Глава 16

Покрытый облаками шар планеты казался воплощением величавого спокойствия. Если бы не одно но. Вокруг него вращались тысячи и тысячи блестящих точек, лихорадочно скачущих с орбиты на орбиту. Каждая такая точка являлась либо орбитальной платформой противокосмической обороны, либо истребителем или брандером.

Тина с интересом изучала системы обороны одной из трех последних планет святой иерархии, еще не взятых силами коалиции. Они оказались настолько хорошо защищены, что подобраться к ним было почти невозможно. Однако атаковать необходимо, это альфа-координатор понимала отлично.

Оставшиеся в живых белесые никак не желали успокаиваться, лихорадочно продолжая массовые жертвоприношения. И инферно снова начало нарастать. Похоже, тварь, обрадовавшаяся возможности оказаться на свободе, провоцировала своих служителей. Ведь для формирования инфернальной сущности вполне достаточно принести в жертву два миллиарда человек. А то и меньше. Конечно, тварь будет куда слабее, чем планировала, но все равно лучше не позволять ей воплощаться.

Тине очень не хотелось, чтобы Илар снова отдавал всего себя ради уничтожения чудовищной сущности, а потом несколько дней корчился от боли. Но понимала, что если не останется иного выхода, Мастер сделает это.

– Пока не пробьемся хотя бы сквозь один из эшелонов обороны, подобраться на расстояние, доступное гипергенераторам, не сможем… – недовольно проворчал застывший около стены Т’Сад.

Совещание командования коалиции проводили в адмиральской рубке «Пути Тьмы». С ней пришлось объединить несколько близлежащих помещений, иначе все приглашенные не поместились бы. После разгрома флота святой иерархии империя Сторн, Ринканг и Скопление Парг прислали дополнительные войска, доведя их численность до стандартного экспедиционного корпуса.

Тина скривилась – вот же стервятники проклятые, поняли, что победа не за горами, и жаждут ухватить свою долю добычи. Пользы от таких союзников почти не было, скорее вред, но куда деваться. Приходилось внимательно следить, чтобы не натворили чего недозволенного. Хуже всех оказались синемундирники империи, привыкшие подавлять восстания большой кровью. Они и на оккупированных планетах пытались действовать привычным образом. Пришлось вмешаться легионерам ордена и гвардейцам княжества, что вызвало отправку императором нескольких нот протеста командованию коалиции. Правда, на эти ноты никто не обратил внимания, но все равно неприятно.

Тяжело вздохнув, дварх-майор покачала головой. Лучше бы сами воевали, войска союзников, чаще всего, только под ногами мешаются. Кроме, конечно, гвардейских корпусов спецназа княжества, эти воевать умели.

Рядом с черным драконом Тина увидела двух кэ-эль-энахцев, генерала Бартина Т’а Ватана и контр-адмирала Брена Т’а Рансата, и поздоровалась. Они тоже вежливо склонили головы, после чего вернулись к изучению карты оборонных систем планеты Элтират.

Изучать было что. Такой системы обороны до сих пор не строил еще никто и никогда, приблизиться к планете ближе, чем на световой год, оказалось совершенно невозможно. Станции слежения нового типа засекали любое движение в гиперпространстве, и непрошенного гостя немедленно атаковали. Чаще всего – плотным роем гиперторпед. Фрегаты разведки попытались пройти дальше, но не сумели, в дело вступили зенитчики, и разведчикам пришлось отступить несолоно хлебавши.

Флоты ордена и транспорты княжества предпочли на всякий случай остаться в пяти световых годах от планеты, помня о дзарт-деструкторах, способных дотянуться до них прямо в гиперпространстве. Помимо прочего, фанатики выстроили вокруг Элтирата двенадцать эшелонов обороны. Тысячи готовых к ведению огня платформ противокосмической обороны несли на себе гиперорудия первого и второго классов, мезонные и кварковые пушки, миллионы гиперторпед. Защищалась каждая платформа гиперполем первого уровня, как минимум. А то и нулевого, что до сих пор считалось невозможным в принципе. Об огромном количестве истребителей и брандеров, барражирующих в пространстве, вообще говорить не стоило.

Даже Т’Сад Говах не знал, как подступиться к этой крепости планетарного масштаба. Защита остальных двух миров оказалась попроще, на их орбитах уже вовсю шел бой и исход его был ясен. Потому главной задачей оставался Элтират, инферно на нем нарастало все быстрее, времени до воплощения сущности осталось совсем немного. Однако атаковать крепость – чистой воды самоубийство, это понимал любой мало-мальски опытный военный.

– Никогда такого не видел… – проворчал генерал-майор Морт Стерингер, командующий экспедиционным корпусом империи Сторн. – Чокнутые фанатичные уроды!

– Полностью с вами согласен, – кивнул генерал Т’а Ватан, задумчиво потирая подбородок. – Фанатики. Но – не дураки. Я не вижу ни единого изъяна в их обороне. Впрочем, атаковать все равно придется. Вопрос только, как?

– Не знаю, – поскреб когтем нос Т’Сад. – Бессмысленно гробить своих ребят я не стану, толку нет. Единственное, что возможно, это дальняя истребительная атака из гипера. Выпрыгнуть в обычное пространство, пустить пару торпед и сматываться. Только много ли толку от этих гиперторпед будет?

– Если послать сразу несколько тысяч истребителей, то толк может и быть, – не согласился Стерингер.

– Мы уже думали об этом, – вздохнул подошедший сзади Син Ро-Арх. – Другого выхода нет, вы правы господин генерал-майор. Попробуем. А что выйдет? Про то только Благие ведают.

– И то вряд ли, – вздохнул Т’а Ватан, взяв из бара неподалеку стакан какого-то сока. – Идеи есть, господа полководцы?

Имперский генерал-майор отрицательно покачал головой, вслед за ним то же самое сделали представители остальных стран, участвовавших в коалиции. Только один из флот-директоров Телли Стелл выглядел задумчивым.

– У «Астарков» есть одна уязвимость… – тяжело вздохнул он через несколько минут. – Это выяснилось всего пять дней назад, во время полевых испытаний новой модели. Мне разрешили сообщить об этом недостатке командованию коалиции. Генеральный директор также приносит свои извинения за продажу орудий фанатикам, и сообщает, что виновные понесут наказание.

– И что же это за уязвимость? – спросил Син, не обратив внимания на извинения. Сейчас не время заниматься оружейными концернами директории – оно придет позже, и извинениями виновные не отделаются.

– В случае подачи сложного гиперимпульса определенной конфигурации на выходные антенны орудий, их энергетические контуры на некоторое время теряют фокусировку. Ненадолго, но новая калибровка занимает около трех минут у хорошо обученного персонала. Не думаю, что комендоры фанатиков так уж хорошо обучены. Возьмите этот инфокристалл, на нем конфигурация импульса.

– Это может помочь, – кивнул Т’Сад, размышляя о чем-то. – Только до «Астарков» еще добраться надо.

– А что, если послать автоматические модули, способные успеть излучить импульс перед гибелью? – робко вмешался в разговор высокопоставленных военных майор, командир единственного лавиэнского полка в коалиции. – Много модулей. Они создадут в обороне дыру, в которую смогут проникнуть истребители.

– Браво, господин майор! – повернулся к нему Син Ро-Арх. – Идея интересная. Эстарх, будь другом, позаботься, чтобы приготовили модули.

– Уже, – ответил тот. – Идея действительно стоящая. Но есть еще одна мысль. Один из модулей пошлем с мощным биокомпом, на нем пойдет кто-нибудь из нас, двархов. Думаю, успеет провести рекогносцировку, много времени на это не потребуется. Тоже польза.

– Согласен! – резко кивнул Т’Сад. – Действуйте. Также приказываю объединить истребительные крылья второго и первого флотов в единый ударный кулак. Пилотам быть готовыми к старту. Но не рисковать! Не задерживаться в обычном пространстве дольше, чем на три-пять секунд. Никаких истребительных поединков, только гиперторпеды.

Потом черный дракон внимательно посмотрел на смущенного лавиэнца и сказал:

– Позвольте поблагодарить вас еще и от себя, господин майор.

– Не за что, господин дварх-адмирал, – еще сильнее смутился тот, не привык он ко всеобщему вниманию и до сих пор старался держаться в тени, очень неуютно чувствуя себя в обществе генералов и адмиралов.

Через четверть часа биофабрики дварх-крейсеров изготовили двадцать тысяч модулей, снабженных импульсным генератором и малым приводом гипердвигателя. Их убогие биокомпы были способны только на одно – совершить один гиперпрыжок и сгенерировать импульс указанной конфигурации. К бою готовились тысячи лам-истребителей двух флотов. Как сообщил Эстарх, один из модулей содержал достаточно мощный комп, чтобы нести дварха. Вскоре модули исчезли в гипере. Вслед за ними, держа интервал в две световые секунды, одно за другим рванулись истребительные крылья.

Генералы и адмиралы столпились у планшета, отражающего положение дел на поле боя в режиме реального времени. Изображение на нем мигнуло и изменилось, показав эшелоны обороны изнутри. Дварх выпрыгнувшего из гиперпространства модуля принялся за дело, сканируя порядки противника.

Среди фанатиков воцарилась паника, сотни орудий внезапно прекратили работать, их накопители разбалансировались, и комендоры, проклиная все на свете, начали заново калибровать их. Им поначалу в голову не пришло, что в неисправности виноват орден. Однако выходящие в обычное пространство неподалеку боевые крылья лам-истребителей быстро убедили сомневающихся, что это именно так. Выпустив по несколько гиперторпед в сторону орбитальных платформ, истребители ушли обратно, не потеряв никого из своих. Но поскольку их было больше пяти тысяч, то торпед оказалось много. Очень много.

Зенитки начали лихорадочно стрелять, пытаясь сбить их. Подавляющее большинство не добралось до цели, но некоторые все-таки проскочили сквозь огневой заслон и подорвали пару сотен платформ. Кое-какие выжили благодаря защитному полю, но не все, далеко не все.

– Неплохо, но мало… – разочарованно протянул Т’Сад. – Так мы неделю прорываться будем. Но другого пути я не вижу.

– Есть другой путь, – раздался из-за его спины голос Командора. – Нелегкий, но инферно нарастает, еще час-другой – и тварь родится. Потому этот путь придется использовать.

– Какой?

– Я маг, если ты не забыл. Орбитальные системы обороны я уничтожу сам. Что делать дальше, ты знаешь, а мне придется покинуть вас на пару дней. Как только я закончу, прошу атаковать немедленно, перебейте белесых святоучителей до последнего, иначе…

– Илар! – рванулась к нему Тина. – Не надо!

– Другого выхода нет, девочка моя… – улыбнулся маг. – Подготовь мне проход к теуровой каюте, пожалуйста.

Адмиралы и генералы союзников, ничего не понимая, сбились в кучу у смотрового экрана. Командор собирается уничтожить планетарную оборону своей силой мага? Разве такое возможно? Да, великие маги могут многое, это знал каждый. Но планетарная оборона?! Если он это сделает, его сила еще больше и еще страшнее, чем все рассказы о ней. Они не слышали бешеных споров, бушевавших в эмопространстве рубки. Т’Сад, Син и Тина наседали на Илара, изо всех сил пытаясь отговорить его, но маг только улыбался, оставаясь при своем мнении. Однако они никак не желали успокоиваться и продолжали спорить.

– Да что вы как дети, честное слово! – рассердился Командор в конце концов. – Если тварь воплотится, то кому ее уничтожать? Мне же! А это много труднее, чем оборону смести. Не хочу снова испытывать этот кошмар!

Мага передернуло при воспоминании о Повелителе Боли. Взглянув на него, Тина тяжело вздохнула. Если дело обстоит так, Мастер прав. Страшно хотелось прижаться к нему, но в адмиральской рубке «Пути Тьмы» находились чужаки. Она только погладила любимого человека по щеке двумя пальцами и отошла в сторону, едва сдерживая слезы. Ну почему все так? Почему каждое усилие обходится ему такой болью? Это же несправедливо!

Скривившийся, как будто съел что-то до невозможности кислое, Син Ро-Арх открыл проход к теуровой каюте «Пути Тьмы» и отошел в сторону. Т’Сад недовольно смотрел на Илара и привычно постукивал когтем по клыку. Потом вздохнул и подошел к планшету. Пора планировать общую атаку. Если Мастер сумеет пробить достаточно дыр в оборонных системах, то необходимо будет немедленно высаживать десанты и уничтожать скопления белесых. Детекторы продолжали наливаться алым цветом, сигнализируя о нарастании инферно, и это дракону очень не нравилось.

– Простите, дварх-адмирал, – подошел к нему Т’а Рансат, – я не ослышался? Господин Командор собирается атаковать оборонные сооружения как маг?

– Нет, не ослышались, – мрачно буркнул в ответ Т’Сад.

– И он способен на такое?

– Он еще и не на то способен! – раздраженно махнул рукой дракон. – Вопрос только, какой ценой. Но это наши проблемы, извините. Давайте подумаем лучше о предстоящей атаке наземных объектов.

– Об этом лучше с генералом Т’а Ватаном, – сказал контр-адмирал, задумчиво наблюдая за Командором. – Не думаю, что разгромить войска внизу окажется слишком трудно. Если не станет орбитальных оборонных поясов, то все решаемо.

– Согласен, – вздохнул Т’Сад. – Но я хочу атаковать массово, со всех сторон, не оставив фанатикам даже шанса.

– Господа! – внезапно заговорил Илар ран Дар, обращаясь ко всем присутствующим. – Через две минуты я собираюсь уничтожить орбитальные системы обороны фанатиков. Прошу вас отдать распоряжения вашим войскам, атаку нужно начинать без промедления. Мне очень не хочется, чтобы наши усилия были сведены на нет, а именно это и произойдет, если инфернальная сущность воплотится.

Командор коротко поклонился и отошел к большему иллюминатору, сев в кресло. Стоявшие неподалеку могли видеть, как его глаза внезапно стали двумя провалами Тьмы. По рубке повеяло ледяным холодом. Тело мага покрылось сеточкой черных молний, и представители союзников поспешили отойти подальше. Они никак не могли поверить, что платформы орбитальной обороны можно уничтожить силой ментата. А многие вообще не верили в магию и иронично ухмылялись. Однако каждый внимательно наблюдал за ситуацией на большом планшете, отображающем текущее положение дел.

Довольно долго ничего не происходило, и мало кто обратил внимание на то, что один за другим начали гаснуть огоньки, обозначающие орудийные платформы и брандеры фанатиков. Атака мага зрелищной не была, да и не могла быть. Командор изменял сами вероятности существования оборонных объектов, убирая их из структуры Вселенной. Однако скоро уже все увидели прорехи в порядках фанатиков. Прорех становилось все больше и больше с каждым мгновением, платформы исчезали десятками, не оставляя никакого следа. Казалось, невидимый ластик стирает их из реальности. Впрочем, так оно и было.

Когда все закончилось, на орбите Элтирата осталось жалкие несколько сотен платформ с экипажами, до смерти перепуганными исчезновением остальных. Генералы и адмиралы коалиции замерли вокруг планшета, с ужасом и неверием смотря на вставшего великого мага. Однако когда бледный до синевы Командор зашатался, а Тина с Сином подхватили его под руки, их страх несколько уменьшился. Значит, магу такие усилия даются не слишком просто. Уже утешение. Слабое, правда.

Илар ран Дар снова подтвердил свою страшную репутацию, и многим из военачальников коалиции стало не по себе. Получается, даже крепость планетарного масштаба не устоит против сильного мага. Но до сих пор еще ни один из ментатов не творил подобного, и никому в голову не приходило, что они на такое способны! Оставалось надеяться, что Командор единственный, кто может сделать что-нибуть в этом духе. Господа генералы с адмиралами чувствовали себя весьма и весьма неуютно.

– Приношу свои извинения, господа, – глухим голосом сказал Илар ран Дар, тяжело дыша, – но я вынужден вас покинуть. Я не слишком хорошо себя чувствую. Т’Сад, атакуй…

– Сделаю, Мастер! – резко кивнул дракон, с тревогой смотря на него. – Спасибо.

– Не за что.

Тина увела Командора в гиперпереход, схлопнувшийся сразу после их ухода.

– Ну что ж, – оскалился Т’Сад. – Приступим, господа?

– Да, господин дварх-адмирал, – кивнул генерал Т’а Ватан. – Раз уж ваш Командор сделал нам такой подарок, грех им не воспользоваться.

Тысячи лам-истребителей ордена и «Эстрайдеров» княжества сорвались с места и бросились добивать уцелевшие платформы орбитальной обороны. Разгром остатков не занял много времени, вскоре Элтират оказался полностью беззащитным. Дварх-крейсера и транспорты коалиции подошли ближе, и двархи принялись за сканирование планеты, выявляя места скопления белесых.

Вот тут-то и выяснилось, что Командор прав. Во многих областях Элтирата не осталось обычных людей, только носители инферно. Эти области Т’Сад приказал уничтожить гравидеструкторами – раз людей там нет, совсем незачем гробить своих, атакуя укрепления. Хуже дело обстояло в городах, где белесые перемешались с паникующим населением. Поняв, что не успевают, святоучители прекратили жертвоприношения и решили спрятаться, надеясь добиться своего в будущем.

Многие рискнули покинуть Элтират. С космодромов стартовали сотни малых кораблей, они пытались уходить в гиперпространство прямо с поверхности, но не успевали, комендоры дварх-крейсеров внимательно следили за планетой, и при активации любого гипердвигателя расстреливали корабль на старте. Ни один из белесых не должен был уйти. И не уйдет, даже если ради этого придется напрочь выжечь всю поверхность Элтирата, переселив людей куда-нибудь в другое место.

В каждом городе и поселке планеты распахивались сотни и тысячи гиперпереходов, оттуда вырывались отряды легионеров ордена, гвардейцев княжества и солдат остальных стран коалиции. Они с ходу бросались в атаку. Воевать никому не хотелось, но дело нужно было закончить. Каждый командир отряда имел при себе детектор инферно и приказ уничтожать на месте любого встреченного белесого.

Святоучители в панике забивались в щели, прикрывались женщинами и детьми, но за их спинами распахивались новые порталы и оттуда появлялись новые легионеры. Они издали расстреливали белесых, и те ничего не могли поделать. Десантные катера и лам-истребители быстро подавили наземные центры противокосмической обороны и буквально перепахали поверхность космодромов. Многие из генералов союзных войск предлагали Т’Саду вообще взорвать планету, но дварх-адмирал отказался слушать их.

Несколько дней шла охота за остатками белесых, и выковыривать их пришлось отовсюду. Где они только не прятались… От казарм до канализации. Их прятали в своих квартирах горожане, скрывали в подземных убежищах фермеры и плантаторы. Если бы не двархи с их чувствительностью к малейшему проявлению инферно, многих и многих найти не смогли бы. Наверное, святоучители не понимали, как их находят, потому что ни один даже не пытался экранироваться. Впрочем, неизвестно, остались ли они разумными, или уже полностью принадлежали твари, жаждущей вырваться на свободу. Только через неделю стало ясно, что белесых на Элтирате не осталось. Десятки двархов внимательно сканировали каждый закоулок планеты, но не находили даже намека на инфернальное излучение. Впрочем, то же самое происходило во всех остальных мирах святой иерархии.

Война закончилась. Теперь победителям предстояло решать, что им делать с захваченной страной, население которой в большинстве своем осталось религиозными фанатиками. И любой неглупый политик хорошо понимал, что это окажется как бы не сложнее самого завоевания. Наверное, единственным выходом было отобрать у фанатиков детей и воспитать по-другому, но кто этим займется? Да и запомнят многие дети веру родителей, идеализируют ее, и лет через пятьдесят все вернется на круги своя.

Тем временем в святую иерархию слетались чрезвычайные и полномочные представители стран коалиции. Прибыли даже первосвященник Церкви Благих, великий князь Кэ-Эль-Энах, король Парга и генеральный директор Телли Стелл. Остальные правители не захотели рисковать своими драгоценными персонами. Предстояла созванная Командором и отцом Симеоном конференция, на которой и решится дальнейшая судьба Аствэ Ин Раг.

* * *

– Что вы можете сказать мне, господин Кертего? – тяжело посмотрел на главного финансиста корпорации Витарио Тогоро.

– Многое, очень многое, – вздохнул тот, покосившись на хозяина. – Этот мальчишка – финансовый гений. Я представить не мог, что можно так скрутить биржу за каких-то несколько дней. Он обул моованские фирмы на добрых сорок миллиардов!

– Подтверждаю, – кивнул начальник службы безопасности. – Все эти дни юный Тонго находился под нашим полным контролем, каждое его действие отслеживалось, он ни на секунду не оставался без присмотра.

Не поверив, что мальчишка восемнадцати лет от роду способен самостоятельно превратить двенадцать миллиардов в триллион с копейками, господин Тогоро решил проверить способности юного наглеца. Он рискнул миллиардом кредитов и приказал дать Расу Тонго возможность поработать с этими деньгами на главной фондовой бирже Моована. Тот только насмешливо осклабился, когда Ренсио сообщил об этом. И, конечно же, согласился.

Ни один человек не знал, что все дни биржевой игры Раса связывал с директором Аарн Сарт Банка, Рху-Жургуу, постоянный канал гиперсвязи. Арахн подсказывал ему, как действовать, что и как покупать или продавать. От комбинаций Раса финансовые советники Тогоро приходили в ужас и хватались за голову, но эти комбинации неизменно приводили к успеху, и за неделю миллиард кредитов превратился в сорок.

Через три дня на бирже воцарилась паника, никто из брокеров не понимал, что вообще происходит, почему цены на акции незначительных компаний вдруг взлетают до небес, а на следующий день падают почти до нуля. Почему самые богатые корпорации оказываются на грани банкротства утром, к вечеру увеличивают свой капитал вдесятеро, чтобы через несколько часов снова оказаться ни с чем.

Нормальный человек и заподозрить не мог, что улыбчивый, вежливый паренек, не спеша прогуливающийся по операционным залам биржи и изредка покупающий небольшие пакеты акций малозначительных компаний, на самом деле держит в руках все нити паутины, все сильнее опутывающей всех вокруг. Слухи ходили разные, но никто, кроме людей Тогоро, так и не узнал, что происходит.

Владелец «Ларки Моован» с восторгом наблюдал за действиями виртуоза и понимал, что ему очень повезло. Если бы этот финансовый гений не захотел работать с ним, то вполне сумел бы разорить при желании. Можно, конечно, убрать мальчишку, но стоит ли резать курицу, несущую золотые яйца? Нет, не стоит, пожалуй.

Однако что-то не давало господину Тогоро покоя, предчувствие какой-то неприятности. Большой неприятности. Он никак не мог понять, почему Рас Тонго решил вернуть деньги. Хорошо, мальчишке надоела охота на него. Но при таких деньгах он вполне мог обезопасить себя от кого угодно! Да о чем речь, он мог купить планету и превратить ее в личную крепость, куда без его разрешения не сунулся бы даже самый сумасшедший авантюрист. Что-то здесь не то. Впрочем, надо поговорить с юным Тонго лично. Эксперты экспертами, но Витарио Тогоро полностью доверял только себе самому.

– Позовите его, – мрачно приказал он начальнику службы безопасности.

– Как прикажете, – поклонился Ренсио и вышел.

Когда Рас услышал, что его хочет видеть господин Тогоро, то внутренне улыбнулся. Вот и наступает момент, ради которого задумывалась вся эта операция. На зависших в режиме невидимости неподалеку от Моована крейсере, рейдерах и эсминцах малой мобильной эскадры ревели сигналы тревоги, легионеры готовились атаковать объекты снафферов. Люди Стена и капитана Таранчено незаметно окружили здание «Ларки Моован». Двархи эскадры взяли под контроль все мало-мальски популярные инфосети населенных планет и колоний страны, собираясь выплеснуть на всеобщее обозрение информацию о снафферах и связи с ними чиновников госаппарата. Стен спланировал действия так, чтобы о причастности Аарн к этому делу не узнал никто. Увы, но после мести за Лану Дармиго орден слишком ненавидели на Мооване.

В своем теле Рас нес последнюю разработку биотехнологов, биокомп, способный за полчаса пробиться сквозь дарлитовые стены. Главное – внести его внутрь покоев Тогоро, а там уже комп справится сам. Жаль, что пока не будет связи ни с Керсиархом, ни с эскадрой и командой Стена, но деваться некуда. Он должен успеть считать память Тогоро полностью, память собственного биокомпа Раса вполне способна вместить и куда больше информации. Только бы выбраться из покоев живым. Если через полтора часа он еще не выйдет, легионеры начнут атаку. Лучше бы, конечно, обойтись без этого, но случиться может все что угодно.

Рас не строил иллюзий по поводу собственных способностей играть чужую роль. Вполне можно проколоться. Да, он прошел ускоренную подготовку оперативника, но многого еще не умеет. Хоть бы при считывании не впасть в психошок, что вполне вероятно, Тогоро ведь зверь куда более страшный, чем Томоррой. И безмерно подозрителен, ко всему прочему. Не дай Благие, Рас сделает что не так, и все.

Покои владельца «Ларки Моован» были оборудованы собственным гипергенератором, именно из-за него биокомп не смог пробиться туда снаружи. Это возможно только изнутри, отключив предварительно гипергенератор. Легионеры могут не успеть вытащить убитого вовремя. Да и ти-анх способен вернуть жизнь погибшему не более двух часов назад. Однако Рас совсем не боялся, наоборот, чувствовал азарт. Погибнет – так погибнет. Неважно. Совсем даже неважно, если его смерть поможет остановить зверье.

Господин Ренсио вел за собой юного Тонго и внимательно наблюдал за ним. Спокоен, даже слишком спокоен. Иронично улыбается, как будто чувствует за собой силу. Странно. Не может ведь не понимать, что именно сейчас решается – жить ему или умереть. Не иначе, имеет еще несколько козырей в рукаве. С этого станется. Откровенно говоря, юный наглец восхищал Ренсио. Впрочем, гений, чему удивляться, они все немного двинутые.

Тем временем они подошли к шлюзу, ведущему во внутренние покои. С подошв ботинок Раса сползали нити биокомпа, видимые только под микроскопом, тут же вживаясь в пол и стены. Керсиарх подхватывал управление ими и отслеживал расположение вооруженных людей в здании. Дварху очень не нравилось, что, попав во внутренние покои Тогоро, Рас станет недоступен мониторингу. Но поделать он ничего не мог, надеясь только, что новый биокомп сумеет отключить гипергенератор и пробурить в дарлитовых стенах отверстие для инфощупа. Помимо того, создавшие комп биотехнологи предусмотрели возможность точечного подавления защитных полей обычного типа. Теперь оставалось только молиться высшим силам об удаче.

– Прошу, – повел рукой господин Ренсио, показывая на шлюз, не уступающий по уровню систем зашиты шлюзам космических кораблей.

– Благодарю, – кивнул Рас и двинулся вперед.

Метровой толщины дарлитовая дверь закрылась, по вошедшим скользнули лучи сканеров. Найти они ничего не смогли, оборудование ордена, встроенное в тело оперативника, не поддавалось обнаружению. Да никто и не подозревал, что в человеческом теле может оказаться столько самых разнообразных устройств. Причем, ни одно из них не являлось механическим, только био– и нанотехнологии.

Почему-то ученые галактики почти прекратили новые нанотехнологические разработки, считая их тупиковым путем. На что аарн только посмеивались и продолжали изобретать вещи, которые поразили бы воображение любого человека внешнего мира. Особенно удачные изобретения получались на стыке био-, гипер– и нанотехнологии.

Нити продолжали выскальзывать из подошв ботинок Раса и ввинчиваться в стены шлюза, создавая вокруг себя маскирующее поле. Возможно, они сумеют сократить путь для щупов основного биокомпа, который оперативник собрался внедрить в покоях владельца корпорации.

Оказавшись внутри, Рас с интересом осмотрелся. На первый взгляд – ничего особенного, обычный то ли офис, то ли богатый дом. Но когда он просканировал доступные помещения, осталось только присвистнуть от удивления. Все стены были напичканы различными устройствами обеспечения безопасности. Гость все время находился под контролем нескольких компов центра охраны, за ним следило несколько автоматических плазмеров и пулеметов. Прослушивались все известные диапазоны связи, и любая попытка связаться с кем-нибудь – хоть по гравии-, хоть по гипер-, хоть по радиосвязи – немедленно глушилась.

Витарио Тогоро действительно оказался параноиком, что неудивительно при его способе зарабатывания денег. Иронично ухмыльнувшись, Рас последовал за Ренсио. Последний день жируете, господа палачи, последний день…

– Ну, здравствуйте, здравствуйте, юный Тонго, – встретил его голос Тогоро. – Любопытно посмотреть на вас собственными глазами.

Кабинет владельца «Ларки Моован» оказался сугубо функциональным, никаких излишеств, только необходимое для работы бизнесмена высокого класса. Аппаратура связи, терминал мощного компа, большой стол и десятка два стульев.

– Добрый день, господин Тогоро! – поклонился Рас. – Я тоже рад видеть вас лично.

Сканирование памяти главного палача началось. Однако связи с двархом, чтобы провести нормальный, многовариативный анализ, не было. Потому невидимые глазу нити биокомпа тысячами выползали из подошв оперативника, проникая в ковер и расползаясь по кабинету.

Через минуту один из щупов натолкнулся на передающую линию внутренней инфосети и немедленно присосался к ней. Вскоре под ковром расположился мощный вычислительный комплекс, осторожно подбирающий ключи к операционной системе местных компов. Рас не беспокоился, зная, что биокомп справится с задачей, не существовало в галактике программного обеспечения, которое не могли бы препарировать и изменить живые компьютеры.

– Присаживайтесь, – показал на кресло напротив господин Тогоро.

– Благодарю, – кивнул Рас и сел.

– Итак, для начала я хочу понять причину вашего возвращения на Моован. Имея контроль над триллионом кредитов, вы вполне могли обезопасить себя от моих охотников. Но вы вернулись. Мало того, вы вернулись с информацией обо мне. Информацией, которую никоим образом не могли раздобыть.

– Все объясняется очень просто, господин Тогоро, – усмехнулся молодой человек. – До невозможности просто. Вы убрали все упоминания о себе из баз данных Моована, но наша дорогая, слава Благим, почившая СБ, любила иметь информацию обо всех и всегда. Неужели вы думали, что они не имели ее о вас?

– Я не столь наивен, – хохотнул Тогоро. – Вы хотите сказать, что получили доступ к архивам бывшей службы безопасности?

– Именно. Как вы знаете, наследником СБ стало второе управление министерства внутренних дел. А тамошние люди тоже любят деньги. Информация обошлась мне очень дорого, но я ее получил. Можете проверить, бывший начальник архивного отдела второго управления перебрался в княжество и живет очень богато.

– И сколько вы ему заплатили? – покосился на скривившегося Ренсио владелец корпорации.

– Пять миллиардов.

– Да, за такую сумму любой продался бы, – тяжело вздохнул Тогоро. – Но это не объясняет причин вашего возвращения.

– Не объясняет, – кивнул Рас. – Но они очень просты. Да, я вполне мог обеспечить себе безопасность. И увеличить капитал мне тоже труда не составило бы. Однако я предпочитаю работать на сильную и богатую организацию, которая воспользуется моими талантами, но обеспечит защиту. Власть меня не очень интересует, большие деньги дают ее автоматически. Я взял ваши деньги только чтобы показать, на что я способен.

– Да? – приподнял брови Тогоро. – Любопытная трактовка…

– Но полностью правдивая. Кем я был год назад, до нападения ордена? Только что закончившим школу юнцом, сыном одного из ваших людей, используемого для грязных дел. Что ждало меня в будущем? Ничего, кроме повторения пути отца. Да, со временем я сумел бы скопить начальный капитал, и лет через двадцать все равно стал бы одним из самых богатых людей Моована. Но ждать двадцать лет? Мне этого очень не хотелось.

– Но откуда у вас взялись таланты в финансовой области? Или хотя бы знания?

– Мой отец определил меня в одну из лучших школ Ран-Форта, за что я до сих пор благодарен ему. Помимо того, все свои карманные деньги я тратил на частных учителей, что тоже можно проверить.

– Проверим.

– С детства меня заинтересовала биржевая игра. Я собирал всю возможную информацию, следил за самыми интересными комбинациями, насколько это оказалось возможным через инфосеть. Одновременно разрабатывал схемы собственных действий. Однако для реализации любой из этих схем требовался начальный капитал не менее десяти миллиардов кредитов. Кто бы их мне доверил?

– Никто и никогда, – согласился Тогоро. – Но расскажите все-таки, как вам удалось получить контроль над деньгами группы Томорроя. Мы знаем, что вы это сделали, но как? Увы, я и сам не понимаю.

– Я объясню, – улыбнулся Рас. – Позволите закурить?

– Курите.

Ренсио подвинул ему пепельницу. Молодой человек достал из портсигара и прикурил вертанскую сигару. Такие сигары стоили по полтысячи кредитов за штуку. Выпустив струю дыма, он снова посмотрел на хозяина кабинета.

– В тот день я решил проведать родителей. Поначалу ничего необычного не происходило, мы с дорогим папочкой, как всегда, поругались из-за матери. Вы наверное, знаете, что мы с ним не мирились.

– Знаю, конечно.

– Но в разгар ссоры в «Крыло Орла» ворвались какие-то странные люди в зеркальных боевых скафандрах и принялись убивать всех вокруг. Только потом я понял, что это были легионеры ордена. Мне повезло, смертельно раненый отец упал на меня и меня посчитали мертвым. Как вы сами понимаете, я не стал разубеждать в этом легионеров.

– А кто стал бы? – вздрогнул Ренсио. – С этими паскудами не договоришься.

– Когда аарн ушли, – продолжил Рас, потушив сигару, – я кинулся искать мать, но не нашел ее. К сожалению, я так до сих пор и не знаю, что с ней произошло. Она бесследно исчезла. Может быть, легионеры забрали ее с собой? Но зачем им умирающая женщина? Не понимаю. Но я отвлекся, извините. Когда я подошел к отцу, оказалось, что он еще жив. Он передал мне код доступа к банковской ячейке, в которой находилась вся документация по деньгам, контролируемым группировкой. Хотел, чтобы я передал код Терену Вархаго, живущему в городе Мер-Таркиге.

Тогоро вопросительно посмотрел на Ренсио.

– Человек, отвечающий за тамошний округ в нашей сети, – пояснил тот. – Если бы пароли передали ему, ничего не случилось бы.

– Но мне захотелось сначала посмотреть, что находится в ячейке, – вздохнул Рас. – Когда я понял, что передо мной, у меня перехватило дух. В голову раньше не приходило, что Томоррой с моим отцом контролируют такие деньги. Еще я понял, что они являлись частью большой и сильной организации, с которой шутить не стоит. Пытаться украсть у такой организации – глупо. Найдут где угодно и заставят пожалеть о своей глупости. Однако если суметь стать для такой организации полезным, то будущее обеспечено. Потом я вспомнил о разработанных мною схемах и подумал, что если я сумею увеличить сумму хотя бы вдвое, то меня могут и простить. Это оказался мой шанс показать себя и не ждать двадцать лет. Я решил им воспользоваться. Поэтому уже через два часа покинул Моован, не имея при себе ничего, кроме паролей к номерным счетам в трех банках Трирроуна.

– Томоррой оказался настолько глуп, что хранил пароли к номерным счетам в банковской ячейке? – скривился Тогоро. – Не ждал. Ренсио, проверьте-ка как остальные руководители бригад работают с деньгами. Мне не хочется повторения этой идиотской ситуации.

– Проверю, – кивнул начальник службы безопасности, выглядевший совсем кислым.

Если юный Тонго рассказал правду, это прокол самого Ренсио, и Тогоро не простит. Хотя возвращение наглеца с триллионом вместо двенадцати миллиардов, похоже, настроило гневливого шефа на благодушный лад.

– Что было дальше, вы, наверное, знаете, – снова заговорил молодой человек. – Для начала я раздел трирроунскую фондовую биржу на сотню миллиардов и разбросал деньги по десяткам счетов во многих банках галактики. Потом принял некоторые меры безопасности, нанял неплохих профессионалов и начал вояж по богатым странам. Да что я говорю, ваши люди следовали за мной буквально по пятам. Когда общая сумма контролируемых мною денег перевалила за триллион, начал подумывать о возвращении.

– И?

– И я здесь. Все заработанные мною деньги – ваши, господин Тогоро. Надеюсь, вы выделите мне определенный процент. Я полностью в вашем распоряжении и готов работать на вас. Как мне кажется, я доказал, что кое-чего стою.

Тогоро откинулся на спинку кресла и расхохотался. Впервые за много лет он жалел, что у него нет детей и этот наглый юнец не его сын. Хорош. Слов нет, насколько хорош. Но какова наглость, а? Не боится рисковать, ничего не скажешь. Во взгляде владельца корпорации светилось одобрение.

– Да, вы, юноша, беспримерно наглы, – сказал он, отсмеявшись. – Я таких не встречал. Но я вполне способен простить вас и принять на службу. Люди ваших талантов невостребованными не остаются. Однако я не верю, что только желание служить сильной организации привело вас ко мне. Расскажите лучше правду.

Рас поежился, его лицо скривилось.

– Все равно вы узнаете… – обреченно махнул он рукой. – Не сейчас, так позже. Вы правы, вышесказанное – только одна из причин.

– Какова вторая?

– Мною заинтересовалась фискальная финансовая служба великого князя… – тяжело вздохнул молодой человек, яростно растирая висок. – В общем, у меня не осталось иного выхода, кроме как обратиться к вам. Как работают спецслужбы княжества – не мне вам рассказывать.

– Вот теперь – правдоподобно, – довольно усмехнулся Тогоро, переглянувшись с Ренсио. – Не считайте меня наивным дураком, юный Тонго.

– Ни в коем случае! – покачал головой Рас. – Я ведь вернул вам все деньги. Триллион двести семнадцать миллиардов галактических кредитов.

– Ну, я никогда не поверю, что вы не спрятали некую сумму на каких-то тайных счетах, – иронично взглянул на него владелец корпорации. – Но это неважно, человек ваших талантов бедным не будет. Мне интересно другое. Потому хочу спросить у вас кое-что.

– Спрашивайте.

– Вы отдаете себе отчет в том, к кому пришли и чем занимается наша организация?

– Вполне, – откинулся на спинку стула Рас. – Я все-таки сын Дореса Тонго, не забывайте. Неужели вы думаете, что я не видел хотя бы кое-чего? Видел, конечно.

– Только видели?

– Слава Благим! – гадливо скривился молодой человек. – Еще и руки самому марать? Не хватало только. Удовольствия мне такое не доставляет. Я вам уже говорил, что не хочу заниматься грязными делами. Неприятно. Мое дело – финансовое мошенничество в особо крупных размерах.

– Но на этих грязных делах мы получаем основной капитал, – фыркнул Тогоро.

– Пусть так, – кивнул Рас. – Однако потом это просто деньги, которые можно прокрутить на бирже и многократно увеличить, одновременно очистив от подозрений в неблаговидном происхождении. Если вам интересно, то у меня в чемодане инфокристалл с наработками по отмывке денег.

– Интересно, – усмехнулся змеиной улыбкой Тогоро. – Очень даже интересно. Я буду рад воспользоваться вашими наработками и вашими услугами. Однако вынужден устроить вам небольшую проверку.

– Да на здоровье! – пожал плечами молодой человек. – Хоть десять.

– Зачем же десять? Одной вполне достаточно.

Откровенно говоря, Рас не слишком беспокоился, считывание памяти Тогоро почти закончено – ну и сволочь, однако же. Если бы не мощные блоки, установленные Целителями Душ, Рас давно валялся бы в психошоке. Сознание главы снафферов казалось мутной и зловонной клоакой. Ради собственной выгоды этот человек способен был на все, и именно на этом построила свой рассчет Тина, разрабатывая операцию внедрения. Слава Благим, от Раса не требовалось длительное внедрение, он бы не справился, и прекрасно понимал это.

Биокомп тоже работал в ударном темпе, опутывая мириадами невидимых глазу нитей покои Тогоро. Он уже взял под контроль часть сегментов внутренней инфосети, только к главному серверу никак не мог пробиться. А гиперзащита отключалась только с него. Как только гиперполе отключится, легионеры атакуют, хватит палачам жировать.

Рас уже знал, как открыть сейф и добраться до нужных документов, не потревожив систему уничтожения. Одновременно с этим несколько щупов пробивали в дарлитовых стенах проход наружу. Сразу после появления хотя бы микронной толщины отверстия здесь окажется Керсиарх, и пусть попробуют снафферы справиться с двархом. Куда им, несчастным. Но до того придется соблюдать величайшую осторожность.

– Прошу, – указал Тогоро на открывшуюся в боковой стене дверь.

Рас последовал за ним, недоумевая про себя. Что еще за проверку выдумала эта сволочь? Ему недостаточно выигранных на бирже за три дня сорока миллиардов? Чего он еще хочет? Неужели провал? Неужели он выдал себя чем-то? Непонятно.

Тогоро провел Раса через две небольших комнаты, и они оказались в полутемном помещении. Что-то насторожило молодого человека, и он внимательно огляделся. Благие! К стене была прикована девушка в разорванном платье. Во рту бедняжки виднелся кляп, глаза переполнял смертный ужас. Она все время пыталась вырваться из наручников, сбив руки в кровь, но куда там.

– Вот это и есть наша маленькая проверка, господин Тонго, – хитро ухмыльнулся Тогоро. – Мы не требуем от вас ничего особого, понимаем, что вы не любитель такого рода развлечений. Просто возьмите нож и убейте эту девицу. Или задушите. Способ на ваше усмотрение. После этого мы увидим, что вы действительно с нами.

Попался! Вот теперь-таки попался. Будь оно все проклято! Почему никто не подумал, что его могут проверить таким образом? Рас связался с биокомпом и едва не выругался, тот пробурил стену едва ли наполовину. До атаки легионеров тоже больше сорока минут. И что теперь делать? Прикованная девушка сдавленно замычала, и в этот момент Рас узнал ее. Перед ним была его одноклассница Карина, подруга Ланы Дармиго.

* * *

Светло-серый зал постепенно наполнялся немолодыми, уверенными в себе людьми. Каждый смотревший на них понимал, что здесь собрались представители всех человеческих народов обитаемой галактики. Беловолосые и круглоглазые уроженцы Тиума; худые и очень высокие выходцы из Сообщества Т’Он; смуглые и черноволосые трирроунцы; чернокожие лавиэнцы высших классов с обычными для них гривами белоснежных волос до пояса; белокурые, большеглазые, атлетически сложенные аристократы княжества. И множество людей, происхождение которых понять было затруднительно.

Конференцию представителей стран коалиции созвали на «Пути Тьмы», флагманском крейсере Сина Ро-Арха. Практически никто еще не бывал на кораблях ордена, и теперь все с любопытством оглядывались. Однако ничего необычного так и не увидели, самый обыкновенный конференц-зал. Разве что заказанные напитки не разносились официантами, а сами собой появлялись на висящих в воздухе возле каждого гостя небольших подносах. Да еще биокомпы невероятной мощности на рабочих местах совещающихся.

Собравшиеся сидели за круглым столом в удобных мягких креслах. Напротив входа совещались о чем-то первосвященник Церкви Благих, отец Симеон, и великий князь Кэ-Эль-Энах, Раван VI. Неподалеку от них нервно оглядывался по сторонам Джастан IX, король Скопления Парг. Он чувствовал себя не слишком уютно, палата лордов буквально заставила его отправиться сюда. Генеральный директор Телли Стелл, господин Неннидо Вар-Хартог, выглядел уверенным в себе, но только для тех, кто не знал его лично. На самом деле он сильно переживал и проклинал про себя идиотов, продавших «Астарки» святой иерархии. Орден, понесший из-за этого большие потери в войне, вполне способен наказать всю страну. Очень не хотелось бы. Директора концерна «Аста Виорет» были арестованы и ждали суда, но удовлетворит ли это Командора? Господин Вар-Хартог не знал и продолжал нервничать.

Вскоре собрались все. Ждали только представителей ордена Аарн. Как стало известно, Илар ран Дар еще не отошел от перенапряжения во время атаки на Элтират, но все равно намеревался присутствовать. Помимо него, должны были прибыть дварх-адмиралы Т’Сад Говах и Син Ро-Арх. Вполне возможно, что их будет сопровождать Кровавая Кошка, зловещая репутация которой заставляла многих ежиться.

Долго ждать не пришлось, минут через пять в стене возле входа завертелась воронка прямого гиперперехода, и из нее вышел Командор. За ним следовали дварх-адмиралы и Тина Варинх. Маг коротко поклонился и проследовал к своему месту, рядом с которым находилось огромное кресло для дракона.

– Я приветствую всех прибывших на эту конференцию, – заговорил Илар ран Дар, переглянувшись с Сином Ро-Архом. – Кланяюсь Вашему святейшеству, Вашим величествам и господину генеральному директору.

Он действительно поклонился, затем обвел взглядом собравшихся. Великий князь с интересом наблюдал за магом, постоянно о чем-то перешептываясь с отцом Симеоном. Король Парга выглядел мрачным и усталым, генеральный директор Телли Стелл – встревоженным. По поводу остальных трудно было сказать что-нибудь определенное, профессиональные дипломаты хорошо умели скрывать свои чувства.

– Очень рад, что вы нашли время и лично посетили нас, – продолжил маг. – Сегодня нам предстоит решить несколько важных вопросов. Точнее – два. Первый – это контрибуция, которую побежденная коалицией святая иерархия должна выплатить победителям. И второй – что делать с этой самой святой иерархией, и позволять ли ей дальше существовать в виде независимого государства.

– С какого начнем? – спросил великий князь.

– Думаю, с контрибуций. Это куда более простой вопрос. Предлагаю распределение согласно реальному участию наших стран в войне. Орден Аарн понес сорок процентов всех военных расходов. Еще двадцать процентов взяло на себя княжество Кэ-Эль-Энах. Остальные государства принимали участие примерно поровну, то есть всем им полагается по четыре процента от общей суммы контрибуций. Нам деньги фанатиков не нужны, и мы отказываемся от них в пользу Церкви Благих. Надеюсь, что вы, Ваше Святейшество, используете их для помощи нуждающимся.

– Церковь Благих благодарит орден Аарн за щедрый дар, – встал и поклонился отец Симеон. – Только я не совсем понимаю, откуда у побежденных деньги…

– Имелось в виду промышленное оборудование, научные разработки, рудники, космические корабли, запасы вария и иных полезных ископаемых, – почти незаметно улыбнулся Командор. – Все это имеет какую-то стоимость. Предлагаю исходить из среднегалактических цен при оценке.

– А почему Лавиэн тоже получает четыре процента? – недовольно спросил посол Ринканга. – Они послали всего один полк, тогда как с нашей стороны в войне участвовало пять дивизий полного состава.

– Господа! – поднял руки Т’Сад Говах, голос дракона перекрыл начавшийся было шум. – В вашем распоряжении сорок процентов от суммы контрибуций. Мы предложили самый простой выход. Если вы считаете, что распределение должно быть иным, прошу решить это между собой. Здесь не место и не время обсуждать этот вопрос.

– Полностью согласен с господином дварх-адмиралом, – резко кивнул генеральный директор Телли Стелл. – Война велась не из-за контрибуций, и это не самое важное. Наша страна готова отказаться от них. Его святейшество распорядится этими средствами лучше.

Кто бы знал, чего стоил этот отказ господину Вар-Хартогу… Такое противоречило всем его жизненным принципам. Однако он надеялся, что столь широкий жест поможет, и орден не станет наказывать директорию.

– Мы хотели бы получить вместо контрибуций планетную систему Кертиан, – встал на ноги посол Тиума, его круглые глаза часто моргали, и он явно нервничал.

– А не слишком ли многого вы хотите? – прищурился Командор.

– Почему – многого? Это ненаселенная система, и она вплотную прилегает к границам нашей страны.

– Только все ли в курсе, что в системе Кертиан расположены основные вариевые рудники святой иерархии? – прищурилась Тина Варинх, с иронией глядя на мгновенно покрасневшего посла.

– Понятно, – усмехнулся великий князь, – Тиум в своем репертуаре. Жаждете остаться монополистами, господа? Зря, не получится. У нас тоже есть право. Никто из нас не согласится, чтобы рудники достались кому-то одному. Потому предлагаю поделить их опять же пропорционально участию в войне.

– И вам достанется больше всех! – злобно выплюнул представитель империи Сторн.

– А кто мешал вашему императору послать больше войск? – иронично приподнял бровь Раван. – Только его собственная спесь, ничего больше.

– Господа, не будем ссориться! – остановил нарождающийся конфликт Командор. – Вопрос решаем, рудники очень богаты, хватит всем. Кстати, сообщаю, что с нашего главного союзника, княжества Кэ-Эль-Энах, снят запрет на наличие военного флота. Ваше величество, согласны ли вы принять как часть положенной вам контрибуции остатки флота Аствэ Ин Раг?

– Конечно, согласен, господин Командор! – наклонил голову великий князь, по его губам бродила торжествующая улыбка.

Воцарилось потрясенное молчание.

– Только вы должны отдавать себе отчет, Ваше величество, что в случае вашей агрессии по отношению к кому-либо запрет снова будет наложен.

– Княжество достаточно богато, чтобы обойтись без чужого! – возмутился Раван. – Наоборот, это некоторые наши соседи с удовольствием поживились бы за наш счет. Потому мы рады, что у нас появилась возможность защитить свои границы от непрошенных гостей.

Послы сдержанно зашумели, понимая, что расстановка сил в галактике снова меняется. Каждый хорошо знал, что протестовать смысла не имеет – Командор, все хвосты Проклятого ему в глотку, все равно поступит по-своему. Многие жалели, что не захотели послать больше войск, может, тогда бы орден снял бы запрет и с них. Но следовало исходить из реальности, а не из желаемого. Каждый, фальшиво улыбаясь, поздравлял сияющего великого князя. Кроме, конечно, представителя империи Сторн, со злобой смотревшего на старого врага его страны.

– Давайте закончим с контрибуциями, господа, – заговорил Син Ро-Арх. – Обсуждение второго вопроса займет у нас куда больше времени.

Споры длились долго. Тиум, Моован, Трирроун и Кроуха-Лхан выторговали себе по две планетных системы неподалеку от их границ. Остальные предпочли обойтись промышленным оборудованием, грузовыми кораблями и полезными ископаемыми. И, конечно, каждая страна получила свою долю в разработке вариевых рудников системы Кертиан. Даже Лавиэн, чему тамошний посол сильно удивился. Дома сильно обрадуются, до сих пор Лавиэн не имел собственного вария вовсе и покупал его за бешеные деньги у Тиума. Посол не рассчитывал, что им перепадет что-нибудь существенное, и про себя проклинал жадность лордов Торговой Палаты, пославших один-единственный полк. Теперь их жадность обернулась против них самих.

– А сейчас, господа, нам предстоит решить дальнейшую судьбу Аствэ Ин Раг, – сказал Командор, когда присутствующие дипломаты несколько успокоились. – Останется ли это государство единым, или его следует разделить на несколько небольших. Возможно, кто-нибудь хочет взять часть территории святой иерархии под свой патронаж?

– Мы не возьмемся, – поспешил отказаться великий князь. – Не дай Благие таких подданных, как эти сумасшедшие фанатики.

– Да никто не возьмется, – согласился с ним генеральный директор Телли Стелл. – Их не перевоспитать. Они ведь даже рабство почитают за завет их Святого Благословенного.

– Может, Церковь? – повернулся к первосвященнику Илар ран Дар.

– Не думаю, – тяжело вздохнул отец Симеон. – Мы для них еретики, враги истинной веры. Что-то может получиться только, если забрать у них детей и воспитать в ином ключе.

– И кто этим займется? – скривился король Парга. – Ваше Святейшество, это же нереально. Во-первых, они новых нарожают – и завещают им месть. Разве что стерилизовать все взрослое население. Вы за это возьметесь? Или, может, орден согласится заняться этим неприятным делом?

– Не дай Создатель! – вздрогнул Командор.

– Вот именно. А во-вторых, детей в святой иерархии, как минимум, несколько миллиардов. Откуда взять средства на их воспитание? Где их воспитывать? Как? Думаю, это совершенно невозможно.

– Вы правы, Ваше величество… – вздохнул первосвященник. – Но что с ними делать?

– Боюсь, их придется просто оставить в покое, – развел руками Джастан IX. – Только внимательно следить и не давать снова становиться сильными.

– Вы уверены, что за этим можно проследить? – иронично приподнял брови великий князь. – Я – нет.

– Проследим, – мрачно пообещал Командор. – Но никто не ответил на заданный мной вопрос. Оставить Аствэ Ин Раг единой страной или разделить на несколько?

– Мой император требует оставить святую иерархию единой страной, – встал посол Сторна. – Вот нота нашего правительства.

– Мы поддерживаем это мнение, – один за другим поднялись послы Тиума, Ринканга и Моована. – Таковы распоряжения наших правительств. Вот ноты.

Командор переглянулся с Т’Садом и приподнял бровь. Странное единодушие. Такое ощущение, что кто-то приказал правительствам этих стран оставить святую иерархию одной страной. Вполне может быть. СПД во время войны сидело тихо, ничем не выдавая своего присутствия. А это вовсе не похоже на пронырливую организацию, чьи уши обычно торчали из-за каждого куста.

– Боюсь, что я вынужден согласиться с этим мнением, – скривился отец Симеон. – Смотрите сами, господин Командор. Если поделить территорию Аствэ Ин Раг на несколько государств, нам придется организовывать несколько правительств, годами помогать каждому из них и так далее. Какой общественный строй устанавливать в каждом? Любой быстро выродится в теократию, здесь иное невозможно. Понимаю, что оставить святую иерархию в покое – тоже не выход, но что же делать? Мы постараемся насадить здесь нашу религию, но я не верю, что хоть что-нибудь из этого выйдет. Слишком хорошо знаком с фанатизмом местного населения.

– А рабство? – мрачно спросила Тина. – Что, так и оставить им рабов?

– Всех вы все равно не заберете, – вздохнул первосвященник. – А даже если и заберете, они быстро обратят в рабство часть свободных. Единственное, что мы можем сделать – попытаться законодательно запретить жестокость по отношению к рабам.

– Не поможет, – тяжело вздохнул Командор. – Все-таки, предлагаю запрет рабства. Кстати, у меня здесь списки организаций, которые имеют отношение к работорговле во всех странах обитаемой галактики. Я передаю эти списки вам, господа. Решение в руках ваших правительств. Но я советую раздавить эти организации, настоятельно советую. Охотников за рабами в святой иерархии не осталось, и мы проследим, чтобы новых появлялось как можно меньше.

– Давайте попробуем запретить, – пожал плечами отец Симеон. – Только даю вам гарантию, что через год-другой фанатики наплюют на ваш запрет. Как только немного забудется война.

– Очень может быть, – поморщился Илар ран Дар. – Но попробовать мы обязаны, или когда-нибудь здесь возникнет новая тварь инферно. Как я понимаю, большинство за то, чтобы Аствэ Ин Раг осталось единым государством? Хорошо. Раз так, прошу голосовать.

Против проголосовали только великий князь и посол Сообщества Т’Он. Син с Тиной смотрели на это действо, и им с каждым мгновением становилось все более ясно, что без постороннего вмешательства здесь не обошлось. Честное слово, зря Мастер затеял эту коалицию. Лучше бы сами воевали, так зато сами и решали бы, что делать с побежденными. Но что есть, то есть, и ничего с этим не поделаешь.

– Тогда кратко резюмирую, – сказал Командор через пару минут. – Аствэ Ин Раг остается единым государством за исключением планетных систем, отчуждаемых в виде контрибуции. Общественным устройством предлагаю монархию, новая династия не захочет выпускать власть из рук и вряд ли легко отдаст ее Синклиту. Рабство законодательно запретить. Понимаю, что это вряд ли надолго, но мы постараемся проследить. Все тяжелые производства страны будут вывезены в счет контрибуции, и фанатики едва ли сумеют скоро восстановить научную и промышленную мощь. Также предлагаю запретить религию Святого Благословенного во всех странах галактики.

– Поддерживаю! – заявил отец Симеон и буквально вызверился на попытавшегося возразить посла империи Сторн. – А вам советую подумать о том, что ваша страна и так находится на грани интердикта!

Посол промолчал с крайне недовольным видом. Остальные нехотя проголосовали за предложение Командора. Решение было принято, теперь предстояло воплощать его в жизнь. Будет нелегко, никто в этом зале не строил излишних иллюзий. Но необходимо.

* * *

Карина сходила с ума от ужаса. Кто ее похитил? Зачем? Ради выкупа? Но у ее родителей нет больших денег! Папа обычный школьный учитель, а мама – одна из секретарш мэра города. Ничего более. Только благодаря некоторой протекции со стороны начальства она сумела пристроить дочь в привилегированную школу. Газеты писали, что на Мооване постоянно пропадают молодые люди обоих полов, но девушка никогда не верила в глупые слухи, никто из ее знакомых не пропал. Зато теперь это случилось с ней самой…

Три дня назад Карина возвращалась домой из института, когда перед ней опустился флаер, и выскочившие оттуда трое громил затолкали девушку в кабину. Она кричала, плакала, звала на помощь, вырывалась. Но никто ей не помог. Бандиты связали похищенную, заткнули рот кляпом и бросили на пол машины. Карина ничего не могла понять, ее даже не изнасиловали, просто отвезли куда-то. Везли долго, почти полдня. Потом бросили в какую-то темную комнату, в которой ничего не было. Даже воды ей не давали, и девушка страшно хотела пить.

За все время никто не сказал Карине и слова, казалось, что для похитителей она и не человек вовсе, а всего лишь кусок мяса. От боли и отчаяния девушка плакала, пока слезы не иссякли. Сколько времени она провела в этой темной комнате, Карина не знала. Два часа назад ее вытащили, окатили водой из шланга и приковали к стене. Вынуть кляп никто даже не подумал. Когда девушка немного пришла в себя и осмотрела комнату, ей стало совсем не по себе. Она находилась в стилизованной под старину пыточной камере. Жуткие инструменты на стеклянном столике неподалеку приводили ее в такой ужас, что все тело содрогалось. Это к ней собираются применять все это? Но за что?!

Внезапно внимание привлекли шаги нескольких человек. Благие! Неужели это палачи идут ее мучить? Благие, да что же вы так? Что вам сделала девятнадцатилетняя девушка? Она ведь никому зла не причиняла! Так за что? За что? Почему она? Тем временем в пыточной появились три человека. Двое пожилых и роскошно одетый молодой пижон. Так одевались, наверное, только наследники самых богатых семейств страны. Да и то не все. Шикарный костюм тармиланского псевдошелка и огромный черный дармиалг на заколке клубного галстука говорили сами за себя.

– Вот это и есть наша маленькая проверка, господин Тонго, – гнусно ухмыльнулся похожий на злобного шакала старик. – Мы не требуем от вас ничего особого, понимаем, что вы не любитель такого рода развлечений. Просто возьмите нож и убейте эту девицу. Или задушите. Способ на ваше усмотрение. После этого мы увидим, что вы действительно с нами.

Тонго? Карина всмотрелась в лицо юнца и отчаянно забилась в оковах. Перед ней действительно стоял ее одноклассник Рас Тонго! Тот самый Рас, которого так не любила Лана, и который любил ее. Да как же это? Это он сейчас будет убивать Карину? Теперь девушка поняла, зачем ее похитили. Этим старым волкам нужно, чтобы Рас убил на их глазах кого-то из своих знакомых. Благие! По глазам парня она поняла, что он тоже узнал одноклассницу и теперь в растерянности. Как Рас мог здесь оказаться? Да еще и в таком костюме? Но Благие, неужели он согласится ее убить?

– Проверки на бирже вам недостаточно? – гадливо скривился молодой человек, поворачиваясь к Тогоро.

– Увы, господин Тонго, недостаточно, – осклабился тот. – Мы – организация особая, каждый высокопоставленный человек среди нас должен хоть раз показать, что все понимает и согласен с нашими целями.

– Это моя одноклассница, – поморщился Рас. – Неужели нельзя было найти кого-нибудь другого?

– В том-то и весь смысл проверки, – развел руками Ренсио. – если вы способны ради денег убить хорошо знакомого вам человека, то незнакомого убьете и вовсе без зазрения совести.

– Что-то в этом есть, согласен, – тяжело вздохнул молодой человек. – Только мне никогда еще не доводилось убивать своими руками. Потому заранее извиняюсь, если потом испачкаю вам пол.

– После первого убийства всех рвет, – успокаивающе кивнул Тогоро. – Вы не нервничайте, это совсем не трудно. Возьмите вон тот стилет и воткните ей под левую грудь. Она даже мучиться не будет, все произойдет очень быстро.

Карина сквозь слезы смотрела, как Рас взял стилет и покрутил его в руках, рассматривая. Благие! Он ее убьет! Девушку била дрожь, жить хотелось неимоверно. Каждый глоток воздуха казался последним, драгоценным, желанным. Ведь она еще ничего не успела узнать! Даже еще не любила никого…

Рас продолжал крутить в руках стилет и смотрел на Карину. Может, действительно не строить из себя Проклятый знает что? Через полчаса сюда ворвутся легионеры, и можно будет отправить Карину в ти-анх. Двух часов с момента смерти еще не пройдет, оживят без проблем. В тот же момент его ожег стыд. Да как ему такая мерзость в голову прийти могла? Благие! Это ведь скотство! Даже ради спасения других нельзя делать подобного.

А раз так, то остается только один выход. Принимать бой и надеяться, что сумеет продержаться до подхода помощи. Что ж, господа палачи. Вы еще никогда не сталкивались с обученным оперативником ордена? Ничего. Сейчас вы поймете, что это такое. Вживленные в тело боевые системы приходили в состояние готовности, мышцы подготавливались к ускоренному режиму движения, биокомп сканировал помещение. Понятно, добрых десять плазмеров сейчас направлены на него с Кариной. Но это им не поможет.

Рас встал поудобнее и весело улыбнулся прикованной девушке. А затем стилет исчез из его рук, чтобы появиться в глазу господина Ренсио. Тогоро все-таки следовало сохранить живым. Карина не поверила своим глазам, когда ее одноклассник вдруг исчез, только какой-то вихрь метнулся по пыточной. В стены несколько раз ударили разряды плазмеров, и все затихло. Один из пожилых джентльменов валялся на полу со стилетом в глазу, к виску второго Рас приставил указательный палец. Тот выглядел изумленным до онемения.

– Зря вы придумали эту проверку, господин Тогоро… – оскалился молодой человек. – Очень зря. Я считал вас умным человеком, а вы оказались дураком.

– Это ты дурак! – прорычал владелец корпорации, попытавшись вырваться, но у юнца оказалась стальная хватка. – Ты что, надеешься выбраться отсюда живым? Так не получится.

– А не имеет никакого значения, живым или мертвым, – довольно оскалился Рас. – Вы с подобными мне еще не встречались.

Тогоро ничего не понимал. Он только видел, что указательные пальцы юнца превратились в два плазмера, их кончики горели хорошо знакомым мертвенным светом готовых к стрельбе выводных линз. Да и то, как Тонго уничтожил оружие в стенах, тоже впечатляло. Скорость движений нечеловеческая. Похоже, перед ним киборг. Проклятый бы побрал высоколобых идиотов, утверждавших, что киборги невозможны! Вот он, рядом стоит! Тогоро покосился на дыры в пластилитовых стенах и вздрогнул. Это какой же мощности плазмеры у него в пальцы вмонтированы? Кошмар какой-то! Мальчишка тем временем связал пленника и, прикрываясь им, быстро порвал наручники девчонки. Руками порвал. Потом вынул кляп и отвел к умывальнику в углу. Она жадно напилась и только потом посмотрела на своего спасителя.

– Спасибо…

– Рано пока благодарить, – вздохнул Рас. – Нам отсюда еще выбраться нужно. Здесь тысячи человек охраны. Надо же было так влипнуть!

– А что с тобой случилось? Чего они от тебя хотели?

– Извини, не имею права рассказывать, – покачал он головой. – Нам с тобой сейчас нужно занимать где-то оборону и ждать помощи. Через полчаса наши начинают атаку, но эти полчаса мы должны продержаться. Стрелять умеешь?

– Д-д-а-а… – едва выдавила растерянная Карина.

– Держи, – Рас протянул девушке плазмер, отобранный у Тогоро. – Только не пали во все стороны. Это не игры, здесь все по-настоящему.

– Ты из полиции?

– Полиция на откупе у этой сволочи, – скривился Рас.

– Да кто они такие?!

– Кто? – горько улыбнулся он. – Снафферы. Знаком тебе такой термин?

– Что-то слышала, но не помню… – растерянно ответила Карина.

– Не помнишь… Это люди, снимающие фильмы с реальными убийствами и пытками. Для них не проблема посадить сотню человек на кол, чтобы снять впечатляющую сцену. На Мооване тысячи таких контор! Каждая сволочь в правительстве о том прекрасно знает, но всем безразлично.

– Ты не шутишь? – мертвенно побледнела Карина.

– Если бы… – тяжело вздохнул Рас. – Хуже всего, что мой отец был одним из этих сволочей. Потому мой долг их остановить. Именно мой. Но я прокололся на тебе. Не смог я тебя убить, чтобы к ним в доверие втереться! Извини.

– За что? – с недоумением спросила девушка. – За то, что не убил? Наоборот, спасибо, мне умирать еще как-то рановато. Рада, что ты человеком остался.

– Какая трогательная картина… – презрительно бросил Тогоро. – Хоть мелодраму снимай.

– Ничего, скоро вы увидите куда более трогательные, – зло оскалился Рас. – Вы еще не поняли, с кем столкнулись? Ничего. Скоро поймете.

– Ой, как мне страшно! – гнусно захихикал Тогоро. – Кем бы вы там ни были, вы все равно не сумеете узнать и десятой доли! Сейчас появится охрана, и мы поговорим по-другому.

Рас повернулся к нему, усмехнулся и что-то негромко сказал, Карина не расслышала что, но мерзкий старик не то, что побледнел, а позеленел весь. Молодой человек насмешливо осклабился и пододвинул к стене металлический шкаф, освобожденный от пыточных инструментов. Хоть какое-то прикрытие. Интересно, когда охрана забеспокоится? Прошло уже десять минут, а они все еще не шевелятся. Хорошо бы так и осталось, убивать охранников не хотелось. Впрочем, еще неизвестно, кто кого убьет. Понятно, что его оживят, но это потеря времени и немалая. Информация, к сожалению, только в его мозгу.

Хотя, стоп. Рас принялся сбрасывать в память биокомпа, продолжающего бурить отверстие в дарлитовой стене, коды доступа к сейфу. Это поможет легионерам сэкономить время в случае его смерти. Инфонити распространились уже по всем помещениям внутренних покоев, и у Раса появилась возможность следить за происходящим.

Кто-то начал вызывать господина Ренсио, но тот не ответил. Потом охранник подключился к камерам слежения, и выяснилось, что ни одна из них не работает, это вообще ни в какие ворота не лезло, такого не случалось здесь еще никогда. Поднялся переполох. Раз за разом вызовы оставались без ответа, и вскоре два охранника отправились проверить, в чем дело. Молодой человек вздохнул. Придется стрелять. Впрочем, служащие во внутренних покоях прекрасно осведомлены, чем занимается их хозяин, а раз так, то такая же сволочь, и жалеть их не стоит.

Труп начальника службы безопасности Рас специально оставил на виду. Приказав Карине лечь и заткнув рот Тогоро, он присел за шкафом. Охрана была вооружена слабосильными плазмерами и шокерами местного производства, они далеко не сразу пробьют стальной шкаф. Впрочем, молодой человек на месте сидеть не собирался. Благо вход один, и охранники могут проникать в комнату только поодиночке, максимум, по двое. Куда им, несчастным, справиться с оперативником ордена. Они даже уследить за Расом не смогут. Молодой человек тяжело вздохнул и снова активировал режим ускоренного восприятия.

Входная дверь исчезла в стене, и охранник скользнул внутрь. Увидев труп собственного начальника, на секунду замер, и это стоило ему жизни. Молния выстрела – и в пыточной оказалось два мертвых тела. Впрочем, ненадолго. Его напарник, застывший в дверях, пережил сослуживца всего лишь на пару секунд. Рас перекатился по полу, выстрелил, и охранника не стало, только кровавые ошметки вылетели в коридор. Оперативник весело оскалился – не сталкивались еще с орденскими плазмерами, сволочи? Так кушайте. На здоровье.

– Что там происходит?! – заорал кто-то.

– Не знаю! – буквально завизжал в ответ еще один охранник. – Господин Ренсио мертв, где господин Тогоро – неизвестно. Там засел какой-то урод. Тирки и Варген убиты!

– Так вперед! За что вам только деньги платят, ленивые суки?! Пошли! Пошли, я сказал!

Охранники на секунду замешкались, а потом один за другим рванулись в дверь. Не помогло, только возле входа в пыточную стало на четыре мертвых тела больше, плазмеры Раса разрывали нападающих на куски. Они, конечно, тоже стреляли, но оперативнику пока удавалось уклоняться. Хорошо хоть, что охранники его не видели и, паникуя, палили в белый свет. Но это ненадолго, среди офицеров охраны Тогоро имелось достаточно бывших профи из спецназа космодесанта, не раз выбивавших террористов из укрытий.

Действительно, вскоре появился человек с решительным голосом и быстро навел порядок, прекратив панику. Рас скривился. До атаки легионеров осталась еще четверть часа, да и биокомпу работать минут десять, никак не меньше. Хвост Проклятого! Не рассчитали со временем немного. Впрочем, чему удивляться, ни одна боевая операция еще не проходила строго по плану, такое физически невозможно.

– Предлагаю сдаться! – раздался усиленный мегафоном голос. – Вам некуда отступать!

– У меня господин Тогоро под прицелом! – крикнул в ответ Рас. – Лучше не лезьте, а то ему худо придется.

– Чего вы хотите?

– Я? – рассмеялся оперативник. – Ничего. Только чтобы палачи получили по заслугам. Знаете ли вы, кому служите? Знаете ли вы, что господин Витарио Тогоро – глава снафферов Моована?

– Повторяю вопрос: каковы ваши требования? – в голосе неизвестного появилась насмешка.

Все они знают. Что ж, значит, заслуживают своей судьбы. Главное – потянуть время. Рас принялся выставлять совершенно идиотские, алогичные требования. Даже потребовал присутствия президента Моована. Увы, долго морочить голову неизвестному профессионалу не получилось. Тот понял, что террорист тянет время, и приказал атаковать. Оперативник метался по пыточной с невидимой глазу скоростью и стрелял, стрелял, стрелял. Ошметки человеческих тел разлетались во все стороны. Охранники явно боялись, им никогда не доводилось встречаться ни с таким бойцом, ни с таким оружием.

Вдруг в мозгу Раса вспыхнул сигнал готовности биокомпа и вслед за тем раздался встревоженный голос Керсиарха:

– Ты в порядке?

– Атакуйте! – выдохнул он. – Информация у меня, Тогоро взят. Меня зажали в пыточной вместе с девушкой и пленником.

– Какой девушкой? – недоуменно спросил дварх.

Рас на какую-то секунду замешкался, и это сыграло, к сожалению, роковую роль. Внутрь пыточной ворвались сразу три охранника и принялись палить во все стороны. Какой-то выстрел достиг своей цели, Рас глухо вскрикнул и рухнул на пол. Увидевшая это Карина отчаянно завизжала, зажмурилась и тоже начала палить во все стороны. Девушка плакала, вся дрожала, и отпустила курок, только когда в батарее плазмера не осталось ни одного заряда.

Стен нервничал, кусая кулак. Прошло почти полтора часа с момента ухода Раса Тонго в внутренние помещения «Ларки Моован». Совсем скоро легионеры начинают атаку, а оперативник молчит. Полицейскому понравился этот типично моованский парнишка, сколько таких было среди его друзей и знакомых. И сколько таких погубили сволочи, подобные Тогоро. Жаль, если Рас погибнет. Керсиарх только мрачно ругался в ответ на запросы, что было совсем не похоже на ехидного дварха. Впрочем, понятно, тоже нервничает.

– Что там? – спросил капитан Таранчено.

– Пока ничего, – буркнул Стен и покосился на отбивающую ногой чечетку Зеру.

Девушка ничего не могла сделать и бесилась от досады. Командный центр расположился на дварх-крейсере «Ночной Охотник», флагмане эскадры. Стена поразил огромный корабль, только теперь он окончательно понял всю невероятную мощь ордена Аарн. Тысячи и тысячи легионеров готовились к атаке, предстояло брать под контроль множество объектов.

Основную массу снафферов предполагалось вывезти на безлюдную планету за пределами галактики и выбросить там, пусть выживают, как хотят. Стен знал отношение Аарн к убийствам и до сих поражался ему. Но с каждым мгновением все больше понимал, что ему остался один путь – уйти в орден. Да и Зера… Не мог он без этой девушки, она стала для бывшего полицейского дороже воздуха, дороже самой жизни. Снова захотелось прижать любимую к себе и закрыть своим телом от любой беды, но сейчас не время. Зера услышала мысли Стена и слабо улыбнулась, нежно дотронувшись рукой до его щеки. Но тут же снова стала серьезной, погрузившись в инфопространство.

– Внимание! – загремел в рубке голос Керсиарха. – Атака! Повторяю, атака! Рас ранен. Отключаю гиперзащиту здания и системы слежения. Вперед!

Операторы защитных систем «Ларки Моован» растерялись, когда управляющие компы буквально сошли с ума и перестали слушаться их, отключив все до единой системы защиты. При попытке доступа на мониторы с какой-то стати выводился известный всей галактике символ ордена Аарн – Око Бездны, лежащее на когтистой руке неизвестного существа. Вирус? Или хакерская атака? Но инфосеть изолирована от внешнего мира! Администраторы сети попытались запустить резервные системы, но не успели.

В стенах «Ларки Моован» начали один за другим распахиваться гиперпорталы. Оттуда сотнями посыпались легионеры ордена в зеркальных темно-красных скафандрах высшей защиты, именуемых в просторечии боевыми доспехами. Аарн разоружали охрану, сгоняя ошеломленных людей в несколько залов. Они никого не убивали, действуя парализаторами. Слабосильные плазмеры моованского производства ничего не могли поделать с защитой их доспехов.

С величайшим трудом Керсиарху удалось взять под контроль инфосеть внутренних покоев Тогоро, биокомп сумел пробурить едва ли микронное отверстие. Но зато он контролировал немало сегментов сети и при помощи дварха сумел довольно быстро, за каких-то полминуты отключить гиперзащиту. Внутрь немедленно проложили гиперпорталы, и на помощь Расу рванулись десятки легионеров. Там уже поняли, что в здании происходит что-то неладное, но на вторжение легионеров ордена никак не рассчитывали, и продолжали атаковать засевшего в пыточной «террориста».

Вот этих легионеры не жалели, уничтожая на месте. Здешние охранники прекрасно понимали, кому и чему служат, а значит, потеряли право на жизнь. Сопротивление сломили очень быстро и вскоре ворвались в пыточную, вторично пленив только что освобожденного Витарио Тогоро. Бившаяся в руках остолбеневших охранников девушка вырвалась и кинулась лежавшему на полу Расу. Он был еще жив, заряд плазмера сжег ему правое плечо и руку.

– Парня нужно немедленно в госпиталь, – дотронулся до плеча Карины лор-лейтенант, командовавший атакой. – Идемте.

Девушка не поняла, куда ее зовут, она плакала, понимая, что спасший ее человек умирает. В госпиталь? Толку-то… Будто она не понимает, что с такими ранами не выживают! Ей помогли встать, Раса положили на висящие в воздухе носилки, в глазах что-то мелькнуло, и Карина оказалось в совершенно диком помещении. Светло-розовые стены медленно трепетали, на потолке волновались тысячи черных, влажных щупалец.

Но девушка не обращала ни на что внимания, что-то странное происходило с ней самой. Ей казалось, что она ощущает боль Раса, его ужас. Казалось, парня затягивает в какую-то черную воронку, он корчится от боли и ужаса. Но не физической боли! Он сходил с ума оттого, что убил тех охранников! Карина замерла, не понимая, что происходит.

Как будто что-то подтолкнуло ее, она рухнула на колени и положила руки Расу на лоб, погружаясь в его боль и очищая ее от чувства вины. Если бы кто-нибудь спросил, она никогда не сумела бы объяснить, что именно и зачем делает, но была уверена, что поступает единственно верным образом, что по-иному просто нельзя.

– Что… – дернулся к ней один из Целителей, невысокий лавиэнец.

– Стой, дурень! – одернул его второй, его эмообраз засиял красками преклонения. – Целитель Душ рождается… Зови Берту немедленно!

– Понял… – с изумлением сказал лавиэнец и исчез.

Несколько минут спустя в зале ти-анх появилась молодая женщина со светлыми волосами, заплетенными в несколько сотен тонких косичек. Она некоторое время наблюдала за Кариной, одобрительно кивая головой, затем тоже опустилась на колени, присоединяясь к девушке. Дурочка кинулась на помощь, как и любая Целительница Душ, но не справляется. Опыта ведь никакого. Нужно помочь.

Карина и в самом деле вслед за Расом погружалась в черную воронку, из последних сил держась на поверхности и не отпуская кричащего от боли парня. Она не понимала ничего, но продолжала сражаться. Внезапно кто-то поддержал ее и потянул обоих наверх. Еще через несколько секунд, тьма в душе Раса рассосалась, и он забылся в тревожном сне.

Открыв глаза, Карина увидела склонившуюся над ней симпатичную женщину в форме ордена Аарн. Аарн?! Ой, мама родная! Куда это ее занесло? Потом девушка обратила внимание, что еще двое людей ордена раздевают Раса. Но не успела ничего сказать, как парня подняли и опустили в яму с бурлящей розовой слизью, в которой он скрылся с головой. Карина вскрикнула и рванулась на помощь, но незнакомка придержала ее.

– Тихо, девочка, тихо! – улыбнулась она. – Это ти-анх, через пару дней мальчик будет здоров, не нервничай. Пойдем со мной, тебе нужно помыться, покушать и переодеться.

– А где я? – растерянно спросила девушка.

– На дварх-крейсере «Ночной Охотник», – снова улыбнулась женщина. – Ничего не бойся, все страшное позади, моя хорошая.

Карина с изумлением посмотрела на нее. Никак не походили эти улыбающиеся люди, от которых веяло добротой, на полумертвых зомби, которыми она привыкла считать аарн.

– А Рас разве ваш?..

– Да, Рас Тонго – лор-лейтенант легиона «Бешеные Кошки», входит в команду дварх-майора Тины Варинх, которую в ваших мирах называют Кровавой Кошкой. Операция против снафферов разрабатывалась давно и, слава Благим, завершилась успехом. Палачи скоро понесут наказание. Кстати, меня зовут Бертой.

– А можно мне домой? – боязливо спросила Карина.

– Конечно, – кивнула женщина. – Только сначала я должна объяснить тебе, что ты такое и что с тобой произошло. Тебя разве не удивило, что с тобой было недавно?

– Удивило… – неохотно отозвалась девушка. – Я с ума не сошла?

– В свое время я тоже интересовалась этим вопросом, – рассмеялась Берта, уводя Карину за собой в гиперпереход. – Не беспокойся, не сошла. Просто Благие дали тебе дар. Это нелегкая ноша, девочка, очень нелегкая.

– Дар? Но какой?

– Ты – Целитель Душ, – тяжело вздохнула женщина. – Я тоже. Нас очень мало, и в ордене мы – на вес вария. В ваших мирах такие, как мы, обычно гибнут за два-три года после пробуждения дара. Ты тоже не проживешь больше. Извини за откровенность, конечно, но ложь ни к чему хорошему не приведет.

– Два-три года, и я умру? – замерла на месте Карина. – Но почему?!

– Скорее всего, покончишь с собой. Ты ведь ощутила, что Расу больно и кинулась на помощь, не задумываясь о последствиях. Как и у каждого аарн после убийства, у него был психошок. Человека, впавшего в психошок, может спасти только Целитель Душ. Иначе – безумие и мучительная смерть. Но нам это нелегко дается. Дома тебя сочтут сумасшедшей, когда ты начнешь бросаться на помощь каждому, кому плохо. Но это не все. Есть еще одно неприятное свойство нашего дара.

– Какое? – мрачно спросила Карина, все пытаясь проснуться и искренне надеясь, что все-таки спит.

– Тебе ведь сейчас очень хочется мужчину? – улыбнулась Берта.

– Откуда вы знаете? – отчаянно покраснела девушка, которая сама не понимала, с какой стати на нее вдруг напало такое желание.

– А я эмпат, как и каждый аарн. Именно с этим связаны так пугающие тебя мертвые лица. Это результат действия защитного эмоционального щита. Представь, что ты чувствуешь всю боль, все зло, всю подлость и всю ненависть окружающих. Представила, вижу. Долго ты сможешь пробыть без щита?

– Вряд ли… – неуверенно ответила Карина.

– К сожалению, щит делает наши лица мертвыми. И потому мы мало с кем общаемся. Только в своей среде мы полностью открыты.

– Я поняла, спасибо, – кивнула девушка. – Но что мне делать? Вы говорите, что я теперь тоже эмпат?

– Да, – тяжело вздохнула Берта. – Целитель Душ всегда эмпат. Долго ты внизу не выдержишь. Учти еще, что скоро твое сексуальное желание станет постоянным и настолько сильным, что ты не сможешь его сдерживать, и тебя станут принимать за нимфоманку.

– Благие! – взвыла Карина. – Да за что мне это?!

– Благие с Создателем нас не спрашивают, – скривилась женщина. – У них свои, и чаще всего – непонятные нам цели. Но это великое благо – помогать людям, которым плохо и больно. Ты, как я вижу, на детского врача учишься?

– Да.

– И с детьми всегда общий язык легко находила. Это было начальное проявление твоего дара. Может, он и не проснулся бы, но шок, который ты испытала…

– Значит, выхода у меня нет?

– Почему же? – ласково погладила ее по щеке Берта. – Ты можешь стать аарн. У нас перед Целителями Душ буквально преклоняются. Но я не стану настаивать. В любом случае постараюсь научить тебя всему, что сумею. Если решишь остаться дома, то хотя бы начала контроля тебе дам. Дальше будешь заниматься сама. Может, и сумеешь выжить. Однако обещать не могу.

– А если я с вами уйду?

– Отправишься на учебу в Школу Духа, там тебя сделают истинным Целителем Душ. Учиться около десяти лет, но это не проблема, мы живем до трехсот лет молодыми и здоровыми. Мне, например, двести четырнадцать.

– Я… – с трудом выдавила из себя Карина. – Я должна подумать…

– Конечно, – улыбнулась Берта. – Сейчас тебе надо помыться и поесть. Потом я отправлю тебя домой. Посоветуйся с мамой, она у тебя, кажется, человек неглупый. Завтра я тебя навещу.

– А с Расом действительно все в порядке будет? – вскинулась девушка.

– Конечно, – мягко улыбнулась Целительница Душ, – мы с ним заскочим к тебе в гости, сама увидишь. Может, хочешь по крейсеру погулять? Наши корабли мало кто из внешнего мира видел.

– Мне как-то не до того… – мрачно пробормотала Карина.

– Понимаю, – вздохнула Берта. – Ну что ж, пойдем в душ.

Оказавшись у порога родного дома, Карина долго не могла прийти в себя. Рассказав о случившемся счастливой донельзя маме, которая и не чаяла увидеть пропавшую несколько дней назад единственную дочь, девушка долго плакала. А мать сидела и думала. Но ничего не говорила. Карина не дождалась ее совета, она очень устала и вскоре уснула.

Зачистка снафферских контор шла своим чередом. Стен, Зера и капитан Таранчено координировали действия легионеров и групп местных добровольцев на всех планетах Моована. Сейф Тогоро вскрыли и найденные там данные окончательно прояснили картину. Атака на внешние предприятия группировки прошла одновременно более чем на ста мирах обитаемой галактики. Но на самом Мооване пришлось действовать очень осторожно. Самую сволочь переправляли на крейсера, чтобы сослать на необитаемую планету. Остальным подчищали память, внушая, что их атаковали силы полиции и внутренних войск. Люди Стена и поддерживающие их группы молодых офицеров занимали посты в министерствах.

Однако самое главное началось позже, когда двархи опубликовали разоблачающие правительство Моована документы на самых крупных и популярных серверах инфосети. Документы, подтвержденные убойными доказательствами. По инфовидению показывали пыточные подвалы и освобождение полуживых жертв. Многие безутешные родители узнали в этих искалеченных, запуганных до полусмерти существах своих пропавших недавно детей.

Тысячи связанных с организацией Тогоро чиновников госаппарата стрелялись, травились, выбрасывались из окон. Остальных арестовывали люди Стена. Через два дня правительство в полном составе подало в отставку. Парламент, половина членов которого тоже оказались замешанными в грязных делишках снафферов, пребывал в растерянности. Что самое интересное, информацию двархи подали так, что люди Моована поверили: расследование провела группа молодых полицейских и военных под руководством отставного сыщика, капитана уголовной полиции Рене Таранчено.

Народ Моована пришел в ужас, узнав о кошмаре, творившемся в их внешне благополучной стране. Родители замученных снафферами юношей и девушек требовали мести. Суды заседали сутками, вынося до тысячи смертных приговоров ежедневно. Даже бывший министр внутренних дел был приговорен к повешению – и повешен при огромном стечении народа. Но самый большой резонанс вызвала казнь Витарио Тогоро и генерала полиции Ранона Эстеллио.

Парламент долго не мог решить, кому предложить сформировать временное правительство, но все-таки принял единственно верное решение. Не ожидавший такого «конфуза», капитан Таранчено неожиданно для себя самого оказался в президентах Моована. Бедняга отбрыкивался от этой «чести» руками и ногами, но не помогло. Пришлось браться за работу и тянуть на себе неподъемный воз.

* * *

– Хорошо кошки поработали, ничего не скажу… – постучал пальцем по столу граф. – Откровенно говоря, не ждал, что аарн провернут акцию тихо. Думал они, как обычно, вломятся и разгромят организацию Тогоро на глазах у всех, превратив палачей в мучеников.

– Да, операция разработана профессионально, – кивнул секретарь. – И проведена блестяще. Снимаю шляпу. Как они все раскрутили за каких-то три дня! Народ буквально взорвался негодованием. Только вот новый президент…

– Думаешь, орденская марионетка?

– Не знаю… – скривился Ренни. – Пока не знаю. Но за дело президент Таранчено взялся решительно. Ни у одного президента Моована за последнюю тысячу лет не было такого рейтинга. Люди на него буквально молятся, а он этим пользуется и чистит основные структуры страны от накипи. К сожалению, большинство наших людей тоже арестованы.

– Мелкая сошка, – отмахнулся граф. – Пользы от них, что от козла молока. Всех, кто хоть что-нибудь знает, убери. Меня, если откровенно, новый президент заинтересовал. Когда все немного успокоится, прощупай, чем он дышит.

– Сделаю, – кивнул секретарь, занося приказ в текущий файл.

– Я очень рад, что орден уничтожил Тогоро. Ты знал, что эта сволочь контролирует буквально всю страну?

– К сожалению, нет, – развел руками Ренни. – Подумать не мог, что снаффер настолько умен.

– Хорошо, что грязную работу сделали Аарн, – сказал граф, снова просматривая на голоэкране какие-то документы. – Иначе ее пришлось бы делать нам. А у нас возможностей ордена нет.

– Простите… – в который раз смутился секретарь. – Я и подумать не мог…

– Проехали! – резко махнул рукой его светлость. – Доклад по последним событиям на Мооване у тебя готов?

– Да.

– Читай.

– На сегодняшнее утро люди президента Таранчено и Стена Дартаго взяли под контроль военное министерство, бывший министр и его заместители арестованы. Еще через два часа армия присягнула новому правительству. Главнокомандующим назначен капитан Реко Эрсиаро, один из заместителей Дартаго в его организации. Естественно, произведен в генералы армии. Очищенное от людей Тогоро полицейское управление тоже перешло на сторону нового президента. Он без промедления провел реформу министерства внутренних дел – с полного одобрения запуганного до полусмерти парламента. Ничего нового изобретать не стал, скопировал структуру полиции княжества, только немного адаптировав ее под моованские условия. Что интересно, на время кризиса демократические нормы отброшены в сторону, суд проводят на месте и немедленно приводят приговоры в исполнение. Полиция получила чрезвычайные полномочия и право расстреливать преступников на месте преступления, чем полицейские донельзя довольны. Грубо говоря, президент Таранчено сейчас является полновластным диктатором Моована. Хотя продолжает говорить о демократии и ее ценностях.

– Умно, – кивнул граф, – очень умно. Пусть чернь останется уверенной, что ее голоса что-то значат, тогда она не станет бунтовать. Мне этот полицейский нравится все больше и больше с каждым днем, решительный человек.

– Вы знаете, что самое интересное, Ваша светлость? – прищурился Ренни.

– И что же?

– Боевые отряды господина президента. Именно они производят основные аресты. Судя по ухваткам, это переодетые легионеры ордена.

– А чего ты ждал, Лоех? – насмешливо хмыкнул граф. – Разве ты сам, проведя столь сложную операцию, рискнул бы оставить все на ничего не умеющих любителей?

– Нет, конечно.

– Тогда почему ты считаешь дварх-майора Варинх глупее себя? Она не раз доказывала, что далеко не глупа. Понятно, что ее люди контролируют происходящее. В тайне, естественно.

– Если бы Аарн не оказались такими идиотами год назад и не устроили бучу на Мооване, им и прятаться не пришлось бы, – пожал плечами Ренни. – Моованцы встречали бы их аплодисментами.

– Скорее всего, Командор просто сорвался, – пожевал губу граф. – Я сам не раз задумывался над причиной уничтожения моованской СБ, но так и не смог ничего понять. Не было явных причин. Убийство девчонки? Из-за такого глупо уничтожать рабочую структуру, которую можно подмять под себя. Аарн для того даже напрягаться особо не пришлось бы, Сармино готов был продаться любому, кто предложит ему кусок пожирнее. Но согласись, орден уничтожил самую мощную в галактике тайную службу на редкость быстро и эффективно. За сутки!

– Только каждого моованца после этого при виде аарн колотит от ненависти, – криво усмехнулся секретарь. – И нам оно на руку. Когда все успокоится, мы получим возможность взять президента Таранчено за жабры. Достаточно намекнуть в моованской прессе о его сотрудничестве с орденом, как он с треском провалит первые же выборы.

– Это если он вообще станет их проводить, – отмахнулся граф. – Лоех, я в который раз прошу тебя не считать противника глупее себя и не пытаться играть на очевидном. Не срабатывает! А если и срабатывает, то очень редко. Надеяться на успех при таком раскладе может только полный идиот.

– Простите, – пожал плечами Ренни, тяжело вздыхая. – Возможно, я не прав. Но упускать Моован мы не вправе.

– А кто тебе сказал, что мы его упустим? – довольно осклабился граф. – Только не спеши, как на пожар. Нужно немного подождать и посмотреть, чего добьется новое правительство. Мы пока даже не знаем, чего оно вообще хочет.

– К сожалению, не знаем. Однако порядок в стране наводится жестко, каждый имевший хоть малейшую связь со снафферами, приговаривается к смертной казни. Мало того, под шумок господин президент принялся вырезать самые известные мафиозные группировки. Доны залегают на дно, только им это не помогает, легионеры быстро отыскивают их, припаивают связь с Тогоро, и – до встречи на том свете.

– Даже так? – приподнялись брови его светлости. – Ай да капитан Таранчено, каков молодец! Я восхищен, право слово, восхищен. Одно странно. Неужели он не понимает, что свято место пусто не бывает?

– Понимает… – еще тяжелее вздохнул секретарь. – Все понимает. Он прикармливает оставшихся в живых и жестко ограничивает их круг деятельности. В итоге получается, что и мафия как будто есть, но мафия беззубая.

– Ну-у-у… – развел руками граф. – У меня слов нет.

– Не могу понять, с чего вы так радуетесь успехам врага, – мрачно буркнул себе под нос Ренни.

– Лоех, мальчик мой! – иронично приподнялись брови графа. – Не разочаровывай меня. Красивый ход всегда красив, даже если направлен против тебя. Предпочту умного врага преданному дураку. Если ты не понимаешь, что все сделанное новым президентом пойдет на пользу нам и только нам, то мне очень жаль.

– Объясните, пожалуйста… – жалобно попросил секретарь. – Я действительно не понимаю.

– Ладно, – тяжело вздохнул его светлость и поднял глаза к потолку. – Слушай и постарайся понять. Тебе не раз придется проводить подобные операции. Пока СБ Моована работала в полную силу, мы были вынуждены считаться с ней, и реального влияния на политику этой страны не имели. Да ты сам знаешь. После уничтожения СБ наша сеть начала разворачиваться, наши люди постепенно проникли во все основные управляющие структуры страны на вторые роли. А теперь напомни мне основной принцип наших агентов влияния.

– Быть одними из лучших и одними из самых неподкупных там, где ценится честь. Быть самыми подлыми и самыми изворотливыми там, где ценится изворотливость. Соблюдать пропорцию между теми и другими в обоих случаях. Так, я понял, простите, Ваша светлость. Я, похоже, действительно дурак.

– Ну, почему же? – рассмеялся граф. – Тебе всего лишь не хватает опыта. И какой вывод отсюда следует?

– Президент Таранчено ищет честных профессионалов, надеясь поставить их во главе нужных ведомств, – улыбнулся Ренни. – И наши люди, оставшиеся внешне честными, его заинтересуют.

– Браво, мальчик мой! Но это далеко не все. Страна, в которой даже мафия ручная, обязательно привлечет к себе инвестиции. И первыми будут наши. Позаботься об этом. До сих Моован мало кого интересовал, но это продлится недолго. Скорее всего, орден подбросит президенту некоторые интересные технологии, и эти технологии должны стать нашими. Но это случится только в том случае, если контрольные пакеты акций самых крупных фирм страны окажутся в руках верных нам людей.

– Сделаем, Ваша светлость, – кивнул секретарь, записав и этот приказ в текущий файл.

– Теперь еще кое-что. Берегись дураков, Лоех. Если ты только заподозришь, что кто-то из наших людей таков, убирай его немедленно, не дожидайся моего приказа. Понял?

– Да.

– С умным врагом можно сыграть, и каждый останется при своем, кто-то победит, кто-то проиграет. Но с дураками и наивными мечтателями играть нельзя, обязательно проиграешь. Их следует уничтожать без всякой жалости.

– А разве Аарн – не наивные мечтатели?

– Есть немного, – иронично усмехнулся граф. – Только учитывай, что ими руководит человек, правивший половиной галактики в течение нескольких тысяч лет. Вот уж кто наивностью не отличается. Жаль, что я не могу понять его целей, может, мы сумели бы договориться.

– Вы уверены, что Илар ран Дар и есть Темный Мастер?

– Не просто уверен, знаю.

– Ясно… – вздохнул Ренни. – Но это пока неважно. Мне хотелось бы доложить вам ситуацию в святой иерархии.

– Докладывай.

– Нам удалось сохранить Аствэ Ин Раг единым государством, хотя на Тиум, Т’Он и Ринканг пришлось сильно надавить, чтобы они проголосовали за нужное нам решение. К сожалению, в ближайшие сто лет святая иерархия подняться не сможет, выдоили ее основательно, почти все промышленное оборудование вывезено. Транспортного флота как такового не осталось, едва несколько тысяч древних лоханок наберется. Вариевые рудники тоже отобрали. По предложению Командора, решено провозгласить монархию, на роль царя избран наследник одного из последних местных дворянских родов Пермегия Кер-Тарпен, принявший корону под именем Пермегии I.

– Дурость… – проворчал граф. – Хотя я понимаю ран Дара. С этого момента в святой иерархии появилась вторая ветвь власти, которая будет постоянно грызться с Синклитом. Ордену, да и всем остальным, это на руку. Возможно, царь окажется полезным и нам. Но посмотрим, не стоит пока делать далеко идущих выводов. Нам туда сейчас соваться не следует, пусть ситуация немного прояснится. Еще что-нибудь?

– Да. Опять же по предложению Командора, коалиция обязала царя запретить рабство.

– Идиоты! – расхохотался граф. – Какие идиоты! Неужели не понимают, что как только они уберутся, все вернется на круги своя? Для фанатиков без рабов – жизнь не в жизнь. Да они за право иметь рабов что угодно сделают! На этом надо сыграть. Отметь себе, и подумай, как.

– Хорошо, – кивнул Ренни, снова открывая комп. – По остальным вопросам все. Так, текущие мелочи, которые я вполне в состоянии решить сам. Ничего неожиданного.

– Ну, и слава Благим.

– А что по основному проекту, Ваша светлость? Удачных экземпляров не было?

– Увы… – тяжело вздохнул граф, скривившись. – Поначалу я подумал, что у одной есть небольшие способности, но нет, ошибся. Отдал охранникам, больше ни на что не пригодна. Однако заметил всплески вероятностей над Питомником. Однозначно, среди младшего поколения есть маг. Теперь главное – этого мага не упустить.

– Будем надеяться, – улыбнулся секретарь.

– Ладно, иди, – кивнул граф. – Если появится что-нибудь важное – немедленно ко мне, в любое время дня и ночи. Мы не можем позволить себе упустить даже мелочь.

Оставшись наедине с собой, он выпил немного коньяку, закурил сигару и долго сидел, обдумывая сложившуюся ситуацию. Его цель пока только маячила где-то вдалеке, и как достичь ее, непонятно. Но он не сложит оружия – или он, или Командор. Третьего не дано.

* * *

Тали застыла перед огромным иллюминатором, во все глаза смотря на покрытую перистыми облаками планету внизу. Скоро корабли ордена отправляются на Аарн Сарт. А она? Что делать ей? Тина сказала, что Тали теперь тоже аарн. Но девушка не считала себя достойной такой чести. За прошедшее время она многое повидала, и бывшую рабыню потрясли взаимоотношения между разумными в ордене. Какая-то невероятная, сказочная, нечеловеческая доброта. Достаточно было загрустить, чтобы кто-нибудь подошел к тебе и развеял тоску, рассказал что-нибудь веселое, приласкал, позволил выплакаться в жилетку, да просто постоял рядом. Она вспомнила гениального певца Лара и его возлюбленную, Ару. А ведь он дома был принцем, наследным принцем. И никакой заносчивости, всегда придет на помощь, пошутит. Удивительно…

Вгляд снова упал на Азалан. Столичная планета святой иерархии казалась умиротворенной, тихой и ласковой. Тали горько улыбнулась. Ну да, тихой и ласковой. На память пришли страшные смерти подруг. Лери посадили на кол. Ани сожгли заживо. Керти скормили степным шакалам. Гервину закопали в пустыне по шею и оставили умирать. А сколько было других. Как их только не убивали! За малейшую провинность, за косой взгляд, или просто – по прихоти господина.

– Здравствуй, маленькая! – подошел к ней большой красный дракон и подхватил девушку на руки, усадив себе на согнутый локоть. – Опять загрустила? И как тебе не ай-яй-яй?

– Да нет… – слабо улыбнулась Тали, утерев слезы. – Не загрустила. Просто вспомнила всех убитых. Они, как живые, перед глазами стоят… Лери так страшно кричала, умирая…

С этим драконом она почему-то сошлась накоротке и совершенно его не боялась, хотя когда впервые увидела, долго визжала с закрытыми глазами и в полной уверенности, что ее сейчас съедят. Однако лор-навигатор дварх-крейсера «Пик Мглы» быстро сумел завоевать доверие перепуганной девочки, и с тех пор часто таскал Тали на руках, рассказывая ей легенды своего народа. Она с восторгом слушала и вскоре забыла о своем страхе. Да разве можно бояться Г’Рева? Он же такой добрый и ласковый. И такой красивый!

– Понимаю, – вздохнул дракон. – Но ведь отныне рабство запрещено.

– Извини, но ты наивен, – горько улыбнулась Тали. – Да и Мастер тоже. Мы только улетим, как здесь все по-прежнему станет. Запрещать – это не выход, против запретов протестуют особенно охотно. Другой путь нужен.

– Ты знаешь какой? – покосился на нее Г’Рев.

– Если бы я знала… – тяжело вздохнула девушка. – Я бы тогда, наверное, святой стала. А я всего лишь бывшая рабыня, откуда мне знать? Вы же такие большие и умные, возьмите и придумайте.

– Хотелось бы, – поморщился дракон. – Но увы. Не могу понять, как такая религия могла возникнуть. Ведь Создатель – он добрый.

– Это что считать добротой. Например, у меня на родине считается добрым, если рабыню посадят на кол или заживо сдерут кожу. А вот жалость почитается великим и непростительным грехом.

– Бр-р-р… – ошеломленно помотал мордой Г’Рев. – Какой кошмар. Все-таки у нашего народа такого никогда не было.

– Вам повезло, – кивнула Тали. – Наверное, мы, люди, изначально ущербны.

– Чушь несешь! – отмахнулся дракон. – Извини, конечно, но чушь. Люди, как и драконы, разные. Среди нас тоже сволочей хватает, только им воли не дают, это факт. Но посмотри на ареал-вождя Р’Гона Арнеса. Редкая ведь гадина! Ему дай безграничную власть, и он похуже ваших господ окажется.

– Не знаю… – снова вздохнула Тали. – Не знакома с ним, не могу судить. Только вот смотрю я на Азалан и вспоминаю, сколько там рабынь осталось. И что с ними сделают после нашего отлета. Знаешь, мне страшно…

– Они уже не рабыни!

– Это тебе кажется… Им тоже может казаться, что они свободны. Только их быстро в этом разубедят.

– Может, стоит оставить у основных планет фрегаты разведки? – нахмурился Г’Рев.

– И чем это поможет? – подняла на него грустные глаза девушка. – Снова войну начинать? Сомневаюсь, что Мастер на это пойдет. Да и не поможет война, только обозлятся местные еще сильнее. Вера другая им нужна.

– А они ее примут? – скептически спросил дракон. – Чтобы разумные приняли новую веру, ее должен принести мессия. Существо, имеющее благословение Создателя. Имеющее миссию.

– Но почему тогда он не приходит, этот мессия?.. – простонала девушка. – Неужели Святой Благословенный не видит всего этого ужаса? Почему ОН позволяет людям такое творить?

– Не нам судить божью волю… – вздохнул Г’Рев. – Может, ОН надеется, что люди сами одумаются.

– Может быть… – уныло кивнула Тали. – Только мне больно. Сколько еще рабов и рабынь должно умереть страшной смертью, чтобы хоть что-нибудь изменилось? Сколько?!

– Не знаю… Может, тебе Целителю Душ показаться?

– Зачем? – горько улыбнулась девушка. – Ну да, Целитель поможет мне забыть. Да только там, внизу, ничего не изменится! Понимаешь?! Не изменится!

Она уткнулась дракону в грудь и заплакала. Он больше ничего не говорил, только тихо гладил Тали по голове, укачивая как малое дитя.

«Святой Благословенный! – отчаянно кричала Тали внутри себя. – Ты же добрый! За что ты так поступаешь с нами?! Мы же дети твои! Ну пошли же ты нам мессию! Ты же все видишь. Ты же все понимаешь. Ты же все знаешь. Так почему?! Неужели ты нас не любишь? Не верю! Пощади же ты нас! Помилуй! Мы же такие слабые! Но мы верим, что нужны тебе. Верим, что наша жизнь тебе не безразлична!»

Святой Благословенный молчал. Тали казалось, что у нее сейчас лопнет от боли сердце. Она продолжала безмолвно кричать, слезы ручьем текли из широко распахнутых глаз. Дракон осторожно прижимал ее к себе и продолжал укачивать, но девушка не чувствовала этого. Она продолжала отчаянно молиться…

«Мы идем к тебе сквозь боль, Святой Благословенный! Сквозь горе. Сквозь отчаяние. А ты нас не пускаешь… За что ты с нами так? Неужели все еще мало боли было на моей родине? Неужели еще нужно? Пошли нам того, кто откроет путь! Или подскажи мне, что делать?! Я согласна на любую судьбу, только бы помочь! Пусть не будет больше больно другим, я все ради этого вынесу!»

Тали вдруг показалось, что в ее душе вспыхнул холодный белый огонь, и не слышный никому строгий голос спросил: «Ты уверена? Не струсишь?»

– Нет… – прошептали запекшиеся губы. – Не струшу… Спасибо тебе, Святой Благословенный…

Душу девушки залил слепящий, зовущий вдаль свет. Он сжигал саму ее суть, вместо нее рождалось что-то иное. Что? Она не знала, да это ее и не интересовало. Только все яснее и яснее становилось понимание. Понимание того, что она должна сказать другим людям. Рассказать им, объяснить, позвать за собой. Все собственные желания, мысли, надежды отходили куда-то далеко, становясь неважными. Становясь пылью на ветру. Тали не видела ничего вокруг, продолжая плыть в коконе Света и Тьмы. Все перемешалось в ней, сейчас она могла взойти на костер и не ощутить того. Впрочем, девушка в это момент горела без костра, душа раскрывалась для каких-то божественных истин, все в душе превращалось в чистый свет, последние остатки грязи растворялись и превращались в ничто. Тали переставала быть человеком, становясь чем-то куда большим, но сама того еще не понимала.

Она не видела невероятного изумления на морде держащего ее дракона. Не видела, что аарн вокруг замолкают и поворачиваются к ней. А затем молча становятся на колени и склоняют головы. Спрыгнув с рук онемевшего Г’Реда, Тали подошла к иллюминатору и взглянула вниз, на Азалан. Там была ее судьба. Там ее ждали. Там она нужна. Там люди, которым она должна помочь. И неважно какой окажется цена.

– Что вы, Ваше Святейшество, – рассмеялся Илар ран Дар. – Не думаю. Перевоспитать фанатика? Разве что насильно почистить ему память, но это будет уже другое существо. Это станет нарушением принципа свободы воли.

– Вы правы… – тяжело вздохнул отец Симеон. – Но я в отчаянии. Они непробиваемы. Не желают ничего слышать. Да где это видано, чтобы подать кусок хлеба голодному считалось жестокостью, а посадить на кол – добротой?! Как возникла эта чудовищная религия?!

– К сожалению, я никогда не обращал на Аствэ Ин Раг особого внимания… – вздохнул маг. – Упустил ее возникновение.

– Оставьте вы их в покое, Ваше Святейшество! – скривился великий князь, отпив глоток коньяку. – Ничего с ними не сделать, пусть варятся в своем супе самостоятельно.

После конференции прошла неделя, послы и правители давно разлетелись по домам. Остались только Командор, первосвященник и великий князь. Эти трое пытались наметить пути развития для бывшей святой иерархии, надеясь заставить население страны измениться. Но вскоре поняли, что ничего сделать нельзя. По крайней мере, хоть основные управленческие структуры царю создать помогли. Правда, никто не мог дать гарантии, что этого царя не свергнут сразу после отвода войск коалиции. Потому и решили задержаться отец Симеон с Раваном.

Великий князь старался обучить Пермегию I основам управления, но до смерти перепуганный пожилой аристократ, на которого внезапно свалилась корона, едва ли понимал его объяснения. До войны он жил себе на одной из колоний святой иерархии и благодарил Святого Благословенного за то, что Синклит, основательно проредивший ряды местных аристократов за последнюю тысячу лет, не обращал на него никакого внимания. И вдруг на тебе! Прибытие делегации. Предложение власти. Коронация. Дворец. Полные ненависти взгляды челяди. Ничего не хотелось царю больше, чем вернуться в свое маленькое имение и не высовывать оттуда носа.

– Не может быть! – вдруг вскочил на ноги мертвенно побледневший Командор, его буквально колотило, руки тряслись. – Невозможно!

– Что случилось? – немедленно спросил великий князь, первосвященник только удивленно приподнял брови, таким Илара ран Дара он еще не видел.

– Помолитесь Создателю, Ваше Святейшество… – хриплым шепотом посоветовал маг. – Вы сами должны это почувствовать… Только Создателю, а не Благим…

Отец Симеон пожал плечами и последовал совету. Через несколько секунд после молитвы его тоже начала бить дрожь, глаза старика расширились и он с непередаваемым словами изумлением уставился на Командора.

– Я ощущаю ЕГО присутствие… – с трудом выдавил первосвященник. – Что это? Что происходит?!

– Где-то недалеко от нас рождается мессия, – ответил Командор, продолжая дрожать. – Мы с вами все гадали, что нам сделать со святой иерархией. Похоже, Создатель сам позаботился об этом…

– Идемте… – с трудом встал на ноги отец Симеон. – Это где-то там…

Он указал на левую стену. Командор на секунду прикрыл глаза, и в стене открылся проход неизвестно куда.

– Господа, вы не шутите? – переводил взгляд с одного на другого великий князь и ежился.

– Здесь не до шуток, Ваше величество… – хрипло сказал маг. – Совсем не до шуток.

Он первым ушел в проход, следом поковылял первосвященник, все время осеняющий себя знаком Благого Круга. Раван подумал немного, недоуменно пожал плечами и пошел за ними.

Их взгляду открылся один из больших залов дварх-крейсера. Только вот выглядел он странно на первый взгляд. Аарн не носились под потолком на летающих досках, не танцевали, не пели, не разговаривали друг с другом. Они молча стояли и с благоговением смотрели за замершую у большого иллюминатора совсем юную девушку. Лет шестнадцати, ну семнадцати, никак не больше. У многих по лицам текли слезы, но никто не решался нарушить молчание и потревожить ее.

На девушке было простенькое серенькое платьице. Попав на крейсер, Тали не пожелала переодеваться в форму ордена и осталась в своем платье рабыни. От застывшей у иллюминатора девушки волнами расходился свет, невидимый глазу, но четко ощущаемый эмпатами. Командор нерешительно двинулся к ней. Она обернулась, как-то очень беззащитно улыбнулась и почти неслышно сказала:

– Мне нужно вниз, Мастер… Меня там ждут… Я там нужна…

– Я знаю, маленькая… – так же тихо ответил маг, в его голосе слышалось сочувствие, он сам едва не плакал.

– Пусть никто не идет за мной, – попросила Тали, из ее глаз все так же текли слезы. – Я должна быть одна. Да ты знаешь…

– Знаю.

– И ты знаешь, – подошла она к отцу Симеону и осторожно дотронулась пальцами до сморщенной щеки старика.

– Знаю, дитя мое… – дрожащим голосом сказал первосвященник. – Конечно, знаю… Благослови…

Он опустился на колени, и юная девушка чистым голосом благословила его. Казалось, она не идет, а плывет в воздухе, в ней появилось что-то нечеловеческое, что-то надмирное, эфирное, воздушное. Слезы продолжали капать из ее глаз, но это были светлые слезы. Командор низко поклонился девушке и почтительно поцеловал ей руку. Тали оглянулась, смущенно улыбнулась всем и скрылась в открытом Иларом гиперпереходе.

На появившемся вместо стены огромном экране аарн увидели какого-то бородача в балахоне божьего слуги, хлещущего плеткой окровавленную и едва стонущую пожилую женщину. За его спиной из воронки портала вышла Тали. Она подошла к бородачу и положила руку ему на плечо. Он вскинулся и что-то неразборчиво рявкнул.

– Остановись, человек… – негромко сказала девушка. – Опомнись, ибо творишь зло. Брось свою плеть и следуй за мной.

Она повернулась и медленно пошла по дороге. Бородач изумленно уставился на плеть в своих руках, на его лице отобразился ужас, а потом и отвращение. Он вскрикнул и отшвырнул плеть, как отбрасывают ядовитую змею. Обернулся, посмотрел на окружающее широко раскрытыми глазами и заплакал. Поклонился избитой женщине и бросился догонять уходящую по дороге вдаль девушку. Казалось, заходящее солнце облекло их обоих в ореол солнечного света. Каких-то несколько минут, и на дороге не осталось никого.

– Первый апостол… – прошептал отец Симеон, все еще дрожа. – Спасибо тебе, Создатель, сподобил на старости лет чудо увидеть! Бедное дитя, какая страшная судьба…

– Судьба мессии всегда страшна… – поежился Илар ран Дар, продолжая смотреть на опустевшую дорогу. – А мы даже не имеем права ей помочь.

– Не имеем, вы полностью правы, – вздохнул первосвященник.

– Но она там, куда нам с вами не дотянуться.

– И здесь вы правы, – опустил голову старик. – Нам с вами туда не дотянуться. Но это не наша задача. Я буду молиться за нее. Пусть минует это светлое дитя чаша сия…

Командор горько улыбнулся и отрицательно покачал головой. Не минует, к сожалению, не минует. Ни один мессия не оставался живым, и умирали они все очень страшно. Но девочка сама избрала эту судьбу, без ее согласия Создатель не возложил бы на нее неподъемный груз. Маг поднял руку и помахал исчезнувшей вдали девушке. Пусть у нее все получится… Пусть ее жертва не окажется напрасной…

Оглавление

Обращение к пользователям