XXVII. «Кукареку!»

Наступила ночь, весь лагерь был освещен: праздновали победу. В густом лесу близ Мортони остановился всадник.

— Кукареку, — послышалось из чащи.

Всадник сошел на землю, к нему приблизился человек в черном плаще и маске.

— Ну, что яд? — спросил он с живостью.

— Ни малейшего следа! — ответил всадник.

— Они не страдают?

— Нисколько. Б не оставлял их ни на минуту и утверждает, что нет никаких признаков отравления.

— А прошло уже четырнадцать часов, как девушки отравлены. Он сказал, что дал им яд в восемь утра, а сейчас десять вечера.

— Не солгал ли этот человек? Может быть, страх или надежда спастись внушили ему эту мысль об отравлении?

— Это возможно, а если нет?

Человек в маске сделал нетерпеливое движение. Рыцарь размышлял.

— Что с домом? — спросил он внезапно.

— Сгорел дотла.

— Кто-нибудь пытался бежать во время пожара?

— Никто.

— Может, вы видели кого-нибудь, заметили что-нибудь или слышали такое, что могло бы навести нас на след?

— Ровным счетом ничего.

— Так я и думал, — сказал Рыцарь, качая головой. — Борьба еще не кончилась, но она кончится сегодня ночью.

Он наклонился к земле: послышалось второе «кукареку». Третий человек показался в тени. Это был Черный Петух.

— Где пленник? — спросил Рыцарь.

— Он здесь, — ответил Черный Петух.

Он раздвинул кустарник одной рукой, а другой, взяв закрытый фонарь, осветил внутри чащи. На земле лежал крепко связанный, с кляпом во рту, рослый худощавый человек в богатой ливрее. В наклонился над ним.

— Джон! — сказал он с удивлением. — Слуга герцога Кумберлендского!

Рыцарь сделал утвердительный знак. Потом, обернувшись к Черному Петуху, спросил:

— А другой?

— Там! — ответил Черный Петух.

Он повернул свой фонарь налево: другой человек высокого роста, также связанный, лежал в густой траве. В. подошел и посмотрел.

— Князь! — сказал он.

— Он самый! — кивнул Рыцарь.

— Когда их захватили?

— Пока горел дом. Эти люди будут нам полезны.

Рыцарь поставил свою правую ногу на грудь князя.

— Этот мне скажет, где тот! — прибавил он. — Ты поклялся, что не будешь говорить, — обратился он к князю, — а я клянусь, что ты будешь говорить.

Три «кукареку» раздалось в лесу. Три человека явились с правой стороны. Раздалось еще три «кукареку», и еще три человека явились слева. По знаку Рыцаря двое схватили Джона, два других взвалили на плечи князя, пятый человек встал спереди, шестой сзади.

— К фонтенуаскому курятнику! — приказал Рыцарь. Шесть человек исчезли в гуще леса с князем и Джоном. Курятник остался с В.

— Через десять дней общее собрание в парижском курятнике, — сказал он.

В поклонился.

— Приказания собраться будет отдано, — ответил он. Рыцарь проворно вскочил на лошадь и, сделав В прощальный знак, ускакал галопом.

Оглавление