Глава 13

Ветер свистит в ушах, Зайчик прет напролом с великим удовольствием, глаза разгорелись, даже зубы оскалил, будто довольно хохочет. Пес уже с трудом удерживает первенство, по сторонам не рыскает, несется нацеленно, почти не оглядывается, потому что копыта грохочут прямо за спиной, вот-вот прищемят хвост…

Можно бы из Ламбертинии по прямой к Тоннелю, но тогда пришлось бы наискось через опустевшее Фоссано, нет уж, в моих планах пообщаться с Его Величеством королем Барбароссой.

Промелькнули первые пограничные замки Армландии, я вздохнул с облегчением, на башенках гордо вьются по ветру знамена сэра Ричарда и местного лорда. Значит, Гиллеберд, стремясь поскорее выйти к Тоннелю и перекрыть его, в самом деле даже не пытался осаждать крепости противника с их гарнизонами…

Зайчик сам резко сбросил скорость, я ахнул: впереди нечто эпическое. Библейское, огромное до горизонта поле все покрыто трупами людей в доспехах, как металлических, так и кожаных, многие в кольчугах, оружие либо разбросано, либо воткнуто в землю, кровь уже застыла и начала сворачиваться, кое-где уже рыщут волки.

— Догадываюсь, — пробормотал я. — Зайчик, вперед!

За полем снова обнаружили вытоптанное копытами место, трупов там несколько сотен, кровь еще вытекает из ран, слышатся стоны, кое-кто шевелится.

— Вперед, — сказал я, — сейчас догоним!

Зайчик пошел карьером, надвинулся и ушел в сторону леска, на горизонте появился и начал приближаться устремленный к небу замок, а к нему по широкой дороге двигается всадник на гигантском коне.

Мы снизили скорость, чтобы он не счел нападением, он уже услышал грохот копыт и неспешно повернулся: огромная гора в стальной броне, похожая на сверкающий слиток, забрало опущено, на меня взглянули в прорезь холодные синие глаза.

— Сэр Тамплиер! — крикнул я первым, пренебрегая ритуалом. — Я видел, где вы проехали!

Он так же неспешно поклонился.

— Ваша светлость?.. Очень хорошо, что вы здесь. Честно говоря, я устал сдерживать их натиск… но сегодня у них что-то разладилось. Бросают оружие, бегут… Ничего не понимаю!

— Не понимаете, почему не дерутся?

— Да…

Я сказал счастливо:

— Как хорошо… Сэр Тамплиер, до них дошли слухи, что их богопротивная столица желтого дьявола, рассадник политкорректности и прочего языческого непотребства, пала под натиском верных Господу сил.

Он прогромыхал могуче:

— Уже? Так скоро?

Я кивнул.

— Можно сказать, теперь можете перевести дух. Армия Гиллеберда разгромлена как на границе с Варт Генцем, так и в центре, где, скромно указывая на себя пальцем, признаюсь, что с небольшими силами я захватил Савуази, отправил нечестивого и отвергнувшего Господа короля Гиллеберда к его прямому вдохновителю и хозяину…

Я картинно улыбнулся, Тамплиер спросил с недоверием:

— Это к кому?

— К дьяволу! — ответил я гордо. — Силы Света снова одержали верх!

Он с облегчением вздохнул, перекрестился.

— С Божьей помощью, сэр Ричард!.. Только с Божьей помощью…

— Я и грю, — сказал я. — С помощью Господа враг рода человеческого посрамлен и снова отправлен в ад, откуда и выполз! И здесь неоценима ваша помощь, сэр Тамплиер, и величайшая заслуга, что будет оценена и признана церковью…

Он отмахнулся.

— Я крушу здесь только его миньонов, но, надеюсь, это весьма огорчает Сатану.

Я заверил:

— Да он места себе не находит! Только и думает, как бы вас уесть. Разве этим не стоит гордиться?

Он подумал, кивнул.

— Да, ненависть дьявола — лучшая награда. Заедете перекусить? Правда, у меня только постная пища…

— Я сам употребляю только постное, — заверил я не моргнув и глазом, — даже в скоромные дни! Но, к сожалению, очень спешу выполнить еще одно предначертание и даже повеление Господа Нашего, ибо все в Его руке, и кто смеет противиться, тот еретик и нечестивец!

Я перекрестился размашисто, Тамплиер перекрестился менее демонстративно и спросил:

— Чем-то могу помочь?

— Только еще более верным служением Истине и Свету, — заверил я. — Сэр Тамплиер, вы показали себя не только верным защитником рубежей, но и умелым хозяйственником, чему я, признаться, весьма удивился. Потому вам придется принять на себя руководство всей пограничной областью Армландии, что граничит, как вы сами видите, не только с Турнедо, но и с Фоссано с одной стороны и Мезиной — с другой.

Он посмотрел на меня озадаченно.

— Но это же… целый край!

— Во имя Господа, сэр Тамплиер, — сказал я внушительно, — мы должны трудиться больше, чем простые люди. И вообще личным примером зажигать энтузиазм… Под вашей благородной и справедливой дланью будет целый край с городами, селами, замками и крепостями… Однако, сэр Тамплиер… Господь помогает тем, кто живет и трудится в Его Имя! Лаудетор, Езус Кристос!

Он ответил машинально:

— Аминь…

Я поклонился, прощаясь, и пустил коня вскачь вдогонку за притормозившим Бобиком, но еще долго перед глазами стояло озабоченное лицо сурового рыцаря.

Вскоре навстречу начали попадаться отряды отступающей турнедской армии, а потом пошли так часто, что я оказался буквально зажат между ними. Странное дело, меня все узнают, словно каждому солдату Гиллеберд вручил мое описание, чтоб каждый знал врага в лицо.

Когда я пытался проскочить мимо большой группы пышно одетых рыцарей в золоте и с султанами на конских головах, мне замахали руками, уговаривая остановиться.

Я придержал коня, там тоже остановились, навстречу выехали два богато одетых всадника, оба сняли шлемы и передали оруженосцам, а затем слезли с коней и преклонили колена.

После необходимой паузы я справился с недоумением и произнес нейтрально:

— Лорды?

Они вскинули головы, первый сказал, не сводя с меня взгляда:

— Рейнграф Чарльз Мандершайд, ваша светлость, командующий северной армией. До нас дошли слухи, что Его Величество король Гиллеберд погиб. Посему мы считаем продолжение войны бесполезным, складываем оружие и сдаемся на вашу милость.

Я поинтересовался:

— А надо ли так спешить, загоняя коней?.. Короли Барбаросса и Найтингейл на расстоянии протянутой руки!

Второй военачальник, жилистый и с суровым лицом ветеран, произнес лязгающим голосом:

— Стальграф Филипп Мансфельд, ваша светлость, к вашим услугам!.. Вы должны понять наше стремление сдаться сильнейшему.

— Это хоть как-то оправдывает нас, — добавил с горькой усмешкой рейнграф Чарльз. — Сдаться Ричарду Завоевателю… не так стыдно, как его слабым союзникам.

Я тактично промолчал насчет слабости союзников, окинул их испытующим взглядом.

— Я принимаю вашу сдачу.

— Спасибо, ваша светлость…

Я вскинул руку, прерывая.

— Более того, — сказал я торжественно, — как хозяин центральной части Турнедо и властелин Савуази, принимаю вас на службу.

Рейнграф воскликнул воспламененно:

— Ваша светлость!

— Если есть, — сказал я, — у вас после тягостного поражения страстное желание реабилитироваться, очистить свое имя и заставить его засиять ярче прежнего… я могу вам такую возможность предоставить!..

Оба смотрели радостно и ошалело, рейнграф спросил первым:

— Да, это в нашем положении было бы очень желательно… Но… как?

— Все вы слышали о королевстве Сен-Мари, — сказал я патетически. — Богатейшее, красивое, развращенное, на берегу южного моря, где всегда сияет солнце, зимы не бывает, женщины прекрасны и доступны… теперь оно мое! Но с моря надвигается армада свирепых пиратов, что пытается смести с лица высокую культуру чувственных удовольствий и забрать все горы золота, что накоплены в богатейшем Сен-Мари!.. Им нужно дать отпор. Кроме того, я строю огромный флот, и мне понадобятся отважные рыцари, готовые отправиться завоевывать и грабить новые дикие страны!

Их глаза вспыхнули, лица засияли божественным светом, будто видят в моем лице ангела, — вот бы мне щас в зеркало хотя бы одним глазком, я же всем турнедским рыцарям даю новый смысл жизни.

Рейнграф воскликнул:

— Приказывайте, мой лорд!

Я сказал властно:

— Поднимитесь оба. Теперь, значитца, так. Вы приняты на службу в той же должности и с теми же титулами. Ваши земли будут сохранены за вами в полной неприкосновенности, а жены ваши и дети будут под моей персональной защитой. Вы можете прямо сейчас развернуться и уже красиво и гордо, с песнями и отважными сердцами идти к Тоннелю, а оттуда через него — в Сен-Мари. Вам там сразу скажут, что делать, как только объясните — что вы присланная мною армия из Турнедо. Клянусь, вам настолько обрадуются, что будут на руках носить!

Стальграф Филипп покачал головой:

— За нами, перекрывая дорогу к Тоннелю, по пятам наступают войска королей Барбароссы и Найтингейла…

Я сказал быстро:

— Все очень просто: поднимите мое знамя. Король Барбаросса его прекрасно знает, оно у него в печенках сидит. Не думаю, что будет в восторге, но он беспрепятственно пропустит вас через ряды своих войск, если скажете, что отныне у меня на службе. И главное, я еще раз заверяю вас: там, в солнечном Сен-Мари, у вас будет возможность красивой войны с дикарями, где увенчаете себя славой, почестями и вернетесь в Турнедо героями!

Они просияли, рейнграф проговорил колеблющимся голосом:

— Но как насчет…

Я хлопнул себя по лбу:

— Да, кстати, чего это я!.. Во главе войска поеду я сам, порадую своего старого друга короля Барбароссу! Кстати, я же коннетабль королевства Фоссано, а это значит, что всеми воинскими соединениями Барбароссы командую тоже как бы я каким-то боком!.. Затем вы двинетесь дальше, а я задержусь пообщаться с королями.

Рейнграф сказал с облегчением:

— Это самый лучший вариант, ваша светлость!.. Увидев вас во главе, они уж точно не обрушатся всей мощью на своих вчерашних противников.

Я сказал бодро:

— Более того, я догоню вас потом, обгоню и всех предупрежу в Сен-Мари, что к ним на помощь идет прекрасно обученное войско турнедцев — самых моих опасных противников, отважных и дисциплинированных, которых невозможно одолеть в равном бою, а только с десятикратным численным преимуществом…

Оба устало заулыбались, глаза гордо заблестели.

Рейнграф сказал чуточку нерешительно:

— Тогда… остановимся здесь и будем собирать отступающие войска? Вы подтвердите свои обещания командирам, а мы пока распорядимся, чтобы быстро наделали ваших знамен.

Оглавление

Обращение к пользователям