7

Пресс-конференция открылась ровно в двенадцать. Зал глухо гудел. Неожиданная гибель профессора Ринга сама по себе была событием. Выступления Свенсона ждали нетерпеливо.

— Дамы и господа! — начал он. — Трагическая гибель моего шефа… Заявление, которое он сделал позавчера… человек безукоризненной честности… Никто из вас, я уверен, не допускал мысли о какой-либо мистификации. Поэтому сообщение о якобы найденном в мозгу неизвестного пилота таинственном приборе пробудило законное любопытство. Увы! Профессор Ринг ввел вас в заблуждение! (Дружный вопль присутствующих). Профессор Ринг не щадил себя на работе… Крайнее переутомление, истощение нервной системы… Тяжело больной профессор принял за прибор обыкновенную пистолетную пулю! (Шум и крики в зале). — Оратор поднял над головой маленький металлический конус.

— Господа! — продолжал Свенсон, когда шум утих. — Профессор Ринг безукоризненно водил машину. В молодости он был гонщиком-профессионалом и трижды завоевывал победу в крупнейших состязаниях, в том числе Гонках столетия! Лишь допустив, что профессор Ринг был тяжело болен, мы поймем, что было причиной аварии и невольной дезинформации… Профессор Ринг интересовался деятельностью компании «Золотой век». Недавно он долго беседовал с представителем компании и чрезвычайно лестно отозвался о ней. Мы можем допустить, что мысли профессора были всецело заняты этой беседой, поразившей его воображение. Мне представляется вполне логичным, что эта пуля, пущенная себе в голову русским космонавтом при аварии ракеты, могла трансформироваться в больном мозгу профессора в тот «датчик счастья», о котором он много слышал и думал.

Сообщение о пресс-конференции в газетах было короткое, а официальное опровержение русских о национальной принадлежности космонавта не было напечатано вовсе. О таинственном «камикадзе» забыли.

Оглавление