Часть третья. Прошлое

Десять лет спустя

Наверное, не будь я Атлантидой и не являйся огонь моей второй сущностью, от меня осталась бы только маленькая горстка пепла. Когда мы прибыли в Дриадский лес, я сразу почувствовала себя не в своей тарелке. Женская зависть страшная вещь, пусть даже эти женщины дриады. Поводов для зависти мне (дуре крашеной, бледнющей и на зомби похожей — со слов стражниц) было четыре. Первые три это мои спутники: Келлиндил — эльф, златоволосый, статный, с зеленющими глазами и хищной пластикой воина, мечта все женщин; Эмиль — тоже мечта только немного в другом формате, так сказать для тех, кто предпочитает жгучих брюнетов с золотистыми крыльями, экзотика; и третий, но не последний Эрвин, с виду обычный человеческий маг, но стоит открыть ему рот, все, пиши, пропало — море обаяния в неплохой упаковке. И все бы ничего, будь я замухрышкой, немочью бледной, так как меня и обзывали, но все было гораздо хуже. Для дриад. Черные, как и у Миля, только с легким оттенком на солнце в каштановый, волосы, бездонные глаза и умопомрачительная фигура. Не слишком скромно? Но я сказала правду. К 2224 годам я научилась ценить себя и не заморачиваться на комплексы.

Так вот. Дриады молча, а иногда и не очень, пытались избавить меня от общества моих спутников, но что я не обращала особого внимания. На этих мужчин я не претендовала. Эрвин мой лучший друг, Миль — мой сын, для которого всегда есть место в моем сердце, а Кел. Он просто Кел. Разве я имею право на него? Мы бродим вместе десяток лет, но он не сделал ничего, чтобы дать мне надежду. Словно и не было той прекрасной любви в забытых королевствах. Я не могла его винить. Осталось ли что-то от той любви во мне?

Было забавно наблюдать за стараниями дриад. Хотя, вон та блондинистая кошолка, пристающая к эльфу, меня порядком бесила.

Мужчины не остались равнодушны, но все же при мне стеснялись идти в наступление, поэтому я легко поднялась и изъявила желание погулять. И уже даже направилась прочь с полянки, как меня нагнал Кел.

— Тоже хочу погулять, — улыбнулся эльф.

А я в очередной раз поймала на себе злой дриадский взгляд.

— Уверен? Меня же дриады на кусочки порвут за то, что я тебя украла.

— Ну, предположим я укрался сам. Да и что я там не видел? — махнул рукой Кел.

— Ну, они красивые. Все.

— И что? Надоели. Словно я по одному только взмаху ресниц должен удовлетворять все их потребности.

— Предположим не только их потребности, но и свои, — ехидно заявила я.

— Ага. Ты еще меня маньяком сексуальным назови. Я эльф, конечно, но не железный, а они там решили на меня всем скопом накинуться.

— Оу, боишься сплоховать, — да что со мной? Что я вредничаю?

Эльф только пожал плечами. Решил не отвечать на мои выпады? Что ж. Мудро. Только так можно заставить меня молчать.

— Утром будет аудиенция у королевы. Придумали уже что сказать? — перевела я тему.

— Почти. Эрвин этим занимается.

***

Повелительница дриад была потрясающе красивой женщиной. Мне даже завидно стало. Столько изящества в каждом движении, взмахе ресниц. Не удивительно, что мои мужчины тоже это заметили. Не знаю, что бесило меня больше. Их восхищение ей или тот факт, что она действительно заслуживала этого восхищения.

— Я думаю, мои девочки смогут помочь вам. А пока, вы все будите нашими гостями. Сегодня вечером намечается бал, вы приглашены.

Она одарила Келлиндила таким взглядом, что я еле сдержалась, чтобы не броситься на нее. Стерва. Он мой. Упс. Мой? Я, что действительно так думаю?

Вяло, отмахнувшись от спутников, я поспешила в комнату, отведенную мне любезными хозяйками. Плевать, что я чувствую к Келлиндилу, главное, на вечере я должна быть бесподобна. Благо, на бал съедутся и эльфы. Уж они-то меня заметят. Как я узнала позже, бал обещал быть по истине грандиозным. По случаю годовщины подписания какого-то там договора, представители всех рас приехали в лес. Каждый год его устраивало определенное государство. В этот раз была очередь дриад.

Ничто не поднимает настроения так, как внимание мужчин. Не наглый свист, и маслянистые взгляды, а именно ненавязчивое аккуратное внимание. За это я и люблю эльфов. Они умеют красиво завоевать даму. Может, поэтому из всего разнообразия рас моими любовниками чаще бывали эльфы? Темные ли, светлые. Благо здесь хватало и тех и других.

Мужчины на балу пожирали меня глазами, а девушки давились завистливыми вздохами. Сегодня я затмила всех и могла собой гордиться. Легкое атласное платье цвета летней ночи сидело на мне как влитое. Оно нежно обнимало тело и приятно холодило кожу. Легкие туфли без каблуков, чтобы не вязли в земле, были удобными и что не мало важно красивыми. Волосы я заколола, чтобы открыть откровенный вырез на спине.

Но все-таки настроение мне снова испортили, стоило посмотреть на королеву и Кела, как улыбка исчезла с моего лица. Я тряхнула головой и снова окунулась в мужское внимание.

Вечер близился к концу, я давно потеряла из виду своих спутников и старалась не думать о том, куда ушел Кел. И с кем?

— Дама позволит проводить ее? — бархатный голос дроу мог повергнуть любую в ступор.

Любую, но не меня. Он был красив и говорил очаровательные глупости, но я не была настроена на продолжение. Хм, видимо мой поклонник был другого мнения. Его объятия стали просто железными, стоило мне попытаться вырваться. Поцелуи обжигали губы, а руки безжалостно сминали тонкую ткань платья. Я хотела закричать и не смогла. За что? Я не хочу. Я пережила это один раз, но тогда рядом был Эрвин, маг вырвал меня из рук насильников, пусть слишком поздно, но все же. Сейчас же, я просто не смогу никому признаться в случившемся. Меня охватили дикий страх и отчаяние, как и в тот раз.

Помощь пришла, откуда ее не ждали. Резкий рывок и я валяюсь на земле, а Келлиндил удерживает дроу.

— Пошел прочь. Завтра я разберусь с тобой, — эльф говорил так, будто был уверен, что до завтра дроу никуда не денется.

Мужчина зло сверкнул глазами, но все же ушел. Я тихо всхлипывала от пережитого у корней какого-то дерева.

— Как ты? — Кел присел рядом.

— Нормально… Спасибо… Я просто растерялась и…

— Не нужно оправдываться.

— Да, но я не понимаю. Неужели я делаю что-то не так? Это уже не первый раз, — слегка сбилась я на последних словах.

— Я знаю.

— Откуда?

— Эрв рассказал.

— Рассказал, — пораженно выдохнула я.

— Да. Может и тебе стоит рассказать. Выговориться.

— Зачем? Ты и так все знаешь… Знаешь, что это были твои собратья? Такие же светлые эльфы, как и ты? Их было пятеро… а я одна, — с каким-то садизмом рассказывала я, — ты знаешь, что они делали? Откуда? Ведь Эрв пришел в самом конце, когда от меня прежней мало что осталось.

Келлиндил сгреб плачущую меня в охапку и стал медленно покачивать. Но я вырвалась и рванула в сторону.

— Не смей, — я держала руки вытянутыми, словно это могла отгородить меня от него, — Мне не нужна твоя жалость. Иди, куда шел. К своей королеве дриадской, а меня оставь в покое.

— Вообще-то, я шел к тебе. Хотел показать Сияние звезд. Помнишь, я обещал, — бесконечно терпеливо улыбался эльф.

Я пораженно застыла на месте. Конечно, я помнила. Но это было года четыре назад. В одной почти безнадежной схватке. Как он мог помнить?

— Я думала, ты забыл.

— Просто ждал подходящего момента. Пойдем?

И мы пошли. Интересно, а почему он оставил королеву? Ради меня?

***

С утра эльф решил расправиться с давешним насильником, но я его остановила. Я, конечно, женщина и все такое, но за себя постоять тоже могу. Вчера я просто испугалась. Ну, ладно, не просто, но я не привыкла решать проблемы чужими руками. Дроу воином оказался не очень, мне ничего не стоило набить ему морду. Причем сделала я это на званом обеде во дворце эльфийского Повелителя. Благо резиденция венценосного находилась все в том же Дриадском лесу, точнее на эльфийской его половине. Странно, но меня никто не остановил.

Я отвела душу и запала в сердца светлых эльфов. У всех светлых эльфов во всех мирах есть одна отличительная особенность — они не любят дроу. Впрочем, те отвечают им взаимностью. Меня тут же пригласили на пару пикников и званых ужинов, на что я не менее быстро нашла причины для отказов. Не было никакого желания отбиваться еще и от светлых эльфов. А пришлось бы, согласись я принять пару предложений.

Порой эта раса добивает меня своим занудством, порой — своей непосредственностью. Тем не менее, чтобы донести до эльфов свой отказ, при этом ни в коей мере не оскорбить их нежных чувств, мне понадобилось много времени. Я устало развалилась на поляне под деревом и решила немного вздремнуть. Меня в лесу ничего не держало, мы прибыли сюда по настоянию Эрвина. Его магические изыскания начинали утомлять. Хотя, стоит заметить, что такие изыскания каждый из нас проводил в свое время. Или по очереди? Последний раз я помниться пыталась создать кольцо истинного огня. Вышло нечто не совсем то, но все же. В поисках источников и накопителей силы, я облазила все вулканы трех миров. Помниться, Эрв готов был меня придушить, когда я показала ему результат. Испугался. Я тоже не ожидала такого. Я получила чудное колечко из застывшего огня. Стоит прошептать пару слов, даже без магического импульса, как перед владельцем прямо из земли вырывается столб пламени, который после преобразуется в трех дивных коней. Их гривы и хвосты настоящий огонь, трепещущий на ветру, а в глазах плещется безудержное пламя нижних миров. Кстати, благодаря последнему, они даже способны вступить в схватку с демоном. Минус кольца состоит в том, что поддерживать коней нужно постоянно. Причем, магией огненной и никакой другой. А так, полезная штучка.

В порыве воспоминаний я неосознанно крутила кольцо на пальце и глупо улыбалась.

— Вот ты где? Я искал тебя, — такие же глаза как у меня задорно блеснули.

— Что-то случилось?

Миль отрицательно покачал головой.

— Хотел полетать? Ты со мной?

— Нет. Сегодня не хочу. Лети сам.

Сын порывался что-то сказать, но промолчал. Я редко летела с ним, для меня это было слишком больно.

— А ты хочешь? — обратился к кому-то за моей спиной айранит.

— В другой раз, — тоже отказался знакомый голос.

Я приветливо улыбнулась Келлиндилу и снова посмотрела на Миля. Я любила наблюдать за ним во время переворота и полета. Секундное напряжение мышц и из спины вырвались два светлых крыла, блеснули на солнце золотом. Вот уже Миль несется ввысь. Красиво!

— Почему ты присоединилась к нему? Я ни разу не видел, чтобы ты летала с ним?

— Я вообще не умею летать, — улыбнулась я и досадливо пожала плечами.

— Ты знаешь, о чем я, — укоризненно сообщил эльф.

Знаю. Я могу лететь с Милем, крепко прижавшись к нему. Но не хочу.

— Так я летала с его отцом. Не могу больше летать. Без него не могу, — тихо прошептала я.

— Ты его любила? — так же тихо спросил Кел.

— Конечно, как и он меня. Ты знаешь, что Атлантиды не могут…

— Да, прости. Я, наверное, хотел спросить, любишь ли ты его до сих пор?

— Я буду любить его вечно. Он отец моего сына. Часть его живет в Миле. А как я могу не любить Миля.

— Какой он был? Расскажи, — как-то совсем по детски попросил Келлиндил.

Я подняла на эльфа удивленный и недоверчивый взгляд. Зачем ему это? Чего он добивается? Вот уже десять лет, что мы путешествуем вместе, никогда еще не говорили так откровенно. Словно действительно стали друзьями? Скорее мы вели себя как хорошие знакомые. Между нами выросла какая-то непроницаемая стена из прошлого. Мы были просто путешественниками, любовниками, супругами и, в конце концов, родителями. Все это было давно, но у бессмертных свои понятия о времени. Наши теперешние отношения я бы охарактеризовала одним словом — отчужденность. Так зачем он спрашивает?

— Ты действительно хочешь знать? — я всматривалась в него, стараясь уловить хоть малейшее изменение.

— Мы не чужие. Я хочу знать, — напрасно, его лицо осталось все той же непроницаемой маской.

Я с трудом скрыла досаду. Раньше я могла читать его, как книгу. Теперь же не вижу ничего. Обидно, что он больше не доверяет мне. Или я разучилась понимать его?

— Хорошо. С чего начать? Мы встретились на одном задании. Нас обоих наняли в сопровождающие для мага. Мы много общались, мне было интересно узнать про его расу. Ведь раньше я никогда не слышала про айранитов. В наших отношениях не было и намека на любовь. В общем, мы были вместе лишь раз, а на утро он улетел в Андарион. Я не стала его останавливать. Хотя знала, скажи я хоть словно и он не уйдет. Я сомневалась три дня, а потом подумала, что стоит попробовать. Ведь я к тому времени кажется, серьезно влюбилась. И мы с ребятами и Эрвом помчались в Андарион, словно сумасшедшие пронеслись мимо стражи. Я лишь спросила, где я могу найти Рениара. И даже не подумала, а что ему с утра делать в Храме? Я ворвалась на свадебную церемонию в самый неподходящий момент. Более глупо никогда еще себя не чувствовала. Мне до сих пор стыдно. Рен удивился. Еще бы. Ты произносишь клятву, а тут влетает какая-то сумасшедшая. И пусть эта сумасшедшая твоя любовница, но все же. Я тогда несла чушь. Знаешь, я даже не помню, что точно говорила. Что-то вроде того, что поздравляю его, а у самой слезы на глазах. Я убежала, но он меня догнал. И никуда больше не отпускал. Я расстроила свадьбу королеве Андариона. Она, конечно, была не в обиде. Рена она не любила, как и он ее. Обычный династический брак, не более того. Мы даже стали подругами после.

И хоть, наша свадьба с Реном была не такой интересной, мне понравилось. Я никогда не забуду его лица в тот момент, когда нас объявили мужем и женой. Я не думала, что он любит меня на столько сильно. А еще он любил небо, как истинный айранит. И глаза у него были такие же — синие-синие, бархатистые, безумно красивые. Он сам был на редкость красивым мужчиной. Благородный глава рода с золотыми крыльями. Если бы не темные волосы, он, наверное, походил бы на ангела. Но все же он оставался воином.

Как-то аватары, это лучшие войны айранитов, не смогли сдержать натиск нежити. Рен вызвался помочь… И не вернулся. Мне принесли лишь его останки, — я уже забыла, что со мной рядом кто-то есть, и плакала, но продолжала рассказывать, сама не знаю зачем, — Свет! Я опознала его лишь по крыльям и магическому оттиску. Нам пришлось хоронить его в закрытом гробу. После я не смогла, просто не смогла больше жить в том мире. Миль ушел со мной.

— Прости, что заставил тебя вспомнить, — коснулся моей руки Кел.

— Нет, нет. Что ты. Я давно пережила это. Мне больно, но от Рена у меня остался Миль. С тобой было труднее, да и предательства не доставляют удовольствия.

— Я не считаю, что ты предала меня. Я все понимаю, и давно простил, — Келлиндил смотрел мне в глаза, и я понимала, что он не врет.

— Спасибо. Для меня это важно. Но я говорила о другом. О том, что предавали меня.

— Кто?

— Не хочу об этом.

На этом наш разговор оборвался. Кел тактично оставил меня одну, но я уже не могла удержать свои воспоминания. Хотя хотела. Очень хотела. За все свои две тысячи лет я любила четверых. Двое предали меня. Справедливо?

Предатель.

Как больно было понимать, что я больше тебе не нужна.

Изменник.

Ты сделал меня королевой. Обещал весь мир и даже больше. А стоило мне уйти на месяц, ты польстился на другую. Чем она лучше меня? Чем? Я бы не поверила, если бы не видела все сама. Было так больно.

За что?

Но тебе показалось этого мало. Мы были женаты всего лишь год, а ты уже решил избавиться от меня.

Мне пришлось бежать. Хвала Богам, ты не знал кто я. Не знал, что в твоем мире по силе мне нет равных. Что я одним словом могу уничтожить тебя и весь твой дворец. Но я не стала этого делать. Ведь только люди мстят за любовь.

Слезы душили меня. Я хотела забыть, забыть все это навсегда. Но память жестокая штука. Она избавила меня от этих воспоминаний, но подбросила новые. Боги, за что? Неужели этот день может быть хуже?

Пират.

Я всегда любила море. Я и вернулась в море, так сказать. Наконец — то нашла свой родной мир. Мир нашла, а вот атлантов не было и в помине. Атлантида затонула, а мой народ ушел в другие миры, на поиски нового дома. Может, стоило идти за ними, но я слишком устала скитаться. По дороге я потеряла Эрва, мы разминулись в одном из каналов. Досадная случайность. Теперь я одна. Было грустно.

А еще русалки показали мне могилу моего отца. Даже короли атлантов смертны, а он защищал дом. Моя мать умерла, когда я была совсем крохотной и тоже навсегда осталась в этом мире. Значит, останусь и я. Пока.

Я жила на необитаемом острове, наслаждаясь жизнью с морскими обитателями. Русалки любезно показали мне место затопление Атлантиды, и я часто бывала там. Это было не трудно. Магия родного мира с удовольствием одаривала меня. В день я выбралась на берег уже в сумерках и хотела было направиться в свою пещеру, как кто-то окликнул меня. Точнее, я сама догадалась, что зовут меня. Я оглянулась и увидела людей. Они торопливо шли ко мне и что-то спрашивали.

— Que tiene Usted? 1

Странный язык. Я быстро прочитала одно интересненькое заклинание, и до меня дошел смысл сказанного.

— Я не знаю, — на безукоризненном испанском проговорила я.

Отличное заклинание. Я нашла его где-то в Трех мирах, полезная вещь. Языки совсем не надо учить.

Еще пару усилий и я уже знала моду того времени. Движение рукой и все. Перед моряками стоит испуганная девушка, попавшая в кораблекрушение.

Только подчищу им воспоминания.

Мы плыли в, так называемый Новый свет на тучном, неповоротливом галеоне Его католического величества. С острова я уплыла в Испанию и прожила там, в семье спасшего меня купца два года. Добрые люди удочерили меня, а я сдружилась с дочерью моих приемных родителей. Я быстро освоила все знания, присущие этому миру в теперешнем его виде. Мне нравилась эта жизнь.

Из таких раздумий меня вырвала суета, царившая на корабле.

— Что случилось, капитан? — спросила я тучного мужчину в морской форме.

Он безуспешно пытался влезть в кирасу. М-да. Пора бы ему худеть.

— Пираты, сеньорита. Вам лучше спрятаться.

Ага. Сейчас. Бегу и спотыкаюсь. Я хочу посмотреть на этих головорезов, а, может, и спасти ваши трусливые шкуры, морячки.

Нас быстро нагоняли, и шанса на бегство уже не было.

«Пиратским парусникам с высокими мачтами было достаточно самого легкого ветерка. Как у лучших кораблей того времени, у них был узкий киль, высокий нос, крутая корма, прекрасное вооружение.

Двенадцать пушек_каронад торчали из бойниц, угрожая с правого и левого бортов, два длинных крупнокалиберных орудия на верхнем полубаке готовы были смести картечью любого, кто оказался бы на палубе вражеского судна». 2

Послышался выстрел, и ядро плюхнулось в воду перед носом нашего корабля. Похоже, нам приказывают лечь в дрейф. Не думаю, что мы будем сопротивляться. Не по силам нам это.

Пираты знали свое дело превосходно. Они быстро перебрались на наш корабль в своих маленьких шлюпках. Их было много, у меня даже мелькнула мысль, что здесь собрались все, кто вообще был на пиратском судне. Может, стоило уплывать, пока они были заняты. Но я тут же отбросила подобную глупость. Если бы разбойники были дураками, они бы давно вымерли.

Но вот толпа буканьеров раздалась, и в ее просвете появился мужчина. Он совсем не походил на остальных.

Капитан, подумала я и оказалась права.

«Одет он был во все черное, с элегантностью, необычной для пиратов Мексиканского залива, которые довольствовались обычно парой штанов и рубашкой и заботились больше об оружии, чем о своем внешнем виде.

На нем был богатый камзол из черного шелка, отороченный кружевом того же цвета, с отворотами из черной кожи, темные шелковые штаны, опоясанные широким кушаком с бахромой, и высокие сапоги, а на голове большая войлочная шляпа, с которой до самых плеч свисало черное перо.

Во всем облике этого человека было что-то мрачное. Его бледное, будто мраморное лицо с короткой черной бородкой, слегка завитой и подстриженной под библейского пророка, резко выделялось на фоне воротника и широких полей шляпы. Однако черты лица его были прекрасны: правильный нос, небольшие, красные, как коралл, губы, широкий лоб, прорезанный неглубокой морщиной, придававшей ему меланхолический вид. Его черные, как уголь, красивого разреза глаза под длинными бровями сверкали иногда так, что приводили в трепет даже самых бесстрашных флибустьеров всего залива.

Его высокая, стройная фигура, величавая осанка, аристократические руки сразу выдавали в нем человека знатного происхождения, привыкшего повелевать».

Но меня не слишком впечатлило это. Черный корсар, так называли его в этих водах, был надменен и холоден. Я отступила в тень, стараясь скрыться с глаз пиратов. Не желая становиться жертвой морских разбойников. Я выбрала жизнь среди людей, хоть моя внешность и привлекала излишнее внимание. Но все же все время носить иллюзию было слишком даже для меня. Я предпочла амулет делающий меня не такой заметной и броской, но, не смотря на это, отбоя в поклонниках у меня не было, что меня не очень огорчало. Но от пиратов я решила держаться подальше.

Корсар и капитан вполне мирно побеседовали и уже решили расходиться, придя к мнению, что всех нас посадят на шлюпки не далеко от принадлежащих Испании берегов, а корабль и все его содержимое достанется пиратам. Вполне разумно, учитывая, что сила на их стороне. Но нет. Помощник моего приемного отца решил сыграть героя.

Мальчишка кинулся на капитана пиратов с обнаженной шпагой. Идиот, лучше бы взял пистолет. Его естественно перехватили и решили зарезать на месте. Этого уже допустить не могла я. Быстрым движение я тоже обнажила шпагу и приняла удар, предназначавшийся помощнику на нее. Резкий звон метала и на меня тут же уставились все присутствующие.

Приемный родитель баловал нас с Марией и не запретил, когда я попросила нанять мне учителя по фехтованию. Я то оружием владею прекрасно, но то меч или сабля, а вот движение шпаги меня завораживало. Дуэли, это красиво. Поэтому, отец не удивился, когда я удачно отразила удар противника.

— Сеньорита, опустите оружие, — холодно бросил Черный корсар.

— Только если Вы сохраните ему жизнь, — кивнула я в сторону помощника.

— Он покушался на мою…

— Но не преуспел. У вас нет повода для претензий, — грубо перебила я.

Капитан недовольно прожег меня взглядом, а вся команда пиратского корабля напряглась в ожидании.

— Я бы не смог предъявить свои претензии, — это словно он произнес с ударением, — если бы он преуспел.

— Чушь. Он даже шпагу в руках держать не умеет. Как он мог ранить, а уж тем более убить такого прославленного корсара, — польстила я капитану, но он понял, что я просто-напросто издеваюсь.

— Вы так отзываетесь о своем возлюбленном…

— Возлюбленном?! Да с чего вы взяли? — возмутилась я.

— А зачем же вам тогда так отчаянно спасать его жизнь? — заинтересовался пират.

Остальные упорно молчали, даже мой отец. Он понимал, что не стоит злить пиратов лишний раз.

— Мне не нравиться, когда убивают беззащитных.

— Себя Вы к этой категории не относите?

— Ничуть. Я прекрасно владею оружием, капитан. И могу убить Вас, не сходя с этого места.

— Угрожаете?

— Разве в моем положении выставлять угрозы, сеньор? — театрально удивилась я.

Но, похоже, капитану надоел этот разговор, он махнул рукой матросам, приказывая им отступить от помощника.

— Вы удовлетворены?

Я только кивнула в ответ. Этот человек похож на ледяную статую. Ни капли чувств нет в его словах и движениях. Впервые встречаю такого.

Мы попали на Эспаньолу через пару дней.

— Нам повезло, что эти разбойники не убили нас, — бросил мой отец, уже стоя на своей земле.

Я согласилась с ним.

Не знаю, как так получилось, но в тот вечер нас не было дома. Я, кажется, потащила Марию смотреть на звезды в лесу в тайне от родителей. А когда мы вернулись, усадьба уже догорала. В жарком тропическом климате деревянные строения занимались словно спички. Наблюдая за тем, как Мария заходиться в тихой истерике, я решила мстить. Кому? Это глупый вопрос. Для меня узнать, кто убил родителей, было минутным делом. Магия — великая вещь.

— Ван Гульд, — пораженно прошептала я.

Конечно, я знала, что он с отцом в не важных отношениях, но этот человек ухаживал за Марией. Пусть она не отвечала ему взаимностью, разве это повод для подобных бесчеловечных действий? Хотя, думаю, на самом деле все это произошло не из-за Марии. Должно быть что-то посущественнее.

Я давно привыкла к жестокости во всех ее проявлениях, и эта история оставила бы меня равнодушной, если бы жертвами не стали мои приемные родители. Те, кто оберегал и защищал, даже толком не зная меня. Я искренне полюбила их. Никто и никогда не заменит мне настоящих родителей, но у рода Дэ Сильвы это почти получилось. Я с гордостью могла сказать, что являюсь частью этой семьи. А за семью у атлантов принято мстить.

Говорят, Ван Гульд ненавидит пиратов. Что ж, значит, я стану самым известным пиратом по эту сторону океана и уничтожу врага. Пусть знает, что проиграет самому ненавистному противнику.

Наверное, было глупо отправляться за помощью к Черному корсару, но он был единственным пиратом, которого я знала лично. Оставив Марию на попечение ее дяди, я исчезла из ее жизни. Ей тяжело, а я только напоминаю об утраченном.

Я тайно прибыла на Тортугу и просила помощи у Черного корсара. Ведь он тоже был ярым врагом Ван Гульда. Мы могли бы объединиться и…

Впрочем, меня не стали даже слушать. Нет, сеньор ди Рокканера вовсе не посмеялся надо мной. Он был по-прежнему холоден и надменен.

— Женщине не место на корабле, — вот и все, что он соизволил сказать.

— Ах так? Знайте одно, сеньор. Вам не удастся убить Ван Гульда. Этот человек падет лишь от моей руки. Даю слово.

Мне удалось все, что я задумывала. Я добилась известности и теперь пыталась приступить ко второй части моего плана, а именно к мести. Пыталась, потому как этот человек (человек ли?) Ван Гульд был просто до невозможности везуч. У меня даже закралось подозрение, не продал ли он душу дьяволу?

— Капитан, к вам посетители, — прервал мои не веселые мысли Трой, мой первый помощник на бывшем испанском фрегате Его Католического Величества, который вот уже три года как переименован в Огненный.

— Кто?

— Черный корсар.

— Кто?!

Мое удивление было не трудно понять. Вот уже 4 года из шести, которые я плаваю в качестве пирата сеньор Эмилио ди Рокканера считался, по меньшей мере, пропавшим без вести. В последний раз его видели на острове в гостях у местного племени, а утром он пропал вместе с дочерью Ван Гульда, Оноратой. Говорили, что они поженились и сбежали из этих земель.

— Добрый день, сеньорита.

— Добрый день. Признаться, я уже не надеялась увидеть в этих краях знаменитого флибустьера. Чем же вызван ваш визит?

— Все тем же, я жажду отомстить одному человеку.

— Ван Гульду? Но, насколько я знаю, вы женаты на его дочери…

— Вы ничего не знаете, — грубо перебил меня мужчина, — Она погибла. Ее убили люди Ван Гульда.

Я пораженно замерла на месте. Какой же надо быть тварью, чтобы убить собственное дитя. Бывший губернатор Маракайбо не вынес позора — дочь замужем за пиратом?

Я быстро взяла себя в руки, стараясь не показывать сеньору ди Рокканера свои чувства. Нет, там во все не было жалости. Ее я не испытывала к этому напыщенному аристократу.

— Зачем же вы пожаловали? Просить моей помощи? Конечно, теперь мы поменялись местами. У меня три с половиной сотни людей и флотилия. А что мне можете предложить вы?

— Свои умения?

— Мне хватает и своих.

— Но и Вы до сих пор не смогли поймать Ван Гульда.

— Как и вы.

Бессмысленный разговор грозил затянуться надолго. Но стоило признаться, мне бы не помешала помощь. Тем более в том, что Эмилио не удалось убить Ван Гульда, есть и моя вина. Я как-то обронила, что этого человека убью только я. Слова ведьмы всегда подкреплены магией. Возможно, в этом причина везучести фламандца.

— Что вы предлагаете, капитан?

— Поход. В Маракайбо.

— Вы сошли с ума? — возмущенно воскликнула я, — Не мыслимо. Город хорошо укреплен…

— Нам с Морганом и Олонэ удалось взять его в несколько лет назад.

— Может быть, вам и удалось это. Но какой ценой? У меня мало людей…

— Разве? По-моему вполне достаточно. Вы сами хвалились только что.

Я задохнулась от возмущения. Припомнил мое ребячество и хвастовство, да и я хороша.

— Пусть так. Но у меня нет ни Моргана, ни Олонэ, ни Бразильца, ни кого бы то ни было еще. К тому же, я сомневаюсь, что в Маракайбо мы найдем Ван Гульда. Когда-то он был губернатором, но теперь… — я замолчала, давая пирату осмыслить мои слова.

Не знаю, как так вышло, но после получаса пререканий, я согласилась. Зачем? Просто хотела доказать этому человеку, что я тоже чего-то стою. Глупо и так по мальчишески.

Я смахнула слезы рукой и поглядела на небо. Ночь уже давно надела свое парадное одеяние, усеянное россыпью мелких алмазов, а я даже не заметила этого. Так глубоко уйдя в собственные воспоминания.

Порой я сама перестаю понимать себя. Как вышло, что я влюбилась в Черного корсара. Мужчину, которого открыто недолюбливала и презирала. Его боготворили пираты за удачливость и ум, за благородство и силу. Я же тихо завидовала. Он вернулся и перечеркнул все мои былые заслуги. Я стала всего лишь тенью безумца. А как еще назвать человека, который свято верит в то, что причиной всех его бед являются неотомщенные души его братьев? Но уж я то знала, что дело тут в другом.

Я до сих пор иногда задумываюсь, а нет ли в смерти Эмилио моей вины? Ведь это от меня он бежал, когда его схватили. И я до сих пор не могу решить, кто же из нас двоих кого предал? Я его, когда скрывала, что собой представляет его вторая жена (то есть я)? Или он меня, когда не смог понять и принять мою магию? Я старалась, как могла скрыть это, но кто же знал, что так выйдет? Я ведь всего лишь хотела узнать, где прятался Ван Гульд, а Эмилио увидел моего информатора. Любой бы испугался черта.

Я никогда не забуду его лица и испуганного «Ведьма». Чего еще я ожидала от человека, прожившего всю жизнь в мире, в котором еще пару веков назад за магию сжигали на кострах? Наверное, понимания. И все-таки это я виновата в его смерти. Я не успела его спасти.

Говорили, стоя на помосте перед казнью, он шептал мое имя.

А Ван Гульда убила все-таки я.

Всю ночь я просидела у дерева, беззвучно глотая слезы. Почему же никто не предупредил меня, что эту ночь дриады называют Ниер таке, что переводиться как Былая жизнь. В этот день прошлое сходиться с будущим, и мы вспоминаем прошлую жизнь. Что уж говорить про меня. Все, что я вспомнила, произошло в этой жизни. Порой я жалею об этом. Память это самое больное место долгоживущих рас. Она способна убить нас за несколько минут. Это действительно страшно. Я стараюсь не думать о прошлом, чтобы не сойти с ума. Сегодня мне не повезло.

Я даже не заметила смутную тень, наблюдавшую за мной все это время.

На рассвете Келлиндил тряхнул головой, отгоняя чужие воспоминания. Все-таки не стоило ему читать ведьму в такой момент. Теперь же он знает слишком много.

***

— Как я могу доверять тебе после этого? Ты украл мои мысли и чувства. Это подло. И ты еще смеешь заявлять, что любишь меня? — примерно так я говорила, узнав, что Кел читал меня в тот вечер.

Этот поступок я расценивала как предательство. Предательство того, кого любила больше жизни. Для того, чтобы простить его у меня уйдет несколько сотен лет.

А потом?

Потом все будет еще хуже. Келлиндил сотни лет был рядом, вымаливая прощение за свой поступок, а я твердила, что он может рассчитывать только на мою дружбу, но стоило ему кинуть взгляд на другую, я тут же ощеривалась иголками. Он же терпел мои романы с другими. До поры до времени. Однажды он просто ушел, а я поняла, что все-таки не могу без него жить. Дура!

Я нашла его в столичном ресторане, распивающим эль с друзьями. Чтобы найти Кела мне понадобилось три года.

Я неуверенно переминалась с ноги на ногу у входа в зал. За дверью слышался развязный смех дам легкого поведения и звон бокалов.

— О! — мужчина направлялся туда же, куда и я, и видимо решил, пригласить меня в компанию, — Какая красавица и совсем одна. Присоединяйся к нам, лучшим искателям приключений.

— Я вообще-то ищу эльфа, — попыталась я донести до мужчины, — Его зовут Келлиндил.

— О! Белобрысый пользуется популярностью. Ты, увы, не первая, — от последних слов я дернулась, как от удара, — Но так и быть, я тебя проведу.

И меня протащили в зал, в котором веселились наемники. Я застыла в нескольких шагах от стола, не отрывая взгляда от слегка пьяного воина. Рядом с ним никого не было, что меня безумно порадовало. Не знаю, как бы я повела себя, будь он с девушкой.

— Кел, я тут тебе поклонницу привел, — крикнул мой провожатый.

Все присутствующие замолчали и уставились на меня. Эльф тоже поднял глаза, и улыбка быстро сползла с его лица, а взгляд превратился в ледяное озеро. Я чуть не подавилась воздухом. Он так не рад меня видеть?

— Здравствуй. Я подумала, что тебе это понадобиться, — протянула дорогой эльфийский лук, — Ты забыл, а я ведь совсем не умею стрелять. Тебе он нужнее, — я с надеждой смотрела на Кела, но он хранил молчание, — Ты не хочешь со мной разговаривать? Я понимаю. Я пришла извиниться. Прости, что обращалась так с тобой. Я не понимала, что причиняю тебе боль. Я не хотела этого. Так вышло. Ты злишься на меня, имеешь право. Но я не хочу, чтобы ты ненавидел меня. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы пережить твою ненависть, — на глаза навернулись слезы жалости к себе, — Я всегда тебя любила. Боялась, что ты станешь мне близок настолько, что я просто не смогу без тебя жить. Старалась держать дистанцию, а на самом деле… Я все испортила, Кел. Я ужасная собственница, да? Я слишком привыкла, что ты мой. Я не давала тебе даже дышать без моего ведома. Ты правильно сделал, что ушел. Только теперь я прошу тебя вернуться. Я могу быть другой, ты знаешь. Ведь мы были счастливы.

Я всматривалась в лицо воина, пытаясь разгадать хоть что-то.

— Ты зря пришла, — произнес после долгого молчания эльф.

Я уже с трудом сдерживала рыдания, глядя в холодные изумрудные глаза.

— Наверное, ты прав. Прощай.

Я думала уже никогда его не увижу. Вместе с Эрвином и Эмилем мы ушли далеко-далеко. Пока не повстречали атлантов. Я поняла, что настало время мне принять свои обязанности. Трон Атлантиды пустовал, других наследников не было. К тому же, нам грозила война. Знала бы я тогда, что она мне даст. Пришлось постараться, чтобы заключить мир с эльфийской Империей, которая к тому времени подмяла под себя многие страны и королевства. Итогом стал династический брак между Королевой и молодым Императором, который недавно вернулся из долгого путешествия, и постройка новой объединенной столицы с единым дворцом на границе двух наших государств.

Мой шок оттого, что Императором являлся Келлиндил, заметили все. Даже те, кто не знал о наших былых отношениях. Об этом мы оба не распространялись.

Оглавление