Глава 6

«И когда они заменят этот кошмарный стол? Или только я замечаю, что он огромный и ужасно неудобный? И высокий к тому же, лежать неудобно», — сквозь полуденную дремоту, думала Сиренити. Мысли вяло толкались в голову, но места там было и так мало — усталость не желала подвигаться, оккупировав всю возможную территорию. А что ещё прикажете делать на переговорах с демонами, как не спать? Сиренити честно пыталась держать глаза открытыми, в ушах комариным писком жужжали голоса то волшебников, то демонов. Кто-то вроде бы даже о чём-то спорил, судя по интонации. Зачем? Они же с Повелителем и детали давно обсудили… Вот и Руадан напротив тоже клевал носом, периодически пытаясь улечься на черновик договора. «Ему что, — размышляла Сиренити, — он высокий, не то что я — стол на уровне шеи. Подушку что ли принести? Хотя нет — ещё засну на ней, чего доброго, и будет мне потом «бездна» от Тарвуса. Вон как косится…»

Диан сидел рядом, являя образец правильного поведения принца на переговорах — то есть сидя прямо и с застывшим лицом, лишь иногда бросая на Сиренити странные взгляды. Королева на него внимания не обращала.

Переговоры начались с обычного представления одной стороны другой. Зачем? Все и так друг друга знали, а если и нет — на балу познакомились. Сиренити и Руадану пришлось проснуться и пожать друг другу руки, чтобы заснуть снова. Формальности не любили оба. И, если Повелитель в начале царствования ещё соблюдал какие-то приличия, то Сиренити этим не отличалась никогда, хорошо усвоив полную бесполезность дворцового этикета.

Через полчаса переговоров решил высказаться лорд Онред, — второй по влиянию волшебник после королевы. Сама Сиренити сидела, навалившись на стол, крутила цепочку алмазного ожерелья и отчаянно зевала в кулачок. Напротив, Руадан ехидно щурился, самодовольно поглядывая на королеву.

— Таким образом, я заключаю, что после передачи выше означенного артефакта, именуемого «джакарта» в его имманентном виде, — низким, звучным голосом полчаса спустя говорил лорд Онред, — будет подписано следующее…

Звон хрусталя громом разнёсся по затихшему залу. Лорд Онред удивлённо замолчал и повернулся на звук.

Руадан сидел с каменным, побелевшим лицом и пустыми глазами смотрел в одну точку прямо перед собой. На полу валялись осколки хрустального бокала.

— Ваше Величество?

Наллис, советник Повелителя, вскочил и бросился к королю. Но Руадан, резко поднявшись, оттолкнул его. Стул Его Величества с грохотом упал на пол.

Звон стекла застал Сиренити на половине дремоты, в которой местами фигурировал Тарвус с мухобойками. Иногда это были очень неприличные места.

Королева вздрогнула, и, как остальные, ошалело уставилась на побледневшего Руадана. В голове — чего уж там — мелькнула подленькая мыслишка о наконец-то сбрендившем демоне. При всей симпатии к Повелителю Сиренити бы не отказалась забраться ему в сознание и внушить какую-нибудь удобную для неё идейку, когда Руадан окончательно с катушек съедет. Но демон как всегда разбил все надежды в пух и прах. Он решил создать портал.

Действительно, Руадан, постояв немного, вдруг словно ожил — выбросил вперёд левую руку, и на голом пространстве между стеной и столом появилась вращающаяся сфера от пола до потолка. В ней мелькала какая-то неясная картинка… Король демонов, не раздумывая, шагнул вперёд. Поглотив его, сфера замерцала и стала медленно сжиматься.

Сиренити откинулась на спинку кресла. Если этого сумасброда позвал Долг, то пусть сам и отдувается — его дело. Её визит в миры запланирован на вечер — вот тогда он и состоится. А демон пусть развлекается, бездна с ним!

Но потом королева случайно бросила взгляд в портал. И тогда-то ей стало плохо. Очень, очень плохо…

Картинка в сфере, наконец, сделалась чёткой: берег реки, высокий блондин в белом плаще. Вокруг него чёрными волнами вибрировала магия. Ухмыляясь, блондин когтистыми пальцами вцепился в шею темноволосого мальчика с забавными длинными ушками. Лицо ребёнка исказилось, и только глаза, затуманенные болью, и смотревшие на мужчину в упор, казались странными — слишком взрослыми. Усталыми, как у старика.

Блондин постепенно сжимал руку, лицо мальчишки краснело.

Мужчина хохотал — классическим смехом злодея.

Уронив на пол собственный бокал, Сиренити вскочила.

И в этот момент на картинке появился Руадан. Красной плетью — адским пламенем, кажется, он замахнулся на мужчину. Сиренити закусила губу. Ну что он творит?! Ведь ясно же, что блондина этим не проймёшь! О, вот он и не пронялся: не отпуская мальчика, отпрыгнул в сторону, плавно повёл рукой. Воздух между задрожал и взорвался. Когда вновь стемнело, и пыль улеглась, стало видно, как Повелитель пытается встать, а его грудь пронзает нечто, отдалённо напоминающее скрещенный с молнией меч. Блондин, высокомерно ухмыляется неподалёку, рядом в луже крови мальчишка держится рукой за разорванную шею…

Сиренити покачнулась, и схватилась за стол, не отрывая взгляда от картинки в портале.

… А далеко в мирах светловолосая девушка, спящая в окружённом защитными заклинаниями, кристалле, вдруг открыла пустые серые глаза, в которых, как в зеркале отразился зарывшийся лицом в землю, истекающий кровью мальчишка…

Двигаясь, словно сомнамбула, Сиренити шагнула к порталу.

— Королева, — позвал Тарвус, поднимаясь, — постойте… Сиренити!

Девушка, будто не слыша, быстро выбросила вперёд руки и «нырнула» в сферу. Та с чмокающим звуком захлопнулась за ней прямо перед носом у ахнувшего Тарвуса.

В зале повисла напряженная тишина.

…Девушка медленно закрыла глаза. Лучик солнца, скользнувший сквозь облака и отразившийся во вращающемся кристалле, угас…

— Что, ж господа, — откашлявшись, произнёс лорд Онред. — Думаю, можно двигаться дальше. А Повелители, когда вернутся, всё подпишут, как обычно.

Волшебники и демоны одобрительно закивали.

— Итак, — продолжил Онред всё тем же низким голосом. — Я заключаю, что…

И никто не заметил неожиданное исчезновение советника Её Величества лорда Тарвуса…

* * *

… А на берегу реки светловолосый мужчина, ухмыляясь, схватился за рукоять меча, клинок которого пронзил грудь Руадана.

— Печально, что мы не успели познакомиться — пробормотал блондин, дёргая меч, и из раны Повелителя толчком выплеснулась кровь. Демон захрипел, стиснув зубы.

— М-м-м, какой мужчина, — внезапно произнёс красивый девичий голос позади блондина.

Светловолосый медленно обернулся. У кромки воды стояла тоненькая девушка в серебристом, украшенном жемчугом, платье и насмешливо смотрела на демонов.

— Не боишься плащик запачкать? — задорно подмигивая, поинтересовалась она.

— А вы, юная леди, что делаете в таком месте, да ещё и в такой поздний час? — спокойно, словно дорогу до библиотеки спрашивал, поинтересовался блондин.

Девушка пожала плечами.

— Даже не знаю. Наверное, вас убить пришла. Не возражаете?

Светловолосый снова захохотал своим фирменным смехом.

— Ещё как возражаю, красавица. И — какая жалость! — Чёрные ленты магии вновь завихрились вокруг него. — Придётся мне успокоить вас.

Что-то похожее на чёрную волну понеслось к девушке. И разбилась о подставленный щит.

Светловолосый нахмурился. И вдруг резко скривился, схватившись за голову.

— Бездна, какие вы, демоны, толстокожие, — пожаловалась девушка, оказываясь перед мужчиной. — Наша магия действует на вас через раз…

Мужчина, стиснув зубы, рухнул на колени. Волшебница склонилась над ним, внимательно рассматривая…

И не успела среагировать, когда резко выброшенная вперёд рука схватила её за горло, как мальчишку до этого.

Сиренити не почувствовала боли — заклинания бездна их забери! Но нехватка воздуха — это чересчур. От неё магия не спасала.

Ледяные, жёсткие пальцы демона вцепились ей в шею, сдавили горло. Из головы тут же исчезли все заклинания, волшбеница судорожно пыталась схватить ртом воздух, ногтями царапая пальцы демона. В голове молнией мелькнуло: «Боги, мне же теперь барсетки неделю носить придётся! Если выживу…»

— Человек! — глумливо рассмеялся светловолосый демон, сжимая пальцы. Перед глазами затанцевали красные точки, голос Сиренити слышала будто издалека. — У тебя хватило наглости поднять на меня руку?! Впрочем… Мне это даже нравится. Присоединишься ко мне?

К демону? Она?! Ни за что!

Сиренити очень хотелось выплюнуть ему эти слова вслух, но из непослушного горла вырвалось только что-то среднее между хрипом и стоном. Результат не вдохновил ни волшбеницу, ни демона. Пальцы на шее девушки стиснулись, сознание уже прощально махало Сиренити ручкой.

— Что ж, мне жаль. Ты была хорошим экземпляром, — произнёс холодный, равнодушный голос демона.

«Я ещё доберусь до тебя, убивец!»

Девушка застонала, пытаясь вырваться, чёрные волосы упали ей на лицо, тонкие, изящные пальцы судорожно цеплялись за руку светловолосого.

Мужчина сильнее сжал шею Сиренити.

И резко повернул руку.

В следующее мгновение произошло две вещи: страшный разноголосый шум огласил окрестности, как если бы с десяток музыкантов играли на инструментах, кто во что горазд, не соблюдая мелодии; и ярко-красная огненная плеть хлестнула спину мужчины. Невыносимо запахло палёной плотью. Блондин обернулся, с силой отшвырнул безвольно обвисшее тело девушки в сторону и прошипел:

— А я-то думал, ты уже умер.

Алая плеть снова метнулась к беловолосому мужчине, но тот спокойно выставил руку, легко коснулся пламени. И оно исчезло.

— Ты демон, — заявил он, рассматривая побледневшего Руадана, выставившего перед собой окровавленный меч. — И ты привёл сюда человека… Связь с людьми — что может быть унизительнее?

Губы Повелителя скривились в улыбке, больше напоминающей звериной оскал. Ничего не говоря, он, изготовившись, поднял меч. Ярко вспыхнули на клинке руны.

— Что ж… Ты интересный соперник, — как ни в чём не бывало продолжил блондин. — Впервые встречаю кого-то равного мне по силе, — он усмехнулся, вытаскивая из воздуха ещё один меч.

Мгновение демоны сверлили друг друга глазами. А потом вихрем метнулись вперёд.

Снова оглушительный грохот, вспышки света, смазанные контуры сражающихся.

Земля застонала и пошла трещинами — чёрными, расширяющимися змеями.

Сиренити захрипела, просыпаясь, и тут же схватилась за шею. Та ответила дикой болью — теперь, когда ей ничего не угрожало защитные заклинания дали сбой. Морщась, девушка огляделась.

Два демона — какая идиллия! — красиво позвякивали мечами, чуть ли не танцуя неподалёку. И про магию оба не забывали. «Чудное шоу, — думала Сиренити, — бездна их задери, только пространство подобного всплеска энергии не выдержит. Руадан, идиот, о чём ты думашь?!»

Сдавленно кашляя, Сиренити поднялась на локтях, заметила особенно резво ширящуюся трещину — и волшебнице она очень не понравилась. Ещё в поле зрения попался мальчишка, ради которого Повелительница вмешалась в это безобразие. Не думая — у Сиренити это уже вошло в привычку! — королева подхватила тело ребёнка и вмыла в воздух. Вовремя: огромный кусок земли, как раз на том месте, где она только что лежала, треснул и с облегчённым вздохом рухнул куда-то вниз. Из образовавшейся дыры дохнуло зловонным, зелёным дымом.

Сиренити резко вспомнились все демонские ругательства — любят ребята блеснуть словцом. А двое внизу не унимались — похоже, только вошли во вкус! Светловолосый красиво парировал, двигаясь быстро и ловко, очень напоминая яркую, опасную молнию. Руадан — с эффектной дыркой в груди, из которой не менее эффектно хлестала кровь — очень эффектно качал магию из этого мира, потому и успевал за движениями мужчины. Боги, такими темпами они дождутся местного Апокалипсиса! О чём думает Повелитель?

Сиренити с трудом постаралась сосредоточиться, думая, чем бы пальнуть в этот дуэт, чтобы не задеть Руадана. И тогда «труп» мальчишки у неё на руках зашевелился. От неожиданности волшебница его чуть не выронила! Но удержала — и уставилась на мальчишку расширенными от изумления глазами. Надо сказать, мальчик сделал то же самое. Только чувств в его взгляде было куда больше.

— Бездна, ты же умер! — шепнула девушка, осторожно поддерживая замершего ребёнка.

Внизу снова что-то зарокотало, вспыхнуло. Сиренити перевела глаза на демонов. Они всё также мерились силой, только теперь вокруг Руадана теперь горела огненная узорчатая сфера.

— Идиот, — прошипела девушка, — да что ж ты делаешь?!

Сфера сжималась, блондин смеялся, загоняя короля поближе к воде. Та бурлила, закипая, а берега двигались, вздымаясь, будто сама земля задыхалась от избытка магии.

Сиренити стиснула зубы, шепча ругательства и, аккуратно поддерживая безвольно обвисшего, истекающего кровью мальчишку, рухнула вниз.

— Побудь тут пока, — шепнула она, укладывая ребёнка под невесть как уцелевшее в этой бездне дерево. — Я вернусь за тобой. Если повезёт…

Рука мальчика дёрнулась, пытаясь ухватить Сиренити за подол платья, но волшебница молча стряхнула её и, повернувшись к сражающимся, медленно, очень медленно и осторожно балансируя на двигающихся участках берега двинулась к демонам.

— Ну сейчас ты у меня попляшешь, блондинчик, — бормотала она, потирая шею, на которой чернели чёткие отпечатки пальцев мужчины. — Любишь боль? Тогда я тебе устрою праздник…

У Руадана дела давно уже шли плохо: закрывшись в глухую оборону, он даже не думал нападать — при резком движении из раны на груди хлестала кровь. Его соперник, ухмыляясь, как мартовский кот, крутился вокруг. Уследить за ним позволяли только заклинания — человеческому зрению скорость демона недоступна. Сиренити закусила губу и поморщилась — в этот момент светловолосый таки умудрился проткнуть Повелителя ещё раз.

— Ну вот и всё, — усмехнулся блондин, глядя, как дёргается пригвожденный к земле Руадан. На этот раз меч торчал из живота, а кровь хлестала не только из раны, но и мощными толчками — изо рта.

— Подождать, когда сам умрёшь? — издевался светловолосый. — Или всё-таки…

Сиренити скривилась, останавливаясь:

— Или всё-таки, демон! Или всё-таки…

Ха, она, между прочим, тоже колдовать умеет!

Сияющая арка рун рухнула перед блондином, заставив отпрянуть.

— Ты всё никак не успокоишься, человек? — скучающе протянул светловолосый, щёлкая пальцами. Руны, мигнув, исчезли.

— На себя посмотри, жертва магической селекции! — фыркнула волшебница, активно жестикулируя. — Вот тебе, смертничек! Приятной дороги в Бездну!

Перед демоном вырастали новые и новые сияющие щиты, но тщётно — светловлосый отбрасывал их одним движением руки.

Лицо Сиренити исказилось, и она, морщась, крикнула:

— Бездна, откуда ж ты такой взялся?!

Она бы развернулась и убежала, если бы не проклятая гордость, заставляющая стиснуть зубы и не делать ни шага назад. А светловолосый медленно двигался к ней.

Когда он подошёл на расстояние ладони, Сиренити почувствовала тошнотворный сладковатый запах, сопровождающий очень многих демонов, а голове, точнее в ушах надрывались цимбалы. Бездна с ним! Сосредоточиться, немедленно сосредоточиться а не то…

Демон отечески похлопал волшебницу по плечу (да как он смеет!) и вдруг крепко обнял.

— Знаешь, я всё же найду способ использовать тот яркий сосуд магии, что внутри тебя, колдунья, — сообщил он. — А пока…

Его пальцы нежно отвели непослушную прядку с лба Сиренити. Дурея от кошмарного запаха, чувствуя себя ни чуть не лучше, как во время удушения, волшебница закрыла глаза. Прикосновение холодных, влажных губ к её стало последней каплей.

Как. Он. Посмел!!

Вскрикнув, волшебница с силой оттолкнула демона и, отплёвываясь, прошипела.

— Мерзавец! Сдохни, тварь!

Пространство вокруг затопил яркий золотой свет. Где-то на втором плане звучала музыка — лёгкие переливы флейты и скрипки. Руадан перестал беспокойно дёргаться, меч, пронзивший его, исчез, раны затянулись в один миг. Демон тут же рывком вскочил на ноги.

— Сиренити! Хватит! — крикнул он, бросаясь к волшебнице.

Фигура беловолосого мужчины исказилась.

— Неужели? — тихо, удивлено произнёс он. И исчез в яркой вспышке золотого света. Музыка воспарила ввысь. От неё вибрировали земля и деревья. Вода в реке забурлила маленькими водоворотами.

— Сиренити! Довольно! — крикнул Руадан, падая на колени рядом с девушкой.

И тут же вновь стало тихо. И темно. Волшебница без сил рухнула на землю, и болезненно застонала, сжимая голову руками.

— Ме-е-е-ерза-а-а-авец!

— Кто — я или он? — усмехнулся Руадан, поддерживая девушку. Та, шатаясь, встала на ноги.

— Оба! Какого демона ты бросился в эту бездну, идиот! И воровал силу из этого мира, словно так и нужно! — хрипела Сиренити, обжигая демона взглядом. — Ты же знаешь, что будет после этого!

— Сама не лучше, — усмехнулся Руадан, отпуская Повелительницу и склоняясь над потерявшим сознание черноволосым мальчишкой, свернувшимся калачиком у корней дерева. Если бы не рваная рана на шее, ребёнок казался бы спящим.

— Почему он не исцелился? — выдохнула девушка, глядя на ребёнка. — Я же хотела…

— Идём отсюда, — быстро произнес Руадан, поднимая мальчика и глядя на небо. Там что-то подозрительно сияло, будто кометы в этом мире решили устроить феерию. — Я чувствую, он ещё вернется. На этот раз не один.

И, не глядя на девушку, легко взмыл в чёрное, беззвёздное небо.

Сиренити поморщилась, прислушиваясь к охватившей парк тишине. Потом тяжело вздохнула.

И взлетела следом.

* * *

— Почему у меня не получается его вылечить? — простонала волшебница, бессильно опускаясь на дощатый пол у кровати, где метался в бреду раненый мальчик. Кровь давно остановилась, но рана всё равно выглядела ужасно. Чистая, с рваными краями и глубокая, мерзкого бордового цвета. Сиренити вздохнула и закрыла глаза рукой.

— Да что ж всё так плохо, а?..

Часа три назад Руадан долго кругами носился над горящим разноцветными огнями городом. Сиренити бы оценила дикую красоту, впрочем, типичную для демонских миров, но у неё просто не нашлось времени посмотреть вниз. Приходилось постоянно поддерживать защитные заклинания, иначе в небе они как на ладони.

Потребовалось около часа, пока Повелитель, наконец, присмотрел какой-то заброшенный дом на окраине, довольно далеко от того места, где они сражались с блондином. Сиренити ругала себя за то, что как девчонка поддавалась проклятым чувствам и чуть не нарушила пресловутое Равновесие, забирая у мира энергию. В этом и беда демонских миров для волшебников: с заклинаниями не развернёшься, какой бы силой ты сама не обладала. К несчастью, для каждого магического действа нужна энергия. В мире демонов она демонам и принадлежит.

Рассохшаяся дверь со скрипом открылась и в комнату вошёл Руадан.

— Ну как? — поинтересовался демон, бросив взгляд на кровать.

Сиренити покачала головой. Руадан кивнул, сел рядом. Потом тихо спросил:

— Зачем ты отправилась за мной?

— Хочешь сказать, волшебникам тут не место? — огрызнулась волшебница, закрывая глаза. Она и сама понятия не имела, что толкнуло её броситься следом за демоном в портал. Поэтому пришлось, как обычно, лгать. — Просто не хотелось, чтобы ты умер. Договаривайся потом с твоим преемником. С этим хотя бы, — девушка брезгливо поморщилась, вспомнив беловолосого мужчину. — Бездна, ясно же, одни проблемы от твоей гибели. К тому же, выброс силы после тебя… Массовые беспорядки в мирах — бессонные ночи и морока. Оно мне надо?

Руадан тихо рассмеялся.

— Что ж, будешь всюду меня защищать? — пошутил он, искоса глядя на волшебницу.

— Да не помешало бы, — хмыкнула Сиренити. — Стоило вываливаться ему как снег на голову? Мог хотя бы подготовиться.

— Тогда он убил бы мальчишку, — пожал плечами Руадан.

— Нет, если бы ты заранее продумал заклинание, — парировала девушка. — Сам знаешь, что мог бы.

— У меня не осталось времени.

Волшебница хмыкнула.

— Отговорки, — заявила она, вставая. — Бедна, бездна, бездна! Почему он не исцеляется?! Что я делаю не так? Помоги мне, Руадан!

Сиренити склонилась над белым как полотно ребёнком. Повелитель прикрыл глаза.

— А зачем тебе это? — устало поинтересовался он. — Мальчишка — демон. Это же видно. Зачем ты с ним возишься?

Сиренити вздрогнула и снова уставилась на раненого. Сердито нахмурилась, но промолчала. Руадан фыркнул.

— И явилась ты сюда вовсе не для меня… Знаешь, куколка, я не поминаю, что тобой движет.

Сиренити равнодушно пожала плечами и отвернулась. Руадан перевёл взгляд на мальчика.

— Ты не сможешь. Даже если полностью исцелишь тело, он всё равно умрёт. Он теряет магию. Для демона — это гибель.

— Для мага — тоже, — огрызнулась девушка. И тут же встрепенулась. — Почему? Почему теряет?

— Посмотри внимательнее, — вздохнул Руадан. — Ты видишь ребёнка, но его выглядит не младше тебя. А теперь дотронься до его лба… Чувствуешь? Там должна быть печать, питающая его магией. Но её нет и уже давно. Я не знаю, кто сотворил с ним такое, но сила, остававшаяся в нём, кончается. Эту ночь он не переживёт, — сварливым тоном провидца сообщил демон.

Повисла недолгая изумлённая тишина.

— И ты молчал?! — взъярилась Сиренити. — Не может быть, чтобы ничего нельзя было сделать! Или такие как ты мёрли бы тут как мухи. Ну?! Договаривай!

Руадан, не обращая внимания на резкий тон, с интересом взглянул на волшебницу.

— Ты и сама знаешь. Отдай ему душу, как говорится у людей. Проще говоря, поделись с ним тем источником, из которого ты черпаешь магию, Сиренити. Вот и всё.

Сиренити остолбенела, серые, обычно равнодушные глаза расширились, в них мелькнул страх.

Мальчик застонал и волшебница, в здрогнув, перевела взгляд на него. Худенькое тело на глазах таяло, превращаясь в красные искры.

Сиренити рухнула перед кроватью на колени, не заботясь о внимательно наблюдающем за нею Повелителе.

— Ну всего-то! Так чего мы ждём? Говори, что надо делать!

— Ты, шутишь, куколка, — фыркнул Руадан. — Это же не только навеки свяжет тебя с этим демоном, но и ослабит, колдунья!

— Не называй меня «колдуньей»! — рыкнула Сиренити. — С одним демоном меня уже связали. Больше, меньше вас рядом — мне без разницы!

Руадан вскочил и в изумлении уставился на Повелительницу.

— Ты не сможешь пользоваться всем своим магическим потенциалом. И это не брачные узы, глупая девчонка!

— Что ты о брачных узах! — горько осведомилась девушка. — Давай… рассказывай, что нужно делать…демон, бездна тебя забери. Он исчезает!

Руадан поражённо смотрел на Сиренити.

— Что? — не выдержала девушка. — Начинай, давай! Быстрее!

Повелитель вздохнул и пожал плечами. В конце концов, ему-то что?

— Положи ему руку на лоб. Не бойся, он только выглядит прозрачным. Пока искрами не рассыпался, значит, ещё цел. Да, вот так. И повторяй за мной.

Он заговорил медленным, низким голосом. Сиренити старательно выговаривала слова незнакомого языка, а вокруг демона и волшебницы гудел воздух. Рука девушки сияла радугой.

— Всё, — выдохнул Руадан через несколько минут и тут же лежащий на кровати мальчик задёргался, засветился золотом, золотые же нити соединили его с волшебницей. Музыка, постоянная спутница Сиренити, зазвучала в дрожащем воздухе. По комнате пронёсся порыв ветра, Руадана отшвырнуло к стене, а девушка, ахнув, выгнулась дугой, взлетая в воздух. Её рот раскрылся в беззвучном крике.

Мальчик менялся. То на глазах вырастая, превращаясь в юношу, то обратно в мальчика. На лбу его постепенно проявлялся затейливый рисунок. Рана на шее мальчика затянулась, глаза открылись и невидяще уставились на волшебницу. В следующее мгновение Сиренити без сознания рухнула на пол.

Золотой свет исчез, стихла музыка.

Руадан поморщился, пытаясь встать.

— Ну-увот! Я же предупреждал… Что за твердолобая ведьма. Лечи её теперь, — добавил он, подходя к кровати и протягивая к Сиренити руку. И тут же между ним и девушкой возник сияющий голубым щит.

— Кто ты? — спросил тихий глухой голос.

Руадан поднял голову, встретившись взглядом с мальчиком-демоном. Не детские у того были глаза. Настороженные. Опасные.

— Кто ты?

* * *

В голове завывал оркестр. С трудом выуживая из этой какофонии странную, незнакомую мелодию скрипки, Сиренити ухватилась за неё — и тут же почувствовала как её на огромной скорости выносит наверх… Мелодия заполнила всё вокруг — а это значило, магия действует. Если, конечно, Сиренити ещё не сошла с ума от кошмарного шума в мозгу, то шанс ещё есть. Ведь если она истощила все резервы организма, то и магии бы исчезла. У Сиренити просто не осталось бы сил её удержать.

«А ведь так уже когда-то было», — отстраненно подумала волшебница, чувствуя себя так, будто её тело качают океанские волны.

А тем временем издавая восхитительные, прелестные звуки, скрипка подняла Сиренити, как морская вода поднимают безвольное тело… И тут все ощущения нахлынули разом — боль в груди, ломота в голове, холод и жажда… И что-то ещё — чему мой воспаленный рассудок волшбеницы отказывался придумывать название. Только скрипка, как путеводная звезда, заставляла шевелиться — сменить неудобную позу, открыть глаза, перед которыми плясали яркие пятна.

Девушка лежала на жестокой, неудобной кровати, укрытая чьим-то плащом — грязным и драным. Платье Сиренити тоже давно превратилось в лохмотья — дорогая, красивая ткань не выдержала схватки с демоном. Бездна, что она Тарвусу скажет! Этот наряд, кажется, он привёз из путешествия к альвам, которые славятся чудесными ткачами. А ещё — полным отсутствием чувства юмора при взрывном темпераменте. Сама Сиренити с ними поссорилась лет так пятьдесят назад по их летоисчислению. Старейшины альвов торжественно поклялись никогда («даже если луна упадёт с небес») не продавать волшбенице ткани («ноги твоей презренной не будет на нашей земле»). Поэтому каждый раз Тарвуса, как посланца Сиренити, ожидал «тёплый» приём.

Мелодия скрипки не унималась…

Сиренити закрыла глаза, чтобы не видеть кошмарные лохмотья, и попыталась сесть. Из горла сам-собой вырвался стон. Голова трещала неимоверно. С закрытыми глазами терпеть эту боль стало ещё сложнее. Волшебница закашлялась и посмотрела на потолок, грязный, покрытый паутиной и мелкими трещинами.

Какое жуткое место… Что она здесь делает?

Лёжа Сиренити был виден только потолок и ближайшая стенка с окном. Мало. Девушка снова попыталась сесть. И на этот раз ей помогли. Чьи-то руки приподняли подушку. Чьи-то руки сунули под нос стакан с водой.

Вода! Да пусть хоть с тонной яда, она всё равно останется ценнейшим сокровищем! По крайней мере, в данную минуту. Не раздумывая, Сиренити прильнула губами к холодному стакану, чувствуя губой щербатый острый краешек. Вода… Какое блаженство! Стараясь делать маленькие глотки, чтобы растянуть удовольствие, девушка выпила. Откинулась на подушки и тяжело дыша, зажмурилась. Скрипка в голове не стихала, мелодия становилась всё затейливее, быстрее, громче.

— Зачем ты это сделала? — спросил тихий голос совсем рядом. Сиренити вздрогнула, и повернула голову на звук.

Конечно, она как угодно долго могла бы описывать себе же тот сон, доказывая, что это судьба, что всё предопределено, что они, возможно, даже где-то уже встречались.

Глупо.

Он действительно оказался копией мальчишки из её сна. Вот только в его глазах сиял тот холодный огонь застывшей ярости, безошибочно выдававший в нём демона.

Мальчишка-демон, мальчишка-враг… Нет. Не мальчишка, всего лишь заколдованное существо, прожившее в этом мире долго — тысячелетия и тысячелетия. И не демон… Что-то… странное… какие-то колдовство… которое… Будто бы демона — могущественного, опасного — поместили в оболочку десятилетнего человеческого ребёнка.

Но как это возможно? Тяжелейший грех — отдавать своё тело демону. Грех для мага, ведь люди, не способные колдовать, демону не подходят. Грех для демона — ослабеть настолько, что искать убежища у человека, изменять его тело, подстраивая под себя. Грех — создавать одержимых.

Но мальчик и не казался одержимым. Странно… Сиренити не понимала проклятия, наложенного на ребёнка, и не могла его снять.

Очень странно…

Он не был красив, этот мальчик. Да и не бывает красивым помесь человека и демона — длинные острые ушки, короткие растрёпанные волосы, широкие, немного раскосые глаза, чёткие скулы, смуглая, золотистая кожа…

Но ещё… Та мелодия, скрипка, принадлежала ему. Я никогда не ошибаюсь — обладатель такой красивой музыки просто не мог оказаться низким, презренным существом, которыми считались все демоны. И это тоже было странно.

И… и Сиренити никогда раньше ни у одного живого существа не слышала мелодии скрипки. Кроме самой себя.

От мальчика волнами разливался по маленькой, грязной спальне покой. Волшебница не просто его чувствовала, даже видела, и могла бы назвать цвет. Ярко-золотистый.

Покой. То, чего ей всегда не доставало, этот мальчишка излучал в избытке. Почему?

* * *

— Почему?

Вопрос каплей дождя повис в воздухе… и тут же упал, разбившись о тишину.

Девушка смотрела на меня своими глубокими, серыми глазами, в которых я не находил своего отражения. Да, именно глаза привлекли меня больше всего. Человеческие поэты часто сравнивают их с озёрами… Раньше я никак не мог понять, как это возможно — сравнить часть тела с водоёмом. И только теперь, заглядывая в глаза этой незнакомки, я понял. Но её глаза поэты сравнили бы, наверное, с солнцем. Такие яркие… Такие безудержно весёлые… Они притягивали, звали, удерживали.

Девушка моргнула и улыбнулась. Я внимательно разглядывал её лицо — запоминал ямочки на щеке, мягкие, нежные скулы, вздернутый, озорной носик… Я видел такие лица — и не раз. Их часто делают куклам — миловидные, добрые, ласковые. Пустые.

Только глаза жили какой-то отдельной жизнью. Они мерцали — и казалась, вся комната залита их светом — волшебным светом молодости и безудержной энергии.

И эта девчонка заключила со мной договор?!

Зачем?

Девчонка поморщилась.

— Не знаю. Просто мне так захотелось, — негромко ответила она, и я замер при звуке её голоса. Она говорила — а я слышал музыку — прекрасную, бесподобную… волшебную. Смысл её слов дошёл до меня позже — и я чуть не расхохотался.

Ей так захотелось! Просто захотелось так вот в одночасье обречь себя на верную, скорую смерть! Лишиться половины собственной магии — а она колдунья, в этом я не сомневался. Об этом говорили её глаза, голос…

Ей просто захотелось! Ха!

— Захотелось умереть пораньше?

— Уме… Что? Да нет! — девчонка отмахнулась. — О, у тебя забавные ушки, — добавила она, протягивая руку. Я отшатнулся, чувствуя себя забавным плюшевым медведем на витрине магазина. — А ещё ты мне снился, — девчонка задумалась. — Точно! Ты же мне снился! — воскликнула она. — Значит, наша встреча предопределена, так что никуда не денешься. — Зато ты теперь один из самых сильных демонов в этом мире. Конечно, когда я рядом, — добавила волшебница, — что будет не всегда.

Что за бред она несёт?! Снился? Кто — я?

Демоны света и тьмы! Только сумасшедшей мне и не хватало. А такой вывод напрашивался сам собой. Точно — волшебница окончательно сбрендила — может, перепутала что-нибудь с заклинанием — и почему-то решила позаботиться о раненом мальчике. С чего вдруг? Может, у неё сын умер? Да нет — слишком молодо выглядит. Хотя…Может, любимый брат? Потому и свихнулась?

Ах да, кстати!

— Кто ты?

* * *

— Кто ты? — тихо спросил мальчик.

Сиренити задумалась. Во многих мирах для Повелительницы называть своё настоящее имя опасно. Особенно это касается владений демонов. Но… Они же теперь связаны? Тогда стоит ли начинать знакомство со лжи?

— Меня зовут Сиренити. — «Сиренити. Королева магов», — чуть не сорвалось с языка. Сиренити. Покой. Сиренити — фиалки. Волшебницы любила это слово. — А ты?

— Брас.

Имя ничего не говорило. Впрочем, заклинание, помогающее понимать язык в разных мирах не всегда объясняет значения имён или прозвищ. Что ж…

* * *

— Что ж, — сказала она, внимательно глядя на меня своими глубокими серыми глазами. Потребовалось делать над собой усилие, чтобы не отвести взгляд. Почему-то в присутствии этой человеческой девчонки я чувствовал себя до странности неловко, словно она могла видеть меня насквозь. Да что там видеть — читать мысли, обозревать самую суть. От этого становилось… не по себе. Глядя в её глаза, я задавался вопросом: а может, и впрямь могла?

Словно и впрямь читая мысли, девчонка, назвавшаяся Сиренити, задорно улыбнулась. — М-м-м, а почему рядом с тобой мне так хорошо? — выдала она. — Ты используешь какое-то необычное заклинание, да?

Я глубоко вздохнул и попытался успокоиться. Сумасшедшая. Точно. Не знаю, что с ней случилось, но девочка не в себе. И с её магией творится что-то странное, раз не может определить, что я полностью лишён способностей.

Мда… Что же с ней делать?

Что же мне делать?

— Кстати, ты выглядишь усталым, — добавила девчонка, откидывая покрывало и опуская ноги с кровати. — Ты когда последний раз ел? Ведь демоны же едят?

Я на всякий случай кивнул. Никогда не интересовался, как ведут себя человеческие сумасшедшие. В смысле, те, кого мне приходилось видеть, обычно буйствовали. Эта вроде тихая. Или только пока?

Я искоса посмотрел на девчонку, наткнулся на цепкий, насмешливый взгляд. Кажется, волшебница уверена, что это я не в себе. Ладно, пусть её… Что она там говорила — ей со мной спокойнее? Отлично. Мне бы хотелось всё-таки умереть от руки брата, чем от этого юного, сбрендившего, хрупкого создания. Да и какой позор — великий судья Брас — убегает от полоумной ведьмы! Сама мысль смешила. Я улыбнулся. Кукольное личико девушки тоже приняло донельзя довольное выражение.

— Пойдём-ка спустимся, поглядим, не завалялось ли что-нибудь на кухне от предыдущих хозяев, — насмешливо произнесла волшебница, пытаясь встать. — Нам обоим не мешает подкрепиться… Ох!

Попытка принять вертикальное положение не увенчалась успехом: девчонка рухнула на колени — я еле успел её подхватить. И только заглядывая в удивлённые, насмешливые глаза — которые были так близко! — запоздало удивился: зачем вообще вздумалось ей помогать? Человеку-то.

Девчонка как-то несмело хихикнула и снова попыталась встать, опираясь на меня. Выпрямилась, качнулась из стороны в сторону, моргнула, поморщилась. И осторожно, придерживаясь за стеночку, громко сетуя на «взбесившийся дом, который её не любит» стала спускаться по лестнице. Я послушно держал её за руку, а в голове настойчиво крутилась мысль: уж не околдовала меня эта ведьма, если я до сих пор рядом с ней, а не направляюсь на поиски Эру?

* * *

Мальчишка оказался просто душкой. Правда, с такой удивлённой рожицей — с ума сойти! Но милы-ы-ый! Судя по его музыке, которую Сиренити не собиралась «выключать», он считал волшебницу чокнутой. Милашка! Глядя на него, хотелось смеяться. Хотелось отправить в бездну грядущую битву со светловолосым демоном, схватить мальчишку за шиворот и утащить в какой-нибудь безопасный мир. Вот только не имеет Повелительница права хозяйничать в мире демонов.

Жаль.

Есть хотелось так, будто волшебница голодала неделю. Или даже месяц. После особенно мощных заклинаний всегда так. Но почему-то именно сейчас Сиренити хотелось от этой мысли смеяться. А ещё танцевать. И петь.

На кухне внизу не нашлось ничего, кроме разбитой посуды. Вздохнув, волшебница послала в бездну условности, и просто «пошарила» в пространстве. Что нашла — то и готовила. Плита тут, слава богам, работала. Странная, как и во всех демонских мирах, огонь в ней куда-то внутрь спрятан, но волшебница, которая давно прошла курс «молодого бойца» в демонских мирах, знала в общих чертах, что представляет из себя загадочное «электричество». Хотя, на взгляд Сиренити, очаг практичней.

— Ну что, попробуем? — умсехнулась девушка, снимая с камфорки сковороду. — Что там у нас получилось?

* * *

— Сиренити, ты здесь? — спросил Руадан, час спустя заглядывая на кухню. — Вижу, уже хорошо себя чувствуешь? Тогда нам надо бы, — тут он запнулся, изумлённо глядя на волшебницу и мальчика, сидящих за расчищенным куском стола. Девушка что-то воодушевлённо рассказывала, вовсю жестикулируя. Мальчик корчил рожицы, явно сдерживая смех. Его щёки порозовели, от бледности не осталось и следа.

— У тебя что, от заклинания крыша поехала? — обрёл, наконец, голос, Руадан.

— А это ты? — откликнулась Сиренити, оборачиваясь. — Присоединяйся. Я, правда, на тебя не готовила, но чай, кажется, ещё остался.

— Чай?! Сиренити, нас ищут, здесь скоро появятся местные демоны, а ты решила возомнить из себя радушную хозяйку?!

Волшебница посмотрела на мальчишку и задорно подмигнула.

— На самом деле он не всегда такой. Обычно просто жуткий зануда, а теперь ещё и истерик. Не обращай внимания.

— Сиренити!

— Да, Руадан? — пропела девушка. — Расслабься, — добавила она. — Ты предлагаешь дрожать от страха, ожидая, когда нас найдут? Вот уж нет!

Демон покачал головой и уселся на один из колченогих стульев.

— Ты сумасшедшая. Я всегда подозревал, но теперь убедился.

— Поздравляю! Кстати, Брас, — Сиренити повернулась к мальчику. — У тебя есть где спрятаться, когда мы исчезнем? Я потом вернусь, но пока…

Мальчик покачал головой. И как-то странно посмотрел на волшебницу. Руадан фыркнул: кажется, эти двое нашли общий язык. И кажется, заколдованный демон чувствовал себя как в дурдоме. Что, в принципе, было нормально, при общении с Сиренити.

Волшебница прикусила губу.

— Хм… не то, чтобы это проблема… Только я в этом мире впервые… Руадан! — позвала она. — Может, у тебя здесь есть какой-нибудь домик? Одолжишь?

— Я тоже…впервые, — пожал плечами Повелитель.

Девушка задумалась.

— Ладно, Брас, — сказала она, взъерошив иссиня-чёрные волосы мальчика, — мы что-нибу…

Руадан выпрямился, в его руке зажглась вытянутая огненная сфера. Сиренити запнулась на полуслове и резко повернулась к двери.

— Они здесь, — прошипел демон, вставая.

Волшебница хищно улыбнулась, щурясь.

— Чудесно!

Входная дверь с грохотом взорвалась. По Коридору к кухне забарабанили тяжёлые, наглые шаги. Сиренити откинулась на спинку стула, наблюдая за напряжёнными Руаданом и Брас. На её губах расцвела мечтательная улыбка.

— Здравствуй, человек, — вальяжно произнёс появившийся в дверях Эру. — Скучала?

— Да! — экзальтированно завопила волшебница, вскакивая и делая попытку кинуться светловолосому на шею. Руадан во время схватил девчонку за руку. — Я так ждала тебя. Мой спаситель! Где ты был всё это время?! Мне так плохо без тебя! Так плохо!!

Руадан устало вздохнул. И как эта девчонка умудряется не умирать в каждом мире, который посещает? Всё-таки у этих магов и впрямь не лады с головой.

Удивлённое выражение мелькнуло на лице Эру. Потом демонхитро улыбнулся. За его спиной сгущались густые, пахнущие гнилью тени.

— Отлично, человек! Иди ко мне, — произнёс светловолосый демон. И махнул рукой, указывая на волшебницу. Одна из теней потянулась к Сиренити, обретая форму не то змеи, не то щупальца.

Брас метнулся вперёд, заслоняя девушку.

Эру удивлённо сощурился.

— Брас! Я думал, ты, наконец, умрёшь. Неужели… Ты заключил договор с этой девчонкой?!

Сиренити скорчила лукавую рожицу за спиной мальчика.

Глаза светловолосого демона яростно засверкали.

— Как ты посмел?! Она принадлежала мне!

Тени метнулись к мальчику, но Сиренити молниеносно протянула руку и те ярко вспыхнули.

— Вот уж не знала, что кому-то принадлежу, — протянула волшебница, подражая тону Эру.

Свеловолосый демон усмехнулся, глядя на мальчишку:

— Похоже, тебе не очень-то доверяют, Брас.

Девушка схватила мальчика за руку.

«Прости. Но ты должен уйти. Уходи. Ты слишком слаб для этого. Поэтому — уходи»

Брас вздрогнул.

— Постой!

Но Сиренити, краем глаза заметив движение — Руадан наконец начал действовать — начертила над мальчиком несколько рун прямо в воздухе. Фигура маленького демона исказилась и исчезла.

— Отлично, — успела пробормотать волшебница, поворачиваясь к тянущимся к ней жадным теням.

«Умрите»

На окраине города Цхевала в мире Нтро как свечка вспыхнул заброшенный, полуразрушенный домик и огонь, яркий, удивительно золотистый, взметнулся высоко к небесам, пытаясь разогнать чернильную тьму.

«Умрите…»

* * *

— Как это возможно? — возмущался Войлд, шагая по комнате принца-консорта. — Повелители исчезли со вчерашнего дня и их даже никто не ищет?!

— Наверное, их просто невозможно найти, — вставил Рейвэн, сидя в кресле у окна. Ночной ветер осторожно шевелил занавески, из сада доносился стрекот сверчков. — Все-таки они самые искусные… И сильные. К тому же, разве подобные… отлучки… не входят в их обязанности?

Из коридора донёсся какой-то приглушённый шум. Демоны не обратили на него внимания.

— В обязанности королевы? Это мир демонов, нам же так сказали! Туда должен был отправиться только Его Величество. Один!

— Тише, брат. Разбудишь Диана, — предостерёг Рейвэн. Оба лорда оглянулись и посмотрели на дверь в спальню.

— Зачем она туда кинулась, — продолжил Войлд, снизив голос. — Честно говоря, я считаю, что королева просто…

Из Коридора послышались ругательства и тихий стон.

Демоны посмотрели друг на друга. Рейвэн поднялся и, открыв дверь, выглянул наружу.

В двух шагах от комнаты лежал без сознания окровавленный король демонов. Рядом на коленях, ползла Сиренити, таща раненого за собой за остатки камзола. Роскошное платье девушки превратилось в лохмотья, лицо покрывала кровавая маска, на боку красовалась широкая, жуткого вида рана.

— Будь прокляты все демоны вместе взятые, — бормотала королева, волоча мужчину по полу. — Какого, в бездну пропадом, ему потребовалось использовать именно эту гадость?! Неужели не нашлось…

Рейвэн судорожно вздохнул и кинулся к Сиренити.

— Ваше Величество! Что случилось?!

Девушка подняла красные, прищуренные глаза.

— Что, так не видно? Помоги мне! — прохрипела она.

Реэйвэн поднял короля на руки, и внёс в комнату. Войлд ошарашено наблюдал, как он устраивает Его Величество на диване, пачкая дорогую обивку кровью.

Девушка вползла следом и обессилено привалилась к стене.

— Надо немедленно позвать целителей, — выговорил, наконец, Войлд, направляясь к двери.

— Стоять! — прохрипела девушка, морщась от боли. — Не надо целителей. Я ещё хочу пока жить, и он, — Сиренити кивнула в сторону дивана, — наверное, тоже. Вот, возьмите, — она протянула Войлду кольцо. — Спуститесь во внутренний двор, увидите большое шарообразное здание с золотым куполом. Там внутрь и налево до конца Коридора. Постучитесь и отдайте его волшебнику, который вам откроет. Целес всё поймёт.

— Лорд Целес? — переспросил Войлд, принимая кольцо.

— Да. Он единственный целитель, которому я доверяю. Поспешите.

Войлд стремительно вышел, прикрыв дверь.

Девушка закрыла глаза и расслабилась. Дышала она тяжело, ковёр под ней намок от крови.

Рейвэн потрясённо смотрел на неё. Девушка давно должна быть без сознания. С такой потерей крови…

— Что произошло? — спросил он, не решаясь подойти к королеве.

— Ничего, — глухо отозвалась Сиренити.

— Простите, миледи, но вы…

— Что? — отозвалась волшебница, глядя на демона упор. Рейвэйн непроизвольно отшатнулся.

— Простите, Ваше Величество, что задаю неподобающие вопросы, — выдохнул он через мгновение.

Сиренити криво усмехнулась и закашлялась. От уголка рта по подбородку стекала тёмная струйка крови, и Рейвэн никак не мог заставить себя отвести от неё взгляд.

Время до возвращения Войлда текло медленно, как вода в спокойной реке. Сиренити тяжело дышала, привалившись к стене. Руадан лежал совершенно неподвижно, больше напоминая мертвеца — у него даже грудь не вздымалась, отмечая дыхание. Рейвэн не выдержал и склонился над королём, заглядывая ему в лицо.

— Отойди! — резко приказала девушка, открывая глаза.

Демон вздрогнул от неожиданности и выпрямился.

— Простите, Ваше Величество.

— Он выпьет твою силу, глупец, если прикоснёшься к нему, — еле слышно пробормотала девушка.

— Я не знал, леди.

Сирентити усмехнулась и тут же скривилась от боли.

В Коридоре послышались шаги, и в комнату вошёл Войлд, а следом — низенький худощавый волшебник в белом плаще, наброшенном на халат. Увидев Сиренити, он закусил губу и быстро склонился над девушкой, подняв левую руку, словно благословляя.

Волшебница зло её оттолкнула.

— Я в порядке, — пробормотала она. — Помоги Руадану.

— Сиренити, ты, — начал было волшебник, встревожено хмурясь, но девушка его перебила.

— Я сказала, помоги демону, — отчеканила она, щурясь.

Волшебник тут же встал и направился к дивану.

— Позовите… кого-нибудь…из его… слуг, — прохрипела девушка, снова заходясь кашлем. — Этого… Наллиса…только поменьше…шуму…а то, — девушка резко замолчала. И медленно сползла по стене на пол.

Целитель, воздев руку над Руаданом, что-то тихо шептал, наклонившись к лицу демона.

Войлд с братом переглянулись. Рйвэн кивнул и стремительно вышел из комнаты, хлопнув дверью. Войлд встал на колени рядом с волшебницей, осторожно коснулся её лба.

— Тарвус, — еле слышно шепнула девушка. — Тарвус…

И потеряла сознание.

Оглавление