Глава вторая. ЭФИАН

«Подкова», в сопровождении кораблей мекбан, приблизилась к Аруне.

Технические характеристики позволяли ей сесть на планету. Было принято решение, что именно так и следует поступить. Своя рубашка ближе к телу.

Никаких разрушений сверху Тин не заметил.

Не было видно следов боя и в космопорте.

Их везли к дворцу в закрытом правительственном гравилете.

Столичная планета, столичный мегаполис…

Когда–то Ники бывал здесь. Глядя в окно, особых изменений в жизни города он не обнаружил. Разве что патрули мекбан, на перекрестках, у входа в правительственные здания. В защитной форменной одежде болотного цвета, облегающей, отсвечивающей, как змеиная кожа. И с каким–то необычным оружием в руках, неизвестно как действующим… Застывшие, неподвижные. Безучастные к повседневной городской суете.

Что ж, довольно мягкая оккупация. Или все дело в том, что Эфиан боится повредить очень ценное Устройство?

Наверное, пока не нашла его. Нашла бы – так улетела бы восвояси.

Дворец правителя высился над обширным зеленым парком, торчал из него наподобие сказочного замка. Хоть и не очень функционально, зато впечатляет.

Но охрана у дворца – сплошь мекбан.

По двору, по коридорам и залам ходят только слуги и придворные из энтойцев. Солдат не видно, даже безоружных.

Апельсиновых гвардейцев разоружили еще в космопорте Аруны. Разоружены были и члены альтернативного экипажа. Никто не воспротивился. Таков был приказ верховного правителя Энтойи. Такова была и воля инфанты.

На первом этаже гвардейцев увел начальник стражи. Далее группа землян и энтойцев шла в сопровождении одних мекбан.

Полы каменные и удивительно скользкие. Как же они тут передвигаются? Может, это специально, чтобы в движениях – не было излишней торопливости, чтобы никто во дворце не ронял достоинства?

Инфанта Гуин тревожно оглядывалась по сторонам, отмечая какие–то неуловимые для постороннего глаза изменения. Рядом шла Хонда Мэй, наверное, пытаясь оказывать девочке молчаливую поддержку.

Мекбан были предупредительны, молчаливы. Не отвечали даже на вопросы Кьянти, звучавшие на их языке. Впрочем, Марио наверняка покопался в мозгах офицера и солдат – без помощи языка.

Вели их, скорее всего, к Эфиан, к официальной представительнице, считающей себя вправе оккупировать или даже взрывать целые звездные системы. Ники было очень любопытно взглянуть на нее. Интересно, Эфиан заняла тронный зал или довольствуется помещением скромнее?

Два лакея отворили высоченные двери, украшенные позолотой.

И все прошли в большую комнату с рабочим столом, оборудованным новейшими средствами быстрой связи, еще какими–то приспособлениями. Об их назначении оставалось гадать. Ведь раса мекбан, как следовало из разговоров с Кьянти, занимала промежуточную ступень между людьми и существами, к которым относился продвинутый гость.

За столом Тин увидел женщину, с бесстрастным лицом, немолодую, но даже по земным меркам привлекательную. В ее позе, мимике, в неторопливых и скупых движениях угадывалась натура, привыкшая к власти, уже даже не замечающая своих властных функций – ставших для нее повседневными, обычными.

Змеиный костюм на ней знаков отличия не имел. Наверное, среди мекбан всем известно, кто она такая.

Возможно, скоро будет известно и энтойцам. А затем – и людям. Если им суждено выжить.

За ее спиной стояли пятеро солдат, без шлемов, но с оружием в руках.

Старинная мебель, как во дворце, в котором Золушка потеряла туфельку. Огромные картины, гобелены, по стенам и между окнами. Ковры на паркетном полу, с неброским рисунком. Уютно и строго одновременно. Только рабочий стол с новейшей аппаратурой, тяжеловесный и громоздкий, выбивается из ритма.

Казаться гостеприимной хозяйкой Эфиан даже не пыталась.

Она поправила свою прическу в форме каре. Холодно взглянув на землян и энтойцев, сразу выделила Марио.

– Инфанту отведут в ее покои, – сказала Эфиан на общеземном языке, немало удивив прибывших. – Остальных – в распределительную комнату. Говорить я буду – лишь с одним из гостей.

Солдаты, прекрасно ее понявшие, молча отделили Гуин от Мэй, а Марио – от его спутников.

Сначала из комнаты вывели инфанту. Выходя, она с тоской оглянулась на Прозорова. Затем комнату покинули энтойские придворные.

Едва попытались вывести землян – Кьянти заявил:

– Эти люди останутся при мне. Я связан с ними договором. Осмелюсь напомнить, что все, кто находился на корабле, под моим покровительством. Со стороны мекбан им даны гарантии неприкосновенности.

– Предмет нашей беседы их не касается.

– Напротив. Они знают об Устройстве.

Эфиан поморщилась:

– Как вы могли…

– Это уже не секрет для Земли. Когда–то узнали мекбан, теперь – земляне.

– Узнали – из–за вас! – Эфиан стиснула зубы.

Марио не был смущен или обескуражен.

– Может быть, – ответил он. – Говорить мы должны сейчас не об этом. Где Устройство?

– Мои люди ищут его. – Эфина нахмурилась. – Так и вы не знаете?..

Дверь отворилась.

Вошел офицер мекбан. Он был чем–то встревожен.

Эфиан заговорила с ним на своем языке. Тон правительницы становился все более резким. Офицер как–то робко оправдывался. В финале она указала на дверь, и тот, понурив голову, шагнул к выходу.

Глянув ему в спину, Эфиан раскрыла пульт, размером и формой напоминающий серебристый футляр дамского маникюрного набора. Легко пробежалась по клавиатуре.

Когда створки двери закрывались, Ники успел заметить, что офицер, уже в коридоре, упал, схватившись за шею.

Вот как, подумал Тин. Что это было? Миниатюрное взрывное устройство, где–нибудь рядом с сонной артерией?

В коммуникаторе что–то щелкнуло.

Вероятно, охрана попытается узнать волю официальной представительницы, что им делать со свежим трупом.

– Никому не входить! – повысила голос Эфиан. – Я занята!

И раздраженно выключила коммуникатор.

Она размышляла.

О чем?

Тин прикинул.

Единственная выгода, которую Эфиан могла извлечь из приезда Марио, состояла в определении места, где спрятано Устройство. Но Марио не обладал такой информацией.

Тогда в чем же его ценность?

В чем ценность прибывших с ним землян?

Кьянти своим путем старался выяснить ход ее мыслей.

И, кажется, выяснил.

– Моя смерть ничего не даст вам, – сказал он.

– Ничего не даст и жизнь. Я не терплю неудачников. Такие, как вы, только мешают делу.

– Моя раса не будет в восторге.

– Ваша раса?.. – Эфиан презрительно скривилась. – Жалкое сборище хлюпиков! Вы упиваетесь своим интеллектуальным совершенством! Но посмотрите на себя!.. Это вы – совершенство?.. Считаете, что выше нас?.. Ведете себя, как боги! А чуть что – умоляете о помощи! И кого же?.. Мекбан! Мекбан, в которых видите существа низшего сорта!.. А лично вы?.. Слов нет! Вы получили информацию об Устройстве на Земле! И – упустили его! Отдали в руки людей!

Она говорила с Марио, используя те же интонации, что и в разговоре с покойным офицером. Такими же будут и последствия?

Но Кьянти больше занимало другое. Он смотрел на Эфиан с искренним недоумением. Да разве можно быть такой плохой? Ведь это некрасиво! Неужели ей самой не противно?

– И вы поэтому решили уничтожить Землю? – спросил он. – Устройство не попало к вам – так пусть не достанется никому?.. То, что вы разумны – ошибка мироздания.

Эфиан холодно усмехнулась:

– Мироздание ошибок не делает. Вы уже не сможете нам помешать. Через день–два – Устройство будет у нас.

– А вот это уже – наша серьезная ошибка, – пробормотал Кьянти.

Эфиан велела троим солдатам отконвоировать его.

Марио повели к выходу.

Остальные с тревогой смотрели ему вслед. 

Оглавление