МОЯ БОЛЬШАЯ МЕЧТА

(Рассказ Бори)

– Мой дедушка моряк. Он СТАРЫЙ МОРСКОЙ ВОЛК. Так зовут его друзья, тоже СТАРЫЕ МОРСКИЕ ВОЛКИ. Когда они собираются у дедушки и курят трубки с капитанским табаком, то вспоминают свою морскую жизнь. Дедушка плавал на парусных судах. Я тоже буду плавать на парусниках, таких, как чайный клипер «Катти Сарк». Он весь насквозь деревянный и без гвоздей, потому что на нём возили чай, а чай не любит железных запахов.

У меня много моделей парусников. Мы их сделали с дедушкой. Но если честно, я только советовал, как лучше делать. Моя любимая модель – это парусник «Кронверк». Однажды я узнал, что, оказывается, «Кронверк» стоит на Неве. Дедушка мне об этом никогда не рассказывал. Я спросил об этом дедушку: почему не рассказывал мне? Дедушка только рукой махнул. Почему я рассердил его, я и сам не знаю. Но когда я перешёл во второй класс, дедушка сказал, что мы теперь обязательно увидим «Кронверк» в живом виде. Только будем смотреть на него издали, сказал дедушка, потому что «Кронверк» недавно покрасили и мы можем вблизи перепачкаться краской. А мне бы только издали, одним глазком… И я был бы уже… И вот я издали смотрю на «Кронверк» во все глаза и счастлив. Я смотрю, смотрю, и от долгого смотрения у меня на глазах слёзы. И у дедушки тоже. Долгое смотрение всегда почему-то кончается у всех слезами. Я смотрю на парусник и смотрю на Неву. Я люблю Неву. Она напоминает мне море. Море я видел только на картах и на глобусе. Я люблю Неву за то, что она пахнет морем. Так говорит дедушка. Наше с ним любимое занятие – остановиться у Невы и спустить на воду парусник. Для таких путешествий я делаю парусники сам. Сначала они у меня тонули, а теперь их уже качает волна. Мои маленькие парусники плывут, а настоящий, живой «Кронверк», смотрите, стоит на месте. Когда вырасту – так я сказал дедушке, – я поплыву на «Кронверке» по трём океанам, как молодой поляк Кшиштоф Барановский на своей яхте «Полонез». Мне дедушка про него рассказывал, что он в тысяча девятьсот семьдесят третьем году на яхте «Полонез» за двести сорок один день прошёл сорок тысяч миль. И ещё мне дедушка рассказывал про англичанина Френсиса Чичестера, который был старик в шестьдесят пять лет и на «Джипси мод-четыре» за двести двадцать один день проплыл двадцать девять тысяч шестьсот тридцать миль в тысяча девятьсот шестьдесят седьмом году. Оба этих моряка плыли в одиночку. И прошли они на своих парусниках вокруг мыса Горн в Южном Ледовитом океане. Этот мыс моряки называют СТАРЫМ ЛЮДОЕДОМ. Если моряк проплывёт мимо мыса Горн, то у моряков считается, как будто он, моряк, залез на гору Эверест. А Эверест, сказал дедушка, высочайшая вершина мира. Всего шестнадцати морякам в одиночку удалось обогнуть мыс Горн. Но я-то знаю себя, что, когда вырасту, стану семнадцатым. Дедушка гордится Кшиштофом Барановским. Не раз он мне читал отрывки из его дневника. Я знаю много отрывков. Мой самый любимый этот: «НА ТРАВЕРСЕ —

Оглавление