Погоня

– Кажется, нас преследуют, – вдруг сказал Джерр, оборачиваясь через плечо.

Кей обернулся, прижимая к глазам свой бинокль, и увидел кавалькаду из трех десятков всадников. Среди них скакал и тот самый маг снов, и бандитского вида командир стражников, а возглавлял погоню человек с красно-зеленой повязкой на лбу.

– Очень плохо, – сказал Джерр. – Мы не сможем отбиться от такой большой толпы. Придется сдаваться. Вы слишком плохо справляетесь лошадьми, чтобы пытаться ускакать от них.

– Нет ли какого снадобья, которое даст нам эту способность? – спросил Кей.

– Есть снадобье, которое увеличивает ловкость, но его долго готовить…

Люпин раздумывал, не набросить ли на всех спутников Невидимость, но они находились на дороге, зажатой с двух сторон лесом. Если солдаты просто развернут строй, они непременно столкнутся с беглецами, да и маг снов обнаружит невидимок по аурам.

– А вдруг их маг захочет прочесть наши мысли, как магистр!? – испугалась биолог. – Мы все тогда сойдем с ума?

– Боюсь, что именно этим они займутся, как только возьмут нас, – мрачно ответил Люпин.

– Выходит, ничего нельзя сделать? А вызвать магистра?

– Я не могу вызвать Икена, я не умею колдовать Зов, это стихия снов! – вскричал Джерр. – Предполагалось, что мы в этом городе в безопасности до его возвращения. У нас была идеальная легенда! Я не представляю, почему они уцепились за нас! Кей, может быть, вы снова примените этот ваш… гипноз?

– Боюсь, что нет… может быть, позже, в другой обстановке… нельзя ли как-то потянуть время? Как-то защититься от чтения мыслей и эмоций?

– Ну… вообще-то… но это безнадежно… – Джерр совсем упал духом.

– Говори скорее!

– Если мы зажжем «арень», и все нанюхаемся ее дыма, устроим передозировку, то до нашего сознания очень нескоро можно будет достучаться. Но тогда мы и сами будем беспомощны…

Вражеские всадники приближались. Уже невооруженным глазом можно было различить повязку мага, скачущего впереди. Кей понял, что и лекарь, и дипломат растерялись и взял командование на себя:

– Все равно у нас другого выхода нет. Арни, немедленно свяжись с кораблем, пусть попытаются вызвать Икена через радиостанцию Алекса. Бросайте все тяжелое барахло, кроме травы, и дуйте в лес!

– Но там же табипены! – в ужасе воскликнула Вэй Лин. Воспоминания о предыдущей встрече с ядовитой тварью были еще слишком свежи.

– Если кого-то укусят, то он попадет в плен, и там его вылечат, чтобы допросить. А если не вылечат, все равно убьют. А так есть надежда скрыться. В лесу они не смогут преследовать нас на лошадях!

Спешившись, они бегом устремились к опушке.

Джексон прямо на ходу послал короткий отчет на орбиту. Потом забросил тяжелый передатчик, шлем и бронежилет в дупло какого-то дерева. То же самое проделали остальные, избавляясь от лишнего груза и предметов земной технологии. Кей взял один тюк с травой, поджег и оставил дымить позади.

– Джексон, следи, чтобы мальчишка не отстал, не выпускай его руку! – крикнул Кей, ломая кусты на бегу. – Все, не теряйте из виду меня. Джерр, у тебя есть хоть что-нибудь полезное из магии? Хотя бы задержи их немного!

– Я попытаюсь… – кажется, лекарь начал брать себя в руки.

Здесь, в лесу всем было непривычно – и землянам, и их преследователям. Визанцы вообще не совались в лес, предпочитая смотреть на него со стороны. Все трое землян были городскими жителями, но в настоящем лесу бывали хотя бы изредка.

Это дало им крохотное преимущество. Хотя лес был не тот. Он выглядел похоже, но чем-то неуловимо отличался. Бежать по нему было неудобно – густые заросли, корни, торчавшие из земли. Пару раз грохнулся Джерр, по разу – Кей, Люпин и Джексон, а биолог ухитрилась подвернуть ногу. К счастью, Джерр быстро наколдовал какое-то обезболивающее заклинание, и задержались они всего на полминуты. Один только Эйдар с детской ловкостью избегал неприятностей.

Тем временем их преследователи задержались на опушке леса.

Двойной маг, возглавлявший погоню, громко орал:

– Вы идиоты! Когда вы ухитрились нанюхаться этой дряни?! – он обращался к трем стражникам, которые стояли, пошатываясь, и молчали с улыбками идиотов. Четвертый, еще мог кое-как объясняться:

– Кто-то по… оджег мешок с арень-травой… ну м-ы-ы-ы-ы и дохнули… сле-е-е-егонца…

– Слегонца?! Дыр тебе оторвать, это называется слегонца!? Да вы двух слов связать не можете!!

– Не-е-е-е-е. Дв-а-а-а я могу-у. Ме-е-е-е-е-е…

– Чего?!

– Ме-е-е-е-е-е…

– Чего ты блеешь?!

– Мешо-о-к был большо… ой! – сказал стражник и рухнул наземь. Послышался храп и посапывание.

Командир приказал одному стражнику стеречь пострадавших, а сам с остальными людьми отправился по следу беглецов.

Сначала все шло неплохо. Ордынцам не надо было опасаться табипенов, поскольку маг снов наколдовал заклинание, отпугивающее тварей. И им не нужен был следопыт, поскольку тот же маг повесил «Якорь» на Кея. Якорь – это заклинание, связывающее мага снов и какого-то другого человека. Теперь он всегда мог определить, в каком направлении находится Кей, и на каком примерно расстоянии.

Но одного преследователи не учли. Земляне хотя бы имели представление о том, что в лесу можно заблудится. Визанцы об этом даже не догадывались, воспитанные в такой культуре, где считалось, что по лесу бродят только идиоты. Причем, недолго. Троих ордынцев с тех пор так больше никто и не видел. Двое, поплутав порядком, вышли на дорогу, а одного позднее нашли мертвым на обочине – табипен укусил. Вскоре из двадцати пяти преследователей, вошедших в лес, осталось лишь девятнадцать. Они слишком поздно осознали, что остальные пропали из виду.

– Командир Фиун! Попросите Лхора разыскать их! Вдруг их укусят… – попросил один из стражников.

– Молчать, идиот! Нам приказано искать шпионов, а не тех придурков, которые не видят, куда идут!

– Но, командир Фиун… это же наши…

Фиун достал из ножен короткий меч и приставил к горлу солдата. Потом злобно проговорил:

– Чтобы Лхор нашел пропавших, он должен войти в транс. Если он сделает это прямо в лесу, ему придется остановить отпугивающее заклинание, и нас всех перекусают. Ты предлагаешь возвращаться на дорогу!? Потом придется ждать, пока Фиун войдет в транс, ждать, пока он найдет всех шестерых, ждать, пока выйдет из транса, потом найти каждого. И только после этого продолжить погоню. Но пока мы будем искать своих, шпионы уйдут далеко. Может стемнеть прежде, чем мы догоним их.

Эта длинная речь могла бы показаться вполне вразумительной и справедливой, если бы не произносилась так злобно и если бы струйка крови не стекала по горлу побледневшего солдата.

– Это первый и последний раз, когда я объясняю свои приказы. Еще один идиотский вопрос, и я перережу болтуну глотку. Понятно?

Как тут не понять… солдаты присмирели. Если у кого-то и оставалось желание поднять бунт, то деваться было некуда: вокруг дремучий лес, полный табипенов, и путь назад не пройти без мага снов.

А тем временем магистр Икен и его бойцы шли по одной из дорог Виза. Все это время они двигались пешком, далеко обходя крупные поселения и продвигаясь к району, где был обнаружен загадочный джаа. Оставалось совсем недалеко. Старый разведчик непрерывно сканировал окрестности в поисках подозрительных аур.

Поля чапры колосились вдоль дороги. Всходы вымахали уже высоко, но первый урожай на их верхушках созреет еще не скоро. В любой момент магистр был готов отдать приказ спрятаться среди длинных стеблей.

Рация лежала в рюкзаке Игнатова, и мигания ее лампочки никто не заметил. В это самое время капитан Дун рвал и метал, требуя результатов от связистов. Он уже готовил шаттл к высадке в точке, откуда пришел сигнал «SOS». По всем законам тактики ввязываться в бой с неизвестными силами было бы идиотизмом. Требовалась предварительная разведка. Но как раз разведка в лице Икена не отзывалась. В этот район был направлен автоматический беспилотник, но он тоже не мог прилететь на место мгновенно.

Когда настало время привала, Алекс обратил внимание на то, что в его рюкзаке мелькают какие-то отсветы. Раскрыв ворот пошире, он извлек рацию. Капитан Дун к тому времени уже не рвал и не метал, а чуть ли не молился, и отозвавшегося Алекса приветствовал как родного.

Икен принял решение прервать рейд.

Вся маскировка, весь аккуратный, осторожнейший переход с просачиванием в тыл врага пошел насмарку. На обратный путь со всеми мерами предосторожности времени не было. Икен создал Хрустальные Сани, которые понеслись быстрее звука. Поминая случай над пустыней, старый волшебник потратил много энергии, чтобы создать Развеивающий Купол. И не зря.

Удар был силен. Враг использовал какую-то неизвестное, но вполне эффективное заклинание для того, чтобы разрушить кокон ветров, несших Сани. Но защитная магия смягчила атакующую, и пассажиры смогли плавно приземлиться.

Кажется, они разворошили осиное гнездо. То ли здесь был опорный пункт вражеских войск, то ли путь разведчиков по досадной случайности пересекся с путем крупного вражеского отряда.

Как только они приземлились на вершине небольшого холма, то немедленно попали под плотный обстрел. Со всех сторон летели Огненные Шары вперемешку с арбалетными болтами. В душу закрадывался страх, явно искусственного происхождения. На небе собирались грозовые тучи, готовясь обрушить молнии на разведчиков, если вдруг они попробуют укрепиться и отсидеться.

Джуна подняла Водный Купол, гася им все атаки огненных магов. Внутри этой защиты Камо соорудил Каменный Купол, от которого отскакивали выстрелы арбалетчиков. Магистр разогнал грозовые тучи небольшим Ураганом и наколдовал аркан Раж Гордого Горца, который вселил храбрость в сердца, и сорвал попытки двух вражеских магов снов наслать страх. Даже Игнатов нашел для себя дело: достав парализатор, он готовился отразить атаку любого, кто попытается подойти близко к укреплению.

Из-за этой надежной защиты Алия била Огненными Шарами и целыми очередям Огненных Стрел. Вражеские маги и арбалетчики скрывались за Невидимостью, но их ауры были заметны для магистра. Ему было трудно совмещать картину аур и обычный рельеф местности, поскольку у астрала и нормального пространства разная геометрия. Но время от времени это удавалось, и магистр подсказывал огненной расположение мишеней. Тогда то здесь, то там раздавались вопли раненых, задетых близким взрывом. Не склонная к излишней жалости, огненная студентка добавляла для верности несколько зарядов на звук.

Засеянные поля, окружавшие холм, полыхали. Молодая чапра неохотно занималась огнем, но горячее пламя магии и поднятый ветер усиливали пожар. Скоро дым горящих посевов заволок все вокруг, так что теперь враги могли обмениваться ударами только наугад.

Должно быть, у противника помимо арбалетчиков была и пехота, но приближаться к огненной смерти в образе молодой и весьма сердитой девушки никто не рисковал. Бой перешел в затяжную стадию. Немногочисленная группа не могла разделиться, так как атаки врагов были слишком массированными и разнообразными. Враги тоже не могли подойти близко, наоборот, понеся потери, они расширили кольцо, предпочитая разрядить строй и бить с большой дистанции, постоянно меняя позицию.

Алекс Игнатов гадал, что случится раньше: кончится энергия у обороняющихся, к ордынцам придет подкрепление или же чаша весов склонится в пользу немногочисленных, но более сильных магов Икена? Люди магистра выглядели уверенно, но время шло…

И там, где беглецы уходили от погони, тоже прошло несколько часов. Было большой удачей, что ядовитые твари пока не нападали, но надвигались сумерки, когда они станут гораздо активнее. Хуже всего было то, что беглецы не могли понять: оторвались они от погони или нет? Они давно уже выдохлись, и сменили бег на быструю ходьбу. Даже очень резвый и на вид крепкий мальчишка был слишком мал, и ему не хватило выносливости. Эйдар еле плелся, спотыкаясь, вцепившись в руку инженера.

– Что вы колдуете, дядя Джерр? – спросил он.

– Противоядие. На случай, если меня укусят, приготовлю одну дозу, – маг где-то сорвал некрупный желтый плод, и пытался на ходу выдавить его содержимое в пробирку. – Остальных я вылечу и без снадобья.

– Значит, можно не боятся табипенов? – с облегчением вздохнула Вэй Лин.

– Лучше бойтесь. И магия, и это лекарство действуют медленно. Если мы задержимся для лечения, нас могут догнать. Скорее бы стемнело…

– Быстрее, вялые дыры! Скоро стемнеет! – кричал командир стражников на своих людей.

Те подчинялись, но расстояние не сокращалось. Беглецы были непривычны к марш-броскам, но шли налегке, бросив шлемы и бронежилеты, а на тренированных солдатах висели доспехи и оружие. На самом деле всех задерживал маг снов, который ухитрился где-то повредить ногу, и теперь хромал. Но на своего коллегу командир предпочитал не орать. Это почти ничего не меняло: охромевший маг прекрасно чувствовал раздражение в ауре командира, когда тот смотрел в его сторону. Раздражение медленно превращалось в гнев и ненависть.

Вечерний визанский лес был прекрасен. Тысячи лет он не знал топора дровосека. На рубеже весны и лета благоухали цветы, зелень мягко ласкала глаз. Какие-то крупные яркие насекомые тучами витали вокруг, не пытаясь нападать на людей. Только солдатам было не до красот природы. Они тоже стали выдыхаться. Привычный темп быстрого марша по ровной дороге для леса оказался непригодным.

На Визе никогда не бывает таких темных ночей, как на Земле. Даже в полночь небо сильно фосфорецирует. При таком свете нельзя читать, но вполне можно идти по дороге, проложенной по открытой местности. Но уже в узких переулках городов становится слишком темно без фонарей. В густом лесу – тем более. Скоро преследователи вынуждены были остановиться.

– Привал! – прорычал предводитель стражников. Он был недоволен. До последнего момента Фиун надеялся, что они догонят беглецов. Теперь предстояла ночевка в лесу.

Приказав всем стоять на месте, он сосредоточился и пропустил большую часть энергии сквозь плетение. Образовался здоровенный Огненный Шар. Заряд пролетел недалеко вперед и врезался в дерево. Раздался громкий взрыв, все на мгновение ослепли. Когда дым рассеялся, все увидели широкую обугленную воронку. Лес, кустарник и трава – все было выжжено в радиусе нескольких десятков метров. В центре землю покрывал лишь серый пепел, а по краям еще тлели угольки, которые освещали сцену разрушения. У ее краев кое-где дымились деревья, но влажный лес не позволил заняться настоящему пожару.

Не говоря ни слова, Фиун прошел в центр выжженной поляны и разложил свое одеяло прямо поверх слоя пепла. Второй маг последовал его примеру и облегченно вздохнул, гася распугивающее заклинание. За сегодняшний день он потратил слишком много энергии, пока искал беглецов а потом отгонял магией зверье. Сюда на голый пятачок земли табипены не выползут. Он чувствовал ауры десятков тварей, которые шли по следу их отряда. Надо будет хорошенько выспаться, зарядившись энергией. Иначе назавтра ее может не хватить.

Солдаты последовали примеру магов, располагаясь подальше от края пожарища, но не слишком близко к начальству. Дабы не прогневать.

Предосторожность опытных вояк оказалась нелишней. Командир устал ругаться и теперь бесился молча. Приказ, данный наместником Ченегаром, был четким и недвусмысленным: настигнуть и доставить в ставку в течение дня. Приказ выполнить не удалось, и теперь Фиуна ждет наказание. Можно попытаться свалить вину на кого-нибудь и снять с себя хотя бы часть ответственности, но пока никто не давал повода придраться всерьез. В любом случае надо поймать шпионов, и чем раньше, тем лучше. Возвращаться с пустыми руками – значит, навлечь на себя еще больший гнев.

– Брат Лхор, далеко ли шпионы?

– Все так же, брат Фиун. Я чувствую, что их Якорь все еще движется.

– Тогда нам надо продолжить преследование!

– Без света? Были бы у нас факелы или светильники…

Фиун скрипнул зубами. Он не мог тогда взять факелы с собой. Это было все равно, что открыто признаться: задание не будет выполнено до темноты, то есть, в срок. Сейчас поляну освещало несколько Бластов, но нести их было не в чем.

– К тому же я – не бездонная бочка маны, брат Фиун, – признал маг снов. – Беглецы успели уйти далеко от города, и я потратил слишком много энергии, когда запускал Поиск. Остатки маны ушли на поддержание отпугивающего заклятия. Если мы настигнем шпионов, я не смогу помочь в их захвате.

– Тогда спи, брат Лхор, и пусть твоя мана соберется в тебе побыстрее, – сказал вслух командир. А мысленно подумал: «Проклятый дыр, если бы не твоя ошибка, мы бы сейчас сидели в Раншиде, наслаждаясь воплями вонючих шпионов».

Когда Лхор вернулся со своими людьми в казармы, то выяснилась странная вещь. Он помнил о том, что получил приказ найти и задержать подозрительного водного мага, который путешествует в компании с чернокожим иноземцем и еще какими-то странными типами. Он помнил, как расспрашивал свидетелей, и как цепочка слухов привела его на рынок, а потом – к постоялому двору. Но все дальнейшее сохранилось в памяти смутно. Он был уверен, что вошел в какой-то дом, и там было «все в порядке», после чего он с чувством исполненного долга вернутся назад.

В ответ на требовательные расспросы командира он мог лишь сказать, что там все в чисто, и ничего подозрительного нет. Только теперь к своему удивлению он обнаружил, что не помнит никаких деталей, которые привели его к такому заключению. Лишь чувство ясного спокойствия и чистоты охватывало его при попытке вспомнить происшедшее. Командир пришел в ярость (к чему Лхор давно привык) и потребовал, чтобы его приказ был выполнен в точности: раз сказано привести, значит надо привести. А есть там что-то подозрительное или нет, – не Лхору решать.

Когда они вернулись к тому дому, там уже никого не было. Хозяин заявил, что постояльцы давно собрались и уехали. В душу мага закралось непонимание и подозрение. Командир потребовал найти беглецов по их аурам. К стыду своему Лхор не запомнил не только аур, но даже внешности тех людей, с которыми встречался. Ему пришлось долго медитировать для того, чтобы восстановить свою память. Это удалось. Воспоминания неохотно всплыли из небытия.

Лхор вспомнил дом и трех мужчин, которые там его встретили. Внешность соответствовала описанию свидетелей. Среди них был только один маг – водный, и два немага: один с черной кожей и один – с розовато-коричневой. В соседней комнате ощущались ауры женщины и ребенка. Маг вспомнил разговор, который произошел. Ничего особенного: обычный допрос. Последними всплыли слова человека с розоватой кожей. Он говорил многословно и бестолково какие-то глупости насчет блестящего кусочка металла. Почему-то после этого Лхор решил, что можно уходить. Он так и не смог уразуметь, почему. Ордынец не почувствовал никакого магического воздействия на себя. В конце концов Лхор сделал вывод, что произошло какое-то временное помешательство. Возможно, он слишком устал, что-то съел или… просто стареет. Надо будет обратиться к лекарю.

Вспомнив ауры, Лхор запустил Поиск. Заклинание срезонировало на дороге к западу от города. Туда они и поспешили.

Даже такой гневливый человек, как Фиун, в какой-то момент утихомиривается. Но все равно ему не спалось. Он думал о том, как поймать беглецов. Те успели уйти не так уж далеко. Лишь поначалу, пока стражники не освоились в лесу, шпионы оторвались на какое-то расстояние, которое и сохранили позднее. Если бы можно было продолжить путь…

Фиун задумчиво смотрел на Бласты, горевшие на земле. Двое караульных сидели и вглядывались в заросли при их красноватом свете. Этого достаточно, чтобы идти по лесу. Но каким бы слабым не было пламя Бласта, в руках его не унесешь. Обычно применяли небольшие проволочные держатели на деревянной ручке. Это и были те самые светильники, которых он не взял с собой. Если бы можно было их сделать… хотя… почему бы и нет?!

Нужно что-нибудь металлическое. Жалко портить мечи, они еще пригодятся. Но наконечники стрел вполне подойдут. Маг вскочил, и забрал колчан у одного из воинов. Через пару минут наконечники превратились в проволоку, благодаря аркану Стальной Волос. Вскоре разбуженные солдаты уже вили из нее металлические корзинки, а командир спешно восполнял энергию, поглощая ее из разожженного костра.

У беглецов с освещением все было в порядке. Люпин зажег Светило, так что вокруг было светло, как днем. Но они выбились из сил. Джексон – самый выносливый из всех – какое-то время смог нести мальчишку, но в конце концов им пришлось остановиться.

– Раз табипены не обладают способностью лазить по деревьям, наиболее оптимальной позицией для восстановления тонуса нашего микросоциума мне представляется вон тот дуб, – выдал тираду Кей.

– Это не дуб, – поправила Вэй Лин. – Это какое-то местное дерево, похожее на земной дуб.

– О, нет, лучше не надо! – проворчал Джексон. – Если бы Кей еще и слово «дуб» заменил на «дерево, похожее…» – я бы вообще ничего не понял.

– Дядя Арни, а что вы поняли? – недоуменно поинтересовался Эйдар.

– Дядя Кей предлагает лечь спать на том дереве.

Залезть на дерево они кое-как залезли. А вот потом… Попробуйте уснуть на толстом бревне и не свалиться. Как назло никаких лиан поблизости не нашлось. Проще всего было мальчишке, который удачно уместился между стволом и двумя толстыми ветвями. Остальные не столько спали, сколько дремали, пытаясь удержать равновесие и не упасть.

Вэй Лин разбудил глухой удар и мгновенно оборвавшийся вопль. Вздрогнув, она очнулась от забытья, едва не свалившись с ветки. Похоже, кто-то другой все же не избежал этой участи.

Она разбудила остальных. Джексон посветил фонариком вниз и ужаснулся. Целый клубок табипенов тихо шевелился внизу. Под ними было погребено неподвижное человеческое тело. На дереве не хватало Джерра.

Эйдар громко заплакал от ужаса. Ядовитые твари, услышав шум, бросили свою жертву и обратили рыла кверху.

– Дядя Джерр!!

– Надо что-то делать, – воскликнула Вэй Лин. – Скорее дайте ему противоядие!

– Кто даст? Ты спустишься… туда? – Джексон указал на стаю тварей.

Лин достала свой пистолет. Это было маленькое оружие, стрелявшее парализующими иглами. Против солдат, вооруженных арбалетами, слабовато, а тут… Она выстрелила несколько раз, то же самое сделали другие земляне. Табипены злобно шипели от боли, но яд, рассчитанный на людей, на них не действовал.

Иглы быстро закончились. Все, чего удалось добиться – хищники оставили свою жертву в покое, и сосредоточили внимание на дереве. Но если искусанному визанцу не дать противоядие в ближайшие пять минут, потом будет слишком поздно. Люпин попытался ослепить тварей или отпугнуть иллюзиями, но это подействовало слабо, так как те ориентировались, в основном, по запаху и звуку. На крики людей животные отвечали злобным шипением.

Внезапно шипение стихло. Зверье насторожилось, принюхиваясь вокруг и опасливо озираясь. Потом они тихо разбежались. Поляна под деревом очистилась. Джерр лежал внизу неподвижно. Даже при свете фонаря были видны многочисленные ранки, покрывавшие грудь и шею жертвы.

– Скорее… надо поднять его наверх! – скомандовал Кей.

– Постой! – вдруг воскликнула Вэй Лин. – Они вели себя так, как будто их спугнул крупный хищник.

– Кей, в твоем бинокле есть тепловизор, – напомнил инженер. – Осмотрись!

– Вроде бы никого… – ответил тот, вглядываясь в темноту между деревьями.

Хотя молодой маг был тощим, но затащить его на дерево, не имея веревок, оказалось непростым делом. Наконец, они справились с этой задачей. Раны были неглубоки, но многочисленны. Сколько яда попало в кровь? Подействует ли противоядие? Оставалось только ждать и надеяться.

Но времени им не дали.

– Там свет… – сказал Эйдар.

Действительно: в чаще мелькнул огонек. Потом еще один – с другой стороны. И еще. На поляну вышли люди. Их было нетрудно узнать – преследователи настигли беглецов.

– Вот, значит, кто напугал табипенов… – пробормотала Вэй Лин.

Она подумала, не выстрелить ли в солдат, но вынуждена была отказаться от этой самоубийственной мысли. Все они в доспехах, только небольшие участки кожи оставались открытыми. Будет трудно попасть даже в одного. Зато у противника были наготове арбалеты. Только потом она вспомнила, что иглы в парализаторах все равно кончились…

В центр поляны вышел человек, облеченный в темные доспехи с головы до ног. На его шлеме красовались две ленты – красная и зеленая. Маг земли и огня. Очень плохо.

– Сдавайтесь или умрете немедленно!

– А если сдадимся, умрем чуть позже? – мрачно бросил Люпин.

Командир кивнул кому-то, и всех внезапно охватил животный ужас. Страх сковал тела, и беглецы посыпались с дерева словно груши.

– Переговоры излишни… – прошипел вражеский маг, приближаясь к нескольким телам, которые корчились около «дуба».

Внезапно земля взбрыкнула как норовистая лошадь! Потом последовал гулкий басовитый удар, и вся поляна прогнулась впадиной, словно это был барабан, по которому ударили сверху. Вокруг зашумели деревья, а «дуб» вдруг ни с того ни с сего взорвался со страшным треском и разлетелся на мелкие щепки! Воздух наполнился подброшенными вверх глыбами земли и обломками веток. Вокруг упало несколько деревьев, одно из них чуть было не рухнуло прямо на беглецов.

Вражеский командир закричал что-то. Страх, охвативший всех, отпустил, и почти сразу разыгравшаяся стихия стихла.

Воспользовавшись секундным замешательством, Люпин прошептал:

– Все плотно зажмурьте глаза!

В лесу полыхнуло несколько слепящих Вспышек. Послышались проклятия вражеских солдат. Люпин набросил на своих спутников Невидимость.

– Бегите!

Неизвестно, что получилось бы из этой затеи, но Люпину не повезло. Почти все солдаты были ослеплены, но дело происходило в лесу. Вражеского командира от ближайшей вспышки заслонил ствол дерева, и его левый глаз еще мог чуть-чуть видеть. Этого ему хватило, чтобы послать Огненный Шар в Люпина за мгновение до того, как он исчез.

Раздался тихий взрыв, и Невидимость мгновенно рассеялась, а в траву упали какие-то обугленные ошметки. Можно было только догадаться, что это – останки человека.

Не видя никакого другого выхода, Кей схватил мешок «травки» и поднес к нему зажигалку. Язычок пламени прожег тонкую ткань и лизнул содержимое.

– Дышите глубже! – скомандовал он.

Вражеский командир ругнулся снова, и запустил совсем маленький Огненный Шар. Кею мгновенно оторвало обе руки вместе с мешком, а самого отбросило взрывом в сторону. Человеческая плоть вспыхнула вперемешку с травой, превратившись в пепел и дым, который заполнил легкие лежащих вокруг людей. Солдаты немедленно отбежали в стороны, зажимая носы. Лишь один замешкался, вдохнул немного и сразу упал, истерически хохоча.

– Ну что там, брат Лхор?

– Этот в отключке, надышался дымом до бровей, – констатировал маг, изучая ауру Джексона. – Женщина тоже. И ребенок. Этот безрукий сейчас умрет. А этот… его покусали, посмотри сам.

– Да, он парализован, – заключил Фиун, осмотрев Джерра. – Но, кажется, выживет. Наверное, использовал противоядие. Ты видел, какой выброс энергии?! Энергия стихии земли.

– Очень мощный выброс, – подтвердил Лхор. – Это мог быть только пацан, он будущий маг, судя по ауре.

Командир приказал поднять пинками всех, кто мог идти. Будучи под действием наркотика, они мало что соображали и бездумно шли туда, куда их подталкивали. У мальчишки даже глаза съехались в кучку. Джерра, который все еще был парализован, положили на носилки и понесли. А раненого бросили умирать.

– Собираешься их всех допросить? – спросил Лхор.

– Разумеется. С твоей помощью. Прочтешь их мысли, результаты запишем, и ты перешлешь их командованию.

– Что, и ребенка будем допрашивать… с применением Чтения Мыслей?

– Разумеется. Мы должны получить максимум информации. Нельзя дать им шанс утаить что-либо.

Кей все еще пребывал в сознании. Благодаря наркотику, он не чувствовал боли. Многие сосуды оказались «заварены» адским пламенем, но сквозь трещины в обугленной корке все равно утекала кровь. Вместе с ней уходила и жизнь. Шаги преследователей стихли несколько минут назад. Одурманенный землянин даже не понял, что его бросили одного в лесу. Шипение подползавшего табипена он воспринял отрешенно, слыша шелест моря на далекой Родине.

Оглавление