Глава 12

Узнав о случившемся на Молдавской, Филя поначалу впал в какой-то транс.

Он не мог поверить оставшимся в живых, что один человек, неизвестно каким образом оказавшийся на квартире у девушки Серебрякова, перестрелял троих его людей и легко расправился с еще тремя. Шесть человек против одного! Филя понял, что он не сумел просчитать чего-то важного. Поэтому он сразу же решил действовать. Сначала нужно было отобрать трех самых лучших «специалистов», которых только могли найти для него в Москве. Затем прощупать всех, кто мог согласиться на беседу с Серебряковым или когда-либо работал на полковника. И только потом, уже днем, он позволил себе немного расслабиться. И позвонить Колесову.

— Андрей Потапович, нужно встретиться, — предложил он. — Буду ждать тебя в нашем ресторане через полчаса. Знаешь, куда приезжать?

— Ты же не ходишь в рестораны, — удивился Колесов.

— А теперь пойду, — огрызнулся Филя.

— Все так плохо? — понял Колосов.

— Я буду тебя ждать. — Филя впервые назвал его на «ты», забыв о своей издевательской манере, и Колесов понял, что произошло действительно нечто серьезное.

Через полчаса он сидел в ресторане в отдельном кабинете напротив Филиппа Кривого. Тот приехал на встречу мрачный и с необычной для себя многочисленной охраной.

— У нас осечка, — сразу же сообщил Филя, — твой Высоченко объявился.

— Я же предупреждал, — разозлился Колесов.

— Подожди ты, — отмахнулся Филя, — я не к нему людей посылал, а к Артисту. Митю послал с пятью ребятами. Они из Артиста адрес выбили и поехали к твоему должнику. Взяли его теплым в постели. Митя все мне рассказал. Хорошо еще, что успел до того, как его пристрелили. А потом появился этот полоумный полковник и перестрелял всех ребят. Троих убил, троих отключил. — подвел итог Филя. — А потом исчез, вместе со своим дружком.

— Он был контужен, — напомнил Колесов. — же предупреждал, что полковник очень опасный человек. Надо было послать не шесть, а двадцать шесть человек.

— Ты меня не учи, — прохрипел Филя, — я знаю, сколько людей посылать.

Ты пока в своих парткомах штаны протирал, я уже делом занимался. Меня вся Россия знала, а ты у нас в это время агитацией занимался.

— Это я тебя предупредил насчет Серебрякова, — напомнил Колосов, — и я тебе сказал, что там Высоченко. А ты все провалил. И теперь они знают, что мы их ищем.

— Поэтому и позвал. — Филя не хотел признаваться, что упрек справедлив.

— Я его теперь из-под земли достану. Теперь я буду искать нужных людей, чтобы его взяли.

— Этот полковник — полоумный, — пожал плечами Колесов, — он шизофреник, ты понимаешь? Его нельзя остановить, с ним нельзя договориться. После ранения он стал неуправляемы! Об этом знает вся Москва. Он стреляет, а потом разбирается. Он настоящий профессионал, понимаешь, настоящий убийца. Против него нужно выставить такого же профессионала. И даже не одного. Нужно найти двух-трех специалистов организовать охоту на полковника. Иначе мы его не остановим.

— Специалистов я найду, — задумчиво проговорил Филя. — Знаешь, что рассказал твой Серебряков? Он говорит, что в Дагестане упал само лет с золотым запасом одной среднеазиатской республики. Я проверил, все совпало. Самолет действительно упал две недели назад, и его до сих пор не нашли. Большие деньги можно взять Андрей Потапович.

— Золотой запас, — сразу понял Колесов, — это большие деньги.

— Это очень большие деньги, — подтвердил Филя — Они, видимо, скрывают и ничего не говорят чтобы охотники не полезли за их самолетом. Рядом Чечня, всякое может быть.

— Золотой запас… — повторил Колесов. — А если чеченцы узнают? — вдруг спохватился он.

— Тогда мы ничего не получим. Они могут просто отбить самолет, — рассудительно сказал Филя.

— Нет, — скрипнул зубами Колесов, — соберем людей и не отдадим этот самолет. Никому не отдадим.

«И я смогу наконец отсюда смотаться», — подумал он про себя.

— Сначала нужно его найти, — рассудительно произнес Филя.

Колесов недоверчиво взглянул на своего собеседника.

— А зачем ты мне все это рассказываешь?

— Не потяну я один такой груз, — признался Филя, хитро прищуривая свой единственный глаз, — никак не потяну. У тебя связи с банками, с пограничниками, с таможней. Может, подсобишь? Деньги большие должны быть…

— Если Серебряков нас опередит…

— Не опередит, — жестко отрезал Филя, — я уже нашел волкодавов на твоего полоумного. Он думает, что всегда будет давить необученный молодняк. Я нашел трех таких волкодавов… Сразу трех, — поднял он короткие жирные пальцы.

— Три против одного. Шансы в нашу пользу.

— Где упал самолет?

— В Дагестане. Об этом писали все газеты.

— И как ты думаешь его искать?

— Никак, — засмеялся Филя, — зачем мне его искать? Я сделаю по-другому, по-умному. Пусть его ищет и поднимает твой Серебряков. А мы подождем. Когда они найдут самолет, тогда мы и возьмем весь груз. Все возьмем. — Но как ты сможешь узнать? — не понял Колесов.

— Думаешь, только у тебя есть стукачи? — усмехнулся Филя. — Я постараюсь выйти на одного типчика, который будет в отряде полковника. Они уже нашли четырнадцать человек. Сегодня они должны взять банк. Вечером, перед закрытием. Через три часа. — Какой банк? — не понял Колесов.

— Этого я не знаю. Этого им никто не говорил. Высоченко подготовил операцию, чтобы раздобыть деньги для розыска самолета. У Серебрякова же денег нет. Он пустой, поэтому они сегодня будут брать банк.

— Сколько тебе нужно человек? — спросил Колесов.

— Все. Все, кого ты можешь дать, — сказал Филя. — Я сам буду проверять каждого. Туда сосунки не нужны. А наш паренек будет сообщать нам, куда и как они направляются.

— У твоего человека есть мобильный телефон… — понял Колесов.

— У него все есть, — махнул Филя, тяжело поднимаясь. — Я твоего полковника раздавлю, — Я пообещал он, — он от меня не уйдет. Я с ним за Митю поквитаюсь. Но только тогда, когда они найдут самолет. Не раньше.

Филя вышел из комнаты, Колосов остался один. Подумав немного, он вытащил свой мобильный телефон и набрал номер.

— Коля, — глухо сказал он, — быстро приезжай в офис. Мне нужно срочно с тобой встретиться. И позвони нашим ребятам. Пусть приедут.

Он вышел из ресторана, сел в свой автомобиль. Водитель плавно тронул машину. Рядом с ним сидел телохранитель. Колесов опять достал телефон. Начал было набирать номер, но передумал. Он не доверял мобильным телефонам.

— Давай срочно в офис, — приказал он водителю.

Уже в своем кабинете он поднял трубку обычного телефона и набрал известный ему номер.

— Алексей Кириллович, добрый день, — постарался сказать он как можно веселее, хотя в этот день ему совсем не было весело.

— Добрый день, Андрей Потапович.

— У меня к вам опять просьба. Вечно я вас беспокою.

— Опять нужна информация? — понял его собеседник.

— Досье, — сообщил Колесов.

— Фамилия?

— Полковник Сергей Высоченко. Он вышел в отставку несколько лет назад, после Чечни. Был тяжело ранен, контужен…

— Я его знаю, — перебил Колесова его собеседник. — Хорошо, сейчас сделаю запрос. Куда вам переслать?

— На мой факс. Вы его знаете.

— Оплата прежняя?

— Да, все, как обычно.

— Сейчас перешлю.

— Спасибо. — Колесов положил трубку. Алексей Кириллович работал прежде в парткоме МВД СССР, был старым знакомым Колесова. Довольно быстро Андрей Потапович смекнул, что его старый знакомый, работавший к тому времени в управлении кадров МВД России, может оказаться весьма и весьма полезным. По взаимной договоренности Алексей Кириллович поставлял ему информацию о некоторых бывших сотрудниках милиции, уже вышедших на пенсию. Порой они интересовали Колесова. Правда тот же Алексей Кириллович категорически отказывался давать какую-либо информацию по действующим офицерам, справедливо полагая, что это нечто большее, чем просто предоставление информации о пенсионерах. А вот по пенсионерам и уволенным в запас он, не раздумывая, давал их досье. Алексей Кириллович, конечно, не знал, что таким образом Колесов и его люди отбирали нужных им офицеров, готовых работать на криминальные группы, и вербовали профессиональных киллеров. За каждую справку Андрей Потапович исправно платил, и это устраивало обоих.

Через двадцать минут факс принял несколько листов бумаги, переданных из управления кадров МВД. Колесов вчитывался в строчки личного дела полковника Высоченко, все более и более хмурясь. Полковнику было сорок три года. Он прослужил в МВД более двадцати лет, начав с инспектора уголовного розыска. В конце восьмидесятых командовал ОМОНом. В начале девяностых был легко ранен. С первых дней войны находился в Чечне. Почти все его подчиненные погибли Б Грозном, когда отряд был окружен. Сам полковник тяжело ранен, контужен, его сочли погибшим и непонятно каким образом он все-таки вернулся в Ставрополь. У него ухудшилось здоровье и медицинская комиссия отправила его на инвалидность.

К тому же полковника мучили дикие головные боли. Несмотря на его протесты Высоченко был уволен из органов МВД и отправлен на нищенскую пенсию.

Остальное Колесов уже знал. Через некоторое время Высоченко стал одним из основных поставщиков наемных киллеров московскому криминальному миру. О нем ходили легенды, так как он никогда и никого не обманывал, но если его обманывали или пытались провести, он проявлял невероятную, чудовищную жестокость. Никаких свидетелей в таких случаях не бывало, но по Москве ходили разные слухи.

Колесов вчитывался в строки биографии полковника. Награжден орденом, медалями, еще орденом. «Почему они уволили такого человека?» — неожиданно подумал он. Черт бы их всех побрал, а кого они ценят? Разве самого Колесова не выкинули с работы, даже не подумав о том, как он будет жить? Можно представить, какую пенсию ему назначили по инвалидности, зло подумал Колосов. Поэтому он такой озверелый и беспощадный. Семья у полковника распалась. Жена развелась с ним. Дочь осталась с матерью.

«Он один, без родственных привязанностей и без друзей, — подумал Колесов. — Это самый страшный вид хищника. Одинокий хищник вне стаи — как же Филя сумеет его остановить? Кого он направит на него? Каких таких более крупных хищников?»

Поздно вечером Филя сидел в автомобиле отправляясь на очень важную встречу. Он мол смотрел на прохожих, словно прикидывая кто из них может оказаться тем самым полковников Они ехали довольно долго, минут сорок, пока на конец не оказались в конце Ленинского проспекта. У обочины стоял большой автобус с затемненными стеклами. Филя вышел из автомобиля и поднялся в автобус.

Здесь было теплее, чем в его машине. Он сделал несколько шагов по салону привыкая к его неяркому освещению. В середине салона сидели три человека. Они были немолоды но никому из них не было больше сорока. Все трое сидели в разных рядах, молча, никак не общаясь друг с другом.

— Значит, так, — сказал Филя, — вы лучшие специалисты, которых мне рекомендовали. Все трое. Вы знаете, кого нужно взять. Живой он мне не нужен. Но я должен быть абсолютно уверен, что его уже нет в живых. И только тогда, когда я дам вам сигнал. Не раньше. Вы все поняли?

Трое молча смотрели на него. В салоне автобуса чувствовалось непонятное энергетическое напряжение от присутствия этих трех мужчин. Вокруг них, казалось, пульсировали особые силовые поля. Они угрюмо молчали, глядя на стоявшего перед ними Филю Кривого.

— Значит, поняли, — подвел итог Филя. — Полетите сразу же, как только я вам скажу.

Он повернулся и пошел к выходу. Уже встав на первую ступеньку, обернулся и сказал:

— Он очень опасен.

В полумраке автобуса блеснули зубы двоих. Они улыбались. Третий, очевидно, улыбался не стал. Филя удовлетворенно кивнул и вышел из автобуса.

Оглавление