ГЛАВА 32

Они были очень близки к завершению поисков; невероятно близки. Они знали, что основная подсказка Элиаса заключена в облачках, которые, словно пятна, покрывали небеса на шпалере. Оставалась одна проблема: ни он, ни она не умели читать ноты.

— Когда мне было семь-восемь лет, меня приблизительно на два месяца усадили за пианино, — запинаясь, сообщил Гил.

Он припомнил, что вроде бы на нотном стане каждая нота записывается на линии или между линиями. Этим его познания и ограничивались. Он ничего не понимал в диезах или бемолях. Однажды он выучил считалку, помогавшую детям запоминать названия нот. Каждое слово в ней начиналось с той же буквы, что и нота, после присказки: «Каждый хороший мальчик делает», но он не имел понятия, что делает этот мальчик, а также нужна ли им эта мнемоника вообще.

— Я знаю расположение нот на клавиатуре, но это все, — внесла свою лепту Сабби, затем пробормотала что-то о слепцах, ведущих друг друга.

Гил скопировал расположение линий и облачков себе на ладонь. Оно все меньше и меньше напоминало ему нотный стан. Что-то было не так. Где-то с минуту он вычислял что, а когда вычислил, то вся музыкальная версия оказалась под большим вопросом.

— Взгляни-ка на нотный стан, — напряженным тоном произнес он. — Там всего лишь четыре горизонтальные линии.

— И что это означает?

Ну, насколько он мог припомнить, в современной нотации используется пятилинейный нотный стан и все ноты располагаются на линейках или между линейками. Раз на шпалере их только четыре, значит, музыкальная фраза записана в четырехлинейной традиции или же, что еще хуже, все это вообще не имеет ничего общего ни с какой музыкой.

— Как и со всем, что мы тут накрутили, — вздохнула Сабби.

— Минутку, в любом случае все не настолько уж плохо. Читая ноты, что делает музыкант? Следует системе, — продолжил он, не дожидаясь ответа. — Предположим, что эти облачка и линии все-таки составляют музыкальную фразу. Пускай мы с тобой не очень-то разбираемся в нотах, зато мы знаем, как они соотносятся.

Сабби выглядела не слишком-то убежденной.

— А если это вообще не музыкальная фраза? — спросила она.

— Тогда все насмарку.

— Итак, что ты предлагаешь? — прозвучал новый вопрос.

— Опробовать эту систему, начиная с каждой клавиши, — ответил Гил.

— Где мы ее опробуем?

— На органе в часовне, — возбужденно выпалил он.

Потом сгреб весь их скарб и двинулся к двери.

— Это что? — с недоверием спросила Сабби. — Чет или нечет? Пан или пропал? Это и есть твой план? У нас осталось менее двух часов!

— Это единственное, что мы можем предпринять, если только ты не придумала чего-то получше.

Гил схватил ее за руку и потащил по темному коридору к часовне. С каждым шагом его походка становилась все стремительней и уверенней. Элиас был с ними, он призывал их поторопиться. Гил знал точно, куда им свернуть, словно он уже тысячи раз ходил по этому лабиринту.

Оглавление

Обращение к пользователям