Царевич останавливается в городе Банудбаше по просьбе Манучихра и Паринажад, потом поручает одной старухе найти Мехр-бану

Когда Манучихр по божьей воле родился на свет вторично и второй раз вышел из небытия на арену бытия, он взял Паринажад за руку и подошел к царевичу, приник головой к его ногам и сказал, как подобает тем, кто стремится к правде:

— Если бы ты по своему милосердию озарил бы своим пребыванием мое скромное жилище и осчастливил бы меня своим присутствием, ты вознес бы меня до небес, подарил бы мне еще одну жизнь и открыл бы мне оконце в райский сад.

Царевич согласился, решив остаться там на несколько дней. Манучихр возблагодарил бога, вновь почувствовал себя властелином и воссел на шахский престол. Весть об этом вскоре распространилась по дальним окраинам, которые были подвластны ему, и мудрецы и ученые мужи стали рассказывать о чуде. Прослышали об этом и оставшиеся в живых подданные Манучихра, которые бежали от страха перед кровожадным ифритом в разные страны, стали возвращаться по своим домам, возносить благодарственные молитвы тому, кто «выводит живых из мертвых и выводит мертвых из живых» [118] и селиться на прежних местах, занимаясь своим старым ремеслом. В скором времени страна вернулась к благоденствию. Воистину, подобные события в мире происходят для наказания преступников и поощрения праведных мужей. Блажен тот, кто взирает на непорочное лицо красавицы-истины и сидит за завесой, из-за которой видна сокровенная тайна.

Манучихр всеми силами старался услужить царевичу и проявить гостеприимство, угождая ему во всем, не жалея своего времени и сил. Когда он уезжал на охоту, то царевичу прислуживала, стараясь превзойти самых расторопных невольниц, сама Паринажад. Но царевич, пьяный от тоски по возлюбленной, ничем не интересовался, уста его были сухи, а глаза влажны, и он, томясь, словно песок на берегу реки, только и спрашивал всех прибывающих и отъезжающих о своей луне, бросившей ковчег его сердца в пучину бедствий.

В один прекрасный день Паринажад учтиво, вежливо и грациозно вошла к нему, поцеловала прах у его ног и сказала:

— О ты, прах из-под ног которого служит для моих глаз целительным бальзамом! Я — твоя служанка и рабыня, желаю тебе только добра, и у меня есть к тебе просьба, разреши ее высказать.

Царевич, хоть и с неохотой, разрешил говорить. Паринажад продолжала в самых учтивых выражениях:

— У нас здесь лужайки переполнены розами и базиликами, есть все, что нужно для веселия и радости. Так почему же твое сердце сжато, словно бутон, почему на нем лежит клеймо скорби, словно на тюльпане? Если у тебя есть какая-нибудь кручина, поведай ее мне, быть может, я смогу помочь тебе. К тому же и Манучихр — раб твой, обязанный тебе жизнью, и он ничего не пожалеет ради тебя, сложит голову там, где ты пожелаешь.

Царевич, убедившись, что она сочувствует ему, как никто на свете, не стал стесняться и открыл ей тайну своего сердца, рассказал о корабле, о том, как он влюбился в сидевшую на нем девушку, лишился из-за нее своего доброго имени, бросил родной дом и пустился в дальние странствия. Паринажад, выслушав рассказ о его злоключениях, погрузилась в море раздумья, а потом снова заговорила.

— О ты, восседающий на троне любви! — воскликнула она. — Как же можно найти следы той, чьих примет ты не знаешь? Как можно разыскать ту, что не оставила следов? Только терпением и ожиданием можно решить эту трудную задачу, попасть туда, где живет твоя возлюбленная. В этом деле поспешность бесполезна, и тот, кто торопится, не поставит ногу в стремя коня, скачущего к ней. Запасись ключами терпеливости, и тогда ты сможешь открыть врата надежды, ибо «терпение — ключ к радости» [119]. Жди божьего милосердия, пока из небытия не выскочит красавица твоей надежды.

По совету Паринажад царевич волей-неволей сел в паланкин терпения и нехотя навьючил надеждой коня желания. Паринажад повязалась поясом помощи ему, стала придумывать, чем бы ему помочь, и велела одной старухе искать повсюду нить желаний царевича. Та была мастером своего дела, она была знаменосцем любящих, била в барабан посредничества и претендовала на первенство в том, как познакомить и свести влюбленных. Паринажад велела ей найти следы той луноподобной с корабля. Старуха, которая была искусна в подобных делах, расспросила подробно обо всем, отправилась к морю и двинулась в путь вдоль берега. В каждом городе на побережье она искала в собраниях красавиц ту дивную розу, которую описал царевич.

Наконец, эта старуха прибыла в город, который назывался Хуснабад. В этом городе на всех улицах и перекрестках бушевало море женской красоты, из всех уголков волнами выходили кокетливые красавицы, нежные газели, опьяненные вином неги и прелести, толпились на лужайке красоты. Старуха устремила аркан своего взора на тех красавиц и стала искать ту, за которой ее послали. Она применила все свои уловки и, наконец, после долгих поисков напала на след. Та девушка была словно лучезарное солнце, она была драгоценным камнем из царских копей и солнцем на небе владычества над миром, а звали ее Мехр-бану. Характер у нее был прихотливый, она садилась на корабль и плыла одна по морским просторам, словно солнце по небу. Лучезарное солнце заимствовало свет от ее луноподобного лика, а роза, из-за которой терзается соловей, похитила цвет и аромат для своих лепестков у ее ланит.

Хитроумная старуха открыла на главной, городской площади цветочную лавку и за короткое время подружилась крепко, как это случается с женщинами, с придворной цветочницей, которая каждый день по-новому составляла букет цветов и отправляла Мехр-бану, этому побегу в цветнике красоты. Она засыпала цветочницу подарками и вскоре крепко привязала ее к себе. Когда старая сводня убедилась, что их отношения крепки, как цепь, она однажды с простодушным видом попросила цветочницу взять ее с собой к Мехр-бану. Цветочница, находившаяся под бременем благодеяний старухи, сразу же согласилась и провела ее к тому прекрасному кипарису, дав ей нести корзину с цветами. Так хитрая и бывалая старуха проникла к Мехр-бану. Она подала ей букет по-новому подобранных и связанных цветов и Мехр-бану, которая ценила всякие редкие вещи, прониклась к ней расположением, а старуха в первый же день изучила как следует все ее достоинства.

Спустя несколько дней старуха, сорвав букет желания из цветника надежды, вернулась, обгоняя ветер, к царевичу и через некоторое время уже была у него. Она так обрадовала его приятными вестями, что он от восторга готов был жизнь отдать.

 

[118]Коран, VI, 95.

[119]Маджма ал-амсал, стр. 431.

Оглавление