12

Солдаты плотным кольцом окружали новостройку. На некотором расстоянии от заграждения скопилась порядочная толпа зевак.

Люди громко возмущались. Почему это вон того мужчину пустили за ограждение? Почему ему можно, а им нет? Он что, журналист? Солдат стали обвинять в пристрастности.

Нет, он не журналист, но может найти объяснение происходящему. Должен ведь кто-то выяснить, что на самом деле происходит в доме. А этот мужчина все равно смертельно болен, жить ему осталось несколько месяцев. А последнее желание принято исполнять. Он иностранец. И если хочет рисковать своей жизнью, то пусть.

Кто-то в толпе сделал вывод, что именно иностранное происхождение неизвестного решило дело.

А Ян Мораган уже входил в «Василек». Дверь за ним захлопнулась…

Зеваки невольно вздрогнули.

Пятеро избранных были готовы отправиться в путь рано поутру. Все как следует выспались и хорошо отдохнули. Количество бутербродов существенно уменьшилось. Путь предстоял дальний, а потому путешественники прихватили с собой плитки шоколада из киоска. За шоколад заплатили не скупясь.

— Теперь они нас ни за что не найдут, — радостно воскликнула Эллен. — Я всю ночь боялась, что наши домики подожгут.

— Мне тоже приходили в голову подобные мысли, — признался Габриель. — Я, правда, думал, что они ворвутся и всех расстреляют.

Полчаса спустя команда добралась до какого-то поселка. Увидев бензоколонку, остановились. Неизвестно еще, когда встретится другая заправка.

— Хорошо, что мы вчера не поехали дальше, — произнес Натаниель. И тут же воскликнул: — Нет, вы только посмотрите! Как бессовестно обманул нас крестьянин! Вон гостиница! Ну и обманщик же этот мужик!

— А я думаю, сама судьба определила нам ночевать в летних домиках, — не согласилась Това. — Здесь нас было бы намного легче найти.

— Тоже верно, — кивнули остальные. Габриель поддал ногой оброненную кем-то газету:

— Натаниель! Ну-ка, глянь! Тут упоминается твое имя!

Наклонившись, парень поднял газету. Бумага сильно испачкалась, на нее наступил не один человек. Но прочитать текст было нетрудно.

— Нет, вы только послушайте! — испуганно воскликнул Натаниель. — Меня разыскивает Рикард!

— За какое число газета?

— Вчерашняя. Подумать только, мы потеряли целый день!

— Как это потеряли?

Натаниель читал, остальные слушали с удивлением и ужасом.

— Вы согласны с моими предположениями? — после некоторой паузы спросил Натаниель.

— Да, — ответил за всех Марко. — В этом нет никакого сомнения.

— Я должен вернуться, — лихорадочно пробормотал Натаниель. — Марко, одолжишь мне мотоцикл?

— О чем речь! Только прошу тебя, оставь бутылку!

— Может, я оставлю ее тебе?

Марко заколебался. Натаниель понимал почему.

— Если схватят тебя, у них окажется сразу две бутылки. Так не пойдет. Я спрячу ее в лесу. Закопаю и оставлю условный знак. Вы должны будете запомнить место.

Эллен переминалась с ноги на ногу. Ей не терпелось:

— Натаниель, я поеду с тобой.

— Ни в коем случае! Тебе необходимо доставить бутылку до места.

— Один, без меня, ты не справишься!

— Эллен! Лучше помолчи! Марко, я поехал. Дайте мне плитку шоколада.

Разделили шоколад. Нервы Эллен были натянуты как струна. Она отказалась от своей порции. Девушка уже решила, что отправится вслед за Натаниелем. Она не решалась оставить его одного. Только вот на чем ей добираться?

— Ага, вон телефон-автомат. Пойду, позвоню Рикарду.

Вернувшись, Натаниель бросил угрюмо:

— Рикард тоже считает, что в новостройке поселился никто иной как Тенгель Злой. Похоже, что существо ненавидит его больше других. Чует кровь Людей Льда. Рикард сейчас дома, отдыхает. С самого нашего отъезда он занимался этим таинственным делом. Его вызвали вчера утром, попросили разыскать меня через газету. А вообще события стали развиваться два дня назад. Лишь мы ничего не знали. Никак нельзя забывать о том, что мы существуем в огромном мире! А наша группа была озабочена только проблемами рода. А самая большая проблема взяла да и материализовалась…

Как я уже сказал, Рикард дома, на отдыхе. А потому не в курсе самых последних событий. Пошли, зароем мою бутылку! Думаю, этот лесок нам подойдет!

После того, как бутылку зарыли, Натаниель положил на место несколько камней.

— Тенгель Добрый! — негромко позвал он. — Выставь, пожалуйста, охрану!

Все молча ждали. Подул ветерок, и рядом с ними появился кто-то невидимый. Послышался глубокий, так хорошо знакомый голос Тенгеля Доброго:

— Один из духов без хозяина заступил на дежурство. Если возникнет необходимость, он позовет на помощь собратьев. За бутылку можете не беспокоиться.

Натаниель поблагодарил, и путешественники покинули лес. Натаниель умчался на мотоцикле, а за руль автомашины сел Марко. Эллен страшно переживала. Она наотрез отказывалась ехать, но после уговоров Товы все же села в машину. Лицо потухло и помертвело. Девушка сидела прямо, словно аршин проглотила. Как она могла! Натаниелю сейчас нужна помощь. Как никогда раньше!

— Марко, ты только посмотри! След от самолета! А вон и аэропорт! Похоже, самолет готовится к взлету! Ах, какая жалость! Если б Натаниель знал!

— Теперь уже ничего не поделаешь!

— Останови машину!

— Эллен…

Но, увидев отчаянную решимость в глазах девушки, понял, как важно той оказаться рядом с Натаниелем. Глубоко вздохнув, согласился:

— Что ж, можно узнать… Но, может случиться, самолет полетит в Северную Норвегию…

Самолет отправлялся в Осло. И можно было даже купить билет.

Вообще говоря, Эллен не могла позволить себе такую роскошь как полет на самолете. Денег почти не оставалось. Но девушка не колебалась ни минуты. Самолет отправлялся через сорок пять минут. Ничего страшного! Натаниелю предстоит куда более долгий путь.

Перед расставанием пришлось закопать бутылку Эллен. Повторилась та же процедура, что и раньше. Вызванный ими Тенгель Добрый обещал защиту. Одобрив намерение Эллен отправиться вслед за Натаниелем, счел необходимым предупредить путешественников. «Ситуация изменилась. В любой момент может произойти все что угодно. В земле и воздухе все пришло в движение. Тенгель Злой собрал свою рать»…

Итак, в машине осталось всего трое. Габриелю вдруг нестерпимо захотелось спать. Мальчик поудобнее устроился на заднем сиденье. Переместившаяся на переднее сиденье Това оживленно болтала. Постепенно голос ее стихал, девушка зевала не переставая.

— Почему мы вдруг так захотели спать? Мы хорошо отдохнули ночью. Глаза у меня так и слипаются, — удивленно проговорил Марко.

Това вздрогнула от звуков голоса Марко.

— Марко, куда тебя несет? — закричала она. Замечание было сделано вовремя. Марко кое-как выровнял машину. Увидев съезд с дороги, повернул на проселочную дорогу и остановился.

— Шоколад! — прошептал он сквозь стиснутые зубы. — Они снова нашли нас!

Това стремилась подавить зевоту. Но проснуться так и не смогла.

— Что же делать? — пробормотала она через силу. Деревья кружились точно в хороводе. Голос Марко слышался из далекого далека: — Спрячем машину в лесу. Нас не должно быть видно с дороги. Ничего не остается, как лечь спать. Заприте, как следует, двери!

— А вдруг в шоколаде было не только снотворное? А кое-что еще, посильнее?!

— Будем надеяться на лучшее. — Марко остановил машину. Това поторопилась проверить, заперты ли двери.

— А Эллен отказалась от шоколада! — пробормотала она, погружаясь в глубокий сон.

Далеко-далеко от них, в Гудбрансдалене, приоткрыл слипшиеся глаза Натаниель. Как это он умудрился заехать в кювет?!

И тут он вспомнил, как его внезапно одолел сон. Ссадины ощущались по всему телу. Видимо, кто-то отравил его. Напрягая последние силы, парень вытащил мотоцикл из кювета, откатил на еле видную тропинку. Прислонившись к дереву, задремал. Да и что еще оставалось делать?

Тихо-тихо к заснувшему подкрался светловолосый парень. Защитит ли Натаниеля Линде-Лу?!

Эллен добралась до Вестсунда уже в сумерках. Рикард довез ее до новостройки, помог пройти заграждение.

— Натаниель, должно быть, уже там, — подбодрила девушка саму себя. — Он ездит быстро!

Пока ехали, Рикард рассказал о том, что знал. Впрочем, рассказывать было особенно нечего. Ни одному человеку не удавалось подойти к дому. А кто все же добирался, сразу умирал.

— Да, впечатляет, — пробормотала Эллен.

Зеваки так и не покинули своего наблюдательного пункта, хотя состав их несколько изменился — кто-то ушел домой, кто-то постоянно подходил.

Четыре новостройки упирались крышами в вечереющее небо. В некоторых окнах горел свет. Видимо, эвакуированные жильцы в спешке забыли погасить свет.

В «Васильке» не горело ни одно окно. Дом стоял темный и мрачный.

— Ты начал рассказывать о журналисте?

— Ах, да. Он повел себя ужасно глупо. Подошел слишком близко. Пара жильцов тоже пыталась проникнуть в дом. О, Боже! Ужасающее зрелище…

Взвизгнули петли решетчатых ворот. Загалдели зеваки…

Рикард поинтересовался, здесь ли Натаниель Гард. Солдаты только что поменялись. Но дневная смена говорила о каком-то человеке, что входил в дом. Им мог оказаться Натаниель.

— Это он, — подтвердил Рикард. — Уходя, я отдал приказ пропустить его.

Эллен с Рикардом пошли по асфальтированной дорожке, что вела к дому. Послышался звук поворачивающегося ключа. Итак, их заперли с тем, кого в газетах называли «оно».

Войдя первым, Рикард зажег свет и пропустил Эллен.

Все как дома…

Эллен в страхе попятилась назад.

— Что за вонь! — ужаснулась девушка. — Какая гадкая вонь! Как только Натаниель может дышать таким воздухом?!

— Да уж, — сморщившись, Рикард закашлялся.

— А где… Сам знаешь кто?

— Постоянно передвигается по дому. Обычно сидит на третьем этаже, в коридоре. Эллен, куда ты?

— Раз Натаниель там, с нами ничего не случится. После некоторого раздумья Рикард произнес: — Он очень верит в тебя. Надеются на тебя и наши предки, иначе они бы не выбрали тебя. И я знаю почему. В тебе есть нечто, привлекающее к себе несчастные души и несчастливых духов. Ведь я прав?

— Да, — горько констатировала Эллен. — Должна, однако, сказать, что это не всегда легко.

Девушка закашлялась. От страшной вони тошнило.

— Понимаю.

Послышались шаги. Кто-то спускался вниз. На минуту звук шагов стих, потом возобновился снова. Эллен прижалась к Рикарду.

На лестнице показался темноволосый мужчина, с глубоко запавшими глазами и обострившимися чертами лица. Все говорило о том, что он тяжело болен, скорее всего, это последняя стадия рака.

— Кто вы? Что вам здесь нужно? — резко спросил Рикард.

— Меня зовут Мораган, — отвечал тот на плохом норвежском. — Я попросил разрешения, и меня пустили. Я все равно скоро умру, так что мне терять нечего. Я пообещал выяснить, что здесь происходит.

— Вы что-то видели? — Да.

— И остались в живых?

— Похоже, оно примирилось с моим присутствием. Я был крайне осторожен, близко не подходил. Похоже, я ему нужен.

— Расскажите же, что Вы видели!

Мужчина задрожал крупной дрожью: — Это… Это нечто невообразимое. На грани человеческого понимания! Сначала я подумал, что это инопланетянин. Но потом… мне показалось, что оно слишком земное. И пыль земного происхождения! Знаете, он очень стар.

— Мы рассчитывали встретить Натаниеля Гарда. Вы его видели? — откашлявшись, спросил Рикард.

Темные глаза смотрели с удивлением: — Нет. Здесь больше никого нет.

— Но… Если Морагану удалось к нему приблизиться, значит, смогу и я… — проговорила девушка.

— Нет, Эллен! Я не позволю!

— Я нашел совершенно безопасное для наблюдений место. Оттуда всегда можно добежать до лестницы, запереть за собой дверь. Да и оно не так уж агрессивно.

— Меня оно вряд ли переваривает. Я чувствую, как что-то преградило мне путь. На то есть свои причины. Но я очень боюсь, что оно нападет на Эллен. Мы в каком-то роде родственники.

Мораган вопросительно взглянул на говорившего.

— Мы полагаем, что знаем это существо. Натаниель Гард, о котором я упоминал ранее, из того же рода. Пыль, которую разбросало вокруг себя существо, может быть смертельно опасной. Будьте осторожны, Мораган!

— Почему?

На этот вопрос было сложно ответить.

Сердце девушки сжалось. Незнакомец, державшийся за перила лестницы, был очень обаятелен. Несмотря на болезнь, в нем ощущалось сильное и здоровое начало.

Ей так не хотелось, чтобы Мораган умер так рано. Он этого не заслужил. В парне было много жизненной энергии.

Но дни его были сочтены. Об этом свидетельствовал весь облик мужчины, бледность, худоба, запавшие глаза, обострившиеся черты лица, а также тяжелое дыхание.

В холле стояла гнетущая тишина. Было страшно неприятно. Во-первых, из-за вони, а, во-вторых, злоба и ненависть словно заполнили весь дом.

— Я хочу посмотреть на это существо, — решительно проговорила Эллен.

Рикард долго колебался. На его лице попеременно отражались страх за девушку, отчаяние и нерешительность.

— Я никогда не прощу себе, если с тобой что-нибудь случится. Натаниель много рассказывал о тебе. А потому я убежден, что ты, благодаря своим способностям, сможешь вступить в контакт с этим существом. Знаю, как твои способности помогали найти выход из сложнейших ситуаций. Но ведь тут совсем другое! Не забывай, это не какой-нибудь там несчастный дух… Не знаю, Эллен! Я не могу разрешить тебе…

— Рикард, я не боюсь. Ни капельки.

— Не знаю, не знаю. Не лучше ли дождаться Натаниеля? Хотя, с другой стороны, мы не можем вечно пребывать в неведении. Надо убедиться — тот ли это, о ком мы думаем… Ладно, иди! Но не принимай опрометчивых решений!

— Я буду очень, очень осторожна. Да и Мораган знает куда идти.

— Не думай, что ты увидишь нечто красивое или волнующее!

— Разве мы когда-нибудь на это рассчитывали? Девушка начала подниматься по лестнице. Запах усилился, вонь стала такой резкой, что у Эллен поубавилось мужества.

Мораган протянул ей руку. Он видел, что девушка ступает все медленнее, колеблется все больше и больше.

«Ему уже не за что цепляться в этой жизни! А меня ждет так много!» — невольно подумала она. Но ведь он не из рода Людей Льда!

— Рикард! У тебя нет с собой пистолета? — обернулась Эллен.

— Пистолет тебе ничем не поможет.

Как она могла забыть! Тенгель Злой бессмертен…

Молодые люди медленно одолели первый пролет. Морагану приходилось отдыхать на каждой ступеньке. Рука его была влажной и холодной. Лифтом пользоваться не решились, чтобы не злить «это».

Эллен почувствовала, что Морагану хочется поговорить по-норвежски, хотя девушка понимала его английский гораздо лучше. А потому заговорила с молодым человеком на своем родном языке. Тот был приятно удивлен.

— Как ты тут оказался? — шепнула она.

— От любопытства.

— А в Норвегии?

— Я хотел взглянуть на родину моей матери до… — он не закончил. — Она была родом из Нурланда.

— Мы потом отправимся на север, — ни с того ни с сего разоткровенничалась Эллен. Ирландец промолчал.

В первом коридоре, как и ожидала Эллен, было пусто. Мораган крепко сжимал ее руку, стараясь подбодрить. Хотя сам не отказался бы от чьей-нибудь поддержки.

«Почти мертвец, а все еще трус?»

И все равно он боялся.

У следующего коридора парень заколебался. Эллен почувствовала, что, несмотря на свою невозмутимость, у парня бегают по спине мурашки.

— Ты, видно, еще не привык, — понимающе шепнула Эллен.

— К этому привыкнуть невозможно. К такому чудовищу ни один человек не сможет привыкнуть. Нет, я не позволю тебе… Ты еще совсем молода, тебе не надо смотреть на такое…

— В моем роду все закаленные. — Тут они остановились. — Откуда, как тебе кажется, он появился?

Воздух стал густым как кисель. Страшно воняло.

— Понятия не имею. Словно чудище из ночного кошмара. Надо признаться, что даже в самых жутких кошмарах мне ни разу не привиделось нечто подобное! И надо же! В только что построенном жилом доме, в Осло… В голове не укладывается.

— Если это тот, кого мы ожидаем увидеть, то он с Балкан. Восемнадцать лет прожил в Харце, — задумчиво протянула Эллен.

— С Балкан? Из Трансильвании?

— Ты думаешь, он вампир? — улыбнувшись, спросила девушка. — Ошибаешься.

— Ты сказала «он»?

— Мне кажется лучше назвать его так, чем говорить «оно». И, потом, он мужского пола. Если мы не ошиблись. И я должна найти тому подтверждение.

Помолчали. Последние ступеньки на третий этаж дались нелегко.

И вот они в коридоре.

Свет не включали, чтобы не раздражать Его. Сгустившиеся сумерки не давали как следует рассмотреть коридор. Эллен напряглась. Вонь была так густа, что ее, казалось, можно резать ножом.

— Ничего не вижу, — полузадушено пробормотала она, борясь с кашлем. — Он тут?

Вместо ответа Мораган до боли сжал ее ладонь.

Перед глазами Эллен плясали уродливые тени. Влиял на нее не только ужасающий запах. Тут что-то вибрировало, давило.

«Можно ли вообще его увидеть? Может, это существо можно только почувствовать, может, это невидимка типа Бойгена?» — пронеслось в голове у девушки.

Тут ее осенило. Вдали, вплотную к стене, стоял шкаф. На шкафу находилось нечто, чему вовсе не следовало там быть…

Эллен крепко сжала ладонь ирландца. Он осторожно подал знак, что можно подойти ближе, к двери, которая вела на пожарную лестницу.

Вперед продвигались все медленнее. Заболел затылок. Так хотелось повернуться и, забывая обо всем, бежать что есть сил на свежий воздух, к людям…

Коридор светился каким-то странным светом. Да нет, это просто лучи солнца отражались в окнах соседнего дома.

Слышалось только тяжелое дыхание Морагана и прерывистое Эллен.

Крепко ухватив девушку за плечо, парень остановил Эллен. Подходить ближе было опасно.

Она стояла недвижимо. В ней росло сомнение. Что это там ползает? Или это колеблются тени? Она на секунду представила себе бедных жильцов, обнаруживших, что в их доме поселилось «нечто». Один умер от разрыва сердца, второй (который против своей воли пустил существо в дом) — лежал теперь у приоткрытой калитки. Причину смерти определить не представлялось возможным. Остальные были в глубоком шоке.

Последний луч солнца скользнул по стене коридора. Судьба давала шанс Эллен. Девушке удалось разглядеть существо, лежащее на шкафу.

— Это он, — прошептала она посеревшими губами.

Коридор заплясал и закружился перед глазами, словно палуба корабля во время шторма. Чтобы не упасть, Эллен пришлось опереться о Морагана.

Оглавление