Шпеер

Для тех, кто не принимал участия в стратегических дебатах, пребывание в Вольфшанце — бетонном городе среди болот — было мукой. Монотонность жизни была непередаваемой. Секретарши Гитлера ежедневно совершали прогулку до соседней деревни, вечером их ждало кино, после обеда они приглашались на чаепитие к фюреру. Гитлер запрещал говорить о политике во время этих чаепитий. О войне никто и не рискнул бы и вспомнить. Свою словесную экспансию фюрер проявлял во время ланча и в предзакатние часы. Разумеется, основное напряжение создавал не климат и не уединенное местоположение штаб-квартиры Гитлера, а важность момента, ощущение того, что неудача на этот раз может быть уже неисправимой.

Для выбора любой стратегии следовало прежде всего мобилизовать германскую индустрию и использовать возможности оккупированных стран и территорий. Один из самых талантливых нацистов — доктор Фриц Тодт (рейхсминистр вооружений) кризисной зимой 1941–1942 годов пришел к выводу об ошибочности оценки советского экономического и общего стратегического потенциала. В декабре-январе Тодт предпринимает существенные шаги по увеличению производства вооружений, и Гитлер поддерживает его инициативы. Самоуверенность гаснет. Приоритет авиации и военно-морскому флоту (данный в расчете на краткость Восточной кампании) был отменен в пользу вооружений сухопутных войск — именно от них теперь зависела судьба Германии.

Утром 7 февраля 1942 года Тодт вылетел в Растенбург, чтобы обсудить с Гитлером результаты его переговоров с представителями военной промышленности. Несмотря на постоянные и весьма дружественные отношения, данная встреча не отличалась единством мнений. Протоколов не сохранилось, но известно, что Тодт вышел от фюрера взвинченным и вылетел в Мюнхен не на своем личном «Юнкерсе-52», потребовавшем ремонта, а на двухмоторном «Хейнкеле-III» — личном самолете маршала авиации Шперле. Вскоре после взлета самолет внезапно сделал поворот, направился к взлетной полосе, загорелся и рухнул на землю. Причина гибели Тодта так и не была определена специальной комиссией по свежим следам инцидента, неизвестна она и сейчас. Но стало известно, что Тодт, пользуясь старой дружбой, постарался доказать Гитлеру, что эту войну выиграть уже невозможно.

Сказанное не представляет собой намек на коварство Гитлера (впрочем, общеизвестное), речь идет о том, что непосредственно занятые обеспечением вермахта специалисты стали приходить к выводу, что германская экономика не позволяет надеяться на выигрыш в войне, где экономика определяет столь многое.

Хотя Гитлер мог просто уволить Тодта, поразительной является быстрота, с которой он назначил находившегося в это время в Вольфшанце своего личного друга архитектора Альберта Шпеера. Который, заметим, отказался лететь вместе с Тодтом на одном самолете. Гитлер говорил о Шпеере: «Он — артист, и в нем дух, подобный моему.… Он строитель как и я, интеллигентный, скромный и не похож на твердоголовых военных». Шпеер же утверждает, что он был ближе, чем кто-либо другой к тому, чтобы быть названным другом Гитлера. Через четыре часа после смерти Тодта тридцатисемилетний Шпеер был назначен министром вооружений.

Все эти дни и недели Гитлер и его окружение спорили о стратегическом планировании на 1942 год, но уже не о выборе фронта, а на каком участке Восточного фронта должна нанести Германия свой самый большой удар в текущем году. Наиболее убедительными стали казаться (и в конечном счете затмили собой все прочее) идеи наступления на южном направлении советско-германского фронта. Целью стало нанесение удара на широком пространстве от Сталинграда до Баку. Захватить одно из крупнейших мировых месторождений нефти и одновременно лишить нефти своего главного военного противника. Первоначально вокруг Гитлера сложилось мнение, что после взятия Сталинграда следует повернуть на север — в тыл советских армий, сгрудившихся вокруг Москвы. Однако на следующем этапе возобладала та точка зрения, что после взятия Сталинграда следует броситься на Урал. Но Гальдер сумел убедить Гитлера, что такой поворот событий приведет вермахт лишь к перенапряжению. Пусть Сталинград будет крайним левым опорным пунктом войск, которые завоюют советский Юг, лишат Россию горючего, поставят преграду на южном пути лендлиза, выведут вермахт на Средний Восток.

Оглавление