4

Было трудно поверить, что мужчина в потертых джинсах, с давно не стриженными волосами, который спит сейчас на ее диване, и молодой доктор, подтянутый и жизнерадостный, – одно лицо.

Почему же тогда она чувствует все то же напряжение и трепет?

Я не могу позволить, чтобы произошло непоправимое. Нужно остановить это безумие.

Отведя взгляд от Фабиана, Эмили неловко повернулась и ударилась бедром о край журнального столика. Альбом с фотографиями соскользнул с полированной поверхности и с грохотом упал на пол. Она потерла ушибленное место, бормоча себе под нос проклятья.

Фабиан недоуменно открыл глаза.

– Я что, заснул?

– Ты отключился на несколько часов, – ответила Эмили, положив альбом на стол.

– Боже мой, – пробормотал Фабиан.

– Ты что, всю ночь не спал?

Он сел и провел рукой по волосам.

– Да.

Эмили подумала, что жена этого человека наверняка волнуется.

– Может, тебе лучше позвонить домой?

– Дома никого нет, – небрежно махнул рукой Фабиан и вздохнул. – Я знаю, что рискую вновь разозлить тебя, но может, все-таки мы допьем кофе?

Эмили стало жаль его. Она кивнула и пошла на кухню. Может, он так отвратительно выглядит оттого, что жена совершенно не заботится о нем?

Она застонала, доставая кофейные чашки. Я ничего не хочу знать. Семейные отношения Фабиана не должны меня волновать.

Быстро приготовив сандвичи с беконом и сыром, Эмили налила кофе, стараясь не слушать внутренний голос. Голос, который твердил ей, что она идиотка, раз потакает назойливому гостю, вместо того чтобы выгнать его и никогда больше не видеть.

Эмили зашла в гостиную и увидела, что Фабиан рассматривает фотографии, которые делал Мартин. Она нервно поставила поднос на столик.

– Очень интересно, – заметил Фабиан. – Чувствуется профессиональный фотограф.

– И довольно известный.

– Я смотрю, ты собираешь рассказы и рисунки детей.

– Да. Это работы детей из летнего лагеря. Я хотела донести до людей то, что происходит в этих маленьких головках.

Эмили села, чувствуя на себе изучающий взгляд карих глаз.

– Я помню день, когда мы встретились, – сказал Фабиан. – Ты привезла в больницу мальчика. – Он задумался. – Хороший альбом.

– Спасибо.

Эмили поставила перед гостем тарелку, предлагая сандвичи. Ей совсем не хотелось вспоминать прошлое – время их любви, надежд и мечтаний.

Фабиан посмотрел на еду, потом на Эмили, и их глаза встретились.

– Ты по-прежнему наблюдательна. – В этой фразе явно слышался скрытый смысл, но никакой насмешки.

– Я подумала, что ты не завтракал. – Эмили пожала плечами.

Фабиан отпил большой глоток кофе.

– Это так.

– Что же ты делал всю ночь?

Вопрос вылетел совершенно неожиданно для Эмили. Пел, танцевал или пил – да он почти наверняка ничего подобного не делал.

– Я вел тайную ночную жизнь, – загадочно произнес Фабиан, – полную грехов и разврата. – Он скорчил гримасу и потер шею. – Я работал над книгой. Мэнди должна была сегодня лететь в Сиэтл, чтобы прочитать курс лекций. Она не сможет вернуться раньше чем через месяц.

Вот, оказывается, как ее зовут. Эмили тяжело вздохнула. Она и не знала имени его жены. Точнее, не запомнила, читая газетную статью. А может, просто не хотела помнить. Обычная подсознательная реакция, некий вид самозащиты. Сотни вопросов крутились у нее в голове. Хотелось бы, конечно… Нет, совсем не хочется получить ответы на них. Чем меньше она будет знать, тем меньше боли будет в ее сердце.

Эмили встала.

– Я налью тебе еще кофе, но потом ты должен будешь уйти. – Она пыталась говорить спокойным, будничным тоном.

– Конечно, – ответил Фабиан с видом человека, ценящего свои достоинства.

Покончив с кофе, Фабиан встал.

– Извини, что заснул, – проговорил он, подходя к двери. – Спасибо за угощение.

– Не за что, – небрежно ответила Эмили.

Фабиан остановился и посмотрел на нее своими магнетическими глазами, отчего сердце Эмили трепетно забилось.

Она изо всех сил старалась казаться спокойной, когда открывала дверь.

– Не волнуйся насчет Клары, – сказала она, вспомнив, что именно девочка явилась причиной его приезда.

– Хорошо, не буду.

Фабиан пошел к машине, припаркованной у дома.

Эмили глубоко вздохнула и прислонилась к прохладной стене, закрыв глаза.

– Я больше не хочу его видеть, – вслух произнесла она. – Я хочу спокойствия и уверенности.

Господи, как хочется забыть его. Хочется… Она закрыла лицо руками и застонала.

Вечером Эмили нашла бумажник, притаившийся между двумя диванными подушками. Он, должно быть, принадлежал Фабиану. Эмили взяла его, хотела открыть. Соблазн был велик. Ведь этот бумажник – клад информации: имена, кредитные карточки, телефонные номера, фотографии любимых людей, жены, детей. – Хорошо. Давай поужинаем.

Ты только подумай, подстегивал внутренний голос. Подумай, сколько ты можешь узнать!

Я вовсе не собираюсь рыться в его бумажнике, отвечала другая ее частичка. А может, эта вещь даже не его.

По крайней мере, ты должна проверить. Сойдут даже водительские права.

Мне не нужно этого делать. Эмили вдохнула едва уловимый запах кожи. Бумажник был почти новым, гладким на ощупь. Сопротивляясь обуревавшему ее соблазну заглянуть в него, она подошла к телефонному столику и разыскала в абонентном справочнике номер Фабиана.

С силой отбивая цифры на клавишах, Эмили не могла собраться с мыслями.

– Брендон, – раздался в трубке резкий голос. Фабиан был краток. Может быть, телефонный звонок отвлек его от работы?

– Это Эмили. Ты случайно не оставил у меня бумажник?

Мгновение тишины.

– Да. Черт, он у тебя?

– Я нашла его на диване.

В трубке послышался вздох.

– Если ты не против, я сейчас за ним заеду.

– Хорошо. Я дома.

Полчаса спустя Эмили увидела, как «мерседес» подъехал к ее дому. Она открыла входную дверь, держа бумажник в руке, поскольку не собиралась приглашать Брендона войти.

Он уже переоделся в шорты цвета хаки и зеленую футболку, выглядел отдохнувшим и полным энергии. Разве устоишь перед его мужской привлекательностью?!

Эмили судорожно сглотнула, сопротивляясь обуревавшему ее потоку чувств, и протянула ему бумажник.

– Должно быть, он выпал из кармана, когда ты спал.

Фабиан кивнул, взял бумажник и опустил в карман шорт.

– Спасибо. Я рад, что ты нашла его.

– Если бы я не подняла подушку, то он валялся бы там невесть сколько.

– Это было бы ужасно, – с притворной озабоченностью сказал он, глядя ей в глаза. – Как насчет того, чтобы поужинать сегодня вечером?

Эмили не могла поверить своим ушам. Его супруга едва шагнула за порог дома, а он уже назначает свидание. Поневоле вскипишь от злости.

– Нет, – раздраженно проговорила она.

– Тогда как-нибудь в другой раз?

Она почувствовала, что теряет терпение.

– Нет, Фабиан, другого раза не будет. Я хочу, чтобы ты держался от меня подальше.

– Я тебе не верю. – Его голос был спокойным и уверенным.

Эмили стиснула зубы.

– Твои проблемы.

Фабиан прищурился.

– Тогда в чем же твоя проблема? Мартин? – Он сунул руки в карманы. – Не обижайся, но мне кажется нелепым видеть тебя рядом с этой эксцентричной личностью.

Эмили уставилась на него.

– Моя жизнь тебя не касается. Просто тебе в ней не место!

Что-то вспыхнуло в его глазах и тут же исчезло.

– Даже для одного-единственного невинного ужина? – спросил он невозмутимо. – Я подумал, что нам будет интересно вместе провести вечер. Меня интригует, какой зрелой и изысканной женщиной ты стала.

– Перестань льстить, – с кривой улыбкой ответила Эмили.

– Никакой лести! – воскликнул Фабиан. – Что плохого в том, что мы поужинаем вместе и приятно побеседуем?

– Все, – огрызнулась Эмили. – Все плохо.

Фабиан прислонился плечом к косяку двери и стал разглядывать ее с неприкрытым любопытством.

– Из-за Мартина?

– Нет, из-за Мэнди. Я не встречаюсь с женатыми мужчинами.

На его лице промелькнуло удивление.

– Мэнди? – Его голос наполнился смешливыми нотками. – Господи, Мэнди не моя жена! О чем ты говоришь?!

Эмили стало неловко.

– Я… гм… Но это казалось вполне очевидным. – Она пыталась найти выход из положения.

– Мэнди – моя коллега. Она тоже врач. Какое-то время мы работали в Колумбии, а теперь пишем книгу. – Фабиан посерьезнел и потер подбородок. – Я не представил вас друг другу, а надо бы.

Эмили ощутила легкое головокружение, и странное чувство нереальности происходящего охватило ее. Словно ее перевернули вниз головой. Мэнди не его жена. Тогда где же законная супруга? Та, о которой упоминалось в статье, та, с которой Фабиан был в Африке. Эмили перевела дыхание.

– А где твоя жена? – выдавила она из себя вопрос. – Та… та, что работала с тобой в Мозамбике?

Фабиан перестал хмуриться.

– Саманта. Ты имеешь в виду Саманту, – наконец сообразил он. – Как ты узнала о ней?

– Из газеты. Там была статья о твоей работе в Мозамбике.

Эмили ничего не могла понять. Если Фабиан был женат на Саманте, то где она сейчас? Может, в Колумбии или где-нибудь еще? Они разведены? А может, Саманта умерла?

Эмили едва держалась на ногах, они отказывались ей повиноваться.

Фабиан кивнул.

– Я помню эту статью. Но мы с Самантой не были женаты. Просто приехали туда вместе, а по местным обычаям, если мужчина и женщина вместе, то они считаются супружеской парой.

Слова Фабиана внесли еще большую путаницу. Его жена, он сам, чувства и мысли – все смешалось. Теперь не было даже оснований негодовать ни из-за его поцелуя, ни по поводу приглашения на ужин.

– Значит, ты не женат? – удивленно спросила Эмили, чтобы до конца убедиться, что он холост.

– Нет и никогда не был женат. Саманта исчезла из моей жизни больше трех лет назад. – Его рот растянулся в улыбке. – Я свободный, не связанный обязательствами неженатый мужчина. Поужинай со мной завтра.

Женщины не могут устоять перед предложением такого рода.

Эмили хотела сказать «да», но чувствовала смущение и сумятицу в мыслях и не могла вымолвить ни слова.

Выручил Фабиан, заговорив снова:

– Ну же, решай, я не только холост, но и нетерпелив.

Эмили облегченно вздохнула. Все внутри перевернулось. Неужели появились новые возможности и надежды?

Берта приехала проведать малышку Клару, поболтать и вернуть книгу, которую брала почитать. – Да, конечно. Но будь осторожней, – продолжила Берта с оттенком материнской опеки в голосе, – вокруг слишком много подлецов и просто охотников до женской ласки.

– Тебе нужен мужчина, – прямо с порога решительно заявила она.

– Правда? Ты так думаешь? – Берта попала в самую точку. Может, у нее интуиция?

– Да, я действительно так думаю, – уверенно проговорила Берта. – Ты достаточно долго пряталась за спину Мартина.

– Пряталась?

– Пока он рядом, ты будто бы и не одна. Не будь смешной, – вырвалось у Берты.

Эмили сосредоточила свое внимание на крошечной детской рубашечке, осознавая всю горькую правду слов подруги.

Берта нахмурилась.

– Ты не любишь Мартина, но и не проявляешь никакого интереса к другим мужчинам. Ты же не можешь вечно оставаться вдовой.

– Спасибо за совет, милая, – тихо проговорила Эмили.

Клара громко закричала, пытаясь сползти с колен няни. Но та протянула ей игрушку, и девочка на какое-то время затихла.

– Я знаю, что Энди был настоящим принцем, – более мягко продолжила Берта, – но в мире есть и другие достойные мужчины.

– Не сомневаюсь, – ответила Эмили, складывая только что выстиранное детское белье.

– Муж ведь желал тебе счастья, не так ли?

– Да, он этого хотел, – медленно кивнула Эмили.

Берта погладила мягкие черные волосики Клары.

– Ты еще молода, тебе нужен мужчина, ты хочешь детей. Торопись, дорогая моя.

Эмили улыбнулась.

– С чего мне начать? С газетных объявлений и свах? Послушать тебя, так все просто.

– А это и есть просто. Ты добрая, умная, красивая и независимая. Любишь детей, умеешь их воспитывать. Все говорит в твою пользу.

Эмили аккуратно сложила пеленку.

– Найти хорошего мужчину не так просто. А тем более влюбиться. Ведь ты прекрасно знаешь, что это не происходит по команде.

– Черт возьми, конечно, это не случится само собой, если ты сама этого не захочешь! От тебя исходят не те флюиды.

– Ой, правда? А какие же?

– Ты слишком замкнута и неприветлива. У тебя на лице написано: «Держись от меня подальше».

Эмили улыбнулась.

– Ты видишь меня насквозь.

Берта вздохнула.

– Не принимай все всерьез.

– Ну что ты, я всегда стараюсь прислушиваться к твоим словам. Кстати, завтра у меня свидание. Ты сможешь посидеть с Кларой?

Битых полтора часа Эмили выбирала одежду для предстоящего свидания. – Прости меня, – прошептала Эмили. – О, Энди, прости меня.

Боже, когда в последний раз она так нервничала перед свиданием? Много лет назад. Эмили простонала и улыбнулась собственной глупости.

Так, это вроде подходит. Она стояла у зеркала, рассматривая облегающее черное шелковое платье. Оно сидело как влитое. Платье прекрасно дополнил аквамариновый гарнитур – висячие серьги, кулон и перстень. Ее рыжие волосы блестели, словно отполированное красное дерево. Молодая элегантная женщина, уверенная в себе. И ни за что нельзя было догадаться, что в юности это была скромненькая, робкая девушка.

Эмили уже была готова, когда приехал Фабиан. Она сбежала по ступенькам, чтобы встретить гостя, но Берта опередила ее. Подруга пристально изучала мужчину.

Эмили застыла от удивления, увидев Фабиана. Модный костюм, свежая стрижка и чисто выбритый подбородок. Буря чувств охватила ее при виде бывшего возлюбленного. Он выглядел невероятно близким, будто бы время вернулось назад.

Их глаза встретились, и Фабиан расцвел в улыбке.

– Ты не перестаешь удивлять меня. Выглядишь… ошеломляюще.

Эмили вздрогнула. Ты тоже, хотела сказать она, но промолчала.

Берта почти вытолкнула подругу за дверь, когда та пыталась дать ей последние распоряжения.

– Иди и веселись. А за Клару не беспокойся.

Фабиан привез ее в недавно открывшийся ресторан, который по оформлению напоминал швейцарский домик в горах. Эмили с интересом оглядывалась вокруг. Может быть, Фабиан неслучайно выбрал это место, где ничто не могло напомнить о прошлом.

Эмили становилось тревожно от мысли, что вечер она проведет с этим человеком. О чем говорить с ним? Что можно сказать, а что не стоит? Фабиан казался невероятно спокойным в отличие от нее. Она злилась на себя за то, что рядом с ним теряет остатки самообладания.

Когда они заказывали напитки, в его глазах мелькали веселые искорки.

– Что тебя так развеселило? – как можно небрежнее спросила Эмили.

– Мне только что пришел в голову один вопрос. Почему тебя так шокировал мой поцелуй? Потому что ты думала, что я женат?

Краска залила ее лицо при этом напоминании.

– Я не люблю, когда женатые мужчины развлекаются на стороне. А уж тем более женщины. Я просто придерживаюсь своих принципов. – Эмили надеялась, что ее слова не звучат чересчур ханжески.

Фабиан согласно кивнул, но шаловливые искорки все еще поблескивали в его глазах.

– Мне нравятся люди с принципами. Однако мне кажется, что ты предположила, будто у меня их нет и что я способен на измену.

Принесли напитки.

Эмили выпила вина.

– Я не видела тебя двенадцать лет, – медленно проговорила она. – Поэтому вовсе не уверена, что знаю тебя. А что касается измены… человек существо несовершенное. В потемках его души много низменного. Но не каждый позволит себе поддаться зову необузданных страстей.

Фабиан с интересом взглянул на нее.

– Ты производишь впечатление очень строгой женщины.

– Так и есть, – спокойно проговорила Эмили.

– А ты никогда не изменяла мужу?

– Нет.

И это была правда. Но откуда тогда эта нервозность? Она отпила еще немного вина.

– Это был очень личный вопрос, не так ли? – спросила Эмили.

Фабиан кивнул.

– Да. Прошу прощения.

Неожиданно резкие звуки нарушили ресторанную идиллию. Зазвенел разбитый хрусталь и фарфор. Послышался женский вскрик.

Официант уронил перегруженный грязной посудой поднос на пол.

– Господи, – пробормотала Эмили, увидев эту неловкую сцену.

Через несколько минут все было убрано и восстановился порядок. С одной стороны, Эмили было жаль официанта, но с другой – это происшествие немного разрядило обстановку.

Вино сделало свое дело. Эмили немного расслабилась. Фабиан рассказал ей о Мэнди и их совместной книге. Потом спросил о Кларе. Эмили ответила, что родители девочки добирались автостопом из Мексики в Калифорнию. Несчастный случай произошел, когда они почти достигли места назначения. Ребенок чудом не пострадал. Вся семья была ослаблена недоеданием, что очень мешало выздоровлению.

Принесли горячее. Улыбающийся официант налил вина и исчез. Эмили с увлечением рассказывала о своей работе.

– Ты поступила в колледж после замужества? – спросил Фабиан.

– Да.

– А как ты познакомилась с Энди? – поинтересовался Фабиан, разделываясь со стейком.

Эмили уловила в его голосе едва заметное смущение. Может, он думает, что знакомство произошло на лунном пляже, или у экзотической горной речки, или во время круиза по Карибскому морю?

– На автостоянке, – улыбнулась она, – под проливным дождем.

– Очень романтично. – Веселая нотка окрасила его голос и придала уверенность Эмили. – Это было просто везением, – легко продолжила она. – Я была в таком состоянии, хоть бросайся с ближайшего моста. – Она вытерла губы салфеткой. – Трудные были дни, но все так счастливо закончилось.

– Я заинтригован.

– Ты хочешь услышать эту историю во всех подробностях?

– Как можно подробней.

– Я буду краткой.

Расскажу ему только факты, подумала Эмили. И никаких эмоций.

– Это произошло через неделю после смерти матери, – начала она. – Хозяин дома велел мне убираться к концу недели. Все сбережения пошли на оплату медицинских счетов мамы. Моя машина сломалась и находилась на стоянке.

– В один из тех трудных дней?

– Да. Только представь: я без матери, без копейки в кармане, без дома и машины. И вот из пелены дождя выходит красивый незнакомец, чтобы спасти меня…

Это было двенадцать лет назад. Теперь Эмили легко могла говорить об этом. А тогда вовсе не было смешно. Полная отчаяния, она теряла последние надежды. Фабиан ушел, умерла мать, не было жилья…

Энди нашел ее промокшей до нитки, бросившей машину в истерике. Впоследствии он любил рассказывать эту историю друзьям, вспоминая состояние Эмили, – прекрасной незнакомки с перепуганными, широко открытыми глазами. Но рассказ его звучал не трагично, а с юмором, даже романтично.

– И что же ты сделал? – спрашивали друзья. – Отвез ее в приют?

– Нет, – отвечал Энди, – я женился на ней.

И это было правдой. Через три головокружительных недели Эмили стала женой доброго, замечательного человека. Она жила в уютной квартире. В то время как ее муж-архитектор работал над проектом дома-мечты для них двоих, Эмили поступила в колледж. Теперь у нее была новая машина. Счастливица пребывала в растерянности от этой роскоши и обещала за все отплатить, но муж лишь улыбался в ответ.

Родители и друзья души не чаяли в его молодой жене. И Энди безумно любил ее. Мир вдруг, как по мановению волшебной палочки, стал добрым и уютным. И недавние невзгоды ушли в прошлое. Теперь она могла свободно дышать, спокойно спать и смеяться.

Но Эмили не находила в себе сил поделиться всем этим с Фабианом. Она отпила глоток вина и улыбнулась:

– Расскажи лучше о своих путешествиях. С самого начала. Мне представляются джунгли, гориллы и пигмеи. Но уверена, что есть что-то более важное.

Так и было. Она внимательно слушала рассказ Фабиана, задавала вопросы и замечала постепенную перемену в его голосе: от холодно-вежливого до теплого и возбужденного. После пяти лет в Африке он поехал в Малайзию, а затем в Колумбию.

Как прекрасно было увидеть прежнего, знакомого Фабиана, серебристо-серый блеск его глаз. Нервозность Эмили словно по волшебству исчезла. Время шло, и каждая минута наполнялась новыми картинами и образами, веянием другой жизни. Она увидела мужчину, которого когда-то знала так хорошо, совершенно в другом свете. За разговорами время пролетело незаметно, пора было возвращаться домой.

– Спасибо тебе, – сказала Эмили на обратном пути. – Это был замечательный вечер.

Как и раньше, Фабиан с легкостью зажег в ней огонек любопытства и тяги к новому. К новым людям, мыслям и мечтам. Мужчина помог ей почувствовать себя живой и телом и душой.

Подъехав к ее дому, он помог ей выйти из машины.

Эмили так не хотелось, чтобы вечер закончился. Ей было необходимо слышать его голос, видеть его глаза. Она протянула ему ключи.

«Не хочешь зайти и выпить кофе?» – чуть не вырвался у нее вопрос.

Как просто прозвучали бы эти слова. Разве он отказался бы? Но пока Эмили смотрела на сильную загорелую руку Фабиана, открывающую дверь, что-то внутри нее надломилось и она промолчала.

«Энди хотел видеть тебя счастливой», – сказала вчера Берта. Конечно, хотел, Эмили не сомневалась в этом. Но у нее не хватило сил пригласить Фабиана войти.

Он улыбнулся и вернул ей ключи.

– Спасибо за чудесный вечер.

– Спасибо тебе, – ответила Эмили, чувствуя, как вся уверенность покидает ее.

Воздух был наполнен серенадами цикад. Легкий ветерок обдувал разгоряченное лицо женщины.

Фабиан обхватил его сильными горячими руками и посмотрел в глаза. Его взгляд был наполнен воскресшими из прошлого чувствами. Сегодняшний ужин вернул их обоих на много лет назад. Руки Фабиана держали ее лицо скорее с силой, чем с нежностью. Сердце Эмили бешено забилось, она уже не могла контролировать себя. Его губы прикоснулись к ее губам, даря поцелуй, полный страсти и желания. Но что-то мешало Эмили полностью отдаться чувствам. Она выскользнула из его рук с мучительным, едва слышным стоном. Фабиан моментально отступил в сторону.

На какое-то мгновение напряженная тишина повисла в воздухе.

– Прости меня, – прошептала она, чувствуя, как горячие слезы застилают глаза, всем своим существом противясь расставанию и не смея продлить встречу.

– Спокойной ночи, Эмили, – со вздохом произнес Фабиан. Его глаза снова стали непроницаемыми.

– Фабиан…

Голос ее едва звучал, и он ее не услышал…

Эмили вошла в дом и тихо прикрыла дверь. Она прислонилась к стене, чтобы хоть немного успокоиться. Ей еще предстояло выдержать вопрошающий взгляд Берты. Оказалось же, что вовсе не стоило беспокоиться на этот счет. Няня сидела в кресле и смотрела фильм ужасов. Она приветственно помахала хозяйке, не отрываясь от экрана. Со вздохом облегчения Эмили прошла на кухню и налила себе холодной воды.

После ухода Берты Эмили заглянула к Кларе, а потом отправилась в свою спальню, чувствуя себя совершенно разбитой. Что случилось?

Неужели вновь влюбилась в Фабиана? Нет, все гораздо проще – она по-прежнему любила его. Это чувство никогда не оставляло ее, просто пряталось глубоко в душе и до поры до времени не давало о себе знать.

Сегодня вечером она почувствовала, что вновь обрела себя. Это было прекрасно и волнующе, давало силы жить.

Тогда почему же она не захотела, чтобы Фабиан поцеловал ее? Что заставило ее оттолкнуть милого сердцу человека? Что же это за чувства, приносящие боль и страдания?

Эмили посмотрела на фотографию Энди рядом с кроватью. Серебристо-серые глаза улыбались ей. У нее выступили слезы, и лицо мужа превратилось в бесформенное пятно.

Берта присматривала за Эмили, и это было неплохо. Они познакомились в больнице, когда умер Энди. С тех пор Берта, как старшая по возрасту, взяла ее под свою опеку. Эмили любила эту женщину и нуждалась в ней. Ее практические жизненные советы во многом помогали. Из прошлого возник образ матери, и ее ясный и четкий голос…

– Он хороший парень? – спросила Берта на следующее утро по телефону.

– Да, он замечательный, – ответила Эмили, одной рукой держа телефонную трубку, а другой кормя из ложечки Клару.

– Он хорошо себя вел?

– Да.

– Отлично. Это самое главное.

Эмили не смогла сдержать улыбку.

– А что еще нужно?

– От мужчины нужны честность и чувство юмора, – весело ответила Берта. – У него есть это?

– Да. – Эмили усмехнулась в трубку. – А еще?

– Почему ты ухмыляешься?

– Вовсе нет. Ты даже не видишь меня. Я просто жду, когда ты спросишь, где он работает и сколько зарабатывает.

Мать болела и буквально за несколько недель очень изменилась – у нее появился лихорадочный блеск в глазах, а лицо стало серым. – Поздравляю, – сухо, но многозначительно проговорила Синди. Она стряхнула пепел прямо на тарелку с остатками пюре. – Где твои мозги, Эми? Что может хотеть доктор от такой девчонки, как ты? Видать, и у него ни мозгов, ни денег…

– Ты какая-то веселая в последние дни, – сказала Синди, накладывая себе картофельное пюре. – У тебя появился парень?

Эмили уткнулась в свою тарелку и прикусила губу. Парень… Фабиан вовсе не был мальчиком, он был мужчиной.

– Не совсем, – ответила Эмили, вызвав улыбку матери.

– Тогда что?

Эмили затаила дыхание. С одной стороны, она жаждала поделиться с матерью впечатлениями и радостью, рассказать обо всем, с другой – осторожность призывала все хранить в секрете. Любовь к Фабиану была нежна и прекрасна, а мать не одобряла нежность, чувствительность и прочие сантименты.

– Он не парень, мама. Он старше, – сказала Эмили.

– Старше? На сколько?

Синди закурила и подозрительно посмотрела на дочь. Эмили знала, о чем та сейчас думает.

– На девять лет. Ему двадцать семь.

– У него хорошая работа? Этот мужчина зарабатывает прилично?

Сердце Эмили упало.

– У него замечательная работа. Хочешь еще пюре?

Ее глупая попытка сменить тему не увенчалась успехом, да, собственно, Эмили не надеялась на это.

– Какая работа? – Синди выпустила струйку дыма, не отрывая взгляд от лица дочери.

– Он доктор. Педиатр.

Тишина. Мать выглядела ошеломленной.

– Доктор? Боже мой, где ты подцепила доктора?

– В больнице, – нервно хихикнула Эмили. – Он прекрасный человек, мама.

Эмили с трудом отогнала от себя воспоминания и образы прошлого. – Надеюсь, он заслуживает тебя.

Из трубки донесся негодующий голос Берты:

– Кроме таких вопросов, как не маньяк ли он, не торговец ли наркотиками или убийца, меня ничего не интересует.

– Я развею твои сомнения. Он врач. Педиатр. Сойдет?

Очевидно, у Берты остались некие сомнения, потому что она на какое-то время замолчала. Как медсестра, она имела свое мнение о врачах, и не всегда положительное.

– Кто? – спросила она.

Эмили не завидовала тем, кто попадал в черный список Берты. Она вытерла кашу с носика Клары.

– Ты не знаешь его. Последние двенадцать лет он работал за границей. Его зовут Фабиан Брендон.

– Где-то я слышала это имя.

– Возможно, ты читала о нем. Он довольно хорошо известен в медицинских кругах, и даже получил какую-то большую награду Корпуса мира.

Эмили вкратце рассказала Берте о работе Фабиана в некоторых развивающихся странах, о его исследованиях, книге – все, что она знала о карьере своего знакомого.

Оглавление

Обращение к пользователям