Глава 17

«Как тебе нравится отпуск, Алекс? Все хорошо? Наслаждаешься отдыхом?»

Я снял копии с каждого письма и отправился на встречу с местной полицией. Детективный отдел на Норт-стрит находился всего в четверти мили от редакции газеты — большая удача для города, где для перемещения в любой конец уходило не менее сорока пяти минут.

«Отпуск просто потрясающий. Я осматриваю все достопримечательности. Детишкам тоже нравится. Нана вне себя от радости».

Я двигался не спеша, перечитывая по дороге письма. Хотя автор был мне не известен, эти тексты явно сочинял убийца.

Я начал с первого послания, где описывались последние минуты жизни Патси Беннет. От рассказа психопата продирал мороз по коже.

Кому: agriner@latimes.com

От кого: Мэри Смит

Кому: Патрис Беннет

Это я тебя убила.

Красивая фраза, не правда ли? Я думаю, красивая. А вот и еще одна, ничуть не хуже.

Не знаю, кто — может, другой зритель или случайный незнакомец — найдет твое тело на балконе «Уэствуд-Виллидж». Но это будешь ты, Патрис Беннет. Потому что именно там ты умерла, придя в кино на свой последний фильм, — кстати, довольно скверный. Что там шло — «Таинственный лес»? Ну, и как тебе кино, Патси? О чем ты думала, когда сегодня, в день своей смерти, шла смотреть картину?

Надо было остаться дома, Патси. Со своими милыми крошками. Так поступают хорошие мамы. Согласна? Даже если они целыми днями читают новые сценарии или болтают по телефону, обсуждая деловые новости.

Господи, до чего же трудно было до тебя добраться! В своей студии ты важная персона, а я всего лишь очередное ничтожество, которое смотрит видео- и телепередачи про голливудских звезд. Меня бы не пустили даже к входной арке твоей студии. «Сюда нельзя, мисс».

Все, что я могла, — это день за днем наблюдать, как твой темно-синий «астон-мартин» въезжает в огромные ворота. Но я не слишком терпеливый человек. Я просто знаю, как выжидать правильный момент.

Раз уж мы заговорили об ожидании — твой замечательный дом почти не виден с улицы. Мне удалось разглядеть только твоих очаровательных детей, да и то пару раз, не более. Но я не сомневалась, что рано или поздно найду способ проникнуть внутрь. И тут ты перевернула все мои планы.

Ты отправилась в кино, прямо посреди бела дня, точь-в-точь как рассказывала в своих интервью. Наверное, соскучилась по поп-корну. Интересно, ты когда-нибудь брала в кино своих малышек? Если нет, то напрасно. Как говорится, для тебя это раз плюнуть.

Сначала я не могла сообразить, в чем дело. Ты ведь большой босс, у тебя все расписано по минутам. Но потом до меня дошло. Фильмы — то, чем ты занимаешься. Ты должна постоянно смотреть картины, но у тебя есть семья, которая ждет тебя по вечерам. Ты собиралась поужинать вместе с Линн и Лори. Сколько им теперь? Двенадцать и тринадцать? Они ждали тебя домой, и ты хотела вернуться вовремя. Ну да, это очень хорошо. Если не считать того, что сегодня вечером дети тебя не дождались. Грустная история, если подумать, а я как раз думаю об этом.

Ты сидела на балконе в девятом ряду. А я — в двенадцатом. Я ждала и смотрела на твой затылок с крашеной прической. Как раз в это место должна была войти пуля. По крайней мере я так фантазировала. Разве не для этого люди ходят в кино? Помечтать. Убежать от жизни. Правда, фильмы теперь стали не те — слишком тупые или слишком жуткие.

Я не вынимала оружие до начала сеанса. Честно говоря, мне было страшно. Конечно, этот страх предназначался для тебя, важной персоны. Но ты не догадывалась, что происходит, даже не подозревала, что я рядом. Твои мысли были далеко.

Так я просидела довольно долго, положив пистолет на колени и время от времени целясь тебе в спину. Затем я решила подобраться к тебе поближе — практически в упор.

Мне хотелось взглянуть в твои глаза, когда ты поймешь, что тебя убили, что ты больше никогда не вернешься к Линн и Лори, не посмотришь ни одного фильма, не сядешь за рабочий стол, не почувствуешь себя важной шишкой.

Но когда я увидела твои выпученные глаза, мне стало не по себе. Куда только делись твои хваленые аристократические манеры? Вот почему я так быстро убежала из кинотеатра и не довела дело до конца.

Но тебя это, конечно, уже не волновало. Как там теперь погодка, Патси? Надеюсь, жаркая. Жарко, как в аду, — так, кажется, говорят?

Сильно скучаешь по детям? О чем-нибудь сожалеешь? Уверена, что да. На твоем месте я бы сожалела. Правда, я не важная персона. Я всего лишь маленький человек.

Оглавление