4

Одри откинулась на спинку кресла и потянулась. Она чувствовала себя совершенно измотанной — рабочий день казался ей длиннее обычного, от сидения за столом ломило спину. На этом фоне вчерашний вечер в обществе Ричарда Андервуда казался желанным глотком воды в пустыне.

Весь день Одри боролась с желанием наведаться в кабинет Ричарда Андервуда и выразить ему искреннюю признательность за его заботу о ней. Она с трудом удержала себя от этого. Ричард, конечно, очень хороший человек, говорила себе Одри, он оказал мне любезность, согласившись помочь мне, но и только.

И все же Одри не могла заставить себя не возвращаться мысленно ко вчерашнему ужину в компании Ричарда.

На рабочий стол Одри легла чья-то тень. Одри уловила знакомый запах дорогого мужского одеколона. Сквозь полуопущенные ресницы она увидела руки с длинными пальцами, белоснежные манжеты и знакомый уже платиновый «роллекс». Медленно подняв голову, Одри встретила внимательный взгляд серых глаз Ричарда Андервуда и замерла.

— Вы готовы? — серьезно спросил Ричард.

— К чему? — испугалась Одри.

Ричард выразительно повел бровью в сторону настенных часов.

— Уже начало восьмого. Рабочий день закончен, вам пора домой.

— Мой рабочий день не закончен. — Одри сделала ударение на слове «мой».

Она надеялась, что Ричард уйдет, но он не сдвинулся с места. Отложив ручку, Одри вежливо поинтересовалась:

— Вам что-нибудь нужно?

— Заканчивайте поскорее ваши дела, я подожду. — Ричард уселся на стул, стоявший рядом со столом Одри.

— Подождете? Чего? — насторожилась она.

— Подожду, пока вы закончите свои дела, и отвезу вас домой.

Одри строго посмотрела на него.

— Мне кажется, мы уже обсуждали этот вопрос, — холодно сказала она. — Повторяю, мне не нужен опекун. Я способна сама добраться до дома.

Мысль о новой поездке в машине Ричарда испугала Одри. Не потому что в его машине ей было некомфортно — чувство дискомфорта вызывал у нее сам Ричард. Он слишком привлекателен, слишком дружелюбен и слишком заботлив. Все это расслабляло Одри и усыпляло ее бдительность — ей хотелось довериться Ричарду, положиться на него, что было конечно же непозволительной роскошью для будущей матери-одиночки, уже доверившейся один раз мужчине и жестоко поплатившейся за это.

— Никакие возражения не принимаются, — безапелляционно заявил Ричард. — Во-первых, мне по пути, а во-вторых, вам нужно внимательнее относиться к своему здоровью — ведь от этого зависит и здоровье вашего ребенка. Шумное, переполненное метро — это совсем не то, что ему нужно.

— Откуда вам знать, что именно нужно ребенку? — огрызнулась Одри и тут же пожалела об этом: в глазах Ричарда на мгновение промелькнула такая боль, что ей стало стыдно. Она поспешила добавить: — Хотя, разумеется, вы правы, Ричард, мне лучше поехать с вами. Но только с одним условием.

Ричард удивленно посмотрел на Одри.

— С каким условием?

— Вы поужинаете со мной. У меня дома. — Одри улыбнулась, радуясь тому, что сейчас она диктует условия этому уверенному в себе человеку, привыкшему держать все под контролем и прогнозировать ситуацию. — Я люблю отдавать долги.

— Вы имеете в виду вчерашний ужин? — догадался Ричард. — Но вы вовсе ничем мне не обязаны.

— Конечно, но мне просто хочется накормить вас ужином.

— Ну хорошо. — Ричард улыбнулся ей в ответ. — Отказаться от настоящей домашней еды выше моих сил — сам я никогда не ем дома.

— Вы это серьезно?! — У Одри от удивления округлились глаза. — В таком случае я просто обязана пригласить вас. Как вы относитесь к бифштексу?

— Превосходно! А заодно мы поговорим о вашем деле, Одри.

— О моем деле? — Одри убрала папку в ящик стола и встала. — Вы разговаривали с Тедди?

Ричард коротко кивнул и, предупредительно придерживая Одри под локоть, повел ее на улицу.

Дурное предчувствие овладело Одри. Ричард уже говорил с Тедди? Почему он ничего не рассказывает об этом? Наверняка Тедди отказался выплачивать алименты на ребенка, и Одри ничуть это не удивляло — внутренне она была готова к такому исходу. Но надежда, что Ричарду Андервуду удастся заставить Тедди хотя бы перестать ей угрожать, все же теплилась.

В машине Ричарда Одри позволила себе расслабиться. Она с наслаждением откинулась на мягкую спинку сиденья — спина мучительно ныла от неудобного конторского кресла, в котором она провела весь день. Одри прикрыла глаза и неожиданно для самой себя провалилась в сон.

— Одри… — вплыл в ее сознание тихий низкий голос. — Одри, просыпайтесь, мы приехали.

Она почувствовала на своем плече сильную мужскую руку. Какой чудесный сон! Одри устроилась поудобнее и положила щеку на ладонь, легонько сжимавшую ее плечо.

— Одри, проснитесь же наконец!

Она открыла глаза, и ее ноздри уловили запах одеколона Ричарда. Она смущенно кашлянула и поспешила освободить руку Ричарда.

— Я что, заснула? — спросила Одри, выпрямляясь и невольно отодвигаясь подальше от Ричарда.

Он кивнул.

Одри глубоко вдохнула и потянулась, расправляя затекшие плечи и спину. Ричард вышел из машины и помог выйти Одри. Легкий свежий ветерок подхватил ее распущенные волосы, поиграл с ними недолго и вернулся к листьям на деревьях, радостно зашелестевших при его появлении.

Войдя в дом, где Одри снимала квартиру, они направились к лестнице, но были остановлены пожилой леди, выглянувшей из двери своей квартиры на первом этаже. На леди были аккуратно отглаженные брючки и теплый, крупной вязки, кардиган, превосходно сидевшие на ее сухощавой фигуре, и удобные домашние туфли на невысоком каблуке. Седые волосы были тщательно уложены, глаза и губы чуть подкрашены, маникюр безупречен.

— Одри, это ты? — спросила пожилая леди, подозрительно разглядывая Ричарда.

— Здравствуйте, миссис Харрис.

— Этот твой Тедди приходил сегодня, — сообщила миссис Харрис и выразительно поджала губы.

— Что ему было нужно?

— Откуда же я знаю. Мне никогда не нравился этот парень. Я сказала ему, что ты съехала.

Одри радостно рассмеялась и крепко обняла ее.

— Спасибо, миссис Харрис. Вы мой добрый ангел-хранитель!

— Я уже старовата для этого, хотя ангел-хранитель тебе действительно не помешал бы, — проворчала пожилая леди, но было видно, что слова Одри ей польстили. Миссис Харрис кинула еще один подозрительный взгляд на Ричарда и с бесцеремонностью, увы, ей свойственной, поинтересовалась: — А это кто?

— Это Ричард Андервуд, — сказала Одри. — Знакомьтесь — миссис Харрис, моя квартирная хозяйка и ангел-хранитель по совместительству.

Миссис Харрис фыркнула, когда Ричард церемонно пожал ее руку, больше похожую на птичью лапку.

— Очень приятно, миссис Харрис.

— Эта молодая особа, — миссис Харрис кивнула в сторону Одри, — постоянно пускает кого-то переночевать. Родственников, друзей родственников. Конечно, кому хочется тратиться на номер в гостинице, когда есть такие безотказные люди, как Одри! Всем готова пожертвовать для других, а о себе совсем думать не хочет!

— Миссис Харрис! — взмолилась Одри. Когда миссис Харрис начинала говорить, остановить ее было почти невозможно.

— Что — «миссис Харрис»?! Разве я не права? Представляете, мистер Андервуд, прошлой весной в нашем парке объявилась целая шайка хулиганов. И как вы думаете, что сделала наша Одри? Она каждый вечер ходила в этот парк и сидела на скамейке до темноты, присматривала за детишками, которые там играли. Чуть что — вызывала полицию, представляете? В конце концов эти бандиты решили убраться из нашего парка подобру-поздорову. Нет, вы можете себе представить — наша маленькая Одри справилась с целой бандой негодяев! — В голосе миссис Харрис сквозила материнская гордость.

Одри залилась краской смущения.

— Это мог сделать каждый, — сказала она, не смея взглянуть на Ричарда.

— Но никто этого сделал, кроме тебя, — отрезала пожилая леди и неожиданно добавила, обращаясь к Ричарду: — Может, вы все-таки остановитесь в гостинице? Тут есть одна вполне приличная неподалеку.

Одри закатила глаза.

— Миссис Харрис, Ричард просто зашел ко мне в гости. Кстати, — она решила для пущей безопасности сменить тему, — вы не знаете, Генри дома?

— Где же ему еще быть, — проворчала миссис Харрис.

— Хорошо. Извините нас, миссис Харрис, нам нужно идти. Я обещала Генри ужин и партию в маджонг.

— Приятно было познакомиться с вами, миссис Харрис, — галантно произнес Ричард, пряча улыбку.

— Мне тоже, милый. — Миссис Харрис сухо улыбнулась и, повернувшись к Одри, шепотом сказала: — А этот парень ничего. Что у тебя с ним?

Одри звонко рассмеялась, надеясь только, что Ричард, услышав эти слова, не развернется и не бросится прочь к своей машине. Это было бы крайне грустно, потому что ей хотелось накормить Ричарда ужином, чтобы отблагодарить его за заботу, а также узнать, как прошла встреча с Тедди. Может быть, именно из-за этой встречи Тедди разыскивал ее сегодня?

Ричард, однако, попыток к бегству не предпринимал, и, вежливо распрощавшись наконец с миссис Харрис, они двинулись вверх по лестнице.

Одри жила на втором этаже. Когда они поднимались по ступенькам, Ричард осторожно поддерживал ее под локоть. Одри хотела пошутить, что она всего лишь беременна, а не тяжело больна, но, посмотрев на Ричарда, отказалась от своего намерения.

Отпирая дверь, Одри немного волновалась — что подумает Ричард о ее крошечной скромной квартирке? Ричард, однако, не выглядел шокированным ее жилищем. Он с любопытством оглядел маленькую гостиную, которая одновременно служила и столовой. Небольшой мягкий диван, заваленный маленькими разноцветными подушками, круглый кофейный столик, на котором стояла вазочка с цветами, стол и стулья из светлого дерева, множество безделушек, милых сердцу каждой женщины, — все вместе выглядело трогательно и уютно.

— Очень по-домашнему, — с улыбкой сказал Ричард. — У вас очень мило.

Одри рассмеялась. Ричард уже давно заметил, что она часто смеется — его поражало жизнелюбие этой маленькой женщины с большими проблемами.

— Вот и хорошо, что вам нравится, — весело сказала Одри. — Будьте как дома. Можете пока посмотреть телевизор или почитать что-нибудь. Располагайтесь, а я пока займусь ужином и позвоню Генри.

— Вы уверены, что я не отрываю вас от свидания? — хмуро спросил Ричард.

— Я же вам говорила, у меня с Генри нет никакого свидания. — Одри казалось, что она все это уже объясняла Ричарду вчера в ресторане, но он, похоже, не поверил. С озорным нетерпением Одри предвкушала реакцию Ричарда на появление ее восьмидесятилетнего друга Генри. — Поверьте, у нас с Генри нет никаких романтических отношений. Не думаю, чтобы Генри приходила в голову мысль ухаживать за мной.

Ричард с сомнением посмотрел на Одри, но потом кивнул.

— Хорошо, в таком случае я займусь напитками, идет?

Кухня оказалась крошечной. Одри достала из холодильника мясо и, вооружившись ножом, принялась стряпать.

— Содовая и холодный чай в холодильнике, бокалы в шкафчике, — сказала она Ричарду.

Он потянулся к шкафчику, висевшему на стене, и Одри вновь на мгновение уловила запах его одеколона — сильный, очень мужественный.

Когда ужин был готов и стол накрыт, Одри позвонила своему другу Генри.

Эффект от появления соседа был сногсшибательным. Когда Генри, осторожно ступая, вошел в гостиную Одри, Ричард едва не поперхнулся содовой, которую пил в это время. Наслаждаясь его безграничным изумлением, Одри звонко рассмеялась. Похоже, только сейчас Ричард поверил, что никакого свидания Одри и Генри не планировали.

После церемонии знакомства все уселись за стол. Ричард и Генри быстро нашли общие интересы и за ужином обменивались прогнозами относительно претендентов на победу в ежегодных четырехдневных скачках в Аскоте, даже затеяли маленький спор на эту тему.

— Прекрасный ужин, Одри, — заметил Генри, отодвигая пустую тарелку. Затем он полез в карман своей теплой домашней куртки и достал оттуда конверт. — Мне снова пришло это извещение. Не взглянешь?

У старика было плохое зрение, поэтому Одри часто читала для него его почту. Она взяла у него письмо и быстро пробежала его глазами, затем нахмурилась и перечла еще раз.

— Здесь говорится о том, что, если вы не заплатите им двадцать фунтов за купленный в кредит телевизор, они подадут на вас в суд.

— Двадцать фунтов! — возмутился Генри. — Я не понимаю, о чем они! Никакого телевизора я не покупал! Жулики!

— Жулики? — оживился Ричард. — Позвольте взглянуть?

Он прочел извещение и нахмурился.

— Наверное, это какая-то ошибка. Если позволите, я могу заняться этим.

— Ричард — начальник службы безопасности нашего банка, — пояснила Одри.

Генри смутился и принялся теребить край скатерти.

— Ты же знаешь, Одри, я не могу позволить себе нанять частного детектива, а в полиции, конечно, такой ерундой заниматься не станут… — тихо сказал он, не поднимая глаз. — Моя пенсия…

— Ну что вы! — воскликнул Ричард. — Я не возьму с вас денег.

Генри гордо выпрямился на своем стуле, легкий румянец тронул его морщинистые щеки.

— Мне не нужна милостыня! — заявил он, возмущенно глядя на Ричарда. — За все в этой жизни я привык платить сам!

Ричард улыбнулся.

— В таком случае неудивительно, что вы с Одри так дружны. В этом вы с ней похожи. — Ричард на мгновение задумался. — Ну хорошо, а если мы с вами сделаем так: заключим пари? Играем три партии в маджонг. Если выигрываете вы, Генри, — я берусь помочь вам бесплатно. А если выигрываю я — вы, если угодно, решаете вашу проблему сами.

Старик подозрительно посмотрел на Ричарда и строго сказал:

— Что ж, предложение само по себе стоящее, но если вы специально поддадитесь мне…

— Ну уж нет! — Ричард отмахнулся от этого предположения. — Даже и не надейтесь. Люди моей профессии не любят проигрывать.

Одри чувствовала горячую признательность к Ричарду за то, что он тактичен в общении с пожилым человеком.

— Ладно, сынок, — Генри важно кивнул, — я принимаю условия сделки. Надо убрать со стола, Одри, я намерен показать молодому человеку, как надо играть в маджонг.

С помощью Ричарда Одри отнесла посуду в кухню. Она убирала остатки ужина в холодильник, когда к ней подошел Ричард со стаканом в руке.

— Вы не допили ваше молоко, — сказал он, протягивая ей стакан.

— Я больше не хочу, — покачала головой Одри.

— Молоко полезно для ребенка, — твердо сказал Ричард и, приблизив стакан к ее губам, приказал: — Откройте рот!

Одри вздрогнула, когда Ричард коснулся ее губ. Она выхватила у него стакан и залпом выпила молоко.

— Вот! Теперь вы довольны?

— Вполне.

Ричард улыбнулся, изучая молочные «усы» на ее лице. Затем он развернулся и вернулся в гостиную.

Одри совсем не сердилась на него. Наоборот, оставшись одна, она едва не прослезилась, думая о том, как этот посторонний, в сущности, человек, заботится о ней. Какой он милый!

В течение ближайшего часа Ричард доказал это, играя с Генри в маджонг. Первую партию он с легкостью выиграл, к великой досаде старика. В середине второй партии Ричард весьма натурально изобразил на своем лице тревогу и озабоченность. Генри поднажал и выиграл эту партию. Нелегкая победа оживила старика, он довольно потирал руки. Ричард, казалось, был крайне расстроен. Он снял пиджак, ослабил узел галстука и закатал рукава рубашки. Одри, пряча улыбку, наблюдала за этим спектаклем.

— Что, сынок, жарковато стало? — самодовольно поинтересовался Генри, приступая к третьей, решающей, партии.

— А вы серьезный противник, черт возьми! — Ричард стукнул кулаком по столу.

— А ты как думал! Я еще кое на что гожусь.

Третью партию, разумеется, выиграл Генри. Он весь светился от удовольствия и снисходительно похлопывал Ричарда по плечу, уговаривая не расстраиваться.

— Что ж, — сказал старик, — я полагаю, вы должны помочь мне.

— Уговор дороже денег, — изрек Ричард, делая вид, что страшно расстроен проигрышем.

Он проводил Генри до двери и, памятуя о болезненной гордости старика, не стал предлагать ему помочь подняться на третий этаж. Вместо этого Ричард занял наблюдательную позицию у полузакрытой двери квартиры Одри, откуда следил, готовый немедленно прийти на помощь, как Генри с трудом взбирается по ступенькам.

— Ну что ж, мне тоже пора, Одри, — сказал Ричард, когда услышал, как Генри открывает дверь своей квартиры. — Вам нужно отдохнуть. — Он взял со спинки стула свой пиджак.

— Спасибо вам, Ричард, за то, что вы были так милы с Генри.

— Я был мил? О чем вы? — Ричард надел пиджак.

Одри улыбнулась. Она благодарила судьбу за то, что она свела ее с этим замечательным человеком. О ней никто никогда так не заботился с тех пор, как она оставила родительский дом.

— Ричард, — спохватилась Одри, — а разве мы не собирались сегодня обсудить детали моего дела?

— Черт! — Ричард хлопнул себя по лбу. — Совсем забыл! Мы так хорошо проводили время, и у меня все дела просто вылетели из головы. — Он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Значит, так. Я вышел на вашего Тедди. Мы общались по телефону. Он, похоже, не очень-то обрадовался моему звонку.

— Догадываюсь, — саркастически вставила Одри и неуверенно улыбнулась, поправляя волосы. — И что же он сказал?

Ричард нахмурился — Тедди явно не произвел на него хорошего впечатления.

— Он не был в восторге от предложения признать ребенка и платить алименты. Сказал, что если вы будете настаивать, его отец устроит грандиозный скандал и репутация банка пострадает.

Одри сникла.

— Я иного и не ожидала.

— Но это еще ничего не значит. Мы будем драться! — подбодрил ее Ричард.

Одри помолчала.

— А может, можно его как-нибудь уговорить? — осторожно спросила она.

— Уговорить? — Ричард насмешливо посмотрел на нее. — Разумеется, можно. Как раз этим я и займусь. Если у меня не получится, то уж судья-то наверняка «уговорит», как вы выражаетесь, этого мерзавца. Но я все же попробую не доводить дело до суда, раз вы так этого не хотите.

— Спасибо.

Ричард направился к двери.

— Как насчет совместного ланча завтра? — спросил он, оборачиваясь на пороге.

Одри с сожалением покачала головой. Ричард казался ей рыцарем в сверкающих доспехах, Одри стала нравиться его забота о ней, его предупредительность и внимание к ее проблемам. Но, как известно, к хорошему привыкаешь быстро, а отвыкать ох как трудно.

— Боюсь, ничего не получится, — ответила она. — Дженни, которая подменяет меня во время ланча, заболела, так что придется мне остаться голодной.

Ричард кивнул и взялся за ручку двери.

— Ладно, в таком случае мы не увидимся днем — только утром и вечером. Я отвезу вас на работу, а после — домой.

— Ричард! — запротестовала было Одри, но он жестом прервал ее возражения.

— До тех пор, пока Тедди не отказался от своих угроз по отношению к вам, я буду отвозить вас на работу и забирать с нее. Считайте, что я ваш временный личный шофер. Никаких возражений, — добавил он, видя, что Одри собирается что-то сказать. — Заеду завтра за вами в половине девятого утра.

Одри закрыла за Ричардом дверь, испытывая удивительное чувство защищенности.

Оглавление

Обращение к пользователям