Часть вторая. Раб Арекниса

6

Было сознание, но отсутствовало понимание.

Было восприятие, но отсутствовала способность реагировать.

Зрение, слух, все чувства не были повреждены, так что информация, как и всегда, поступала в мозг. Но разум был не способен оценивать, понимать или использовать поток данных. Этот поток проходил мимо его разума, направляясь непосредственно к тем, кто управлял его мозгом.

Точно также, сообщения уносились из мозга, проходили вдоль нервной системы, и организм реагировал на них также спокойно и эффективно, как и всегда. Но сообщения формировались в другом источнике, также не имевшем отношения к его разуму.

Человеческий разум, возможно, навсегда останется своеобразной тайной. Говорят, что разум не способен постичь самое себя до конца, и поэтому никогда не сможет узнать себя в совершенстве. Но человеческие разумы осознают, что существуют. Именно такое самосознание отличает людей от животных, так установлено, что животным чуждо чувство собственного «я».

А что если под воздействием каких-то сил извне в разуме созданы определенные преграды? Что если ввод информации, выход основных сообщений переориентируют? Что, если внутреннее «эго», чувство собственного «я» удалено, находится в страшной изоляции, которая, кажется, ничем не отличается от бездны полного безумия?

В течение некоторого времени «эго», собственное «я» попытается оказывать слабое сопротивление. Но в большинстве случаев ему не хватает ресурсов для того, чтобы действовать в пустоте. Его удалили и лишили слишком необходимых ему связей с разумом — со своей собственной системой «сохранения жизни».

Каким-то образом имеющаяся память продолжает свою работу, накапливая информацию. Но внутреннее «эго» не имеет доступа к данным, и, таким образом, не способно даже установить свою собственную индивидуальность.

Каким-то образом продолжают свою работу рассудок, воображение, интеллект, в тоже самое время, ожидая, что какие-то раздражители заставят их анализировать, принимать решения, реагировать. Но их тоже удалили от изолированного «эго». Ни раздражители, ни ответы не способны преодолеть преграду.

Каким-то образом, продолжают жить даже эмоции и интеллект — способности чувствовать гнев и страх, смеяться или плакать. Но их обычные каналы тоже блокированы, и они тоже неспособны касаться или активизировать «эго».

Итак, через некоторое время, в большинстве случаев чувство «эго», находящееся в центре разума, начнет увядать, становится бесполезным, исчезает. Постепенно оно просто умрет.

Тогда мозг и тело, которые когда-то обладали этим «Эго» превратятся в марионетку, в робота. И если снять управление снаружи, мозг и тело останутся беспомощными и такими же бесполезными, как марионетки без веревочек, а робот без источника энергии.

Когда усики Арекниса обмотались вокруг головы Кейлла Рэндора, в его разуме непроизвольно стали образовываться препятствия. Усик убрали, он закрылся, чтобы образовать цепкую струну, охватывающую скелет, но контакт остался, даже несмотря на то, что мозг уже не был непосредственно присоединен к Арекнису.

И через этот контакт с невероятной скоростью мысли суперразум Двадцати четырех преобразовал разум Кейлла, чтобы сделать его своей марионеткой, своим роботом.

Если бы изолированный внутренний центр сознания Кейлла способен был бы издавать звук, он бы напоминал бесконечный пронзительный крик.

Но это было невозможно. Упрятанный в вакуум, расположенный в центре его разума, чувство собственного «я» Кейлла просто-напросто пребывало в бесконечных лишениях, лишенное прошлого, не беспокоящееся о будущем, не поддающееся влиянию происходящего.

Какое-то время робот, каким стал Кейлл Рэндор, большей частью оставался наедине с самим собой в узкой мрачной комнате одного из ответвлений громадного здания, в котором размещался центр «Руки смерти». Там он пассивно проводил время в ожидании, сидя на краю жесткой койки и пристально вглядываясь в стену тупым взглядом. Он не осознавал, что творится в его голове, в его разуме, который больше не принадлежал ему.

Контакт с Арекнисом не только оказал воздействие на самоконтроль Кейлла Рэндора. Он обеспечил также Двадцати четырем полный доступ ко всем его знаниям и воспоминаниям. Не тратя попусту время, они узнали все детали о Наблюдателях, об их секретном астероиде, а также об их устройствах, способных передавать сообщения на дальние расстояния. Они изучили все детали жизни Кейлла после уничтожения Мороса, включая его вновь созданный скелет. И они выпытали все, что Кейлл знал о Джлр.

Им не удалось узнать ни где расположена база Наблюдателей, ни в каком месте на планете Голвик скрылась Джлр, потому что Кейлл ничего не знал об этом. Но все другие тайны, содержащиеся в памяти Кейлла, были раскрыты и прочитаны, словно книга.

В своей тесной комнатке, пассивный, как выключенная машина, Кейлл ничего не знал о том, что им стало известно. Он просто ждал, пока в середине того, что было его разумом, его внутреннее «эго» все больше сжималось, даже не сознавая, каким близким был его конец.

Тем не менее, это изолированное чувство собственного «Я», присущее Кейллу Рэндору, обладало уникальным качеством. Оно обладало свойством, способным поддерживать искру усилия, которое помогало ему противостоять собственному уничтожению.

Легендарные самодисциплина и самоконтроль Легионов Мороса развивались в комплексе с непрерывной, суровой тренировкой, которой подвергали каждого легионера с самого раннего детства. Эта тренировка просто стимулировала что-то, что было заложено в принципах Легионов, передавалась через гены в течение столетий их жизни на Моросе. Эти свойства были заложены настолько глубоко, насколько несгибаемым было его сопротивление, что, очевидно, преобразовалось в своеобразное свойство характера.

Это была непоколебимая, неукротимая, твердая, как алмаз, воля легионера.

И в самых дальних уголках сознания робота, каким стал Кейлл Рэндор, его воля выдерживала испытание временем.

Она была слепа, бессловесна, удалена от чувства индивидуальности, чувства целесообразности или контроля. Но она была не поврежденной, потому что просто отступила на свои прошлые, дерзкие, защитные позиции, опиралась на свой источник. И все это для того, чтобы выжила полная решимость.

Воля легионера непоколебимо и непобедимо поддерживала то, что осталось от настоящего Кейлла Рэндора, сущность его реального «я», его целостность и жизнелюбие. И ждала.

Проходили дни, но робот Кейлл не замечал этого. Но наконец облаченные в зеленые туники голвиане пришли к Кейллу, чтобы увести его из тихой комнатки, через коридоры громадного здания и доставить покрытому золотым доспехами великану, на чьих серых пухлых губах сияла злорадная улыбка победителя. Таким же было и выражение лица другого мужчины, ожидавшего вместе с великаном, мужчины со странным блеском в глазах, у которого были перевязаны правое плечо и рука.

Робот Кейлл не обращал никакого внимания на выражения их лиц. Он тупым взглядом пристально смотрел перед собой.

— Его возможности и способности должны были остаться невредимыми, Фестинн, уверяю тебя, — промолвил «Первый».

Фестинн кивнул, задумчиво окидывая пристальным взглядом Кейлла. Без предупреждения он, словно хлыстом, наотмашь ударил Кейлла кулаком левой руки в лицо.

Но рефлексы действуют непроизвольно, им не требуется сознательный контроль разума. Контакт с Арекнисом не оказал никакого воздействия на рефлексы Кейлла, поэтому сила и ловкость остались прежними. Кулак Фестинна лишь нанес удар в пустоту, так как Кейлл успел ловко отскочить в сторону, а затем Кейлл нанес молниеносный контрудар, возможно, сломал бы здоровую руку Фестинна.

Но удар был нанесен не в полную силу. Кейлл застыл, словно скульптура, потому что был ограничен воздействием суперразума Двадцати четырех, которые установили препятствия в мозгу Кейлла. Затем он расслабился и снова впал в прежнее состояние, тупым взглядом всматриваясь в никуда.

— Превосходно, — воскликнул Фестинн. Он подошел к Кейллу поближе, усмехаясь прямо в ничего не видящие глаза. — Ты заслуживаешь славы, Рэндор, — злорадно произнес он. — Все сливки «Руки смерти» объединили свои усилия, чтобы им удалось управлять тобой.

Торжествующий смех, который последовал за этим значил для Кейлла также мало, как и его слова.

Затем Фестинн отвел его в другую комнату — просторную, пустую, где находилось несколько тренажеров, небрежно стоявших в одном конце помещения. Рядом стояла скучающая группка людей, человек десять. Некоторые казались обыкновенными, почти ничем не отличающимися от нормального человека, с некоторыми признаками жестокости в лице и ледяным выражением глаз.

Но среди них было несколько таких, чьи внешности очень отличались от того, что является нормой для обычного человека.

На первый взгляд, два из них могли показаться голвианами. Но мертвенно-бледный зеленоватый цвет их одежды отличался от цвета туник, которые носили голвиане. Они были раздеты до пояса, и их ребристая кожа напоминала кожу пресмыкающихся.

В группе была также очень худая женщина, похожая на скелет. Ее мертвенно белая, словно обесцвеченная, кожа сильно контрастировала с поразительно черными волосами и ярко-красным костюмом для занятий легкой атлетикой. На ее запястьях были тяжелые металлические браслеты.

Следующей была бесформенная фигура, больше напоминавшая туловище дикого животного, чем человека — короткие приземистые ноги и невероятно длинные руки, которые почти доходили до пола, которые казались еще длиннее из-за пальцев с большим количеством суставов, по размеру в три раза превышавших пальцы обыкновенного человека.

Еще одним был неестественно широкий карлик. Его лицо было почти полностью скрыто под огромной черной бородой. Его туловище покрывали блестящие доспехи, разделенные на сегменты и напоминали мозаику, выполненную из зеркал. В одной руке он держал короткий тяжелый жезл из черного металла.

В другой ситуации Кейлл, возможно, с интересом рассматривал бы их. Но робот Кейлл не обращал на них никакого внимания и приблизившись к ним продолжал смотреть отсутствующим взглядом.

— Вот пришел наш учитель, — раздался фыркающий голос.

Женщина в алом встала, бескровные губы растянулись в тонкую линию улыбки.

— Фестинн, это возмутительно, оскорбительно! — резко воскликнула она.

Хор злобного возмущения раздался вокруг нее в знак согласия.

— Тихо! — закричал Фестинн, сверкая глазами. Пока группа успокаивалась, он окидывал каждого взглядом, полным гнева.

— Это по приказу «Первого», — фыркнул он. — Нам прекрасно известны ваши заслуги, способности, мы все знаем о вашем мастерстве, об умении обращаться с тем оружием, которое вы выбираете самостоятельно. Но теперь мы хотим, чтобы вы еще больше расширили свои возможности.

Его голос принял заговорщический тон.

— Я говорю только правду. Рэндору было поручено расстроить замысел «Первого» в интересах какой-то армии, готовящей нападение. А теперь он может приложить свои последние усилия для пользы других.

На лицах появились ледяные улыбки, затем в группе раздался взрыв злорадного смеха.

— Каждый из вас, — продолжал Фестинн, — будет нести ответственность за выполнение особого задания «Первого». Каждое подразделение должно быть таким же грозным, выносливым, как и руководящая группа Легионов Мороса. — Он злобно усмехнулся. — Поэтому мы будем использовать нашего покорного легионера, чтобы обучить вас мастерски обращаться не только с вашими любимыми видами оружия, но и с многими другими. Чтобы совершенствовать ваше умение убивать без ружья. Чтобы улучшить ваши знания о различных методах — инфильтрации, устраивания засады, внезапного скоростного нападения и так далее. — Когда этот курс обучения завершится, каждое подразделение «Руки смерти» будет соответствовать целой армии, действующей на любой из планет галактики!

Ему удалось убедить их. На жестоких лицах появились ледяные улыбки страстного желания. И только женщина в алом, которая стояла в стороне от других, смотрела сердито и злобно.

Вся эта сцена ничего не значила для робота Кейлла. Точно также, как и интенсивная деятельность, которой он занимался в последующие дни, потому что внутреннее управление направляло все его действия.

Большую часть времени занимались тренировкой применения самого современного оружия, известного на планетах, заселенных людьми, энергетического ружья. Наибольшее мастерство в применении этого оружия показал карлик в доспехах, потому что его любимым оружием был раскаленный жезл, металлическая палка, которая стреляла управляемым лучом огня, почти таким же мощным, как и энергетический луч.

Пара пресмыкающихся с кожей зеленого цвета показали себя в других видах борьбы с ручным оружием. Они специализировались по использованию смертоносного оружия, изготовленного из острых лезвий, вкрапленных в круг-диск в виде лепестков цветка, в следствие чего это оружие получило название «кровавая роза». Они с готовностью использовали и другие виды оружия с лезвиями, а также оружие для метания, которые демонстрировал им Кейлл.

В безоружном поединке свое превосходство над остальными показал длиннорукий мужчина, напоминавший обезьяну, отличавшийся ловкостью и выносливостью. Он обладал способностями скрытого убийцы, своими длинными пальцами он, по-видимому, многим раздробил кости шеи. Он с жадностью выполнял все указания Кейлла относительно захвата и нанесения ударов, болевых точек и нервных центров, воздействуя на которые можно мгновенно покалечить или убить противника.

Так постепенно проходили изнуряющие дни. Вскоре некоторые представители «Руки смерти» были подготовлены к тому, чтобы продолжать специальную подготовку с другими в то время, пока Кейлл работал с менее опытными. Постепенно каждый из них совершенствовал свое мастерство, набирал больше смертоносной силы. И всех этих созданий объединили в сплоченное опасное боевое подразделение.

Всех, кроме женщины в алом, которая с неохотой повторяла все движения, и которая всегда бросала сердитый и злобный взгляд то ли на Фестинна, то ли на Кейлла.

Наконец, терпению Фестинна пришел конец. Группа как всегда собралась в спортзале, где Кейлл неутомимо показывал сложный контрудар безоружного боя, предназначенный для того, чтобы вдребезги разнести позвоночник атакующего. Женщина в алом намеренно не обращала внимания на указания Кейлла, и глаза Фестинна вспыхнули от нарастающего гнева.

— От нас нельзя требовать овладения всеми трюками легионеров за две или три недели, — прошипела женщина.

— Тебе прекрасно известно, что от вас хотят, — фыркнул Фестинн. — А теперь немедленно продолжай.

— К чему мне утомлять себя? — закричала женщина. Она многозначительно похлопала по своим тяжелым браслетам. — Еще ни один человек не оставался живым, если достаточно близко приближался ко мне!

— Марска, — угрожающе ледяным тоном воскликнул Фестинн, — ты будешь делать то, что и другие, потому что я приказываю. В противном случае я могу приказать Рэндору не отступать, чтобы ты смогла убедиться, как легко он может сломать тебе спину.

— Неужели это возможно? — в ярости возразила женщина. — Давай посмотрим, легко ли ему будет противостоять этому!

Она повернулась и выставила вперед свою правую руку. И от браслета отскочил пучок чистой энергии, не луч, а управляемый, имеющий форму стрелы, летящий, словно шаровая молния.

Кейлл отскочил в нескольких шагах от нее, робот, ожидающий приказа, совершенно не обращая внимания на пару, которая спорила. Но рефлексы его были прежними. Почти машинально он отскочил в сторону, и шаровая молния пронеслась мимо него и взорвалась у дальней стены, проделав громадную дыру в гладком металле, из которого та была изготовлена.

Остальные члены группы повернулись, чтобы взглянуть на Марску, и застыли на месте. В глазах некоторых из них даже появилось выражение страха. Потому что костлявое тело Марски высоко взметнулось в воздух под воздействием сокрушительного удара и тисков мощных золотых рук, которые сковывали ее запястья. «Первый» без предупреждения зашел к ним и пришел в ярость.

— Ты будешь наказана, Марска, — промолвил глухой голос, — до тех пор, пока не поймешь. Я намерен сделать «Руку смерти» высшей боевой силой во всей галактике. Ты отдашь все свои силы этому, полностью и добровольно, или я покончу с тобой.

Тиски золотых рук ослабли, и Марска упала на пол, съежившаяся и онемевшая от ужаса.

— Что касается Рэндора, — продолжал «Первый», — если придет время, когда его надо будет убрать, то я и только я буду получать это удовольствие.

Он повернулся к Фестинну.

— Время подготовки завершается. Сейчас уже ведутся работы по подготовке космического корабля для транспортировки Хозяина.

Глаза Фестинна засверкали.

— Значит обнаружили удобную базу?

— Да, — ответил «Первый». — Это было несложно при нашей технике. Мы обнаружили некоторые мониторы и проследили за тем, куда поступают сообщения.

Он пристально посмотрел на Кейлла и злорадно улыбнулся.

— Как нам не повезло, что Рэндор не способен оценить иронию. К сожалению, у него и его наблюдателей действует идеальный командный центр, откуда Хозяин сможет завершить завоевание всей галактики.

7

Зловещий смысл слов «Первого» ничего не значил для Кейлла точно также как и многие другие слова, которые произносились при нем все эти дни. Точно также ему было совершенно безразлично, что в его обыденной жизни произойдут какие-либо изменения. Вскоре после этого дня он больше не встречался и не работал с членами «Руки смерти». Теперь ему были назначены более простые обязанности, как инструктору голвианских солдат.

— Эти группы будут формировать специальные подразделения, руководимые членами «Руки смерти», — сказал ему Фестинн, продолжая упорно получать удовольствие от бесед с Кейллом, словно последний способен был понять его. — Они нанесут завершающий, разрушительный и сокрушительный удар, который принесет полную победу Хозяина, как только завершится галактическая война. Неужели ты не будешь гордиться сознанием того, какой вклад ты внес в эту победу?

И он торжествующе рассмеялся прямо в отупевшее лицо Кейлла.

В последующие дни группа за группой собирались солдаты во главе с Кейллом, чтобы в течение длительных часов получать непрекращающиеся инструкции. В стенах центра «Руки смерти» они овладевали рядом основных навыков и методов ведения безоружного боя: движениями и защитами, которыми дети Мороса должны были владеть уже к восьми годам в совершенстве. За Голв-сити, в пустыне, Кейлл тренировал солдат методам обращения с пистолетом и ружьем. Он обучал их основным приемам атаки и защитным перегруппировкам. Он показывал способы боевого использования военной воздушной техники. Он занимался совершенствованием их ловкости, подвижности, дисциплины и тактических знаний.

Все эти дни его тело двигалось также ловко и уверенно, как и раньше. Он отдавал приказы и распоряжения с твердой решимостью. Несмотря на то, что все движения, все слова принадлежали не ему. Все его высшее военное мастерство находилось теперь во власти чужого разума. На его лице продолжал оставаться совершенно отсутствующий взгляд.

Но постепенно и эти дни подошли к концу. Кейлл ехал вместе с солдатами на космодром Голв-сити. Туда же отправили несколько самолетов с инженерами. Там он пассивно ожидал, пока солдаты и инженеры загружались в громадный космический корабль, который, наконец, с оглушительным ревом взмыл вверх, чтобы исчезнуть в холодном сером небе Голвика.

А Фестинн снова подошел к Кейллу, чтобы позлорадствовать.

— Тебе следует знать, что «Руке смерти» до смешного легко удалось захватить новую базу, — сказал он. — А теперь эти люди готовятся к встрече Хозяина. И тебе, Рэндор, придется помочь в деле доставки.

Он подошел поближе, с надеждой заглядывая в глаза Кейлла.

— Неужели в тебе совершенно ничего не осталось, — пробормотал он, скорее обращаясь к самому себе, чем к Кейллу, — чтобы испытывать острую боль из-за того, что было сделано?

Но в действительности так и было. Робот Кейлл также тупо, как и всегда выполнял свои новые обязанности. Они были связаны с обслуживанием еще одного, самого крупного, грузового транспортного космического корабля, который мог садиться на планете. Небольшая группа инженеров работала внутри и снаружи. Вместе с ними работал и Кейлл.

Внутреннюю часть корабля полностью демонтировали и перестроили. Теперь она приобрела форму глубокого колодца или шахты, изготовленной из необычного металла в сборочных цехах космодрома. Внутри шахты установили утонченное модернизированное оборудование, обшитое тем же уникальным металлом. Затем произвели множество тестов, а после этого изменили остальные отсеки грузового корабля.

Кейлл выполнял необходимую работу, ничему не удивляясь и ни о чем не задумываясь. Точно также, много дней спустя, он покорно последовал за Фестинном в один из лоснящихся самолетов, который доставил их прямо к зданию центра «Руки смерти» в Голв-сити.

— Переброска пройдет гладко, — сказал Фестинн. — Но тебе не стоит беспокоиться об объезде Хозяина. Его могущество безгранично. Он сможет добраться до тебя даже с новой базы. Ничего не изменится.

Как и всегда, его злорадная улыбка не произвела никакого впечатления на Кейлла, равно как и слова.

Но это действительно было правдой. Даже после того, как громадный грузовой корабль тоже умчался вместе со своим грузом, жизнь Кейлла проходила по-прежнему. Продолжалось обучение новых подразделений солдат, и Фестинн продолжал точно также постоянно насмехаться и злорадствовать над Кейллом.

Продолжалось и другое — мысли, которые случайно проскальзывали в его голове в течение всех этих дней и недель его существования в качестве робота. Но они, казалось, происходили изнутри, где располагались бессодержательные уголки его порабощенного разума, хотя для него они также не имели никакого значения, как и все, что происходило вокруг.

Одним из внутренних воспоминаний был образ крупного овала, сверкающего изменяющимся потоком энергетических лучей, которые окутывали его, а также отходящие от него бесчисленные длинные усики, которые были в постоянном движении, напоминая какое-то гигантское, незнакомое, подводное растение.

Вместе с тем в его голове всплывал и другой образ, видение Двадцати четырех вместе смеющихся человек, на головах которых были надеты какие-то толстые повязки, напоминавшие короны. Казалось, они все время что-то шепчут, бормочут, дергаются, упорствуют в голове Кейлла.

Роботу Кейллу были непонятны все эти образы. Кроме того, они совершенно не волновали его.

Точно также он не обращал никакого внимания на все сведения, накопленные в разуме робота. Они всплывали в его памяти реже и, в основном, по ночам, когда Кейлл лежал на своей узкой койке и отсутствующим взглядом смотрел в потолок, ожидая, когда придет сон.

Это были сведения неизвестного ему происхождения, которые пробивались сквозь измененные каналы и извилины его памяти. Казалось, они пытаются преодолеть препятствия, установленные под воздействием контакта Арекниса.

Эти образы быстро исчезали. Кроме того, они никоим образом не влияли ни на препятствия, ни на состояние Кейлла. Возможно, это просто, были сны, конечно, роботы или марионетки способны видеть сны.

И снова наступил день, когда Кейлла отстранили от монотонных тренировок с новыми группами голвианских солдат и привели через коридоры громадного здания в просторную комнату, которая служила центром управления «Руки смерти». Сейчас здесь уже было не так много оборудования, хотя еще оставались несколько компьютеров и различные средства связи. Также, как и раньше в центре комнаты стоял тяжелый стол, за которым сидел Фестинн. Его плечо уже зажило и не было перебинтовано. Его глаза сверкали также злобно, как и всегда.

— Тебе, может быть, будет приятно узнать, — злорадно улыбнулся он, — что на некоторое время ты должен прекратить инструктаж. Для тебя есть другое задание.

Он поднялся и сделал шаг вперед, наблюдая за выражением глаз Кейлла, продолжая надеяться хоть на малейший проблеск реакции, на какой-то намек на боль и отчаяние.

— Мы получили много сообщений — продолжал он, — о террористической деятельности, мелком саботаже в Голв-сити. Такое впечатление, что это дело рук крылатого неизвестного создания, которое мстит. А тебе, Рэндор, все должно быть известно об этом создании, не так ли?

Робот Кейлл ответил, побуждаемый силой, которая владела его разумом. Его голос был таким же мрачным, как полярный ветер.

— Мне известно о ней.

— О ней? — Фестинн посмотрел на него косо, подняв брови. — Да, конечно же, это создание женского пола, не так ли? Ты обязан побольше рассказать мне об этой связи. — Его кривая улыбка исчезла. — А теперь, пока твоим заданиям будет положен конец этой связи. Это создание уже в течение многих недель ускользает от милиции. Но она не сможет ускользнуть от тебя, Рэндор, ведь ты же так хорошо ее знаешь.

Фестинн почти вплотную приблизился к Кейллу, словно вкладывая каждое свое слово ему в рот.

— Ты выйдешь в город вместе со мной и группой стрелков. Ты возглавишь поиски этого создания. А когда мы обнаружим ее, где бы она ни скрывалась, тогда ты, Рэндор, именно ты собственноручно убьешь ее.

8

Суровый климат Голвика приносил резкий ветер, который сопровождался частыми шквалистыми дождями, вместе с градом. Этого было достаточно, чтобы заставить Фестинна наклонить голову и морщиться от дискомфорта, а шестеро голвиан, которые сопровождали его, подняли выше воротники своих мантий и угрюмо тащились вперед.

Кейлл целеустремленно и решительно шел во главе отряда. Он не ощущал дискомфорта из-за колючего, словно острие ножа, ветра. Его совершенно не интересовала причина их похода. Разум робота получил определенные директивы. Без тени сомнения он собирался выполнить свой долг.

Некоторое время по приказу Фестинна они летали над зимними улицами Голв-сити в блестящем скоростном самолете. Временами они садились, чтобы поближе осмотреть места, где остались признаки пребывания крылатого создания, которое, как говорил Фестинн, в основном, орудовало в городе.

В одном месте, в захолустном уголке огромного города с низкими обвалившимися домиками и плохо одетыми жителями, они обследовали кражу продуктового магазина, из которого были взяты пакеты с пищевыми концентратами. Вор явно не был голвианином, потому что он пробрался в помещение через практически недоступное окно верхнего этажа. Причем они не обнаружили никаких следов использования лестницы или других приспособлений для подъема.

В другом месте строитель, который случайно выглянул в окно, увидел пакеты с пищевыми концентратами, которые лежали на рейке. Он был ужасно поражен и доложил об этом, потому что эта рейка находилась очень высоко, на одной из верхушек самой высокой башни города. А окна специально с учетом голвианской погоды были сконструированы таким образом, что они не открывались.

Еще в одном месте, в районе крупных промышленных конструкций, ремонтник заметил крылатое создание, которое летело прямо на него на территории огромной электростанции. Но это было лишь мимолетным видением, так как удар по голове лишил его сознания и он погрузился в кромешную темноту.

Через несколько секунд треть Голв-сити погрузилась в полную темноту, потому что основная линия передачи энергии в энергетической системе была уничтожена.

Сейчас Кейлл и другие преследователи возвращались в самолет после обследования места последнего, и, возможно, самого серьезного, происшествия. На голвианского милиционера, который прошлой ночью возвращался в казарму, напали. Он не видел нападавшего, но слышал странный звук, словно кто-то накинул ему на голову скатерть.

Когда он очнулся, у него была разбита голова и исчезло его энергетическое ружье.

Вернувшись в самолет, отдохнув вместе с голвианами в теплом помещении, Фестинн снова принялся расспрашивать Кейлла.

Он знал, что к этому времени Двадцать четыре уже проанализировали данные. И небольшая часть из суперразума, которая контролировала действия Кейлла Рэндора, имела доступ ко всему, что содержалось в памяти Кейлла о крылатой незнакомке, и это позволяло им сделать определенные выводы. Эти выводы были переданы Фестинну через Кейлла, который говорил по их приказу, словно представлял собой простой механизм, ходячий передающий механизм.

— Создание, имя которой Джлр, — сказал Кейлл, — занимается случайной деятельностью. — Его голос был таким же равнодушным, как и выражение лица, было понятно, что он не понимает значения тех слов, которые произносит. — Невозможно определить план действий. Он просто не существует. Сомнительным является и тот факт, есть ли у нее определенное место обитания.

— Тогда, учитывая все это, — сказал Фестинн, — как же мы найдем ее?

— Она явно пытается обратить на себя внимание, возможно, надеясь вырвать меня из центра «Руки смерти». Возможно, она верит в то, что способна освободить меня из плена Арекниса.

Безжизненный голос Кейлла, который настолько равнодушно говорил о своем собственном порабощении, возможно, привел бы в ужас постороннего человека. Фестинн лишь поднял брови, тем самым выразив свое удивление.

— Оно что, способно и на это? Оно обладает телепатией?..

— Она не может входить в контакт с могущественными разумами, как таковыми, — отсутствующим тоном произнес Кейлл. — Она способна лишь входить в поверхностный контакт с человеческими разумами. И даже если бы она могла достаточно глубоко пробраться в разум, она бы не смогла преодолеть препятствия Арекниса.

— Уверен, что она не может добраться настолько близко, чтобы нарушить физический контакт, — размышлял Фестинн. — Что в любом случае уничтожило бы то, что еще осталось от разума Рэндора.

— Ей об этом неизвестно, — ответил равнодушный голос.

— Конечно, — с кривой улыбкой произнес Фестинн. — Понятно, тогда мы должны продолжать поиск, выставляя тебя, Рэндор, в качестве приманки. В каком-то месте это создание без сомнения объявится.

— Несомненно, — повторил Кейлл. — Она телепат. Она может точно определить, где я нахожусь в данную минуту.

Фестинн холодно рассмеялся.

— И это, Рэндор, будет ее концом.

В течение следующих нескольких часов они продолжали поиски практически наобум, летая на вертолете над той местностью, где милиция обнаружила следы Джлр. Они часто садились на крыши самых высоких домов, чтобы тщательно обследовать некоторые районы. И когда они этим занимались, Фестинн и его люди уже не кутались в свои плащи. Они были осторожны и внимательны, понимая, что сейчас они охотятся не просто за крылатым врагом, вооруженным энергетическим ружьем.

Но поиски не принесли никаких результатов. А к тому времени, когда облачное небо стало темнеть от первых признаков сумерек, Фестинн чувствовал себя совершенно не в духе и, к тому же, он полностью продрог. Он даже начал сомневаться в том, что говорили ему Двадцать четыре о том, что рано или поздно, но Джлр обязательно появится в городе, если узнает о том, что там находится Кейлл.

Итак, он уже было хотел отложить поиски до следующего дня, когда вдруг затрещал передатчик.

— Сэр! — в голосе голвианина слышались тревожные нотки. — Обнаружили крылатое существо. Оно находится на дороге, которая ведет к космодрому! Оно подожгло два военных самолета!

Фестинн резко указал на солдата, который сидел у пульта управления.

— Летим на космодром, причем, на самой большой скорости. И без остановок! — Машина рванулась с угрожающим ревом, и Фестинн подался вперед к передатчику. — Кто-нибудь обнаружил огонь? Ее поймали?

— Нет, сэр. Она показалась лишь на мгновение, когда пыталась повредить вертолеты, и улетела прежде, чем кто-нибудь успел выстрелить. Но пилоты удачно посадили вертолеты, сэр.

— Значит они такие же везучие, как и глупые, — фыркнул Фестинн. — Посмотрим, может быть охрана космодрома расторопнее. — Он отключил передатчик и повернулся к Кейллу. — Космодром… Как ты считаешь, твоя подруга собирается выкрасть тебя?

— Не знаю, что она задумала, — равнодушным тоном ответил Кейлл.

— Конечно же, нет, — улыбнулся Фестинн. — Но ты можешь сказать мне одну вещь. С какой скоростью летает это существо?

Кейлл выглянул из окна вертолета. Скорость, с которой они летели была такой высокой, что дома просто мелькали под ними. А сквозь бездну космоса, через контакт Арекниса, Двадцать четыре анализировали его чувства, сравнивали их с данными его памяти и готовили ответ.

— Не быстрее чем эта машина, даже при большом приливе энергии. С гораздо меньшей скоростью, если летит на большое расстояние.

— Превосходно, — размышлял Фестинн, с удовлетворением, откинувшись назад. — Тогда мы догоним ее. Рэндор, ты уже предвкушаешь встречу со своей подругой? — Он взорвался ледяным смехом. — Как только ты убьешь ее, тогда, может быть, я разрешу тебе в последний раз взглянуть на твой корабль. В память о прошлом.

Он снова рассмеялся. Но Кейлл продолжал отсутствующим взглядом вглядываться в темнеющее небо, окружавшее их.

К тому времени, когда вертолет поравнялся с огнями, освещавшими космодром, была уже ночь. По периметру космодрома были расположены фонари, которые ярко освещали площадки. Но когда они пошли на посадку, оказалось, что территория космодрома ярко освещена за счет пламени пожара.

Фестинну не было необходимости выслушивать по передатчику отчет запыхавшегося дежурного, чтобы догадаться, что Джлр добралась до космодрома лишь несколько секунд назад. И ей удалось поджечь и взорвать установку в помещении хранилища. При этом ее не заметили.

— Пусть горит! — в ярости прокричал Фестинн в передатчик. — Прикажите всем на космодроме искать это существо! Сообщите мне немедленно, если обнаружите ее!

Но именно Фестинн и обнаружил Джлр первым.

Когда вертолет опустился еще ниже, и несся, едва касаясь земли, чтобы побыстрее попасть на космодром, ночное небо прорезал луч энергетического ружья, направленного прямо в сторону вертолета. С неимоверной точностью он врезался в переднюю часть машины, расплавляя металл в том месте, где находился двигатель.

Вертолет, словно подкошенный, опустился на землю. Подскакивая, буксуя и вращаясь на влажной после дождя поверхности, он наконец, врезался в невидимое препятствие и, крутанувшись еще раз или два, в конце концов, остановился.

Почти в тот же момент Кейлл выбрался через разбитое окно и встал на ноги. Его движения и реакция как всегда были автоматическими. Поэтому, приняв защитную позу, он практически не пострадал и отделался лишь мелкими ушибами. Он почти уже выбрался из вертолета, когда Фестинн и остальные с ревом стали пытаться выйти из разбитой машины, причиняя себе боль после каждого движения.

— Рэндор! — закричал Фестинн. — Стой! Жди здесь!

Но если Кейлл и слышал, то не подчинялся. Он помнил о тех приказах, которые получил от Арекниса. А его запрограммировали искать крылатую незнакомку и убить ее. Когда он только вылез из поврежденного вертолета, он заметил широкие крылья с перепонками, которые направлялись к центральной части космодрома.

И будучи покорным роботом, он ринулся преследовать ее, выхватив из-за пояса энергетическое ружье.

Со всех сторон пластикового пространства космодрома раздавались крики и топот бегущих людей и треск техники. Несколько человек мчались к поврежденному вертолету, другие продолжали возиться у пожарища левее того места, где находился Кейлл. Но он совершенно не обращал внимания на шум и на людей, которые пробегали мимо него.

Его обдувало ледяным ветром. Проливной колючий дождь застилал глаза. Он моргал, но когда зрение снова обрело четкость, он опять заметил широкие крылья, которые теперь развевались прямо над его головой.

Невозможно было разглядеть его руку с ружьем, которое он поднял вверх и выстрелил.

Но Джлр свернула в сторону, почувствовав телепатически его намерения прежде, чем он выстрелил. И смертоносный луч не задел ее. Кейлл стремительно помчался вперед, сосредоточив всю свою боевую готовность на убийстве.

Странное преследование продолжалось. Он помчался к дальней части космодрома, где находились темные силуэты строений. Кейлл обежал вокруг огороженного пространства посадочной площадки, снова заметив тень от крыльев и опять выстрелил. И снова Джлр во время свернула в сторону, и снова выстрел не достиг цели, а она опять исчезла в темноте.

Кейлл замедлил шаги и стал приближаться к строениям. В одном из зданий двери были раскрыты настежь. В помещении было совершенно темно. Это был небольшой ангар космодрома, который, возможно, использовали для хранения небольшого персонального космического корабля. Поэтому, двери его не должны были оставаться открытыми на ночь.

Если, конечно, кто-нибудь не открыл их недавно.

Кейлл ринулся в здание не по собственной инициативе, потому что теперь он выполнял лишь то, что ему приказывали и подчинялся лишь той силе, которая им управляла. Ему было приказано идти вперед, но осторожно, тихо войти в раскрытые двери.

Его охватила темнота. Недалеко от себя он разглядел очертания космического корабля, но ему это ни о чем не говорило. Его слух был сосредоточен на том, чтобы уловить шепот, шорох от движения, взмаха крыльев в воздухе.

Небольшая часть суперразума, которым был наделен Кейлл, выудил из его памяти тот факт, что его подруга с чужой галактики обладала способностью исключительно видеть в темноте. Вспышка сознания превратилась в команду, посланную по контакту Арекниса. Кейлл начал медленно выходить из ангара.

Но… вдруг он уловил едва слышимое движение крыльев. Звук раздавался у него над головой.

Как только он смог различить этот звук, он немедленно выстрелил в том направлении. Яркий луч энергии осветил темное помещение буквально на долю секунды, и он смог разглядеть корпус тупоносого клинообразного космического корабля с небесно-голубым кольцом эмблемой, сверкавшей с одной стороны.

Его вид ни о чем не говорил Кейллу. Его выстрел попал в стену ангара, не задев крылатое существо. Он продолжал пятиться назад, почти ослепнув от яркого энергетического луча.

Неожиданно позади него послышался звук взмахивающих крыльев. Маленькое твердое туловище стремительно бросилось на него сзади, накрыв верхнюю часть его туловища широкими перепончатыми крыльями.

Кейлл машинально удержался на ногах, отразив удар острым и твердым, как нож, краем ладони. Но складки крыльев прикрыли существо и на мгновение отстранили руку Кейлла.

На этот раз мгновение длилось достаточно долго. Кейлл почувствовал, как острые когти на концах маленьких пальчиков болезненно впились в виски его головы, оставляя кровавые царапины на черепе.

Затем когти сорвали с его головы тонкий усик, который образовывал контакт с Арекнисом.

9

В голове Кейлла словно что-то разорвалось. Его охватила сверхъестественная боль. Каждая клеточка его мозга, каждое нервное окончание словно охвачено огнем.

Все обычные соединения и извилины, которые были блокированы, изменены или окружены под воздействием контакта Арекниса, внезапно преобразились и приняли свое естественное состояние. И подобно суставам, которыми не двигали длительное время, а потом вдруг стали интенсивно работать, они выражали свой протест в виде мучительной невыносимой боли.

Кейлл зашатался и рухнул вперед, не понимая, что пронзительно кричит, не осознавая, что сильные маленькие руки схватили его за плащ и поддерживают, чтобы он не упал, а большие крылья бьются над его головой. Прежде, чем он упал, Джлр с невероятным усилием дотащила его обратно в кромешную темноту ангара, где находился его корабль. Она протащила его вокруг корабля насколько смогла, чтобы он был подальше от распахнутой двери ангара. И только после этого, среди множества деталей и запасных частей, которые занимали большую часть пространства ангара, так как здесь обычно производили текущий ремонт кораблей, она позволила ему растянуться на полу ангара.

Кейлл ничего не соображал. Он не ощущал ничего, кроме боли, шока, поразившего его мозг, который постепенно восстанавливал свои функции. И более того, даже несмотря на эти страдания, существовал еще один источник мучений.

В этот вопиющий момент восстановления функций его памяти, он снова постигал себя, к нему возвращалось понимание того, кто он и чем занимается. Итак, у него снова открылся доступ к своей памяти. Он вспомнил все, что произошло с ним, что он находился под влиянием Арекниса, что он успел сделать, что сделали ему.

В тот момент когда он единственный раз в своей жизни бился в конвульсиях, он почувствовал прилив отвращения, ощутил вину, ужас и ненависть. И при таких моральных мучениях, которые охватили его в момент наивысших физических страданий, которые он переносил в процессе восстановления функций своего разума, его мысли находились на краю забвения. Не от сострадательного прилива обыкновенной бессознательности, от забвения полного безумия, разрушения разума. Его разум взывал к милосердию, забвению, полной бессознательности. Он колебался под воздействием границы своего собственного разрушения и почти достиг ее…

Но он не переступил эту границу. Внутри кипящего, бушующего разума, охваченного невероятными муками, заработали две силы, которые спасли его.

Освобожденный от препятствий, которые удерживали его в бессвязной темноте, его непоколебимая воля отстаивала сама себя. Сначала она лишь объявила о своем существовании. А теперь, воссоединившись с действительностью, она уже знала, почему она действует. И она преодолела все участки его памяти и поборола стремление к забвению. Она противостояла мукам агонии и боролась, чтобы сделать страдания переносимыми. Она сопротивлялась приливам раскаяния и отвращения и дралась за то, чтобы ускорить эти чувства.

Она вырвала разум Кейлла из черной бездны безумия, и он снова восстановил все запасы самодисциплины легионера и направил их на борьбу за власть.

И когда воля Кейлла вступила в борьбу, ею руководила вторая сила. Еще один образ возник в измученном разуме Кейлла — заживляющий, нежный образ Джлр, которая приятно обхватила Кейлла своими крыльями, словно мать, которая держит раненого ребенка. Уверенно, но осторожно ее разум прикасался к пылающим точкам умственных страданий Кейлла и пытался успокоить их, наполнить их бальзамом понимания, вновь обретенной уверенности и любви.

Медленное мучительное отступление разума Кейлла от края бездны, медленное восстановление самоконтроля, казались должны были продолжаться невероятно долго, чтобы преодолеть вечность страданий. Но когда, наконец, он открыл глаза, оказалось, что с того момента, как Джлр опустила его на загроможденный пол ангара, прошло всего несколько секунд.

Он был невероятно ослабшим, чувствовал себя наполовину парализованным, потому что его нервная система заново училась получать команды от его собственного разума. Мучительная боль в голове не прекращалась.

Но он снова был Кейллом Рэндором, легионером Мороса, и не был больше рабом, марионеткой или роботом. И его охватила невероятная радость, которая помогла восстанавливать его силы.

Джлр устроилась рядом с ним среди загроможденного запчастями пола. Рядом с ней лежало энергетическое ружье. Кейлл посмотрел в круглые ясные глаза и, несмотря на то, что был слишком слаб, чтобы сформулировать четкую мысль, он не сомневался в том, что она чувствует, как его наполняет благодарность, которую он хочет выразить ей.

В свою очередь он мысленно ощущал нежный голос Джлр, который эхом раздавался в его голове. В этом голосе слышалось облегчение, признательность, и едва сдерживаемое — рыдание.

— Рада твоему возвращению.

Затем, несмотря на болезненность и изможденность его разума, Кейллу захотелось сформулировать массу вопросов, на которые ему необходимо было получить ответы. Но ему не удалось сделать это, так как у них совершенно не было времени.

Без какого-либо предупреждения в ангаре вдруг появилось яркое освещение. Очевидно, снаружи находился выключатель. Кейлл услышал топот сапог, приближавшихся к ангару. А Джлр вскинула ружье и поднялась в воздух, когда милиция ворвалась в ангар.

Разозлившись на себя самого за свою немощность, Кейлл пытался встать. Но его тело двигалось медленно, каждое движение причиняло боль, оно до сих пор еще не подчинялось командам его мозга. Казалось, ему потребуется вечность, чтобы хоть немного сдвинуться с места и заставить себя сесть.

А в то время, пока он боролся с самим собой, Джлр яростно отбивала атаку милиции.

Шесть вооруженных голвиан ворвались в распахнутую дверь. Но они ввалились настолько неуклюже и неосторожно, что Джлр сразу же уложила двоих, а оставшиеся четыре едва успели укрыться с двух сторон ангара.

Из своих укрытий они начали яростную перестрелку. Их ружья стреляли и трещали почти без остановки. Несмотря на это, Джлр чудом оставалась целой и невредимой, хотя кружась и изворачиваясь, она врезалась в корпус корабля, за которым прятался Кейлл. Но она снова открыла огонь в ответ на выстрелы голвиан.

Через мгновение еще один голвианин закричал и упал. Его зеленый плащ пылал огнем. Второй попытался ринуться по направлению к кораблю, но прежде, чем ему удалось достичь безопасного места в его тени, энергетический луч ружья Джлр прошел сквозь его ноги, заставив его упасть и пронзительно закричать, истекая кровью.

В мозгу Кейлла раздался звонкий боевой клич Джлр. Он придал ему силы и заставил его тело подчиниться ему. Его руки вытянулись вперед, чтобы найти опору, и он ухватился за длинный гладкий, как лед, металлический стержень. Он схватился за него, узнав в нем удлинитель для электрозондов, которые используют для того, чтобы глубоко проникать в механизмы космического корабля. Это было именно то, что необходимо Кейллу.

Навалившись на этот стержень, словно старик калека, опирающийся всем своим весом на палку, Кейлл встал на колени. Но он так и остался стоять в такой позе, похолодев от ужаса, заметив едва уловимое движение.

Невидимый до сих пор люк с одного бока ангара был открыт. И в нем он увидел фигуру Фестинна, застывшую с ружьем в руках.

Палач «Руки смерти» совершенно внезапно появился на поле боя. Кейлл, безоружный и стоявший на коленях, выглядел полупарализованным и беспомощным. А Джлр, которая продолжала драться с двумя оставшимися в живых голвианами, была хорошо видна с того места, где находился Фестинн.

Когда Фестинн поднял ружье, его безумные глаза сверкали, словно сигнальные огни, от кровожадного удовольствия.

Кейлл не позвал Джлр. С одной стороны, ему не хотелось отвлекать ее от битвы. С другой — вид Фестинна подействовал на него, как удар электричеством, который принес с собой новый прилив отвращения и ненависти, которые еще несколько секунд тому назад вспыхнули в его голове.

Но теперь сила этих эмоций переросла в гигантский взрыв мстительной ярости, которая призвала все резервы сил с самых дальних участков его организма.

Когда ружье палача прицелилось, а его смертоносное дуло собиралось прервать скоростной извилистый полет Джлр, Кейлл зажал тонкий металлический стержень в одной руке, отвел руку назад, размахнулся и стремительно бросил его.

Острый конец стержня угодил точно между сверкающими глазами. В броске была сконцентрирована такая ярость, что металл прошел сквозь тело и пробив кость, навсегда остался в глубинах мозга Фестинна.

Менее чем через час Кейлл и Джлр сидели у щита управления своего корабля, находясь в открытом космосе, и вели бурный спор.

Джлр удалось покончить с последними напавшими голвианами как раз в тот момент, когда тело Фестинна рухнуло на пол. Потом она стремительно подлетела и помогла Кейллу добраться до корабля. Заняв свое персональное место, она приняла управление на себя, поднимая его в воздух, чтобы скорее умчаться от преследователей, пробив крышу ангара, потому что в дверях уже показалась еще одна группа милиции.

Оказавшись за пределами планеты Голвик, они почувствовали себя в безопасности, и Джлр начала отвечать на множество вопросов, которые задавал Кейлл. Это был мрачный и страшный рассказ.

Находясь в укрытии после того, как посадила корабль Кейлла, она телепатически узнала, что Кейлла подчинили контакту Арекниса, надев на него усик. То, что потом происходило с разумом Кейлла, в немалой степени оказало воздействие и на ее собственный разум. Но она восстановила свою память и, подавив в себе ужас и ярость, она связалась с Тейлисом, лидером Наблюдателей.

Старик также был охвачен отчаянием и сожалением, когда узнал от Джлр о произошедшем. Но он тоже быстро восстановил свои силы. Совместно с Джлр они пришли к выводу, что в данный момент каждый уголок памяти Кейлла доступен Двадцати четырем — Хозяину. И этот высший, злобный разум будет делать все, чтобы обнаружить местонахождение Наблюдателей.

Поэтому Тейлис решил отослать Наблюдателей в безопасное место, хотя сам пришел к выводу о необходимости оставаться на астероиде и не хотел подчиниться отчаянным попыткам Джлр уговорить его не делать этого.

Тем временем, Джлр следила за событиями, которые разворачивались на планете Голвик. Она наблюдала с мучительным страданием, как вертолеты обследовали пустыню, чтобы обнаружить корабль Кейлла и обнаружили его, как только Двадцать четыре изучили память Кейлла, и это помогло им узнать, где бы он мог быть спрятан. Затем она незаметно проникла в город и даже следила за некоторыми действиями робота Кейлла.

Ее дни были заполнены и другими делами, включая мрачную игру, играя в которую она получала удовольствие, повреждая что-нибудь в Голв-сити, и в тоже самое время ускользая от людей, которых посылали поймать ее. Занимаясь всем этим, она надеялась, что однажды преследователи «Руки смерти» вынуждены будут послать Кейлла на ее поиски, и тогда она сможет попытаться завлечь его в какое-то безопасное место, и там, может быть, ей удастся освободить его от его злобных оков.

На этом месте ее рассказа глаза Кейлла помрачнели.

— Я едва не убил тебя, — сказал он.

Так как они были вдвоем, он говорил вслух, понимая, что она услышат его мысль за словами. Его голос дрожал от воспоминания об ужасном преследовании на космодроме.

Джлр тихонько посмеивалась.

— Я уже начинала бояться, что ты действительно сделаешь это. Иначе я бы не рискнула так решительно сорвать усик с твоей головы, что чуть не убило тебя.

— Это не имеет никакого значения, — сказал он. — Мы оба живы. И Военный Диктатор убедится в том, что мы действительно не пострадали.

— Тебе ведь известно, — промолвила она печальным голосом, — о том, что Двадцать четыре и «Рука смерти» захватили астероид.

Глаза Кейлла затуманились от боли.

— Я знаю об этом. Они обнаружили его при помощи мониторов. Я даже помогал им подготовиться к нападению.

— Ты не виноват, — успокаивающе возразила Джлр. — Но, тем не менее, они победили. Уже прошло много дней с тех пор, как я потеряла связь с Тейлисом. Точно также, Кейлл, как и связь с тобой.

Кейлл откинулся в кресле, охваченный леденящим ужасом от того, что перед ним предстал образ доброго старика, который создал группу Наблюдателей, который спас Кейллу жизнь, который больше всех беспокоился о судьбе галактики, и совершенно не заботился о своей жизни.

А теперь этот старик был пленником Военного Диктатора, марионеткой — рабом Арекниса.

— Так или иначе, — сцепив зубы произнес Кейлл, — а нам все равно необходимо найти этот астероид.

— Я знаю, где он находится, — сказал Джлр. — Тейлис дал мне координаты.

Кейлл пристально посмотрел на нее. Он вспомнил, как в самом начале из совместных поездок, Джлр объясняла, что несмотря на то, что она способна через межзвездные дали постигать мысли Тейлиса, она добровольно согласилась, чтобы последний имплантировал ей гипнотический блок, существование которого держали в большом секрете. Этот блок не позволял ей обнаружить местонахождение астероида, на котором находилась база Наблюдателей. А теперь Тейлис снял блокатор, ибо уже не было необходимости держать это в тайне.

— Тогда если тебе известно о том, где он находится, — с гневом произнес Кейлл, — вперед!

И тогда у них разгорелся спор.

Джлр настаивала на том, что Кейлл был не в состоянии впутываться в смертельную борьбу против гораздо более сильного и страшного противника. Кейлл настаивал на том, что им не следует упускать момент, когда им просто необходимо высадиться на астероиде и попытаться захватить его. Джлр умоляла его отдохнуть, обещая, что при помощи телепатии он сможет полностью восстановить память и все силы не более чем за день или два. А он доказывал, что они не имеют права терять ни дня. Ее раздражение и беспокойство нарастали. А он становился все настойчивее и решительнее.

Во время спора он попытался встать с кресла. Но прилив сил, который он почувствовал, когда уничтожал Фестинна, был временным. Его ноги дрожали. Его руки, казалось, были налиты свинцом.

Он снова упал в кресло в холодном поту и еле улыбаясь повернулся к Джлр.

— Ты была права, — сказал он. — Но чего бы это ни стоило, можно ли привести меня в порядок побыстрее?

— Для этого потребуется совсем немного времени, — обещала ему Джлр. — Я знаю твои способности восстанавливать физические и душевные силы. После дня отдыха и нескольких специальных лечебных процедур, которые я проведу, все пройдет. К тому времени, мы уже доберемся до астероида, и ты уже будешь в форме.

В ее внутреннем голосе слышались веселые нотки.

— В конце концов, друг мой, тебе просто необходимо быть в самой лучшей форме, если ты собрался спасать галактику!

Оглавление

Обращение к пользователям