Глава VII

— Целительницей? — вытаращил глаза Львенок. — Зачем?

— Служить своему племени могут не только воины, ясно? Есть и другие пути! — огрызнулась Остролисточка.

— Ты шутишь! — недоверчиво протянул Львенок, и в его голосе вместо ожидаемого Остролисточкой осуждения прозвучало искреннее недоумение и огорчение. — Но ведь если ты станешь целительницей, то будешь день и ночь возиться с больными в лагере, вместо того чтобы бегать по лесу, охотиться и сражаться!

Но Остролисточка не хотела слышать о том, чего она должна будет лишиться.

— Ты лучше подумай о том, сколько я всего узнаю! — заявила она. — Я выучу все-все целебные травы, буду разбираться во всех болезнях и разговаривать со звездными предками! — она пытливо уставилась на брата, пытаясь заставить его понять всю выгоду ее будущего положения. — Что может быть прекраснее этого?

— Драться с племенем Теней! — не задумываясь, ответил Львенок.

— Зато я буду видеть вещие сны, как Листвичка и Ивушка!

— Ты и так их видишь, — ехидно замурлыкал Львенок. — Сны о колючих ежах!

— Пустоголовый болтун! — с напускным гневом пискнула Остролисточка. Потом подскочила, опрокинула брата на землю и принялась колотить его лапами.

— Чем это вы тут занимаетесь? — строгий голос матери заставил Остролисточку похолодеть от страха. Львенок торопливо выкарабкался из ее лап, и оба котенка пристыженно уставились на Белку. — Если вам нечем заняться, кроме как поднимать пыль возле добычи, отправляйтесь в детскую!

— Но я еще не поела! — попробовала возразить Остролисточка.

— Значит, возьмешь еду с собой, — отрезала Белка. — И для Тростинки захватите кусочек.

Остролисточка терпеть не могла есть в детской — на свежем воздухе добыча казалась ей гораздо вкуснее. Однако спорить она не посмела, тем более что мать, отвернувшись от них с Львенком, уже смотрела на Терновника, дремавшем в тени Каменного карниза.

— Надеюсь, он не забыл, что должен вести полуденный патруль? — пробормотала себе под нос рыжая кошка.

— Вот пошла бы и напомнила ему, вместо того, чтобы следить за ни в чем не повинными котятами, — прошипела про себя Остролисточка.

— Что-что? — переспросила Белка, не сводя задумчивого взгляда с Терновника.

— Ничего, — кротко ответила Остролисточка.

— Не забудьте про Тростинку, — напомнила Белка и удалилась.

Остролисточка проводила ее взглядом, чувствуя закипающую злость.

— Было бы неплохо, если бы мама хоть изредка замечала, как возмутительно она себя с нами ведет!

— Она просто очень занята, — вступился за Белку Львенок. — Ты же ее знаешь.

— Ну да, — вздохнула Остролисточка. Она сама знала, что несправедлива к матери. Как она может осуждать ее, если в душе мечтает стать такой же храброй, преданной и умной, и добиться такого же уважения соплеменников, каким пользуется Белка? — Ладно, пошли в детскую.

Остролисточка взяла из кучи последнюю, принесенную Речушкой, мышь. Львенок вытащил дрозда, который оказался почти в два раза больше самого котенка, и, напрягаясь, поволок его к детской. Остролисточка прекрасно понимала, что Тростинке ни за что не съесть такую огромную птицу, но не стала говорить об этом брату. Львенок никогда не менял однажды принятых решений.

Вернувшись в детскую, она поблагодарила Звездное племя за еду, и принялась за трапезу. Подкрепившись, Остролисточка быстро вылизалась и растянулась на полу так, чтобы сквозь просветы в ветвях ежевики видеть лежавшую внизу поляну. Львенок сопел возле ее бока, а Тростинка тихонько уговаривала своих деток попробовать тщательно разжеванный мамочкой кусочек дрозда. Остролисточка прищурилась и устремила немигающий взгляд на пещеру целительницы. Она решила во что бы то ни стало поговорить с Ивушкой.

Наконец, ветви, загораживавшие вход в пещеру, задрожали, и одна за другой целительницы вышли на поляну. Остролисточка покосилась на спящего Львенка, потом осторожно перевела глаза на Тростинку, поглощенную своими детьми. Стараясь не шуметь, она быстро пролезла под колючие ветки, нечаянно рассыпав сухие листья, которыми Белка так тщательно прикрыла щели в детской.

«Ладно, потом все поправлю!» — пообещала себе Остролисточка и со всех лап бросилась на поляну.

— Привет! — окликнула она Ивушку.

Та повела ушами, моргнула и уставилась на Остролисточку, будто не сразу ее узнала.

— Привет.

— Листвичка помогла тебе?

Ивушка кивнула.

— Теперь я могу рассказать тебе свой сон, если тебе, конечно, еще интересно.

Остролисточка нетерпеливо замахала хвостом.

— Ну конечно! Пожалуйста, расскажи!

— Слушай, — начала Ивушка. — Мне приснились облака. Они плыли по небу, клубились и высились белоснежными горами. А потом они вдруг исчезли, и на лагерь Речного племени обрушилось солнце. Оно спалило все растения и высушило все наши палатки, так что нам было негде спрятаться от палящего зноя…

Остролисточка зябко поежилась.

— И что это означает?

— Листвичка думает, что звездные предки предупреждают нас о грядущих трудностях с водой. Но я не понимаю… Нынешний сезон Голых Деревьев выдался очень дождливым, так что засухи быть не должно. Листвичка посоветовала нам попросить Пятнистую Звезду проверить все ручьи возле лагеря и убедиться в том, что они в порядке.

Остролисточка набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:

— Скажи, как ты стала ученицей Мотылинки?

— Я помогала ей ухаживать за больными, когда на наш лагерь напала болезнь, — спокойно ответила Ивушка. — Мне понравилось выполнять Мотылинкины поручения, поэтому и после того, как болезнь отступила, я продолжала приходить к целительнице и помогать ей, чем могла. А потом Мотылинка предложила мне стать ее ученицей.

— Ты всегда хотела стать целительницей?

— Я как-то об этом не задумывалась, — призналась Ивушка. — Это случилось само собой, а потом я уже не представляла, что может быть иначе. Это такое счастье…

Остролисточка разинула было пасть, чтобы горячо с ней согласиться, но тут Мотылинка позвала свою ученицу.

— Мы уходим, Ивушка!

Мотылинка потерлась щекой о щеку Листвички и нырнула в ведущий из лагеря узкий лаз. Ивушка бросилась за ней следом.

— Пока, Остролисточка! — крикнула она на бегу.

Остролисточка проводила глазами обеих кошек. Слова Ивушки только укрепили ее желание обязательно выучиться на целительницу. Забыв о том, что она должна сидеть в детской, Остролисточка решительно направилась в сторону пещеры Листвички.

Воробьишка лежал в своем гнездышке, и в такт его дыханию пушистая серая шерстка на его животе мерно поднималась и опадала. Остролисточка сразу заметила, что он спит гораздо более спокойно, чем в прошлый раз.

Заслышав шаги у входа, Листвичка повернула голову.

— Тебе нужен свежий щавель для брата? — спросила она.

Остролисточка покачала головой. Вопрос так и вертелся на кончике ее языка, но она никак не могла подобрать правильные слова, чтобы задать его.

— Что-то случилось?

Воробьишка завозился и поднял голову.

— Чего тебе надо, Остролисточка? — спросил он и мгновенно насторожил ушки, почувствовав, что сестру привело сюда нечто очень важное.

Листвичка посмотрела на серого котенка и негромко сказала:

— Можешь вернуться в детскую, Воробьишка.

— Я что, уже выздоровел? — спросил котенок, садясь.

— Почти. Но если я увижу, что ты устраиваешь потасовки с братом и сестрой, я немедленно заберу тебя обратно. Понятно? Тебе придется поберечь себя, ты понял?

Воробьишка вскочил и выбрался из гнездышка. Первые шаги дались ему с трудом, но вскоре он обрел равновесие и побрел к заплетенному ежевикой выходу.

— Спасибо, Листвичка.

Его невидящий взгляд остановился на Остролисточке, и она привычно вздрогнула. Порой ей казалось, что Воробьишка смотрит прямо на нее, хотя это было невозможно.

Когда Воробьишка скрылся за пологом, Листвичка уселась на пол и посмотрела на Остролисточку.

— Ну, — вздохнула она. — Выкладывай, что у тебя стряслось.

— Ничего у меня не стряслось! — быстро ответила та. — Но я хочу попросить тебя о чем-то очень-очень важном.

Ей показалось, что в глазах у Листвички промелькнуло что-то, похожее на испуг.

— О чем?

Остролисточка набрала полную грудь воздуха и выпалила:

— Я хочу стать твоей ученицей!

Она замерла, ожидая ответа. Что если Листвичка откажет ей?

Казалось, ее слова привели целительницу в замешательство.

— Я и подумать не могла… — начала она, но замолкла и мягко сказала: — Видишь ли, став целителем, кот обрекает себя на большие лишения. Ты никогда не будешь участвовать в битвах, не пойдешь в патрулирование. У тебя никогда не будет друга, не будет котят. — Остролисточке показалось, что глаза целительницы потемнели от горечи, причины которой она не могла понять. Что за тоска живет в глубине желтых глаз Листвички? Но у нее не было времени на размышления.

— Почему ты решила стать целительницей? — спросила Листвичка.

— Я хочу помогать своему племени! — честно ответила Остролисточка. — Если я стану целительницей, то смогу лечить больных и беседовать во сне со Звездным племенем. — Она перевела дух, но Листвичка по-прежнему не сводила с нее пытливого взгляда, поэтому ей пришлось продолжать. — Если я стану воительницей, то смогу кормить племя и защищать его в бою — конечно, я с охотой пожертвую жизнью ради Грозового племени! — но ведь воины могут сражаться только когтями, да зубами, другого оружия у них нет. А став целительницей, я смогу защищать свое племя с помощью знаний и могущества Звездного племени. Разве это не лучший способ быть полезной? — Она замолчала и с надеждой взглянула на Листвичку.

Та в раздумье пошевелила хвостом.

— Это достойные причины.

Сердце у Листвички пропустило удар. Неужели Листвичка согласна?

— Однако я не могу принять решение прямо сейчас, — продолжала Листвичка. — Я должна посоветоваться с Огнезвездом.

Остролисточка моргнула, разочарование было слишком горьким. Однако она решительно отогнала сомнения. «Она ведь не сказала „нет“, верно?»

— Спасибо тебе, Листвичка! — она, развернувшись, потрусила к выходу.

«Ясное дело, Листвичка должна посоветоваться с предводителем, прежде чем принимать такое важное решение!» — думала Остролисточка, выбегая на поляну.

Влетев в детскую, она с облегчением увидела, что Тростинка устало заснула вместе со своими котятами. Львенок деловито ощипывал обглоданную тушку дрозда. «Вот молодец! — подумала Остролисточка. — Птичьи перья еще пригодятся, ими выстилают кошачьи гнездышки малышей, чтобы тем было мягче спать».

Стоило Остролисточке протиснуться сквозь преграждавшие вход ветки, как Воробьишка мгновенно поднял голову.

— Что это за секрет, из-за которого Листвичка выгнала меня из пещеры? — немедленно спросил он.

— Я собираюсь стать ученицей, — ответила Остролисточка.

— Чьей?

— Листвички, чьей же еще?

Львенок оторвался от дрозда и беспечно спросил:

— И она согласилась?

— Вообще-то… Она сказала, что ей нужно поговорить с Огнезвездом.

— Ты хочешь стать целительницей? — пробормотал Воробьишка, склоняя голову набок.

— А почему бы нет? — разозлилась Остролисточка.

— А я скорее умру, чем позволю запереть меня в пещере целительницы, чтобы вечно ходить за больными и перебирать вонючие травы! — процедил Воробьишка, глубоко вонзая когти в подстилку. — Нет, я хочу быть воином! Хочу ходить в патрулирование, охотиться и сражаться за свое племя!

Остролисточка, словно завороженная, смотрела на своего гордого и мужественного брата. Огнезвезд обязательно должен позволить ему стать воином!

* * *

Она проснулась задолго до рассвета. В детской было темно, уютно и тепло от кошачьего дыхания. Остролисточка лежала в своем гнездышке, прислушиваясь к уханью совы, охотившейся в роще возле озера. Она была слишком взволнована, чтобы уснуть. Накануне вечером Ежевика сказал ей, что Огнезвезд все-таки согласился произвести их в оруженосцы.

— Вы хорошо себя вели и не покидали детскую без разрешения, — сказал отец, когда она брала добычу из общей кучи.

Остролисточка посмотрела на братьев, с аппетитом ужинавших возле скалы.

— А Воробьишка?

— Не волнуйся, — успокоил ее Ежевика. — Огнезвезд не забыл о Воробьишке.

Остролисточка перевернулась на другой бок и как следует потянулась. Сегодня в полдень она узнает, разрешили ли ей стать ученицей Листвички.

Она представила, как станет работать в пещере целительницы, лечить травами желудочные колики, зализывать ушибы и ходить в лес за лекарственными растениями, которые она будет знать назубок, на вкус и на запах. У нее даже шерстка распушилась при мысли о том, какой умницей она станет.

Остролисточка закрыла глаза и попыталась представить, как Звездное племя придет к ней во сне, но почему-то, как ни старалась, видела только себя — только уже взрослой пушистой целительницей. Вот она идет по лесу со своей собственной ученицей, показывает ей разные растения, учит всему, чему очень скоро научит ее Листвичка, и уходит все дальше и дальше в темный лес…

Она открыла глаза. Рассвет сочился сквозь густые заросли ежевики. Рядом крепко спали Львенок и Воробьишка. Белкино гнездо, как всегда, было пустым и холодным. Наверное, мама опять вернулась из патрулирования поздно и отправилась спать в воинскую палатку.

Остролисточка села и сладко потянулась.

— Уже проснулась? — спросила Тростинка. Она кормила своих котят, и ее светлая шерстка мягко светилась в рассветных сумерках.

— Я просто не могу больше спать! — призналась Остролисточка.

— Если хочешь, можешь пойти пройтись, — разрешила Тростинка. — Скоро вернется рассветный патруль и принесет теплой дичи.

Ледышка повернулась и посмотрела на Остролисточку своими круглыми голубыми глазами.

— Ты сегодня уже не будешь спать в детской? — пропищала она.

— Наверное, нет, — ответила Остролисточка. — Надеюсь, сегодня я смогу спать в пещере Листвички.

Лисенок оторвался от матери и с любопытством посмотрел на нее.

— А я жду не дождусь, когда буду спать в палатке оруженосцев вместе со Львенком!

— Скоро будешь, — заверила его Остролисточка.

— Еще не скоро, — пискнул Лисенок. Он развернулся и вдруг ухватил сестру за подрагивающий тонкий хвостик. — Когда же я, наконец, стану воином!

Ледышка сердито выдернула свой хвост и снова посмотрела на Остролисточку.

— Ты будешь к нам приходить? Расскажешь, как это — быть ученицей?

— Конечно, — мурлыкнула Остролисточка и кивнула Тростинке. — До свидания!

Ледышка с Лисенком торопливо выбрались из материнского гнездышка.

— Пока, Остролисточка! — пропищала Ледышка и, вытянув шейку, попыталась дотронуться щекой до щеки старшей кошки.

— Пока, Ледышка, — Остролисточка наклонилась и лизнула Лисенка между ушек. — Будьте умничками.

Потом, с неожиданной грустью, в последний раз обвела глазами детскую и вышла на поляну.

Лучи рассвета заливали лагерь. Под кустами и по краям оврага, обнесенного высокими каменными стенами, лежали клочья тумана. Остролисточка выгнула спину, как следует потянула передние лапки, потом задние, и с наслаждением вдохнула свежий морозный воздух.

— Доброе утро! — окликнула ее Белка. Она сидела перед воинской палаткой и неторопливо терла лапкой за ушами. Ежевика тоже был здесь.

— Привет! — воскликнула Остролисточка, бросаясь к родителям.

Ежевика с гордостью посмотрел на нее и басовито проурчал:

— Сегодня у вас праздник! — Он ласково прижался щекой к ее щеке.

— Да, — прошептала Остролисточка, стараясь не думать о том, что они едва не потеряли право стать оруженосцами.

Заросли утесника всколыхнулись, сообщая о возвращении рассветного патруля. Первым на поляну выскочил Белохвост, за ним его ученица Пепелинка, последним из-за ограды показался Ураган. Все несли в зубах свежую добычу.

Ежевика пошел навстречу патрульным, его полосатая шкура влажно блестела на солнце от капель росы с веток воинской палатки.

— Все в порядке?

— Границы в сохранности, — доложил Белохвост. — Вот только племя Теней и племя Ветра постоянно обновляют свои метки.

Остролисточка заметила, как Белка насторожила уши.

— Думаете, это не к добру? — быстро спросил Ежевика.

— Не то, чтобы я так думал… — задумчиво протянул Белохвост. — Но, похоже, соседи зачем-то пытаются напомнить нам о своем существовании.

— Они выказывают признаки агрессии?

— Пока нет, — покачал головой Белохвост. — Однако я не припомню, чтобы они когда-нибудь уделяли такое внимание своим меткам.

— Будем усиливать патрулирование? — Уголек так незаметно выскользнул из палатки, что Остролисточка подскочила от неожиданности, услышав за спиной его тихий голос.

Серьга воин решительно зашагал к патрульным, и Белка последовала за ним, оставив дочь в одиночестве.

— Нет, еще не время, — покачал головой Ежевика.

— Разве это не Огнезвезду решать?

Ежевика сурово взглянул на черного, но в глазах Уголька не было и тени дерзости, просто он был очень встревожен, только и всего.

— Разумеется, я доложу предводителю о том, что происходит на границах, — кивнул Ежевика. — Но мы не должны поддаваться на провокации Сумрачных котов и племени Ветра. Нужно проявить мудрость и твердость.

Белка бросила быстрый взгляд на Белохвоста и спросила:

— Вы обновили наши пограничные метки?

Белохвост молча кивнул.

И тут Остролисточка почувствовала, как кто-то пихает ее в бок и, обернувшись, увидела выползающих из детской Львенка и Воробьишку.

— Что происходит? — спросил Львенок.

— Рассветный патруль только что вернулся, — объяснила Остролисточка.

Мысль о том, что племя Ветра и племя Теней решили пересмотреть границы, не на шутку встревожила ее. Но ведь она собирается стать целительницей, а значит, проблемы воинов не должны ее касаться! Нет, она будет думать о благе племени, а границами пусть занимаются воители!

Остролисточка обвела глазами поляну. Белолапа, Терновник и Долголап завтракали голубем на клочке травы перед палаткой. Медвянка и Маковинка возились возле своего куста. Внезапно они прекратили драку и задрали головы к Каменному карнизу. Остролисточка посмотрела в ту сторону — и лапы у нее затряслись от волнения.

Огнезвезд сбегал по каменной осыпи, Песчаная Буря следовала за ним. Сердце у Остролисточки едва не выскочило из груди, когда предводитель зычно закричал:

— Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся под Каменным карнизом. Пришло время исполнить свое обещание трем котятам Грозового племени.

Остролисточка переглянулась с братьями. Наконец-то! Теперь они станут оруженосцами и смогут служить своему племени!

Ежевика с Белкой торопливо подбежали к детям. Белка быстро пригладила языком вздыбившуюся шерстку на затылке у Львенка.

— Готовы? — сверкая глазами, спросил Ежевика.

— Еще как! — пискнула Остролисточка.

— Молодцы! — кивнул Ежевика и, отойдя от детей, уселся рядом с Березовиком.

«Неужели Березовик станет нашим наставником?» — изумилась Остролисточка.

Белка лизнула Воробьишку в щеку и прошептала:

— Удачи вам всем!

Из палатки старейшин выползла Кисточка, она вела за собой Долгохвоста, обвив слепого кота бурым хвостом. Маковинка, Медвянка и Ягодка уселись вместе, возбужденно перешептываясь. Белолапа, Терновник и Долголап оставили возле палатки недоеденную добычу и подошли к Каменному карнизу.

Вскоре все племя было в сборе. Все взоры были устремлены на Огнезвезда. Впервые за это утро волнение Остролисточки сменилось беспокойством. Ответственность перед Ежевикой, Белкой, Огнезвездом и другими соплеменниками тяжелыми барсучьми лапами опустилась ей на плечи.

Чей-то теплый нос подтолкнул ее вперед. Остролисточка обернулась, и увидела за спиной Листвичку. Она попыталась заглянуть в глаза целительницы и прочесть там свою судьбу, но желтый взгляд Листвички оставался непроницаем. Она лишь еле заметно подмигнула Остролисточке, подбадривая ее выйти вперед.

Остролисточка протиснулась между Тростинкой и Ромашкой и замерла. Львенок с Воробьишкой устроились рядом с ней, и Остролисточка вдруг почувствовала, как подрагивает теплый бок Ромашки. Добрая кошка ласково посмотрела на нее и погладила хвостом по спинке.

— Я собрал вас здесь, чтобы исполнить самую прекрасную обязанность предводителя, — громко объявил Огнезвезд. — Остролисточке, Львенку и Воробьишке исполнилось шесть лун.

«Значит, Воробьишка станет оруженосцем, как и мы с Львенком?»

— Все вы отлично знаете, что детство у них было буйное, — пряча улыбку, продолжал Огнезвезд. — Но я надеюсь, что они извлекли уроки из своих поступков и готовы стать настоящими оруженосцами.

Все племя одобрительно зашумело.

Огнезвезд дождался, пока стихнут веселые возгласы, и громко выкрикнул:

— Львенок!

Золотистый котенок, дрожа от волнения, выскочил вперед.

— Я даю тебе новое имя, и с сегодняшнего дня ты будешь зваться Львинолапом.

Ягодка первым выкрикнул новое имя оруженосца, и его крик подхватило все племя. Огнезвезд запрокинул голову к затянутому тучами небу, и раскатисто произнес:

— Пусть Звездное племя не покинет тебя и направляет твои шаги до тех пор, пока ты не обретешь силу и храбрость настоящего воина.

Львинолап не отрываясь смотрел на предводителя, и глаза его сверкали от гордости.

— Уголек! — призвал Огнезвезд.

Темно-серый воин вскинул голову. Глаза его радостно вспыхнули, хвост еле заметно задрожал от волнения.

— Ты воспитал Березовика, и теперь он верой и правдой служит нашему племени, — провозгласил Огнезвезд. — Ты отличный наставник, и Грозовое племя просит тебя еще раз доказать это.

Уголек низко склонил голову, а предводитель продолжал:

— Я верю, что ты сумеешь воспитать Львинолапа и сделать его настоящим воителем, которым все мы будем гордиться.

— Я не подведу Грозовое племя, — поклялся Уголек.

Львинолап выскочил вперед, запрокинул мордочку и потерся носом о нос своего наставника.

— Остролисточка! — вызвал Огнезвезд.

Услышав свое имя, Остролисточка мгновенно забыла все свои страхи и выбежала на середину поляны, остановившись перед предводителем.

— С сегодняшнего дня ты получаешь новое имя и будешь зваться Остролапкой.

— Остролапка! Остролапка! — подхватила Пепелинка.

Остролапка непонимающе уставилась на оруженосцев, которые дружно выкрикивали ее новое имя. Ягодка и Орешинка вдруг показались ей такими большими и сильными. В детской она привыкла быть старшей и покровительственно относиться к Ледышке с Лисенком, но теперь ей придется стать младшей. Сердце у нее затрепетало, лапы подкосились. И тут она вспомнила: «Я ведь не буду жить в палатке оруженосцев!»

— Листвичка! — воззвал Огнезвезд.

«Ура!»

Лапы у Остролапки словно оторвались от земли, и она испугалась, как бы ее не унесло ветром. Она все-таки стала ученицей целительницы!

Листвичка вышла вперед и остановилась возле Остролапки.

— Я знаю, что вручаю Остролапку в надежные лапы, — сказал Огнезвезд. — Надеюсь, ты сумеешь передать своей ученице необходимую ей мудрость и силу.

— Я научу ее всему, что знаю сама, — пообещала Листвичка. Она потерлась щекой о щеку своей ученицы, но почему-то так и не посмотрела ей в глаза. Остролапка робко подняла взор на свою наставницу и увидела, что та тоскливо глядит куда-то поверх ее головы.

Озадаченная, она обернулась и поняла, что Листвичка не сводит глаз с Белки. Почему они обе такие печальные? Неужели они не рады за нее?

Тем временем Воробьишка вышел на поляну и остановился перед Огнезвездом.

— А как же я?

— Но не может же он стать оруженосцем! — прошептала Белолапа, и ее слова неожиданно громко разнеслись над притихшей поляной.

— Долгохвост отправился в палатку старейшин, когда ослеп, — пробормотал Терновник. Судя по всему, он тоже считал, что слепые коты не могут стать воинами.

— Ему нельзя одному выходить в лес, — мрачно кивнул Долголап.

— Бедный малыш, — вздохнула Медуница.

Остролапка почувствовала, как шерсть на ее спине становится дыбом от гнева. Почему ее брат не может стать оруженосцем, как все остальные котята?

— Я хочу быть оруженосцем, как Остролапка и Львинолап! — крикнул Воробьишка.

— И ты им станешь, — кивнул Огнезвезд. — Твоей наставницей будет Яролика.

Оглавление

Обращение к пользователям