Глава 3. Ураган

Наутро все разговоры были только о вчерашнем госте. Ахмед, который сразу невзлюбил его, горячился больше всех.

— Кто мне скажет, почему на нем пояс Бестужева? — не то в шутку, не то всерьез спрашивал он. — Заметили, как он его прикрывал?

— Таких поясов в космосе хоть пруд пруди, — смеялась Машенька. — И чего прицепился к человеку? Боишься, что он меня украдет?

— А почему он не назвался? Хорошие люди не скрывают своего имени, дорогая Машенька. И адрес говорят, когда их спрашивают. И вообще, что он тут делает?

— Нравится ему тут — вот и живет. Тебе понравится — можешь жить и ты. Никто возражать не будет. В космосе всем хватит места.

— Он же говорил — жена у него здесь умерла, — поддержала Машеньку Ева. — Вот и остался тут.

— Будет ее могилу с лучеметом охранять, да? — негодовал Ахмед.

— Ты же ходишь с лучеметом…

— Я из него еще ни разу не стрелял. А этот — только взял в руки, сразу давай палить. Он, наверно, тронутый. Разве нормальный человек будет стрелять по лягушкам?

Ахмед уже успел прогуляться по следам незнакомца и видел длинные полосы выжженной лучеметом травы.

— А что? Они здесь такие противные… Бр-р-р… — Машенька передернула плечами.

После завтрака Сергей и Ахмед погрузили в дисколет запасные зонды и поднялись в воздух.

— Я знаю, где живет этот тип, — сказал Ахмед, когда они набрали высоту. — Вон лесок под скалами — больше негде. Если он, конечно, живет в доме, как человек, а не прячется в норе.

— Можно посмотреть, — сказал Сергей, закладывая вираж в сторону скал. Действительно, под деревьями была видна крыша дома и какая-то изгородь — не то огород, не то загон для скота. Но самого хозяина нигде не было видно.

— Неплохо прячется, — пробурчал Ахмед. — Интересно только, от кого?

— Какое нам дело, — возразил Сергей. — Летим-ка дальше…

Они без приключений обработали две точки и перелетели на новое место. Сергей посадил дисколет среди огромных выветренных валунов, за которыми начинался довольно крутой спад к обширной болотистой равнине. Отсюда, с высоты, равнина просматривалась вся — слегка всхолмленная, поросшая низкими карликовыми зарослями и пучками кустарника, между которыми сквозь дымку теплых испарений поблескивала вода. Равнина располагалась в круглой котловине, имевшей в поперечнике километров пятнадцать.

— Да, болотце что надо, — бодро провозгласил Ахмед, обозрев окрестности в бинокль. — Лягушиный рай…

— Похоже на кратер вулкана. Интересно было бы провести здесь глубокое бурение.

— А вот и перекати-поле, — Ахмед показал вниз, где сквозь кустарник неторопливо катился зеленый шар. — Интересно, это вчерашний или другой? Как ты думаешь, почему эти милые путешественники все гуляют в одном направлении?

— Давай-ка за дело, Ахмед, — сказал Сергей. — Все равно я тебе ничего не отвечу. Пускай с шарами разбираются биологи.

Они выбрали ровный участок, достаточно удаленный от валунов, и включили зонд. Он погружался медленно, с трудом преодолевая сопротивление засоренной камнями почвы. Однако цветные глазки индикаторов на контрольном щитке показывали, что все в порядке. Оставалось только ждать. Ахмед снова пустился в пространные рассуждения о вчерашнем незнакомце.

— Нет, подумай только! Как он сказал: «У меня, э-э, пропал друг, и я, э-э, желаю купить нового…». Где это видано — покупать друзей? Ты когда-нибудь покупал друзей?

— Он просто неудачно выразился. Ему скучно одному, вот он и решил купить у нас собаку. Когда-то это было модно — иметь собаку на каждом корабле. Ты зря взъелся на старика, Ахмед.

— Этот Робинзон Крузо не так прост. Он вовсе не из-за собаки пришел. Ему нужен был лучемет…

— А хотя бы и так. Тебе что — лучемета жалко?

— Да не жалко мне! Просто я хотел бы знать: что это за тип? Откуда он взялся? Что здесь делает? И вообще — зачем ему лучемет? До сих пор без него обходился, а теперь не может… Да я бы…

— Подожди, — встревожено прервал его Сергей, вскакивая. — Ты видишь?

Огромная черная туча стремительно заволакивала горизонт. Ее клубящиеся крылья захватили уже полнеба — словно Две чудовищные руки неведомого гиганта, пришедшего из бездны космоса, чтобы задушить сияние дня. За несколько секунд извивающиеся клубы мрака взметнулись до солнца, и оно мгновенно погасло. Сразу стало темно. И в страшной, неподвижной тишине до оцепеневших людей донесся далекий глухой рев надвигающегося урагана.

— Бежим! — крикнул Сергей, бросаясь к дисколету. Он уже понял, что это такое, и знал, что промедление смерти подобно. Ахмед помедлил секунду, но, видимо, тоже вспомнил строжайшие предписания инструкции. Он кинулся за Сергеем, потом вспомнил про лучеметы и метнулся обратно. Сергей вскочил в дисколет (черная стена урагана уже вставала над головой), включил управление — зеленые глаза приборов ярко засветились в темноте (первые порывы ветра взвихрили пыль, пригнули ветви кустарника), включил стабилизацию (лежавший чуть наискось аппарат сразу всплыл и повис строго горизонтально в полуметре над землей), вспомнил про кабель питания зонда, чертыхнувшись, выдернул его из гнезда и швырнул за борт (рев урагана, полминуты назад совсем далекий, теперь стремглав рушился сверху прямо на дисколет) и заорал Ахмеду, подбегавшему в вихрях пыли с лучеметами в руках, чтобы он бросал их ко всем чертям, но сам не услышал своего голоса (аппарат чуть вздрогнул от первого удара ветра) и стал яростно махать руками — да скорей же ты, скорей! Ахмед, уже понявший, что дело плохо, с разбега кинул лучеметы в кабину — один шлепнулся на сиденье пилота, другой ударился прикладом о штырь антенны и свалился обратно. Ахмед, уже успевший прыгнуть на лестницу, одной рукой подхватил его. И тут ураган обрушился на них.

Чудовищный удар взбесившейся атмосферы едва не вышвырнул Сергея из кабины. Несмотря на титаническую мощь стабилизирующего поля, дисколет отшвырнуло на десяток метров и почти поставило на ребро, потом бросило вверх, вниз, снова вверх… Ставший непроницаемым мрак на миг разодрало ослепительной вспышкой — Сергей увидел угрожающе близкие вершины скал и опустевшую лесенку, понял, что Ахмед сорвался, может быть, погиб, что через мгновенье может погибнуть и он сам, плюхнулся в кресло (лучемета в нем уже не было — видимо, вышвырнуло при толчке) и повел аппарат круто вверх. Автоматика наглухо задраила защитный прозрачный купол,

молнии били сверху, снизу, со всех сторон, потоки ливня окутали дисколет, словно он мчался в глубинах океана, цифры на приборах словно взбесились, дисколет кидало, и раскачивало, и несло в неизвестном направлении с какой-то немыслимой скоростью. Все это продолжалось страшно долго — час, два, три, может быть, больше. Потом удары стали тише, черный мрак посерел, и Сергей понял, что ураган кончается. Это было не так — свирепый черный тайфун по-прежнему мчался над планетой, но дисколет уже вышвырнуло в сторону из основного русла урагана, и вскоре Сергей снова увидел сквозь распахнувшийся черный занавес фиолетовое небо, и солнце, и зеленую равнину внизу. Черная стена втягивала свои клубящиеся отростки, таяла, исчезала за горизонтом. Сергей посадил аппарат на склоне песчаного холма, открыл колпак, с трудом перевалился через борт и лег на горячий песок. Его трясло от усталости, и страха. Он посмотрел на часы и решил, что они стоят — часы показывали, что весь этот ужас продолжался меньше пяти минут. Сергей полежал немного, потом забрался в аппарат, поставил в гнездо валявшийся на полу лучемет, проглотил две таблетки антенна — сразу сделалось легче, включил для очистки совести рацию — как всегда, днем связи не было, — затем поднял дисколет в воздух. Он не представлял, куда занес его ураган и где теперь искать Ахмеда, поэтому на полной скорости повел аппарат обратно, надеясь выйти на пеленг базовой радиостанции.

Оглавление