гарвель поднялся. Битое стекло хрустнуло под каблуками сапог.

— Разве это важно, инквизитор? — Спросил чернокнижник, превозмогая боль. Наполненное жизненной силой тело спешно залечивало свои повреждения. Однако платой за это была боль. Впрочем, для того, кому приходилось прибегать к услугам Уфира, она казалась досадной мелочью.

— Что для меня важно, не тебе решать. — Раздвинул губы в усмешке Вальмонт. Демонолог полон загадок и тайн, скрытых даже от него самого. За свою долгую жизнь инквизитор не так уж и часто сталкивался с такими людьми. И каждый раз разгадка приносила ему удовольствие, несравнимое ни с чем иным. Это было одно из тех ощущений, за которыми он гнался всю свою жизнь.

— Ты ставишь своё любопытство выше жизней жителей этого города? — Зло поинтересовался чернокнижник. Все это время он собирал с пола все то, что вытряхнул из сумки парой минут ранее. Вальмонт же в очередной раз поразился невероятной вместительности небольшой с виду сумки. В которую, кроме щенка, и поместиться то больше ничего не должно. Наткнувшись на свернутую в рулон накидку с глубоким капюшоном так же выпавшую из сумки, Гарвель накинул ее на плечи. Наконец, собрав все свои принадлежности, он содрал с себя опаленные остатки выданной инквизитором рясы. Руки автоматически отряхнули привычный наряд, скрывавшийся до этого под рясой. В отличие от обычной одежды, холщовые штаны, укрепленные вставками кожи, и такая же рубаха совершенно равнодушно отнеслись к тому аду, через который им пришлось пройти: сжегший рясу пламень не оставил на их темно-серой поверхности ни следа.

— Неважно. — Дернул щекой инквизитор, отворачиваясь от залитого кровью лица чернокнижника.

— Идем. — Буркнул Гарвель, ковыляя к выходу иобойдя по пути идеально круглую дыру в полу, буквально прожженную высвободившейся энергией бури. Заглянувший в нее инквизитор отшатнулся, побледнев сильнее обычного. Он увидел бездну, настоящую, ту самую, что скрывается под тонкой пленкой земной коры.

— Кажется, молнии били прицельно. — Задумчиво проговорил Вальмонт.

— Поразительная наблюдательность. — Скривился Гарвель в язвительной усмешке.

— Странно, но рядом со мной ни одна молния не ударила. — Проигнорировав выпад чернокнижника, продолжил делиться наблюдениями инквизитор.

— Еще бы. — Буркнул Гарвель, утирая запекшуюся кровь рукавом. Он прекрасно понимал, почему молнии были именно в него. Скорее всего, их целью было все, что хоть как то связано с инфернальной энергией изнанки.

— Надеюсь, буря больше не вернется? — Спросил Вальмонт чуть погодя.

— Не буря, а Буря. — Поправил скрупулезный чернокнижник. — И да, она вернется. И вернется сильнее, чем прежде. — Добавил он тихо.

— Что ты хочешь сказать чернокнижник? — Спросил Вальмонт, оглядываясь на покрытую множеством кратеров улицу. Некоторые из оставленных молниями воронок все еще дымились.

— Следующего раза нам не пережить. — Хмыкнул Гарвель. — Да и всем остальным жителям города тоже.

— Что?! — Опешил инквизитор.

— Не будет больше Гессиона! Что тут непонятного? — вспылил демонолог. Отчего удивление инквизитора переросло в тихий шок.

— Сколько у нас времени? — Тихо осведомился Вальмонт, все еще изумленно глядя на чернокнижника. На его памяти Гарвель впервые проявил гнев.

— Не знаю. — Отвернулся от собеседника демонолог. — В лучшем случае часа два. — Добавил он, проведя в уме нехитрые вычисления.

— В одном можешь быть уверен: до рассвета мы не доживем. — Скривил губы в усмешке чернокнижник после небольшой паузы.

— Обнадежил. — Хмыкнул инквизитор. — И что ты предлагаешь? — Продолжил он, не сводя с демонолога пронизывающего взгляда. От которого любого нормального человека пробирала нервная дрожь.

— С чего ты взял, что я что-то собираюсь предложить. — Удивился Гарвель.

— Иначе ты не был бы так спокоен. — Парировал инквизитор, глядя на демонолога с затаенной усмешкой.

— А почему ты решил, что я не собираюсь сбежать отсюда? — Спросил Гарвель, спокойно выдерживая взгляд инквизитора.

— Возможно, я плохо тебя знаю, но одно могу сказать точно: будь у тебя такая возможность, мы бы с тобой здесь не разговаривали. — Буркнул инквизитор.

— Ну-ну. — Покачал Головой демонолог.

Внезапно земля под ногами содрогнулась с такой силой, что Инквизитор устоял на ногах только благодаря своим способностям, Гарвель же рухнул на спину. Многострадальные ребра отозвались резкой болью, в груди кольнуло. Похоже, обломок ребра пробил легкое. Несколько домов осели в облаке каменной пыли, не выдержав такой нагрузки. Выругавшись, Гарвель вновь пробормотал заклятье жизненной силы. Щедро расходуя вовсе не бесконечную энергию, заключенную в фамильяре.

Едва земля перестала ходить ходуном, инквизитор помог демонологу подняться.

— Ходу. Мы уже близко. — Прохрипел Гарвель, едва его отпустил приступ кашля. Сплюнув последний сгусток крови, демонолог упрямо зашагал вперед. Когда их настиг еще один подземный толчок, Гарвель был уже наготове: вытащенный из сумки камень ярко вспыхнул призрачным синим светом, позволяя своему хозяину устоять на ногах. С каждым новым толчком город вокруг все больше напоминал руины. Целых зданий почти не осталось, рукотворное землетрясение уверенно превратило несколько ближайших районов в поле, усеянное каменными обломками.

— Господи, что она творит? — Бормотал Гарвель, с трудом пробираясь через усеянную каменными обломками улицу. Внезапно толчки прекратились. Каменная пыль медленно оседала на землю. Этому немало способствовал мелкий моросящий дождик, незаметно начавшийся несколько минут назад. Вскоре, когда пыль окончательно прибило к земле, инквизитор с демонологом уткнулись в стену зеленоватого тумана. Такого плотного, что он казался монолитным.

— Что это? — Спросил Вальмонт, поводя рукой перед стеной тумана.

— Шегор. — Нахмурился демонолог.

— Стало быть, еще один страж. — Хмыкнул Вальмонт. Покопавшись в памяти, разум инквизитора обнаружил лишь несколько обрывочных сведений об этой разновидности демонов. Пожалуй, самым правдоподобным из них было то, что эта тварь чрезвычайно опасна. Во всем же остальном книги расходились столь сильно, что не вызывали никакого доверия.

— Обходить его слишком сложно. — Размышлял вслух демонолог.

— А значит, придется драться. — Констатировал Вальмонт.

— Нет. Мы заманим его в ловушку — Ухмыльнулся Гарвель. — И ловить его мы будем на живца.

— И кто же будет приманкой? — Задал Вальмонт риторический вопрос.

— Если тварь увидит меня, в лучшем случае займет оборону, в худшем сбежит, чтоб потом ударить в спину. Хотя шегор и не разумен в привычном смысле этого слова, однако хитрости этой твари не занимать.

— И что мне нужно сделать? — Смирился со своей участью инквизитор. Доводы чернокнижника были слишком весомы, и спорить смысла не имело.

— Представь, что ты паладин. — Усмехнулся Гарвель, сосредоточенно роясь в сумке. Наконец на свет, из, похоже, бездонных недр сумки, появилось несколько сигилов и три вырезанных на костяных пластинках руны. Отцепив от пояса свой ритуальный кинжал, Гарвель вновь начал чертить что-то на камнях мостовой. Впрочем, ничего удивительного в этом не было: все значимые чары так или иначе связанные с демонологией и рунной магией требовали существенной подготовки. Как подозревал инквизитор, эти фигуры были как-то связаны с магическими потоками, пронизывающими мир. Однако так это или у выводимых чернокнижником символов есть какое-то иное значение, Вальмонт не знал. Как впрочем, и большая часть практикующих магов и колдунов. Тем временем, брошенная на мостовую сумка зашебуршилась. Оттуда донеслось приглушенное тявканье. И вот, наконец, из расслабленного горлышка показалась острая мордочка щенка.

— Похоже, сегодня день сюрпризов. — Пробормотал инквизитор, глядя на барахтающегося в сумке Батора. Сидевший в сумке щенок, по определению, не должен был выжить. Вальмонт видел собственными глазами, как Гарвель пару раз упал на сумку. Даже в лучшем случае у щенка должны были быть переломаны все кости. Однако мохнатый непоседа уверенно выбирался из сумки, демонстрируя абсолютное здоровье. Перехвативший взгляд инквизитора демонолог злорадно ухмыльнулся, представив как дотошный инквизитор перебирает в голове сотни вариантов, как щенку удалось выжить, в то время как секрет мало того что прост, так еще и находится у него перед глазами.

— Готово. Можешь начинать. — Сказал Гарвель, преспокойно усаживаясь в центр нарисованной мелом на камнях мостовой фигуры. — И еще этот туман жутко ядовит. — Добавил Гарвель, отворачиваясь от инквизитора. Коротко кивнув, Вальмонт направился прямо к преградившей дальнейший путь стене тумана.

Шегор медленно зализывал многочисленные раны, которые нанес ему закованный в серебряную броню человек с молотом. Впрочем ‘зализывал’- неверно сказано. Он попросту растворял остатки тел, разбросанных в целом квартале, преобразуя мертвую плоть в свою собственную. Однако этого ему было мало. По сознанию монстра прокатилась волнасладостных видений того как он рвет живую дымящуюся кровью плоть, жадно впитывая льющуюся из жертв жизненную силу. Пряный аромат их страха, уже будоражит чувства, давая ощущение превосходства и новые силы. Однаковновь принимать плотную форму и искать себе жертву он не собирался — в памяти, все еще слишком живы кошмарные ощущения от соприкосновения с проклятым металлом. Внезапно шегор ощутил, как нечто проникло в его заполнившее несколько кварталов тело. Сконцентрировавшись, он переместил свое сознание туда. Два мутно зеленых глаза повисли в воздухе, наблюдая за одетым в рясу человеком, неторопливо бредущим по улице. Встреча с закованным в броню человеком напомнила твари, об осторожности, заставив потерять сладостное ощущение неуязвимости. Десятки новых глаз, сотканных из зеленоватого тумана, провожали шагающего по дороге человека немигающими взглядами. Спустя пару мгновений шегор понял, почему человек не падает на землю, тщетно пытаясь вдохнуть воздух сожженными ядом легкими. Тело закутанного в рясу человека обволакивала тонкая пленка чистого воздуха. А все частички шегора тщательно фильтровались, перед тем как воздух попадал в легкие. Зачатки интеллекта, которыми обладал шегор, быстро пришли к выводу, что перед ним маг. Но, похоже, довольно слабый, иначе давно бы уже догадался, что в воздухе распылен вовсе не обычный яд. Тому факту, что от человека вовсе не пахнет магией, монстр не придал значения. Выждав еще немного времени, тварь приготовилась к атаке.

Вальмонт устало брел по превращенной землетрясением в руины улице. Спотыкаясь об обломки домов и мусор, устилавший мостовую инквизитор тихо, вполголоса ругался. Уставший за полную бессонных ночей неделю, разум отказывался испытывать хоть какие-то эмоции кроме вялого любопытства, когда перед глазами проплывала очередная тайна демонолога. Вопросов к нему накопилось уже столько, что Вальмонта так и подмывало допросить его на дыбе. Впрочем, с этой мыслью инквизитору все равно пришлось расстаться: он вовсе небыл уверен, что от столь могущественного чернокнижника чего-то можно добиться пытками. Да и не стоило терять столь ценного союзника- со временем все и так проясниться. Рано или поздно инквизиция все равно узнает ответы на все интересующие ее вопросы. Вот только надо выбраться из этого превратившегося в ловушку города, где еретические культы проникли столь глубоко, что стало возможно такое. Вальмонт обвел покрытые зеленоватой слизью руины. ‘Вот до чего может довести ересь’ — Горько подумал инквизитор. ‘Принести в жертву целый город ради чего?’ — Задавался вопросом инквизитор. От этих мыслей в душе медленно закипала злость на недоумков, играющих с такими силами.

Шегор, тем временем, стянул в этот квартал большую часть своего тела. По сути, ядовитый зеленый туман остался лишь в радиусе ста метров вокруг инквизитора. И то, только потому, что тварь не хотела раньше времени вспугнуть свою жертву. Полупрозрачное пока тело беззвучно соткалось позади замершего в ожидании, чего-то только ему понятного, человеком. Зеленоватая муть сплошным потоком втягивалась в тело твари, делая его все более плотным. Несмотря на то, что шегор мог перейти из формы в форму буквально за пару мгновений, сейчас он не торопился. Мгновенное исчезновение тумана могло насторожить жертву. Наконец, монстр стал вполне весомым, туманная в прошлом плоть превратилась в каменно твердую зеленую шкуру. Огромная пасть, заполненная сотнями острых как бритва зубов, приоткрылась, готовясь впиться в сладкую плоть, неосторожно забредшего сюда человека. Мощные задние конечности напружинились, до прыжка оставались считанные секунды. Внезапно ощутившая что-то жертва обернулась. Однако остановить смертоносный полет могучего тела уже ничто не могло. По крайней мере, шегор в это искренне верил…

Оглавление

Обращение к пользователям