43

Хейворд приладила к каске прозрачное, снабженное фонарем забрало, подхватила щит и дубинку и осмотрела синюю массу полицейских, толпящихся в нижнем зале станции подземки на Пятьдесят девятой улице. Ей предстояло найти пятый взвод, которым командовал лейтенант Миллер. Но в огромном зале царил хаос – все кого-то искали и, естественно, не могли найти.

Она видела, как прибыл шеф Хорлокер, только что закончивший смотр войск на станции Восемьдесят первой улицы и под музеем. Хорлокер расположился в дальнем конце зала рядом с отрядом тактического реагирования. Отрядом командовал Джек Мастерс – гориллоподобный детина с длинными, висящими вдоль тела руками и вечно кислым выражением лица. Однако сейчас он бодро водил пальцем по плану подземелья, объясняя что-то своим помощникам. Хорлокер стоял рядом. Время от времени он одобрительно кивал и постукивал указкой по схеме, обозначая, видимо, самые болевые точки. Потом Хорлокер величественным движением отпустил офицеров, а Мастерс поднес к губам матюгальник.

– Внимание! – скрипуче проорал он. – Все отряды на месте?

Этот вопрос напомнил Хейворд лагерь скаутов.

Послышался ропот, который вполне можно было истолковать как общее “нет”.

– Первый взвод сюда, – гаркнул Мастерс, указывая на пространство перед собой. – Второй собирается на нижнем уровне!

Так он перебрал все отряды, указывая им дислокацию. Хейворд направилась к месту сбора пятого взвода. Когда она нашла свой отряд, лейтенант Миллер расстилал большую схему, на которой место действий его подразделения было окрашено в синий цвет. На лейтенанте была серая штурмовая униформа, и все же свободный покрой не скрывал его тучности.

– Я не хочу от вас никакого героизма и требую по возможности избегать стычек. Ясно? Обычно этим делом занимаются транспортные копы, так что не ждите ничего особенного. Если будет оказано сопротивление, помните – в вашем распоряжении имеются противогазы и канистры со слезоточивым газом. Не портите зря воздух, покажите им, что вам не до шуток. Но осложнений я не ожидаю. Делайте свою работу как следует, и мы выберемся оттуда уже через час.

Хейворд открыла было рот, но тут же одумалась. Идея использовать слезоточивый газ в подземных тоннелях показалась ей несколько экстравагантной. В свое время, несколько лет назад, ещё до того, как произошло слияние транспортной и обычной полиции, кто-то из начальства предложил для усмирения бездомных применить слезоточивый газ. Рядовые полицейские тогда едва не учинили бунт. Газ (и на поверхности дело довольно скверное!) под землей становится просто смертельным. А она видела, что в зону действия их отряда входит метро глубокого заложения и служебные тоннели под станцией “Коламбус-сёркл”.

Миллер ещё раз обвел взглядом отряд и пролаял:

– Запомните, у большинства кротов, которые вам попадутся, по той или иной причине поехала крыша, некоторые из них еле ползают, потому что постоянно находятся в поддатии. Покажите им власть, и они выстроятся по струнке. Гоните их как скот – вот что я вам посоветую. Если сдвинуть их с места, они зашагают без остановки. Направляйте их сюда, здесь место сбора для всех, кого пригонят отряды от четвертого до шестого. Когда все окажутся в сборе, мы выгоним кротов на поверхность через выход к парку.

– Лейтенант, – сказала Хейворд. Промолчать она не могла. Лейтенант посмотрел в её строну. – В свое время мне приходилось “чистить” тоннели, и я знакома с этими типами. Они не пойдут так легко, как вы думаете.

Миллер удивленно уставился на нее:

– Ты? Ты – чистильщица?

– Так точно, сэр, – ответила Хейворд, поклявшись себе, что следующему, кто спросит её таким тоном, она врежет между ног.

– Боже мой! – покачал головой Миллер.

Повисла тишина. Все молча пялились на Хейворд.

– Есть ли среди вас ещё кто-нибудь из бывшей транспортной полиции? – спросил Миллер, оглядывая отряд. Один из полицейских поднял руку. Хейворд бросила на него оценивающий взгляд. Черный, крупный, сложением похож на танк.

– Фамилия? – пролаял Миллер.

– Карлин, – спешно ответил здоровяк.

– Кто еще? – спросил Миллер. Ему никто не ответил.

– Хорошо.

– Мы, которые из транспортной, знаем эти тоннели, – негромко сказал Карлин. – Очень плохо, что начальство пригласило на этот пикничок так мало людей… сэр.

– Карлин… или как тебя там. У тебя есть газ, у тебя есть дубинка, у тебя есть пушка. Поэтому можешь в штаны не мочиться. А если мне когда-нибудь потребуется узнать твое мнение, я сам тебя спрошу. – Миллер оглядел отряд ещё раз и продолжил: – Здесь и без того слишком много лишних тел. Для такой операции требуется небольшая группа отборных ребят. Но коли шеф чего-нибудь хочет, то шеф это получает.

Хейворд, в свою очередь, огляделась и увидела, что в помещении набилось около сотни полицейских.

– Под “Коламбус-сёркл” бездомных сотни три, не меньше, – спокойно сказала она.

– Вот как? И когда же ты их в последний раз подсчитывала?

Хейворд промолчала.

– В отряде всегда сыщется хотя бы одна зараза, – пробормотал Миллер и громко добавил: – Запомните. Это – силовая операция. Все должны держаться кучно и слушать команды. Ясно?

Несколько человек ответили командиру кивками. Карлин поймал взгляд Хейворд и возвел глаза к потолку, демонстрируя тем свое отношение к Миллеру.

– Ол’райт, выбирайте себе партнера, – бросил Миллер, сворачивая схему.

Хейворд быстро повернулась к Карлину, и тот согласно кивнул.

– Привет, – усмехнулся Карлин. Хейворд поняла, что ошиблась, посчитав его несколько толстоватым. Карлик был крепышом, сложенным как тяжелоатлет. Ни грамма лишнего жира. – Чем занималась до того, как ликвидировали транспортную?

– Работала под Пенсильванским вокзалом, моя фамилия Хейворд.

– Это мужская работа, – сказал Миллер, сурово глядя на Хейворд. – Всегда сохраняется возможность того, что события пойдут несколько вразнос. Мы не станем возражать, если ты…

– Если я останусь с сержантом Карлином, то мужчины в нашей связке хватит на двоих, – сказала Хейворд, обводя взглядом впечатляющую фигуру партнера, после чего намеренно задержала взгляд на брюшке лейтенанта.

Несколько копов громко заржали.

– Ладно, – бросил Миллер. – Подыщу для вас дело в хвосте колонны.

– Солдаты на страже закона! – неожиданно пролаял из громкоговорителя голос Хорлокера. – В нашем распоряжении менее четырех часов для того, чтобы очистить от бездомных территорию под Центральным парком. Постоянно помните о том, что ровно в полночь миллионы галлонов воды будут сброшены из Резервуара в ливневый коллектор. Мы будем управлять движением этого потока, но нет никаких гарантий, что пара-другая бездомных не окажется на пути воды. Поэтому совершенно необходимо, чтобы вы делали свое дело со всем возможным тщанием. Каждый, кто находится в опасной зоне, должен быть из неё эвакуирован. Каждый. И это не временная эвакуация. Мы намерены использовать представившуюся нам уникальную возможность, чтобы раз и навсегда очистить от бездомных этот район. Задачи вам поставлены, и вас ведут командиры, назначенные исходя из их опыта и знаний. Я не вижу причин, почему эти задачи не могут быть решены на час-другой ранее намеченного времени.

Он выдержал паузу, а затем продолжил:

– Мы позаботились о том, чтобы все бездомные получили пищу и крышу над головой на эту ночь. Если потребуется, разъясните им это. От точек выхода, обозначенных на ваших картах, автобусы доставят их в ночные убежища Манхэттена и других муниципальных районов. Мы не ожидаем сопротивления. Однако на тот случай, если беспорядки вдруг возникнут, у вас имеются соответствующие приказы.

Хорлокер замолчал, оглядел отряды и снова поднес к губам громкоговоритель.

– Ваши товарищи, действующие в северной части сектора, получили все необходимые инструкции и приступят к действиям одновременно с вами. Я хочу, чтобы движение началось синхронно. Вы сможете поддерживать связь между собой и с командирами ближайших к вам групп, но связь с поверхностью будет в лучшем случае крайне нестабильной. Поэтому следуйте ранее выработанному плану, выдерживайте временное расписание. – Шеф снова помолчал и закончил свою историческую речь: – За дело, ребята! Ради нашего города!

Шеренги полицейских выровнялись, а Хорлокер, проходя мимо строя, произносил слова ободрения, а некоторых даже похлопывал по плечу.

Дойдя до сержанта, он остановился и мрачно спросил:

– Ведь ты Хейворд, не так ли? Девица д’Агосты?

“Девица д’Агосты! Чтоб ты сдох!” – подумала она, а вслух ответила:

– Я работаю с лейтенантом д’Агостой, сэр.

– Что же, в таком случае действуй, – милостиво кивнул Хорлокер.

– Послушайте, сэр, было бы… – начала она, но в этот момент между ней и шефом возник его адъютант и начал что-то бормотать, что демонстрация в Центральном парке оказалась значительно более масштабной, чем предполагалось.

Шеф тут же заспешил прочь, а Миллер сурово поглядел на нее.

Как только Хорлокер и его свита покинули зал, громкоговоритель взял Мастерс.

– На выход… повзводно… марш! – пролаял он.

Миллер повернулся лицом к своему отряду и криво ухмыльнулся:

– О’кей, ребята. Пошли охотиться на кротов.

Оглавление