Глава 3. Появляется героиня

Одри Бедфорд готовилась к отъезду в Лондон. Домик в Фонтенуеле, доставшийся ей после смерти матери, и птицеферма, не дававшая никакого дохода, были проданы. Миссис Гриффит, ее экономка, пыталась отговорить девушку от такого шага.

— Лондон ужасный город: убийства, грабежи! Дошло до того, что вчера ограбили даже настоящую королеву! Напрасно вы не читаете газет…

Но ей так и не удалось поколебать решимость девушки, и хозяйство было ликвидировано.

В день отъезда Одри зашла в комнату покойной матери. И хотя девушка любила свою мать, никаких особых воспоминаний эта комната в ней не вызвала. Отца же Одри не помнила совсем, а миссис Бедфорд, ее мать, никогда о нем не упоминала. Считалось, что он пошел по дурному пути.

— Он умер, мама? — порой спрашивала девочка.

— Я надеюсь, — неизменно отвечала мать…

К домику подкатил заказанный дилижанс, который должен был отвезти девушку на вокзал.

— У вас немного времени, — заявил возница, швыряя багаж Одри в дряхлую колымагу. — Не будь этих проклятых автомобилей — мы бы добрались быстро. Но с тех пор, как они стали носиться по дорогам, приходится глядеть в оба.

Одри собралась уже занять место в дилижансе, когда к ней подошел незнакомец, смахивавший на конторского служащего.

— Простите, мисс Бедфорд. Меня зовут Виллит. Не уделите ли вы мне пару минут, когда вернетесь?

— Я не вернусь сюда больше.

— Совсем? — воскликнул незнакомец, заметно волнуясь. — Но мне крайне необходимо поговорить с вами по делу, касающемуся лично вас.

— Мне очень жаль, но я пока не знаю, где остановлюсь. Если сообщите свой адрес, то я вам напишу.

Незнакомец извлек визитную карточку, тщательно зачеркнул на ней обозначение своей профессии и написал адрес.

Одри забралась в колымагу, и возница тронул с места.

Происшествие случилось на первом же перекрестке.

Выезжая на шоссе, Дик Шанон слишком лихо повернул, его машину занесло, — удар! — и дилижанс, в котором ехала Одри, лишился заднего колеса.

Единственная пассажирка дилижанса соскочила в придорожную пыль прежде, чем Шанон успел прийти на помощь.

— Я чрезвычайно огорчен случившимся, — сказал он с виноватой улыбкой. — Надеюсь, вы не ушиблись?

— Не беспокойтесь, я отделалась лишь незначительным испугом. Вот только к поезду я вряд ли теперь успею.

— Мне все равно надо будет заехать на ближайшую станцию, чтобы прислать помощь хозяину этой разрушенной колесницы. Так что если не боитесь довериться мне, то предлагаю вам занять место в моей машине.

— Будем считать, что я не боюсь, — ответила Одри и, захватив с собой чемодан, забралась в автомобиль.

Вручив вознице банковский билет и принеся ему извинения, Дик сел за руль.

— Я тоже направляюсь в Лондон, — обратился он к девушке, — но не рискую предлагать вам поехать со мной до конца.

— Я предпочитаю ехать поездом, — ответила Одри. — Сестра должна встречать меня на вокзале.

В ее голосе, однако, не чувствовалось особой уверенности.

— Вам везет, — заметил Шанон, — вас будет встречать сестра.

Он говорил с Одри отеческим тоном, полагая, что девушке лет семнадцать, хотя на самом деле она была на два года старше. На ней был простенький костюм и поношенное пальто, но Дик этого не заметил, настолько был поражен прекрасным лицом девушки.

— Ваша сестра живет, конечно, в Лондоне?

— Да, на Керзон-стрит.

Шанон не выдал своего изумления, услышав название этого района, где проживала очень зажиточная публика.

— Ее… — начал он и запнулся: вопрос был деликатный. — Она там работает?

— Да нет. Она живет там со своим мужем, Мартином Эльтоном…

В это время они подъехали к станции, и тут же из-за поворота показался поезд.

— Вы были крайне любезны, мистер… Моя фамилия Одри Бедфорд.

— Я не забуду, — улыбнулся он. — У меня удивительная память на имена. Я — Дик Джексон.

Проводив девушку, Дик вернулся к своей машине и отправился на полицейский пост, чтобы заявить о столкновении с дилижансом.

Итак, Дора Эльтон оказалась сестрой его случайной попутчицы. Назови он свою настоящую фамилию и передай она Доре, что познакомилась с капитаном Диком Шаноном, мирное течение жизни в особняке на Керзон-стрит было бы, несомненно, нарушено.

И не без основания. Никого так сильно не желал разоблачить Дик Шанон среди лондонских преступников, как Дору Эльтон.

Оглавление