Глава 30

Прилетев из Средней Азии, Колосов собрал своих помощников и объявил им, что ему вскоре понадобятся подготовленные люди для действий на Северном Кавказе. Он не сказал, зачем они поедут туда, но все уже догадывались, что речь идет о крупной операции, которую он давно уже планировал. Однако Колосов понимал, что подобные разговоры дойдут до Фили. А его беспокоить Колесову не хотелось. Он не знал, что после импровизированного совещания Коля отвел в сторону начальника его охраны и между делом попытался узнать адрес полковника Высоченко.

— Ты не дашь мне адрес того полковника, о котором говорил? — спросил Коля. — У меня есть неплохие клиенты, которые хотели бы заказать ему одного человека.

— Он живет в Подмосковье, — отмахнулся Родион, — в последнее время почти никого не принимает. По-моему, вообще отошел от дел. Я был у него всего один раз.

Коля помнил, что с полковником Высоченко встречался и Семен, которого Высоченко не взял в рейс в самый последний момент, решив, что с ним поедут только его люди, которых он знал уже давно. Но Семен встречался с Высоченко в другом месте. А Родион должен был знать подмосковный адрес полковника.

— Может, вспомнишь? — с надеждой спросил Коля. — Просто жалко. Хороший клиент у меня. Очень просил.

— Я не помню точно номер дома. А улицу покажу. Я в тот поселок ездил, — вспомнил Родион.

— Эти загадочные поездки… — подмигнул ему Коля, улыбаясь. — Интересно, куда это наш ездил? Никому не сказал и улетел.

— Я не знаю, — угрюмо ответил Родион, — Он нам не докладывал.

— Но вы же знаете, куда он поехал. Может, у него девочки где-нибудь есть? Как думаешь?

— Это не мое дело, — твердо ответил Родион. — Я в его дела не вмешиваюсь и тебе не советую. Будешь много знать — вообще не состаришься. Так сразу и умрешь молодым. Лучше тебе в его дела не вмешиваться.

— Конечно, — вымученно улыбнулся Коля. — Мне какое дело? Куда поехал, откуда приехал, Так, значит, ты адрес полковника не помнишь?

— Точно не помню. Но если поедем с тобой, я тебе показать могу улицу, точно помню. Как раз на этой улице его дом и стоит.

— Ну, спасибо, — поблагодарил Коля, — я клиенту скажу название улицы, пусть дом сам ищет.

Раз ему нужно — значит, найдет. Пусть побегает, коль такое дело.

— Правильно, — подмигнул Родион. — Раз кого-то убрать хотят, значит, речь о больших деньгах идет. Пусть попотеет, поищет. Хотя мне говорили, что этот полковник уехал. Его сейчас в Москве нет. Говорят, его люди банк «Гермес» брали. Может, слышал? Здорово они там все придумали с ограблением.

— Нет, — отмахнулся Коля, — я такие ужасы не смотрю. Обязательно трупы показывают и тюрьмы. А у меня после тюрьмы нервный тик, когда я опять решетку вижу. Я лучше на женщин буду смотреть или комедии какие-нибудь. Спасибо за помощь.

Узнав примерный адрес полковника, Коля сразу же позвонил Филиппу Кривому. Через полчаса по указанному адресу выехали боевики Фили, чтобы попытаться узнать, в каком именно доме живет полковник. Оба автомобиля остановились в начале улицы, и вышедшие из них четверо бандитов начали обходить дома, пытаясь найти дом Высоченко.

…Уже два дня Ольга сидела в доме, не решаясь выйти на улицу. Она готовила себе из муки различные лепешки, один раз приготовила картошку с луком.

Хозяин дома был прав, когда говорил, что здесь достаточно запасов для автономного проживания. Холодильник был набит продуктами, на одних консервах можно было продержаться целый месяц. Ольга смотрела телевизор, читала старые журналы, которые она нашла в чуланчике рядом с кухней. Но безделье ее угнетало.

Ей было трудно сидеть, ничего не делая. Однако она помнила строгий наказ хозяина дома и Серебрякова не выходить из дома.

Именно поэтому, когда в калитку позвонили, она не сразу решилась подойти к воротам. Она даже не знала, что дом оборудован камерами скрытого наблюдения, которые можно было включить, находясь в кабинете Высоченко.

Когда раздался второй звонок, она все-таки решилась выйти. Чуть приоткрыв дверь, она никого не обнаружила в саду перед домом. Это придало ей смелости. На третий звонок она вышла из дома, прошла по дорожке и, подойдя к воротам, спросила:

— Кто там?

Оба бандита, проверявшие улицу с правой стороны, уже выяснили, что в этом доме жил какой-то одинокий мужчина, имени которого соседи не знали. Однако по описаниям, полученным бандитами от соседей, хозяин был очень похож на исчезнувшего полковника Высоченко.

— Нам нужен Сидоров, — сказал один из бандитов. Он был ниже среднего роста, коренастый плотный, с большой головой, которая, казалось росла у него прямо из груди. Второй был помоложе, высокий, гибкий, наглый. Он работал у Фили недавно и мечтал отличиться и как-то выделиться среди остальных боевиков.

Поэтому он, подождав немного, добавил:

— Может, вы знаете, где живет врач Сидоров?

— Здесь такой не живет, — ответила она, — здесь врачей нет.

— У нас заболел ребенок, — сказал молодой, — а телефон не работает. Вы не могли бы впустить нас? Иначе мы не дотянем до больницы.

Ольга заколебалась. Ей не пришло в голову, что двое молодых людей могли постучаться и в другой дом. Длительное одиночество, очевидно, как-то подействовало на ее психику. Она поколебалась еще немного и предложила:

— Подождите, я вам принесу телефон.

Ольга решила, что так будет лучше. Она не хотела пускать незнакомцев в дом. Нашла мобильный телефон и снова вышла к воротам.

— Сейчас я дам вам телефон, — сказала она, чуть приоткрывая калитку.

Этого было достаточно. Дверь сразу отлетела от удара одного из бандитов. Девушка упала на землю. У нее от страха екнуло сердце. Двое вошли двор, и один из них, наклонясь к ней, спросил:

— А где хозяин дома?

Она с опозданием поняла свою ошибку. Поняла, что не имела права никому открывать дверь, вообще подходить к этим воротам. Но было уже поздно. Высокий бандит схватил ее за волосы и потащил в дом. От страха и боли у нее выступили слезы на глазах. Она даже не подумала в этот момент закричать, так ее парализовал ужас. Бандит втолкнул ее в дом. За ним вошел второй.

Они оказались в большой гостиной. Бандит швырнул ее на диван, бегло осматривая помещение.

— В доме никого нет? — спросил он, подходя к ней.

Она все еще никак не могла прийти в себя. Ей казалось невероятным, что она попалась на такую простую уловку с врачом и телефоном. Как это она сплоховала и открыла дверь, поверив вкрадчивому голосу этого негодяя? Он, не обращая на нее внимания, осматривал дом, словно пытался найти хоть какую-нибудь деталь, указывающую, куда именно делся хозяин. Второй бандит прошел на кухню, вернулся назад и, достав свой телефон, набрал номер.

— Это я, — сказал он, — все в порядке. Мы у дома. Эта стерва здесь. Они оставили ее одну.

— Сейчас передам трубку, — ответили ему, и через некоторое время раздался голос Фили:

— Что там у вас?

— Нашли его дом. Все правильно, он здесь живет. Сейчас в доме та самая стерва, у которой Митю убили. — Узнайте у нее номера телефонов ее дружка и полковника. Номера мобильных телефонов.

— Узнаем, — пообещал бандит, взглянув на перепуганную девушку. Она была в джинсах и черной рубашке, поверх которой была надета синяя шерстяная безрукавка. — Что потом делать?

— С ней что хотите. Но чтобы она уже никогда никому ничего не смогла рассказать. Ты меня понял?

— Понял. — Он отключился и подозвал к себе второго бандита. — Я открою ворота и загоню нашу машину, чтобы она не маячила на улице, — сказал коренастый. — А ты узнай у этой стервы номера телефонов ее друга и полковника.

— Что с ней делать? — тихо спросил высокий.

— Сначала узнай номера телефонов, — пояснил первый, — а потом… — Он провел характерным жестом руки по горлу, давая понять, что она все равно приговорена.

— Ясно, — усмехнулся высокий, предвкушая развлечение. Он взглянул на девушку, и она, поймав этот взгляд, затряслась. Это был страшный взгляд насильника, осознающего, что жертва в его руках. Это был взгляд негодяя, которого ничто не может остановить.

— Сначала узнай телефоны, — напомнил коренастый, выходя из дома.

Когда они остались одни, молодой негодяй подошел к Оле поближе. Она испуганно отшатнулась.

— Не бойся, — сказал он приглушенно, — У нас с тобой все будет хорошо.

— Он протянул руку и попытался схватить ее за лицо, но она увернулась. Он все-таки поймал ее лицо и крепко сжал скулы.

— Не дергайся, — пригрозил он. — Иначе будет очень больно.

Она попыталась вырваться, но он сжимал ее лицо все сильнее.

— Мне нужны телефоны, — сказал бандит, — твоего друга и полковника.

Номера мобильных телефонов.

— Я не знаю, — прохрипела девушка.

— Знаешь, — уверенно ответил бандит, — и все мне расскажешь. Он отпустил ее наконец. После чего быстрым ловким движением выхватил нож. Нажал кнопку, выбрасывая лезвие. Она вздрогнула, хотя и предчувствовала нечто подобное. Почему-то нож казался ей более страшным, чем пистолет. Может, потому, что смерть от удара ножом была более болезненной и кровавой. Он поднес нож к ее горлу.

— Я тебе сказал: не дергайся, — спокойно произнес бандит, — ты мне все равно назовешь номера телефонов. Поэтому давай без глупостей. Или ты хочешь, чтобы я тебя немного порезал?

Он вдруг взял ее руку и быстро полоснул по ней. Девушка закричала от боли. Сквозь прорезанную рубашку проступила кровь.

— Порезать еще или скажешь номера телефонов? — спросил бандит.

От страха она начала заикаться, не в силах ничего сказать. Он, поняв ее состояние, торжествующе улыбнулся.

— Ну… — сказал бандит.

Она, запинаясь, назвала номер телефона Серебрякова. Бандит усмехнулся, одобрительно кивая ей. Потом спросил:

— А полковника?

— Я не знаю, — призналась девушка. Она действительно не знала номера мобильного телефона Высоченко.

— Опять не хочешь ничего говорить, — усмехнулся бандит, поднимая нож.

— Он мне ничего не говорил. Я ничего не знаю, — заплакала девушка. Она поняла, что этот садист так просто от нее не отстанет. Он схватил ее руку и опять полоснул ножом. На этот раз сильнее прежнего. Боль была страшной. Она громко закричала, попытавшись подняться, но он ударом кулака повалил ее на диван.

— Ты мне скажешь номер, — бормотал он. Она плакала, когда он повалил ее на диван, сел сверху и поднес нож к ее глазам. Она замерла, не пытаясь вырваться.

— Телефон, — сказал он, сжимая ее лицо.

— Не знаю, — закричала она, — правда, не знаю!

Он засомневался. Может, она действительно не знает. С другой стороны, так просто убивать ее глупо. Она довольно красивая девушка. И когда он сел на нее, то почувствовал, что в нем начало пробуждаться желание. Это было не просто влечение к женщине. Это было животное чувство торжествующего самца, знающего, что его жертва никуда не денется и он может не просто воспользоваться моментом, но и проявить при этом всю свою агрессию и животную сущность.

— Ладно, — сказал он, — еще посмотрим. Лежи спокойно.

Он поднял нож и начал резать ее безрукавку. Она замерла, поняв, что именно его интересует. Он разрезал безрукавку, затем просунул нож под пуговицы ее рубашки, срезая их одну за другой. Она лежала, боясь шевельнуться. Он срезал все пуговицы и осторожно распахнул рубашку, обнажив ее грудь. Под рубашкой ничего не было. Он дотронулся до груди, чувствуя, как нарастает в нем желание.

И отбросил нож, считая, что тот ему уже не понадобится. Наклонившись над ней, он начал хватать губами ее уши, возбуждая самого себя. Ей были неприятны подобные ласки, к тому же он давил на нее всей тяжестью своего тела.

Он начал хватать ее за ноги. Джинсы на девушке мешали ему, и он никак не мог снять их. От этого он стал звереть еще больше. Тиская ее груди одной рукой, он другой пытался расстегнуть пуговицу на джинсах и стащить их. Это ему никак не удавалось. В конце концов он поднялся и, больно толкнув ее на пол, приказал:

— Раздевайся.

Оля упала на пол, не в силах сопротивляться.

А он начал быстро раздеваться сам, уже не сдерживая себя. Она с ужасом смотрела, как он снимает с себя все. Через полминуты он оказался абсолютно голым.

— Снимай, снимай скорее джинсы, потребовал он, — и иди сюда!

Он сделал характерный жест, который не оставлял сомнений относительно его намерений. Она содрогнулась.

— Быстрее! — крикнул он, подходя к ней ближе.

Оля попыталась отползти, но он подскочил к ней, схватил ее за волосы.

— Снимай джинсы, — кричал он, — и поверни голову!

В этот момент его напарник уже въезжал во двор. Он старался все делать как можно спокойнее и тише. Ольга поняла, что бандита невозможно остановить, и, может быть, его голый вид подтолкнул ее к решительным действиям. Когда он схватил ее за волосы, она обернулась и что есть силы ударила его кулаком в пах.

Тот закричал падая на пол и складываясь пополам. Она ударила его ногами по спине и вскочила на ноги. Он попытался схватить ее, но она вырвалась у него из рук, побежав к лестнице. Он грязно выругался и, пошатываясь от боли, двинулся за ней.

— Сука, — прошептал бандит, — я тебя порежу на куски. Я тебе покажу! — Он поднял с пола свой нож и кинулся к лестнице.

Оля была уже в кабинете. Она твердо знала, что ей нужно. И знала, где искать этот предмет.

Он встал на лестницу, шатаясь от боли. Девушка ударила его так сильно, что он даже забыл о своем физическом влечении. Поднимаясь по лестнице, он думал о том, как будет мучить ее. Теперь он ей устроит долгую и страшную смерть. Она стояла у стола. Он поднялся в кабинет и радостно вздохнул, обнажая зубы.

— Убежала? — спросил он, поднимая нож. — Теперь я тебе покажу.

Ему не понравилось, как она посмотрела ему в глаза. В них уже не было обреченности жертвы. Но он больше не колебался. Ему не хотелось терять ни секунды. Он шагнул к ней, и в этот момент она подняла руку. Он даже не успел удивиться или испугаться. В руках у нее был пистолет. Он вдруг вспомнил, что свой пистолет оставил в кармане пиджака внизу, в гостиной. И тут прозвучал выстрел. Она выстрелила ему прямо в лицо. Не колеблясь.

Кровь брызнула на стену. Он отлетел в сторону и умер еще до того, как упал. Она стояла, тяжело дыша, даже не понимая, что именно сделала. Другой бандит, сидевший в автомобиле, услышав выстрел, выругался. Он не сомневался, что это стрелял его напарник. Оставив машину, он вбежал в дом и увидел разбросанную по полу одежду.

— Сукин сын! — рявкнул он, просчитав действия своего партнера. Тот наверняка разделся внизу и поднялся наверх, чтобы изнасиловать девушку. Видимо, она отказала, и он выстрелил для острастки.

Бандит поднимался по лестнице. Едва он вошел в кабинет, как раздался еще один выстрел, и мимо его головы просвистела пуля. Он успел увидеть лежавшего на полу в луже крови напарника. И с ужасом подумал, что вернулся полковник. Когда она выстрелила в него еще раз, он, не раздумывая, бросился вниз, к своей машине. На звук выстрелов соседи могли вызвать милицию, а ему меньше всего хотелось объясняться с ней.

Оля медленно спускалась вниз, держа пистолет, оставленный Серебряковым, в руках. Бандит завел автомобиль, стал судорожно пытаться выехать со двора. Она вышла из дома и, глядя перед собой, стреляла в машину до тех пор, пока водитель не уткнулся головой в рулевое колесо. Автомобиль начал реветь на всю улицу. Она расстреляла всю обойму и наконец опустила пистолет. И только потом села на землю и заплакала.

Когда через полчаса приехали сотрудники милиции, они долго не могли поверить, что эта хрупкая девушка расстреляла двух бандитов, один из которых числился во всесоюзном розыске. И только увидев ее порезанную в двух местах руку, они поняли, почему она сидела на земле и не отвечала на вопросы столпившихся вокруг нее людей.

Оглавление