Германия с Востока

Руководитель германской военной разведки генерал Гелен в обширных докладах, подготовленных 5 и 22 декабря 1944 года, обращал внимание на то, что за сравнительно короткое время протяженность линии советско-германского фронта сократилась с 4400 километров до 2000. Фронт теперь проходил от Мемеля на Балтийском море, по границе Восточной Пруссии, по Висле к востоку от Варшавы, Дунаю к северу от Будапешта, озеру Балатон, реке Драве и до Адриатики. Запертые в Курляндии германские дивизии отвлекали часть советских войск. Гелен насчитал в советской армии шесть миллионов солдат и офицеров, сосредоточенных в девяти фронтах, каждый из которых имел свое стратегическое планирование. Пленные и прочие источники указывали, что в середине января 1945 года эти девять фронтов начнут генеральное наступление. Последуют удары в Венгрии и прочие операции, направленные на то, чтобы ослабить центральное направление; затем обрушится удар центральных советских фронтов.

Гитлер отнесся к докладам Гелена с величайшим скепсисом. Он указывал, что в русских дивизиях всего максимум по семь тысяч солдат (в этом он был недалек от истины), что у русских раздута пропагандой численность танков (в этом фюрер был полностью неправ), что русские измождены предшествующими сражениями и неспособны на такое предприятие как завоевание собственно Германии. Гиммлер, которому доверили оборону рейха с Востока, тоже способен был поразить безразличием к суровым фактам жизни: «Я не верю, что русские вообще начнут наступление. Все это огромный блеф». Все та же надежда, что когда-нибудь медведь осядет от потери крови.

Между тем Малиновский решал проблему Будапешта. Танки армии Кравченко и 7-я гвардейская армия Шумилова с севера шаг за шагом шли к центру венгерской столицы. С юга к ним навстречу шла 46-я армия Шлемина. Малиновский и Толбухин вместе взяли Будапешт в кольцо и сдача города была лишь вопросом времени. 23 декабря находящийся на равнине Пешт был под контролем Красной Армии. Но Гитлер приказал изыскать возможности сохранить контроль над последним союзником и перевел три танковые дивизии в Венгрию из Восточной Пруссии. Буда оставалась естественной крепостью на правом берегу Дуная. Это было кровавое рождество для венгров и для всех, кого взяла в свои объятья война. И все же последняя перед Берлином столица гитлеровской коалиции пала.

Но и тогда Гитлер не смирился. Он сместил генералов Фрисснера и Фреттер-Пико, заменил их Волером и Балком, приказал начальнику штаба сухопутных сил Гудериану перевести из группы армий «Центр» 4-й танковый корпус СС в Венгрию. Его яростная атака пала на первый день нового года, но Ставка приказала 6-й гвардейской танковой армии Малиновского зайти в тыл атакующим немцам. Весь январь длились жесточайшие танковые бои. Будапешт был окончательно взят только 13 февраля 1945 года — 30 тысяч военнопленных, 50 тысяч убитых немцев и их союзников. Стало примерно ясно, что может быть в Германии с ее хорошими дорогами, фольксштурмом и сжатым в пружину вермахтом. Лица советских военачальников напряглись.

Судьба Германии решалась, однако, не на Дунае, а на Одере. Гелен в своей стратегической оценке довольно точно указал время огромного советского наступления на Одере, целью которого, писал глава германской военной разведки, было «полное уничтожение германской воли и способности вести войну» («Das Ziel ist in der volligen Zerschlagung der deutschen Widerstandskraft»). Гитлер назвал рассуждения Гелена «полностью идиотическими». Почти потеряв над собой контроль, Гудериан в ярости отказался уволить Гелена. Но Гитлер продолжал верить, что русские заплатят за свой кровавый путь и обессиленные падут у самых ворот рейха. Гудериан, так весело рвавшийся к Москве в октябре 1941 года, теперь считал оборону собственной столицы «карточным домиком». Двенадцати с половиной дивизий резерва было недостаточно для сдерживания колосса, занесшего с востока карающий меч.

Оглавление