Глава 1. Серийные преступления маньяков-убийц: психолого-криминалистический анализ

Пьяный мужик, крушащий топором все вокруг, хладнокровный наемный убийца, сексуальный маньяк или снедаемый идеей фанатик-террорист в равной степени загадочны и интересны для исследователя, ибо в личности ни одного из них нет ничего существенного для объяснения их поступков, что лежало бы на поверхности.

Юрий Антонян

1.1. Введение в суть проблемы

Слово маньяк[1] все чаще фигурирует в криминальной хронике и криминалистической литературе постперестроечного периода. Жуткий, отталкивающий, пугающий облик чикатил, красовских, куликов и других «героев» кровавых вакханалий привлекает всеобщее неослабевающее внимание. О нем гневно, с содроганием и осуждением говорят обыватели, его горячо обсуждают специалисты.

Состояние возрастающей тревожности в обществе усиливают СМИ, время от времени сообщающие, что и на так называемом цивилизованном Западе в этом смысле не все благополучно, что и там наблюдаются спорадические вспышки омерзительной активности собственных чикатил.

Однако целостное, глубокое представление о состоянии, тенденциях, опасности преступности данного вида, остроте проблемы борьбы с нею имеют очень и очень немногие. И это не удивительно, если учесть, что серийные (многоэпизодные) преступления вообще и в особенности убийства, совершаемые на сексуальной основе, предметом серьезного психолого-криминалистического изучения в нашей стране стали лишь в последние годы.

До недавнего времени феномен кровавых похождений маньяков считался сугубо американским: из 200 самых известных серийных убийц почти 75% являлись жителями США.

В своей книге «Серийные убийцы. Маньяки и их жертвы» журналист Н.С. Модестов приводит такие данные: ежегодно в США регистрируется до 100 серийных убийц, жертвами которых становятся дети, женщины, старики. Не единичны случаи серийных убийств и в Южной Америке. Здесь был разоблачен рекордсмен-серийник – колумбиец Лопес. По его собственному признанию, начиная с 1973 года, в течение семи лет он отправил в могилу 300 девочек. «Охоту» на них он производил в Эквадоре, Перу, Колумбии.

В последние десятилетия с этой проблемой все чаще и чаще сталкиваются европейские страны.

Общественность Европы в наибольшей степени беспокоит то, что некоторые кровавые маньяки продолжают годами бродить по странам континента, насилуя и убивая. Полиция, несмотря на новейшие достижения криминалистики и увеличение числа сыщиков, не в состоянии положить конец их беспределу. В 1998 г. во Франции разгорелся скандал, связанный с неспособностью стражей порядка обезвредить жестокого серийного убийцу по прозвищу Хищник Бастилии. Так его окрестили журналисты, потому что мерзавец большинство своих преступлений совершил в центре Парижа, недалеко от площади, где когда-то стояла знаменитая тюрьма. Уже много лет маньяк безнаказанно продолжает мучить и убивать молодых женщин, с которыми знакомится в кафе и на улицах. Впервые о нем заговорили в 1991 году. Тогда в своей квартире нашли убитой 24-летнюю студентку Сорбонны Паскале Эскафаил. Она приехала на учебу из Италии, снимала в Париже скромную квартирку, отличалась серьезностью и не была склонна к легкому флирту и мимолетным связям. Поэтому ее жестокое убийство в собственной спальне удивило, но, к сожалению, не насторожило полицейских. Изучив окружение погибшей, сыщики не нашли ни одного человека, который мог бы совершить такое: девушка была неоднократно изнасилована в извращенной форме, потом ей отрезали груди, отрубили пальцы и вскрыли вены на руках.

Видя, что преступление сошло ему с рук, маньяк обнаглел и стал совершать нападения на женщин примерно раз в полгда. Все свои злодеяния он совершал в квартирах жертв, что приводило полицию в недоумение. Как известно, парижанки не склонны приглашать первого встречного к себе домой.

Некоторую ясность в загадочное дело внесла Элизабет Ортега – студентка одного из медицинских институтов французской столицы. Она рассказывала, что молодой симпатичный мужчина, похожий на алжирца, подошел к ней в 1995 г. на улице и спросил, как найти нужный ему адрес. Элизабет подробно объяснила дорогу и вдруг почувствовала безотчетную симпатию к своему случайному знакомому. Как во сне, она разрешила ему проводить ее домой, сама открыла дверь своей квартиры и даже приготовила негодяю кофе. Потом он стал ее целовать и ласкать. Элизабет не сопротивлялась. И только когда он отнес ее на кровать, связал руки и залепил скотчем рот, Элизабет осознала, что ей грозит опасность. Маньяк, успокоенный покорностью жертвы, плохо завязал узел. Когда он пошел на кухню за вином, Элизабет освободилась от веревок, сорвала с губ скотч и, разбив окно на улицу, стала звать на помощь. Девушка жила на втором этаже, поэтому на ее крики сразу собрались прохожие. Маньяк, услышав шум толпы за окном, убежал.

В полиции Элизабет показала, что преступнику около 30 лет, у него смуглая кожа и короткие черные волосы. Убийца был хорошо одет и по-французски говорил без акцента. По мнению Элизабет, отличительной чертой маньяка было то, что он непостижимым образом внушал к себе доверие. Видимо, поэтому девушки после первого случайного знакомства сразу приводили его к себе домой. Полиция решила, что Элизабет попала именно в руки Хищника Бастилии, потому что у предыдущих жертв были точно так же связаны руки и рты заклеены скотчем.

Однако дальнейшие действия стражей порядка у многих обывателей вызвали недоумение. Получив от Элизабет важную информацию о личности, повадках и способностях убийцы, полицейские скрыли ее от широкой общественности. В результате погибли еще несколько женщин, которые, ничего не подозревая, продолжали знакомиться с негодяем на улицах, попадали под его, возможно, гипнотические чары и становились его легкой добычей.

Одна из его жертв – Эстелла Магд, 25 лет – оказала убийце отчаянное сопротивление. Ей так же, как Элизабет, удалось развязать руки. Она вцепилась ногтями в спину насильника и разорвала на нем рубашку. Взбешенный негодяй тут же ударил ее несколько раз ножом в грудь, а потом перерезал девушке горло. Но он был вынужден бросить на месте преступления свою окровавленную рубашку, что дало возможность экспертам определить группу крови, а также его генетический код. Благодаря этому удалось освободить из-под стражи нескольких человек, которые были ошибочно арестованы в связи с убийствами, совершенными в действительности Хищником Бастилии. И все же сам маньяк до сих пор продолжает творить свои кровавые дела.

«Если бы полиция приложила столько сил для поимки Хищника Бастилии, сколько она потратила на безуспешное расследование причин гибели известной английской аристократки, то жизни многих француженок были бы спасены, а негодяй получил бы по заслугам», – заявил корреспонденту газеты «Санди миррор» Чантал Сиротти – отец изнасилованной и зарезанной маньяком 19-летней Магалли Сиротти.

Многие парижане поддерживают мнение убитого горем старика.

Между тем стала поступать информация о том, что аналогичные преступления были совершены в Бельгии и других соседних странах. Возможно, Хищник Бастилии решил отправиться в кровавое турне по государствам Европы. Пока на счету негодяя семь убитых женщин. Если же учесть, что он может беспрепятственно разъезжать по соседним странам, то сколько он на самом деле загубил душ, не знает никто.

В таком же страхе продолжает держать всю Британию загадочный маньяк, которого журналисты окрестили Белокурым Волком. Он насилует и убивает женщин, начиная с 1982 года. О нем периодически пишет английская пресса – как правило, после очередного зверского преступления. В феврале газета «Санди телеграф» вспомнила о неуловимом маньяке в связи с тем, что следователи Скотланд-Ярда возобновили работу по делу о гибели 26-летней Шайни Уаррен, убитой более десяти лет назад. Тогда полицейские посчитали, что она покончила жизнь самоубийством. Девушку случайно нашли в небольшом озере около городка Таплоу. Когда Шайни вытащили из воды, ее тело было еще теплым, но вернуть ее к жизни не удалось. Девушка была полностью одета, следов насилия на трупе полицейские тогда не обнаружили. Однако экспертов смутило то, что ее руки были связаны веревкой так, что она сама сделать ничего подобного не могла бы. Кроме того, ее знакомая в тот вечер видела, что Шайни – дочь состоятельных родителей – куда-то торопилась на своей шикарной машине. Полиция тщательно обследовала место, где нашли тело Шайни, но никаких следов на берегу озера не обнаружила, как, впрочем, и машины Шайни, и ключей к ней. Тем не менее сыщики, не желая дальше заниматься бесперспективным делом, охарактеризовали случившееся с Шайни как самоубийство и материалы сдали в архив. Но родители ее были уверены, что у их дочери – веселой, жизнерадостной девушки, собиравшейся вскоре выйти замуж, не было причин для самоубийства. Кроме того, в прессе тех времен все чаще стали публиковаться сообщения о преступлениях Белокурого Волка. Он нападал только на женщин в автомобилях. Вытащив очередную жертву из салона ее автомобиля, он раскладывал несчастную на капоте и насиловал, часто в извращенной форме, избивал, а потом перерезал жертве горло. Некоторых он топил в реках и озерах. Причем руки он связывал так же, как была связана Шайни.

Одной из его жертв удалось спастись. Изнасиловав несчастную, он связал ее и швырнул в канал около города Лидс. Однако девушке повезло. Она смогла нащупать ногами большой камень, лежавший не слишком глубоко под водой. Так и простояла на нем до рассвета, едва высунув голову из воды. Только с восходом солнца она осмелилась позвать на помощь. Однако в полиции не смогла сказать ничего конкретного о насильнике, так как он в момент нападения надел ей на голову пластиковый пакет. Лишь в 1995 г. детективы Скотланд-Ярда получили конкретную информацию о серийном убийце. Поздно вечером он напал еще на одну молодую женщину, которая выходила из машины в одном из подземных гаражей города Ноттингем.

24-летняя владелица небольшого косметического салона была красива. Возможно, поэтому Белокурый Волк не убил ее сразу. Он несколько раз насиловал женщину. Угрожая ножом, заставил заниматься с ним оральным сексом. Потом повел свою жертву к банкомату, где снял все деньги с ее кредитных карточек. Затем приволок ее обратно в гараж и, по своему обыкновению, уткнув ее лицом в капот машины, поднял юбку несчастной, намереваясь совершить свое дело. Но тут раздался шум въехавшего в гараж автомобиля. Негодяй, видимо, испугался. Ударив девушку рукояткой ножа по затылку, он убежал. Девушка рассказала приехавшим полицейским, что маньяк – высокий, белокурый, молодой мужчина худощавого телосложения. Сыщики составили фоторобот серийного убийцы и насильника и опубликовали его в газетах. К их удивлению, около 200 женщин из разных уголков Англии позвонили в полицию и заявили, что их в разное время изнасиловал именно он. Английская общественность пришла от этого в замешательство.

Вот тогда-то отец многострадальной Шайни стал особенно активно требовать возобновления расследования гибели своей дочери. Наконец было проведено более тщательное исследование одежды Шайни. Эксперты обнаружили на джинсах девушки остатки следов спермы. Возможно, между ней и насильником завязалась борьба, в ходе которой у негодяя произошло семяизвержение. По своему составу его сперма совпала с той, которую Белокурый Волк обычно оставлял на своих жертвах.

Беспощадный и злобный садист до сих пор разгуливает на свободе. Точное количество его жертв трудно даже предположить[2].

События, подобные тем, что описаны выше, случаются и в других западных странах. «Неуловимые» (до поры) сексуальные маньяки все чаще наводят ужас и на жителей Северной Америки.

В США за последние тридцать лет отмечен трехкратный рост убийств, сопряженных с сексуальным насилием. Особую тревогу вызывает рост количества убийств, совершаемых людьми с аномальной психикой. По подсчетам специалистов ФБР, только за последние 20 лет они увеличились в 6 раз, тогда как в XIX в. такого рода убийства, являвшиеся сюжетами полицейских романов и триллеров, были вообще редкостью. Этим и объясняется то, что проблема оптимизации борьбы с указанными преступлениями попала в фокус внимания ученых различных специальностей.

Научное изучение серийных убийств в США резко интенсифицировалось после создания в 1985 г. при Академии ФБР Национального центра анализа насильственных преступлений.

Вслед за США аналогичные программы стали осуществляться в Канаде, Великобритании, ряде стран Западной Европы (Австрии, Швейцарии, Германии) и много позднее в России.

Понятие серийных убийств

Понятие «серийные убийства» было введено в лексикон на Западе в конце 70-х гг. XX столетия. В России оно стало употребляться лишь с начала 90-х гг. С этого времени им пользуются средства массовой информации, сотрудники правоохранительных органов, ученые. Понятия «серийные преступления», «серийные убийства», «серийные убийцы» фигурируют в официальных документах органов прокуратуры и МВД. (Между тем законодателю это понятие не знакомо. В уголовном законе указаний ни на серийные преступления, ни на серийные убийства не содержится. Закон употребляет иную терминологию. В УК РФ говорится о неоднократности, совокупности, рецидиве преступлений как формах множественности преступлений).

Однако единого, общепринятого подхода к определению и серийных преступлений, и серийных убийств пока еще не выработано. Отсюда и терминологические, и содержательные расхождения имеющихся на этот счет дефиниций. Так АЛ. Протасевич полагает возможным относить к числу серийных совершение двух и более в разное время одним лицом либо группой лиц тождественных или однородных преступлений, предусмотренных одной и той же либо разными статьями УК РФ[3].

Аналогичный подход демонстрируется некоторыми авторами и при определении серийных убийств. Считается, что термин «серийные» подходит лишь к случаям совершения в разное время одним лицом или группой лиц по предварительному сговору убийств не двух, а трех и более лиц, при условии, что преступления «…характеризуются единством или схожестью мотивов и однотипностью способов их совершения». Опираясь на такую трактовку, в круг серийных убийств включают:

• убийства, сопряженные с изнасилованиями или удовлетворением полового влечения в иной форме, лицами, в обиходе называемыми маньяками;

• убийства, жертвами которых одновременно становятся несколько человек, совершенные в результате «разборок» и иных конфликтов между преступными группировками;

• убийства лиц, в отношении которых в течение длительного времени реализуется умысел на их уничтожение (очевидцев преступления и других нежелательных свидетелей; последовательное устранение членов конкурирующей преступной группировки; убийства лиц, претендующих на наследство; убийства жертв мошенничества; длящаяся кровная месть);

• убийства по «заказу» наемными убийцами, превратившими это занятие в преступную профессию[4].

Подобная, излишне широкая, на наш взгляд, трактовка объема понятия серийных убийств вылилась в позицию авторов одного из пособий для следователей, которыми, судя по всему, ошибочно рекомендуется применять общий подход к раскрытию таких разных по своему психологическому содержанию и поведению преступников видов преступлений, как убийства из мести, убийства из хулиганских побуждений, убийства при преступных разборках, ритуальные убийства, а также убийства, совершенные в целях использования органов и тканей потерпевших, убийства по мотивам национальной, расовой, религиозной ненависти и вражды либо кровной мести, убийства, совершенные на корыстной основе и по сексуальным мотивам[5].

Между тем западные криминалисты, вводя в употребление понятие серийных убийств, имели и до сих пор имеют в виду значительно меньший объем характеризуемых этим понятием деяний. Оно было предложено для обозначения главным образом одной, но весьма своеобразной разновидности преступлений – убийств, совершаемых с необъяснимой, на первый взгляд, жестокостью и садизмом, доминирующим в механизме которых является мотив достижения психосексуальной разрядки. В круг серийных также включаются убийства и некоторые другие опасные многоэпизодные преступления, совершаемые по так называемым неочевидным мотивам, лицами, одержимыми маниакальными идеями и влечениями (например, пироманией). И вот тому пример.

В последний день августа 1995 г. в жилом секторе старой части Омска были найдены сразу два изуродованных трупа. 83-летняя жительница частного дома скончалась от нескольких рубленых ран головы. Прибывшая на место происшествия оперативная группа обнаружила и изъяла отпечатки пальцев потенциального убийцы и сумела найти свидетелей. Они рассказали, что видели у дома потерпевшей незнакомого мужчину, чуть раньше бесцельно бродившего по улицам.

Как выяснилось, из дома погибшей ничего не пропало. Да и жила она одиноко и очень скромно. Не прошло и часа, как сотрудники уголовного розыска в соседнем квартале обнаружили почти такую же картину: одинокая старуха (на год старше предыдущей жертвы) скончалась от рубленых ран головы. На этот раз убийца унес 800 тысяч рублей (сбережения покойной) и дешевые карманные часы.

Опрос возможных свидетелей дал положительный результат. Примерные приметы подозреваемого совпадали с полученными ранее. Кроме того, они напоминали описание неизвестного мужчины, причастного к убийству в том же районе Омска, случившемуся месяцем раньше. Тогда жертвой оказалась 60-летняя пенсионерка, проживавшая в собственном деревянном доме. Похож был и почерк преступника. Он зарубил старуху топором, снял с ее головы грошовые сережки– с камушками и оставил по всему дому множество кровавых следов.

Стало очевидно, что в городе появился опасный и безжалостный убийца с маниакальными наклонностями. И если у кого-нибудь оставались сомнения, они вскоре исчезли. Через две недели был найден очередной труп пожилой женщины. Ее смерть наступила от ударов топором по голове. Из дома потерпевшей не пропало ничего, кроме орудия преступления. Прошло немного времени, и маньяк вновь напомнил о себе.

18 сентября в частном доме был зарублен топором 70-летний одинокий старик. Единственной добычей убийцы оказались потрепанный магнитофон «Комета» и пачка говяжьего фарша. А на следующий день новое преступление. Жертва – 85-летняя женщина. Убийца не притронулся ни к одной из вещей в доме, оставив на месте происшествия окровавленный топор и монтировку.

3 октября – очередное убийство. Жертва – дряхлая старуха, разменявшая девятый десяток и жившая в деревянной хибаре на окраине города. Почерк убийцы тот же – рубленые раны головы. На этот раз маньяк прихватил комплект постельного белья и ставший традиционным «сувениром» мясной фарш из холодильника. Неделю спустя ситуация повторяется с той лишь разницей, что жертва оказывается на четыре года моложе. Своей добычей маньяк делает банку варенья, золотые сережки и электронную игру «Тетрис».

Несмотря на усилия сыщиков, убийца оставался на свободе. Однако во время последней вылазки он совершил явную ошибку: в доме потерпевшей его видела молодая женщина. По ее показаниям составили подробный словесный портрет подозреваемого.

Каждый оперативник города получил документ следующего содержания: «На территории Ленинского района г. Омска в период с 27 июля по 19 сентября 1995 г. совершена серия убийств одиноких лиц пожилого возраста, проживающих в частном секторе. Разыскивается мужчина, который под видом аренды жилья расспрашивает прохожих о людях преклонного возраста, представляется беженцем из Казахстана или приехавшим из Петропавловска. Приметы разыскиваемого: европейская внешность, на вид 30–35 лет, рост 175–180 см, худощавого телосложения, волосы русые с сединой, прямые, взъерошенные, лицо прямоугольное, нос удлиненный с большими крыльями. На верхней челюсти зубы белого металла, справа один зуб отсутствует…»

Маховик розыска был запущен на максимальные обороты. Была принята версия о том, что убийца приезжает в Ленинский район на общественном транспорте, причем, скорее всего, по железной дороге. На маршрутах движения автобусов и пригородных поездов постоянно дежурили оперативники. Особое внимание уделялось периоду с десяти утра до трех часов дня. Именно в эти часы были совершены все убийства. В операции постоянно участвовали 170 человек, снабженных семьюдесятью рациями, по маршрутам общественного транспорта курсировали автомобили с оперативниками.

Уже на пятый день массированный поиск дал результат. 17 октября скрытым постом сотрудников уголовного розыска на платформе железнодорожного вокзала был задержан молодой мужчина, по приметам схожий с разыскиваемым. Едва его доставили в отделение милиции и «откатали» пальцы, сомнения отпали. Задержанным оказался 30-летний Петр Геранков, ранее дважды судимый, в том числе за убийство. Отрицать свою причастность к преступлениям он не стал. Но объяснить мотивы не смог.

Показания маньяка закрепили вещественными доказательствами. Кроме совпавших отпечатков пальцев и опознавших его свидетелей, на квартире Геранкова (он жил с женой без прописки у родственников) были изъяты похищенные ценности и вещи. Для чего же Геранков убивал стариков? Отобрать мелочи, которые его интересовали, он мог, не прибегая к топору и монтировке. И почему объектами нападения маньяка оказывались только немощные одинокие жители частных домов? Получить ответы на эти вопросы следствию не удалось[6].

Называя такие преступления серийными, западные криминалисты исходили из необходимости отграничения их от других опасных групп преступлений, поскольку серийные преступления требуют иных подходов и технологий раскрытия по сравнению со всеми прочими многоэпизодными преступлениями.

Своеобразие оперативно-разыскных мероприятий и следственных действий, реализуемых по делам о серийных преступлениях, обусловлено тем, что серийные преступники имеют существенные отличия по многим признакам личности, поведения в условиях совершения преступлений и вне их от других категорий лиц, совершающих преступления.

Классификация убийств

В Национальном Центре анализа насильственных преступлений при академии ФБР в Куантико (штат Вирджиния) была разработана оригинальная классификация убийств. В основу этой классификации положено количество жертв, тип и стиль поведения преступника. По этим критериям выделяется следующие виды убийств:

• одиночное: одна жертва за один эпизод;

• двойное: в одном месте и в одно время убиваются две жертвы;

• тройное: три жертвы в одно время и в одном месте;

• массовое: более четырех жертв за один эпизод и в одном месте.

Выделяются две подкатегории массовых убийств: классическое и семейное. Классические массовые убийства совершаются, как правило, психически неуравновешенными индивидами, имеющими серьезные личные проблемы. Эти индивиды переносят свою враждебность на группы людей, никак с ними лично и их проблемами не связанных. (Так в 1966 г. некто Чарльз Уитмен после того, как запасся ящиками боеприпасов, оружием, пищей, веревками, радиопередатчиком, забаррикадировался в башне университета города Остин (Техас) и на протяжении 90 минут вел открытую стрельбу, убив 16 и ранив более 30 человек.) Семейные массовые убийства характеризуются тем, что их жертвами становятся более четырех членов собственной семьи или близких убийцы. Нередко преступник потом убивает и себя тоже.

Цепное убийство: один растянутый во времени эпизод криминального поведения, сопряженного с последовательным совершением убийств нескольких человек в двух и более местах. Период эмоционального остывания между убийствами у таких преступников отсутствует. (Один из убийц (американец) раздобыл автомат с большим количеством патронов, прогуливался по своему кварталу и стрелял во всех, кто попадался ему навстречу. За 20-минутную «прогулку» он убил 13 человек и троих ранил. Хотя убийца действовал на протяжении небольшого отрезка времени, его преступление не относится к числу массовых убийств, так как он действовал в разных местах, перемещаясь с одного места на другое.)

Серийное убийство: три и более отдельных эпизодов в трех или более отдельных местах с периодом эмоционального остывания преступника между убийствами. Это предумышленное преступление, отличительными чертами которого являются предшествующая ему фаза (стадия) фантазии и детальное планирование убийства. Когда проходит время, достаточное для «остывания» от последнего убийства, серийный киллер выбирает следующую жертву и действует в соответствии со своим планом. Продолжительность периода эмоционального остывания может составлять дни, недели, месяцы и даже годы. Однако убийства обязательно возобновляются. Наличие периода эмоционального остывания является ключевым признаком, отличающим серийника от других киллеров, совершающих множественные убийства.

Существуют и другие различия между массовым, цепным и серийным убийствами. Так, в классическом массовом и цепном убийстве жертвы оказываются случайными: любой, кто окажется на пути убийцы. Что касается убийства серийного, то здесь, как правило, в фантазиях преступника формируется своеобразный идеальный образ, типаж, в соответствии с которым и выбирается будущая жертва.

Еще один существенный признак, отличающий серийное убийство от других видов убийств со множественными жертвами, – планирование преступления и контролирование собственного поведения и ситуации во время его совершения. Серийный убийца в отличие от убийцы массового или цепного действует обдуманно, хладнокровно, стремясь оставить как можно меньше улик. Он выбирает не только подходящую для реализации своих замыслов жертву, но и удобное, с этой же точки зрения, место совершения преступления. Причем, если ситуация не представляется ему благоприятной, он может отложить на какое-то время замышляемое преступление.

Поведение убийцы-серийника

Существует несколько вариантов схемы поведения убийцы-серийника в рамках отдельно взятого эпизода серии. Наиболее распространенной считается шестиэтапная модель. Разумеется, с учетом ситуации и личности преступника она реализуется не всегда во всей полноте ее элементов. Однако во всех случаях в качестве первоначального она предполагает этап, названный на Западе фазой фантазии.

Фантазирование – непременная часть, ключевое звено системы криминального поведения серийника. Другими словами, задолго до того, как он переходит к действию, т.е. начинает убивать, у него обязательно, можно сказать, фатально возникает какая-то навязчивая идея, которая воплощается в те или иные формы и виды фантастических мечтаний. В одних случаях эти фантазии очень просты, в других – достаточно затейливы. Но они присутствуют всегда, как неизбежность. В фантазии отражаются потребности, мотивы, предвосхищаемые «выгоды» от замышляемого убийства.

Сравнительная характеристика массового, цепного и серийного убийств

1

Один из серийников признался, что осуществлял убийства по сценарию, в основу которого положил сюжет порнофильма. Видеокассету с этим фильмом, будучи ребенком, он в тайне от взрослых посмотрел в гараже своего отца.

Серийник неоднократно проигрывает в воображении сцену убийства, до мелочей отрабатывает модель ритуала обращения с мысленной жертвой и схему сокрытия следов планируемого преступления.

Психологами установлено, что фантазия играет решающую роль в генезисе серийного убийцы.

Запретные мечтания, связанные с сексом и насилием, могут время от времени появляться у каждого. Однако моральные нормы, социальные табу и самоконтроль у большинства людей никогда не позволяют этим фантазиям воплотиться в действие. Фантазии же серийного убийцы отличаются от фантазий нормального человека тем, что в них сильнее и в более омерзительном виде представлен компонент физического насилия, а сдерживающие механизмы у данного типа преступников отсутствуют вовсе. К примеру, среднестатистический парень может воображать, как он занимается любовью с супермоделью. А серийный убийца будет одержим навязчивым желанием приковать ее к стене и разрезать на куски охотничьим ножом. И можно быть уверенным, что ничто не помешает ему со временем воплотить в жизнь это желание. Опять же в отличие от нормального человека стремление к осуществлению своих фантазий, к превращению кошмарных видений в реальность у серийного убийцы очень велико. Будущие серийные убийцы начинают воображать и мысленно проигрывать садистиские сцены порой еще в совсем юном возрасте. Пока их сверстники предаются мечтам о карьере спортивного чемпиона или супергероя, эти начинающие психопаты уже фантазируют об убийствах и преступлениях. Один серийный убийца после ареста рассказывал, что в школе на уроках он часто отвлекался, углубляясь в свои фантазии, и учителя делали ему замечания. «О чем вы мечтали?» – спросили его. Он ответил: «О том, чтобы взорвать к чертям всю школу».

Другой серийный убийца вспоминал, что в детстве часто представлял себя в газовой камере в роли осужденного преступника, которому предстояла мучительная казнь. Смакование мысленных моделей болезненной смерти доставляло ему чрезвычайное наслаждение.

В отличие от нормальных людей, серийные убийцы так никогда и не избавляются от своих детских фантазий. Напротив, они все глубже и глубже погружаются в мир зловещих, кошмарных видений. И хотя внешне серийный убийца может выглядеть вполне обычным человеком – хорошим работником, общительным соседом, добропорядочным гражданином, мысли его безумны, фантазии кровавы. Поскольку психопаты лишены внутренних ограничителей, удерживающих нормального человека от реализации запретных желаний, их извращенные мечты о власти над другими людьми, об истязаниях и крови подталкивают их каждый раз к новому преступлению.

Вторая стадия называется фазой сталкинга (выслеживание жертвы). Характер, продолжительность и другие особенности поведения киллера на этой стадии зависят от силы его желания и степени нетерпения, личностных качеств как самого преступника, так и выбранной им жертвы.

Реальный случай подтверждает сказанное. Маньяк узнал домашнее и рабочее места стоянки автомобиля супруга намеченной жертвы. С учетом этого он определил, какое время затрачивает автомобилист на проезд от дома до работы. Зная, каким временем он располагает, чтобы сделать то, что он задумал, убийца избрал оптимальный момент нападения на жертву.

Подобным образом поступают так называемые организованные убийцы. В отличие от у дезорганизованных киллеров (подробнее об этих преступниках мы расскажем далее) фаза сталкинга у них настолько сжата, что можно утверждать о почти полном ее отсутствии: дезорганизованный преступник нападает на случайную жертву внезапно. Заметим, что некоторые серийники при их опросе исследователями отмечали, что во время фазы сталкинга у них возникало состояние деперсонализации жертвы: к началу выслеживания (заманивания, охоты) жертва для них превращается из живого человека просто-напросто в предмет, неодушевленную обезличенную цель их активности. В глазах серийного убийцы в этот момент у нее как бы нет семьи, детей, супруга, родственников, друзей, увлечений и привязанностей. В таком состоянии серийному убийце лишить жизни избранную жертву ни больше ни меньше, чем разорвать бумагу на куски.

Третья фаза – похищение жертвы. Эта фаза также присутствует не во всех случаях серийных убийств. Дезорганизованный киллер чаще прибегает к «блиц-атаке». Организованный киллер использует различные «уловки» и хитрости, чтобы завлечь жертву в «комфортную» для совершения убийства зону. В зависимости от состояния и личностных особенностей киллера похищения могут быть как очень простыми, так и очень сложными, позволяющими ему продемонстрировать свой ум и изобретательность.

Четвертая фаза – сам акт убийства. Известны два варианта поведения преступников на этой стадии. Одни из них свое внимание фокусируют на действиях, связанных с лишением жертвы жизни, другие – на процессе физического взаимодействия с жертвой, приводящем в конечном счете к ее смерти, и постмортальном обращении с телом потерпевшей (потерпевшего).

В первом случае сам акт убийства совершается быстро. Так как для киллера важен результат – смерть жертвы, а не сопутствующее убийству получение сексуального удовлетворения, или упоение властью над жертвой. Решение на убийство реализуется немедленно, независимо от поведения жертвы, от ее реакции на действия преступника. Убийство, сфокусированное на процессе другого характера, более типично для серийника, мотивированного поиском острых ощущений или же утверждением своей власти (контроля) над жертвой. Последний тип убийц обычно орудует в соответствии со стереотипной, каждый раз повторяющейся процедурой. Для нее могут быть характерны повторяющиеся слова и действия, выполняющие функцию ритуала и предшествующие акту непосредственно убийства. Ритуал не завершается и после смерти жертвы. Он может иметь свое постмортальное продолжение в совершении некросадистских действий, связанных с обращением с трупом. Они, в частности, выражаются в отчленении отдельных частей тела и органов трупа.

Пятая фаза – размещение трупа. Эта фаза также характерна не для всех серийников. Одни из них, насладившись манипуляциями с трупом, бросают его и покидают место преступления. Другие считают необходимым осуществить перемещение трупа. Эти действия имеют мотивационную окраску. Кто-то перемещает труп и оставляет его в таком месте, где его могли бы скорее обнаружить. Другие же руководствуются иными побуждениями. Для них главное – стремление сделать все, чтобы труп не смогли найти.

Когда одного серийника после ареста спросили, почему он выставлял трупы своих жертв на «всеобщее обозрение», последовал ответ: «Чтобы знали, что я еще здесь».

Завершающей фазой поведения серийного убийцы в рамках каждого эпизода содеянного считается депрессия. По признанию многих серийников, им никогда не удавалось получить от убийства того эффекта, на который они рассчитывали, поскольку в полном объеме ожидаемого эмоционального облегчения от совершенного преступления они никогда не испытывали. Наоборот, после этого их обычно охватывали чувства безнадежности и бессилия. Эту фазу известный знаток серийных убийц психолог Джоэл Норрис описывает следующим образом. «В период депрессии даже газетные заголовки, сообщающие об обнаружении очередной жертвы, не помогают преступнику вернуть себе состояние могущества, которого он, вроде бы, на мгновение достиг. Долгие дни или недели после убийства преступник пребывает в мрачном мире тоски, терзается печалями. Он занимается повседневными делами и со стороны кажется вполне нормальным. Со временем бремя совершенных преступлений становится настолько невыносимым, что он способен написать исповедь и отослать ее в полицию или позвонить в местную газету и попросить там помощи. Но вскоре фантазии вновь начинают рождаться в его голове. Неконтролируемые потребности захватывают убийцу целиком, и, движимый жаждой насилия, он снова прочесывает территорию, где, не ведая своей судьбы, гуляют его будущие жертвы. И вот еще один не чувствующий опасности незнакомец оказывается у него на пути, ступает в тоннель смерти. И опять разворачивается ритуал убийства, ведущий к неотвратимому концу[7].

По нашим данным, если исключить стадию депрессии, рассмотренную схему криминального поведения серийников нетрудно обнаружить и в поведении других типов лиц, совершающих самые различные преднамеренные, заранее подготавливаемые преступления. Дело, однако, не в этом. Главное, чем отличается исследуемый нами криминальный тип от иных типов лиц, действующих по похожей схеме, состоит в особенностях содержательного наполнения каждого звена приведенной цепи[8]. Вот об этом и не только об этом пойдет речь в следующем параграфе.

1.2. Зарубежные маньяки-убийцы: типовой портрет

Что роднит, объединяет, делает похожими серийных убийц, чем один из их подтипов отличается от другого? Проведенные на Западе, а затем и в России исследования, позволяют выявить у них при всей неповторимости каждого индивида ряд принципиально важных сходных черт как в генезисе, так и в преступном и постпреступном поведении. Полученные данные положены в основу составления типового обобщенного портрета «героя» криминального сериала. Вот как он выглядит.

Демографическая информация

В основной своей массе серийники принадлежат к белой расе. Начало их преступной карьеры относится к зрелому возрасту (близкому к тридцати годам). Образовательный уровень чуть ниже среднего. В служебной карьере они обычно не достигают больших успехов: занимают должности, не требующие высокой квалификации. Необходимо отметить, что серийные киллеры отдают предпочтение тем видам профессиональной деятельности, которые облегчают удовлетворение их потребности в насилии и «жажде крови»: более половины серийников – профессиональные военные, затем идут медицинские работники. Киллеры с педофильной ориентацией стараются выбирать занятия, позволяющие контактировать с детьми.

Социально-психологическая предыстория

Все исследователи единодушны в том, что истоки поведения серийного киллера следует искать в детстве. Более половины из них воспитывались в неполных семьях. Многие стали в детстве жертвами сексуальных посягательств. Почти все будущие киллеры в детстве были лишены родительской ласки, заботы и внимания. Как результат такой «эмоциональной обделенности» – изоляция от общества, уход в «фантазматическую жизнь».

Именно по этой причине всемирно известный специалист по сексуальным преступлениям, специальный агент ФБР Роберт Ресслер (автор термина «серийный убийца») убежден, что серийными убийцами люди становятся из-за страданий или психологических травм, которые им причинили в детстве. Для некоторых из них в детстве были характерны симптомы «триады Макдональда»: мочился в постели – совершал поджоги – мучил животных. Среди родителей будущих серийных убийц нередки случаи алкоголизма и токсикомании. Характерно, что у самих киллеров этих пагубных пристрастий не наблюдается.

Выдающийся специалист в области биоэнергетики, заведующий кафедрой биофизики Казахского университета В.М. Инюшин так объясняет феномен отсутствия у маниакальных убийц-серийников влечения к алкоголю и наркотикам: «Гормональные вспышки, которые происходят у них при актах насилия, усиливают их психоэнергетику. Хищник, уничтожая жертву, выделяет из нее биоплазмоид, поглощает его, резко увеличивая свой биоэнергетический потенциал. Эта колоссальная энергия химического типа, она питает организм преступника, но разрушает его личность. Такого рода хищническая энергоподпитка – замена наркотиков и алкоголя»[9]. Думается, что эта концепция проливает свет и на ряд моментов, характерных для поведения маниакальных убийц (на рецидив их преступлений, фазу депрессии, усиливающейся по мере истощения запасов «награбленных» у жертв психоэнергетических ресурсов, подпитывающих преступников, объем такой «подпитки», зависящий от продолжительности периода истязания и других кровавых, мучительных манипуляций, издевательств в отношении жертв и др.).

Личность и поведение

В повседневной жизни серийный киллер абсолютно ничем не выделяется из окружения: он такой же на вид, как все. В сферу внимания правоохранительных органов он обычно попадает в зрелом возрасте, будучи «схваченным за руку», как правило, на месте преступления. Серийного киллера также отличает хорошо развитый интеллект (нередко выше среднего уровня). Об этом, в частности, свидетельствует организация преступления и «безупречное» поведение в быту (никому и в голову не могло прийти, что он способен на такое).

Живущий двойной жизнью, серийный убийца умело носит маску нормальности, позволяющую совершать преступления, не вызывая ни малейших подозрений. Большинство серийных убийц обладает чрезвычайно отточенными навыками социальной манипуляции – способностью заставить других поступать так, как это им удобно. Благодаря острому чутью к потребностям общества в соблюдении внешних норм серийным убийцам удается демонстрировать социально приемлемое, часто даже образцовое поведение.

Так, Гери Шефер жил и работал среди религиозных и ориентированных на семейные ценности людей в сельском штате Вермонт, входил в секту, члены которой строят свою жизнь на фундаменталистской интерпретации Библии, был внешне добропорядочным прихожанином и в то же время насиловал и убивал девочек своего округа.

Джон Вейн Гейси – убийца-гомосексуалист. В восемнадцать лет участвовал в политической деятельности в Чикаго, где работал ассистентом местного партийного босса на избирательном участке в поддержку кандидата от демократов, испытывая то же чувство гордости, что и во время своего руководства общественным клубом в своей школе. И хотя в детстве отец постоянно издевался над ним и ругал за занятия общественной работой, Гейси оставался активным членом демократической партии, даже став взрослым. Он снискал известность одного из самых активных добровольцев – борцов за порядок в городе, был назван фельдмаршалом Парада чистоты, проводимого в Чикаго. На протяжении нескольких лет ему приходилось координировать усилия свыше семисот подчиненных (Гейси был руководителем крупной строительной компании). В тот же период жизни он совершил не менее тридцати трех ритуальных убийств юношей и закопал тела в мягкой почве у себя под домом. Будучи женатым, он постоянно встречался с молодыми людьми, работавшими у него на стройках. Занимаясь строительным бизнесом, Гейси совершал массу законных и незаконных сделок – от обеспечения выгодных цен на древесину до организации грабежей и торговли наркотиками.

Во время обыска в доме Гейси полицейские нашли фотографии, запечатлевшие рукопожатия хозяина с мэром Чикаго Ричардом Дэли и с Розалин Картер, супругой президента Джимми Картера.

Мэр Чикаго рассчитывал на его способности в сборе голосов на избирательном участке. В этих целях Гейси ходил мыть окна у беспомощных престарелых женщин, передавал жалобы избирателей своего участка боссам от демократической партии. Он даже был включен в группу сопровождающих Розалин Картер во время ее визита в Чикаго в ходе избирательной кампании 1976 года. Столь велика была его потребность в социальном одобрении. Однако еще сильнее была потребность в убийствах, раскрытие которых повергло все общество в шок, вызвало бурю негодования в общенациональных масштабах.

Еще одна «звезда» двойной жизни – незаконнорожденный Тед Банди. Он был галантен и красив. Готовился к научной деятельности в области права, был бакалавром психологии. Дежурил на телефоне доверия для самоубийц в Сиэтле и занимался политикой. Написал руководство по защите от изнасилований для штата Вашингтон и даже получил от аттестационной комиссии этого штата присвоенную заочно степень доктора философии. Благодаря этой степени он смог открыть частную практику психотерапевта. В Банди нуждались местные политики и представители администрации университета, стремившиеся заручиться его помощью во взаимоотношениях со студентами в крупном студенческом городке. Женщина, с которой Банди был близок, узнав о том, что разыскивается преступник по имени Тед, обратилась со своими подозрениями в полицию. Но там ей не поверили, сославшись на то, что уж очень не похож был Банди на убийцу. Все, кто знал Банди, не верили в то, что он убийца даже после того, как он был арестован. Да и как было поверить! Ведь это были не просто убийства молодых женщин, это были еще и изощренные пытки, истязания, унижения жертв и надругательства над трупами (Банди расчленял тела еще живых жертв, совершал оральный секс с отрезанными головами и анальный секс с трупами). На такое, как считали многие, Банди пойти не мог. Даже опытнейший детектив Боб Кеппел дважды попадался на удочку обманчивого внешнего облика Банди и прекращал его разработку, хотя и располагал информацией о его причастности к убийствам. ФБР и полиция продолжали сомневаться в его виновности до тех пор, пока Банди не арестовали во Флориде за изнасилование и убийство девушки. Задержали, кстати, его совершенно случайно и не за это преступление, а за нарушение правил дорожного движения. И только позднее выяснилось, что он совершил убийства не менее 35 студенток, начиная с 1974 г. Его арестовали спустя четыре года после первого убийства – в декабре 1978 г. И только смерть по приговору суда остановила его кровавую вакханалию.

Почему же при несомненных умственных способностях и изворотливости серийные убийцы не достигают заметных высот в профессиональной карьере? Происходит это из-за их асоциальности, вследствие которой у них возникают проблемы в процессе учебы и на работе. По данным ФБР, киллеры с высоким интеллектом отличаются особенной изобретательностью и изощренностью пыток в сексуальных преступлениях. Все исследователи единодушны в том, что серийным киллерам присуща способность к манипулированию людьми. Они, когда им это нужно, умеют быть обаятельными и внушать полное доверие жертве, которая безропотно следует за киллером куда угодно. И наконец, еще одна особенность, подмеченная у серийных киллеров: все они отчасти мегаломаны и где-то в глубине души хотят, чтобы их «величие» и «необычность» были замечены. На следствии они охотно описывают детали совершенного преступления и даже сознаются в преступлениях, которых не совершали. По этой же причине они иногда, как бы в пику полиции, ведут себя слишком дерзко и в конце концов попадаются. Некоторые из киллеров склонны к мистике и ощущают себя призванными к выполнению великой миссии освобождения человечества от «дегенератов». К числу последних они относят, в частности, проституток, гомосексуалистов. Не так давно в США были выявлены своеобразные «секты» серийных киллеров, практикующие сатанинские культы и исповедующие идеологию, смыкающуюся с неонацизмом.

По психиатрической классификации, серийные киллеры относятся к психопатам (в англоязычной литературе их называют социопатами). Психопат (социопат) – это асоциальная личность без очевидных психических расстройств, но с аномалиями характера и поведения.

Имеет смысл сказать несколько слов о психопатической личности. Этот тип представляет собой особый интерес для криминалистов, психологов, криминологов. Подавляющее большинство преступников-мультирецидивистов (про которых говорят, что они не выходят из тюрьмы) являются психопатами. Американский тюремный психиатр д-р Hare R.D., посвятивший четверть века изучению преступников-психопатов, выделяет личностные черты и поведенческие особенности, образующие в совокупности синдром психопатии[10]. Ключевыми симптомами в сфере эмоций и межличностных отношений у них являются:

• велеречивость и поверхностность;

• эгоцентризм и претенциозность;

• дефицит угрызений совести и чувства вины;

• дефицит сострадания и ответственности;

• поверхностность эмоций;

• лживость и непорядочность.

Для психопатов характерны импульсивность, неконтролируемость поведения, постоянная потребность в острых ощущениях, проблемное поведение в детском и антисоциальное поведение во взрослом возрасте.

Следует иметь в виду, что один (или несколько) перечисленных признаков могут обнаруживаться у любого человека и не свидетельствовать о психопатии. Надлежащий диагноз специалист ставит тогда, когда все симптомы проявляются в комплексе (в форме синдрома) и когда каждый из них достигает определенной степени выраженности.

Глубокое рассмотрение вопроса о психопатическом характере не входит в нашу задачу. Мы обратились к нему только для того, чтобы проиллюстрировать психологические предпосылки поведения серийного киллера. Некоторые из особенностей психопатической личности, в частности, потребность в острых ощущениях, помогают понять необъяснимые, на первый взгляд, жестокость и садизм серийных убийств.

Локализация и периодичность преступлений

Одна из характерных особенностей серийных убийств состоит в том, что они совершаются в разных местах и в разное время. По этому признаку серийный убийца отличается от убийцы «массового», убивающего в одном и том же месте сразу нескольких человек. Отличается он и от убийцы «цепного», убивающего нескольких человек в разных местах, но на протяжении сравнительно небольшого промежутка времени. Серийные убийства совершаются неразоблаченным киллером на протяжении всей его жизни. Интервалы между преступлениями могут быть очень большими (до года и более), но, как уже говорилось, убийства обязательно возобновляются.

По данным центра психологии расследования Великобритании, «зона действия» серийных сексуальных преступников располагается в радиусе 500 км2 . Время от времени они совершают «набеги» и возвращаются на постоянную «базу», находящуюся внутри этой зоны. Конечной целью исследований, проводимых в центре, является создание системы поддержки решений (в форме компьютерной программы), позволяющей с достаточной долей вероятности локализовать постоянную «базу» (или место жительства) преступника на основе собранных данных о местах расположения совершенных им преступлений. В настоящее время такая модель позволила определить постоянное местонахождение преступника в радиусе порядка 30 км2 (в эту зону попали 82% из 45 сексуальных преступников)[11].

Вероятность рецидива

Они – не бандиты. Они хуже и опаснее бандитов. Бандиты рано или поздно прекращают свой преступный промысел. Устав. Награбившись. Уйдя в легальный бизнес. Раскаявшись, наконец. Неразоблаченные убийцы из числа маньяков – существа иной природы. Не убивать они не могут. Встав однажды на тропу насилия, почувствовав запах горячей человеческой крови, вдохнув дурманящий «аромат» чужих страданий, они идут по этому пути до конца, не в силах укротить свой охотничий азарт и прекратить процесс наращивания количества жертв. Остановить серийного убийцу могут только его собственная смерть, арест и пожизненное заключение.

Оказавшись в заключении, серийные убийцы ведут себя примерно, не доставляя никаких хлопот оперативному и обслуживающему персоналу. Однако вероятность их исправления, по мнению специалистов, равна нулю.

Убийца и его жертвы

Проникнуть в глубину мотивационных механизмов преступного поведения лиц, совершающих серийные убийства, можно лишь в контексте их взаимосвязи с жертвами. Существенно то, что жертвами данного типа преступников всегда являются незнакомые или малознакомые люди. Долгое время считалось, что жертвы выбираются случайно (первые попавшиеся в подходящей ситуации). Однако практика показывает, что это не так. Каждый серийный убийца выбирает себе жертвы по определенному, далеко не всегда очевидному, на первый взгляд, критерию.

Для некоторых киллеров убийство является своеобразной эмоциональной разрядкой, высвобождающей глубоко подавленные, тщательно скрываемые (даже от себя самого) переживания. В сознании серийного киллера связь с жертвой существует, но природа этой связи эмоционально-опосредованная. Жертва служит как бы пусковым механизмом, пробуждая воспоминания о том, кто когда-то давно (в детстве или юности) кто-то унизил, оскорбил будущего киллера, каким-то образом надругался над ним. (По свидетельству зарубежных исследователей, в биографии почти всех серийных киллеров имеются такие факты.) Свой гнев, страх, ненависть киллер переносит на невинную жертву. Убивая ее, он на какое-то время освобождается от мучительных воспоминаний о некогда пережитом унижении и беспомощности. В глазах убийцы совершенное им преступление – это акт возмездия за прошлое. Тем самым он оправдывает свое поведение, избавляясь от чувства вины.

Влияние на последующее поведение утраты самоуважения, переживания несостоятельности и неспособности достойно и своевременно ответить обидчику подтверждено социально-психологическими исследованиями. Применительно к обсуждаемой проблеме важно подчеркнуть, что речь идет о субъективном восприятии ситуации как унижающей достоинство человека и нарушающей принципы морали и высшей справедливости. (Кто-то другой может отнестись к подобной ситуации иначе и не воспринимает ее как чрезвычайную.) Один из серийных киллеров признался, что выбирал жертвы по признаку сходства со своей первой женой, которая его бросила. Хотя они и «расстались по-хорошему», он считал для себя этот развод унизительным и в глубине души остро переживал это унижение до тех пор, пока не начал убивать. Все его жертвы, как и его бывшая жена, были брюнетками и расчесывали волосы на прямой пробор. Другой убийца, считавший, что к нему плохо относилась его мать, свою ненависть к ней переносил на других, похожих на мать женщин, убивая их и расчленяя их тела. Убийство незнакомых женщин вызывало у него своеобразный катарсис, избавляя (на время) от переживания унижений от отвержения собственной матерью. Описано немало случаев, когда пережитое в детстве или юности унижение становилось пусковым механизмом серии убийств в зрелые годы. Так, один из английских киллеров, убивший на протяжении десяти лет семнадцать женщин, в юные годы был тощим заикой с прыщавым лицом. Сверстники насмехались над ним, всячески его третировали, не принимали в компанию. Он остро переживал свое социальное отвержение, чувствовал себя глубоко униженным. Впоследствии стал ненавидеть всех молодых и интересных женщин. Встав на преступный путь, он придумал рациональное оправдание своим убийствам, полагая, что «убивал только недостойных женщин» (все его жертвы были уличными проститутками или танцовщицами из баров).

Следует обратить внимание еще на один психологически важный момент, связанный с выбором преступниками своих жертв. Почему убийца, «восстанавливая справедливость», не убивает того, кто стал непосредственной причиной его страданий, того, кто его унизил или оскорбил? Ответ на этот вопрос дает теория первичной генерализации. Согласно этой теории, стимулы, сходные с теми, которые стали причиной подавленной, загнанной внутрь эмоции, вызывая аналогичную эмоцию, предоставляют возможность «разрядить» первичную эмоцию. Начальное агрессивное побуждение может быть блокировано как объективной опасностью (страх перед наказанием, боязнь возмездия), так и субъективной тревожностью по поводу проявлений агрессии. Поэтому субъект на время вынужден подавлять свою агрессивность. Однако эмоция требует разрядки и «ждет своего часа». Когда непосредственная разрядка эмоции блокирована или невозможна, агрессивные импульсы могут быть ослаблены косвенным образом, посредством смещения на объекты менее угрожающие и менее опасные. Иначе говоря, подавленная агрессия направляется по другому руслу, на менее опасного «козла отпущения». С помощью этой теории поведение серийного киллера можно объяснить следующим образом: некогда (как правило, речь идет о детстве или юности) он находился в полной зависимости от человека, ставшего причиной его страданий и унижений. Этот человек блокировал естественную в подобной ситуации ответную реакцию – агрессию. Поскольку отсутствовала возможность сразу же дать отпор мучителю, чувство пережитого унижения становилось еще острее и стабильнее. Переживания и проблемы, запечатлевшиеся в душе в период оформления характера будущего серийного киллера, переносятся на людей, чем-то похожих на тех, кто был некогда первопричиной этих переживаний. Один из киллеров показал на допросе, что убил совершенно незнакомую ему женщину за поразительное сходство с его матерью («даже скулы были похожими»). Однако приносимое убийством «успокоение» – явление временное. Во-первых, потому, что никто не может засвидетельствовать того факта, что «обидчик» получил по заслугам. Во-вторых, потому, что не устранена первопричина, т.е. реальный, а не замещающий объект, страданий. Именно поэтому, согласно данной теории, убийства будут повторяться снова и снова.

Подавляющее большинство серийных убийц являются сексуальными садистами. Убийство и полная власть над другим человеком в этот момент дают им ощущение полноты жизни, вызывают своего рода эмоциональный катаклизм, который сродни оргазму (этот феномен известен под названием «синдром Дракулы»).

Двое мужчин, прогуливающихся по набережной реки Уорриор в американском городе Бирмингем (штат Алабама), обнаружили тело полураздетой молодой женщины. Во рту у нее был кляп. Она была убита ударом ножа в сердце… Звали ее Стефания Гейч. Училась в колледже. Полиция довольно быстро взяла след… За месяц до гибели Стефании к женщине, припарковавшей автомобиль на стоянке возле церкви, подъехал мужчина в фургоне кремового цвета. Мужчина направил на женщину ружье и приказал следовать за ним. Женщине удалось ускользнуть от преследователя и затеряться в потоке машин. Через шесть дней после убийства Гейч в пригороде Бирмингема кремовый фургон преградил дорогу еще одной женщине. И вновь водитель фургона наставил на нее ружье. Женщина ухитрилась выскочить из машины и добежать до полицейского участка. Через неделю на стоянке возле торгового центра мужчина из кремового фургона пытался напасть на очередную жертву. Но в этот раз был пойман. Человеком из фургона кремового цвета оказался хорошо известный полиции Джек Харрисон Трейвик.

История его жизни примечательна подробностями, делающими ее классической биографией серийного убийцы. Детство Трейвика прошло в комфортабельном пригороде Бирмингема, в котором жил средний класс. Отец – инженер, мать – учительница. В младенчестве Джек был болен смертельной болезнью, но выжил, окреп, стал выглядеть старше своих лет. Интересовался механикой. Его мать на суде сказала: «Я рано поняла, что Джек не такой, как все… Он никогда не проявлял никаких эмоций, не плакал, не радовался». Друзья детства ничего особенного о нем не припоминают, разве что «жестокий нрав».

В восемь лет Трейвик уже фантазировал, как он истязает и убивает женщину. Позже он поделился воспоминаниями: «Я мог стать восьмилетним или девятилетним серийным киллером, но мысль об этом тогда не приходила мне в голову». Но в десять лет он напал на женщину, избил ее, повалил на пол, заставил раздеться. Перепуганные родители бросились к психологу. Но с лечением ничего не получилось. Отец Трейвика умер от сердечного приступа. У семьи на дорогого специалиста денег не было.

А Трейвик продолжал учебу. Играл в футбол, занимался борьбой, возился с машинами. Встретил девушку. Женился на ней. Позже у них родилась дочь. Но отношения с женой часто сводились к жестоким, иной раз до потери сознания избиениям. Пошел служить в армию, но был оттуда изгнан за нападение на вольнонаемную служащую (женщина попала в больницу). Вернулся в родной Бирмингем, устроился в электрическую компанию работать по вызовам.

Вот тут все и началось. Он проникал в квартиры приглянувшихся ему клиенток, когда никого не было в доме. Находил женское нижнее белье и резал его в лоскуты ножом. На зеркале писал губной помадой: «Я вернусь!» Трейвика задержали в 1970 г.: его застали неожиданно вернувшиеся хозяева. Трейвик не оказал ни малейшего сопротивления и не думал бежать. Он спокойно сидел в кресле и терпеливо дожидался полиции. В участке немедленно во всем сознался. Он вообще всегда говорил только правду… Перед судом его отправили на психиатрическое освидетельствование. Его признали опасным шизофреником. При этом врачи отмечали его недюжинный интеллект (намного выше среднего) и недоразвитость эмоциональной сферы. Кроме того, Трейвик был одержим манией сексуального насилия. Однако он никогда никого не насиловал! Его обвинили в преступлении, которое на русский язык можно перевести как сексуальное хулиганство, и посадили на год.

Выйдя из тюрьмы, Трейвик развелся с женой, поселился в доме у матери, начал лечиться у психиатра и торговать автомобилями. Карьеру серийного убийцы он начал 16 июля 1972 г. Первой его жертвой стала 17-летняя путешественница Бетти Ричарде. Она впервые приехала в Америку и поселилась в Бирмингеме со своим дружком. Трейвик как-то увидел ее гуляющей по городу и «сразу решил что-то с ней сделать». Он вышел из машины, подошел к девушке, обхватил рукой и приставил к боку нож. Приказав молчать, он завел Бетти в переулок и зарезал, нанеся несчастной десять ударов ножом – в голову, в грудь, в спину. Потом прошел немного вперед, выбросил нож, вернулся к машине и уехал. Дружок Бетти оказался похожим на нашего героя. Его арестовали. Судили. Но, слава Богу, оправдали. У нас бы он так легко не отделался. У нас бы это дело «раскрыли». В Америке же оно «провисело» двадцать лет. Полиция Бирмингема забыла о нем. Но представший перед своим последним судом Трейвик взял его на себя. Хотя с тех пор почти все улики исчезли, а через место преступления пролегла скоростная магистраль. Трейвик откомментировал первое свое убийство таким образом: «После дело пошло легче. В первый раз вам самому страшно так же, как и вашей жертве… После третьего, четвертого, пятого раза убийство становится таким же привычным делом, как хождение по утрам на работу.»

Через несколько недель Трейвик напал на служащую магазина: схватил ее сзади, вонзил в горло нож и ушел, оставив истекать кровью. Женщина, однако, выжила, но ничего не могла вспомнить о напавшем на нее человеке. Это дело также осталось нераскрытым. После он ни на кого несколько лет не нападал. Работал на бензоколонке, свободное время проводил на автогонках. Знакомился со многими женщинами, но «роман» очень быстро заканчивался оскорблениями и бранью. В эти годы пытался лечиться! Добровольно лег в больницу, где ему вновь поставили диагноз – шизофрения. Пробовал лечиться самостоятельно, принимал торазин и препарат химической кастрации «Тасе». В 1974 г. после разрыва с очередной возлюбленной впал в глубокую депрессию – его пришлось даже госпитализировать.

«Мирный» период закончился в 1978 г. Трейвик любил путешествовать. И приступ насилия застал его на северо-западном побережье Тихого океана. Он задушил женщину-лыжницу, а тело ее сбросил в пропасть. Вторую жертву нашел в круизе между Сиэтлом и Аляской. Он опять задушил женщину – на этот раз в лодке. Тело выбросил за борт. Ни одна из этих жертв не была идентифицирована, не были найдены и их тела. Трейвик же объяснил, что обе женщины были проститутками или бродяжками. Надо сказать, что полиция Бирмингема, Орегона и Аляски подозревала Трейвика, но веских улик против него так и не нашла.

Вернувшись в Бирмингем, Трейвик нашел новую забаву. Выдавая себя за официальное лицо, он звонил женщине по телефону и говорил, что ее муж погиб в автокатастрофе. Слыша истошные женские крики, он получал сексуальное удовольствие. Его поймали в 1980 г. и обвинили в телефонном хулиганстве и дискредитации полиции. На суде Трейвик неожиданно попросил, чтобы тюремное заключение ему заменили кастрацией или лоботомией (удалением передних долей головного мозга). Но его снова отправили на год в тюрьму. Выйдя на свободу, он опять принялся проникать в квартиры и кромсать нижнее женское белье. На этот раз взбешенное американское правосудие отмерило ему 15 лет тюрьмы. Впрочем, в 1990 г. он освободился досрочно. Вернулся к матери. В тюрьме он освоил профессию повара, потому первое время работал в ресторанах, потом грузчиком в мебельном магазине.

К убийствам он вернулся 17 июня 1992 г. Подобрал стоящую на обочине женщину. Ею оказалась 26-летняя наркоманка Франс Эйлен, зарабатывавшая на наркотики проституцией. Франс попросила его ехать по дороге, ведущей к роще, – она располагалась как раз за больницей, в которой лечился Трейвик. Именно здесь он и убил женщину, по привычке ударив ножом в горло. Затем изуродовал тело, нанеся 53 ножевых ранения. В кошельке убитой нашел фотографию ее шестилетнего сынишки. «Я не понимал, что случилось, – рассказывал он потом полиции, – мне было жаль этого маленького мальчика, у которого больше не было матери». Подозрение в убийстве пало на бывшего мужа Франс Эйлен, но через двадцать пять дней его пришлось освобождать – Трейвик начал давать показания…

Это преступление включило механизм убийства, заложенный в Трейвике. Он принялся методично, изо дня в день преследовать женщин. Он колесил по городу в фургоне для перевозки мебели. «Я никогда, садясь утром в машину, не говорил себе: сегодня я что-то найду. Но я всегда имел при себе нож, ружье, какую-нибудь веревку или шпагат». Впрочем, ружье у него было не настоящим: он его выстругал из дерева. «Убийство не было самоцелью. Волновало сознание власти над жертвой и контроля ситуации. Я отдавал отчет в том, что делаю. Это мне нравилось».

На первом же допросе в полиции Трейвик, сообразуясь со своим убеждением говорить одну только правду, сознался в попытках нападения и в убийстве Стефании Гейч, присовокупив к нему все свои прочие злодеяния. Однако выдвинул поразительное условие: в обмен на признательные показания ему должна быть обеспечена казнь на электрическом стуле. Для пущей убедительности, чтобы наверняка дотянуться до вышки, он сказал, что изнасиловал Гейч. Узнав о том, что для электрического стула вполне достаточно сопряженного с похищением убийства, Трейвик признание в изнасиловании забрал обратно. Через месяц после ареста он начал широкую «рекламную» кампанию: опубликовал в газетах несколько своих писем и дал множество телевизионных интервью. Особый интерес вызвало одно из писем, направленное им в марте 1993 г. доктору Брайану Броуди, который занимался проблемой СПИДа. Трейвик предлагал исследователю провести над ним, Трейвиком, все необходимые эксперименты, потому что все равно будет казнен. Броуди отказался от его услуг, сообщив в ответном письме, что опытов над людьми он и его коллеги не проводят.

Тогда многие думали, что жаждущий известности Трейвик требует казни, поскольку хочет выглядеть мучеником. Но он постоянно опровергал это мнение. При этом, когда речь заходила о совершенных им убийствах, он был предельно честен. Но чаще всего его публичные рассуждения концентрировались на недовольстве правоохранительной системой. Трейвик постоянно твердил, что если бы полиция и тюремный персонал в свое время больше внимания обратили бы на его болезнь, то он бы не дошел до убийства. «Я не преступник, – писал он, – однако как психически неуравновешенный человек я опасен. В 70-е годы меня можно было спасти, а множество других людей избавить тем самым от угрозы… Государство не виновато передо мной. Оно виновато перед обществом, которое призвано защищать. Я прошу смертной казни потому, что государство, пренебрегая собственными интересами, хочет вернуть меня на улицы». Представ перед судом, Трейвик начал процесс с того, что передал судье письмо, в котором предупреждал, что если его не приговорят к смертной казни, то он убьет кого-нибудь в тюрьме…

Между тем, добиться электрического стула оказалось не просто. Судебное разбирательство, начавшееся в 1993 г., пришлось отложить почти на год: защита просила провести тщательное медицинское освидетельствование обвиняемого. Возобновившись, процесс уложился в три дня. Психологи, выступающие на стороне защиты, долго и нудно описывали историю его болезни – дескать, «можно быть психически больным и подобно Трейвику казаться вполне здоровым». Психолог, которого пригласило обвинение, был куда более краток: вменяем. Да и сам Трейвик разбил и без того шаткую позицию защиты, постоянно утверждая: убивал, потому что нравилось, и никаких «голосов» он не слышал, «видений» у него не было. Добили присяжных слова матери убитой девушки: «Я никогда не буду качать на коленях внука. За мной некому будет ухаживать, если я заболею. Моя дочь не заслужила такой участи. Я не заслужила таких мук. У меня отняли моего ребенка. Солнечный свет, спокойствие ушли из этого мира». Присяжные совещались час сорок минут. Десять проголосовали за смертную казнь. Двое – за пожизненное заключение.

23 марта 1994 г. Трейвику объявили смертный приговор. Трейвик довольно улыбнулся.

У некоторых серийных киллеров садистские наклонности соседствуют с необузданным мазохизмом (по данным ФБР, около трети серийных убийц занимались самокалечением). Так, «серийник-рекордсмен» Альберт Фиш проглотил тринадцать металлических иголок. Во время его казни на электрическом стуле возникло короткое замыкание. Психиатры подметили, что садизму нередко сопутствует ритуальное поведение. Поэтому не единичны случаи, когда серийные киллеры уродуют тела своих жертв, вырезают и сохраняют определенные куски или части тела, чтобы потом их «смаковать и дегустировать». Именно по этой причине они отдают предпочтение холодному оружию, которое позволяет им более тесно контактировать с жертвой. (В литературе описан серийный киллер конца XIX века, который приказал построить замок, начиненный капканами, чтобы иметь возможность в полной мере насладиться страданиями своих жертв.)

Отдавая дань отмеченным западными специалистами психологически точным закономерным особенностям криминального, пред– и посткриминального поведения серийных убийц, нельзя не обратить внимание на то, что с позиции только «чистой» психологии загадку их феномена во всей его полноте, степени сложности и противоречивости вряд ли можно объяснить надлежащим образом. Многогранная картина, механизм, движущие силы их поведения становятся, на наш взгляд, более понятными, если на них посмотреть еще и с биоэнергетической точки зрения. В этой связи нелишне вспомнить мысли, высказанные В.М. Инюшиным, его оригинальное определение человеческой жизни как уникального термодинамического явления и объяснения актов истязания и убийств как способа и источника увеличения биоэнергетического потенциала кровавых маньяков. Не с проблемами ли еще и этого потенциала связаны прогрессирующее духовное опустошение, упадок сил, депрессия серийных убийц в межкриминальные периоды их жизнедеятельности?

Вполне возможно, что в соединении психофизиологических и биоэнергетических начал и содержится ключ к разгадке тайны феномена серийного убийцы и его поведения[12].

Некоторые психологи, а вслед за ними и журналисты, характеризуя маниакальных убийц, пользуются таким выражением: «Они питаются смертью». При этом подразумевается, что смерть жертв дает им сугубо эмоциональную, психологическую пищу, необходимую для удовлетворения амбиций, самоутверждения, получения эмоциональной разрядки и сексуального удовольствия. Все это, конечно, так. Однако с позиции концепции В.М. Инюшина указанная трактовка приведенного выражения может быть уточнена, если учесть, что смерть жертвы для серийного киллера является не только психологической категорией, но еще и биоэнергетическим фактором.

«Поглощая («пожирая») биоплазмоид жертвы, – подчеркивает В.М. Инюшин, – убийца резко увеличивает свой биоэнергетический потенциал, «приобретает такие запасы психической энергии, которые долгие годы могут питать его невидимую агрессию».

Не от истощения ли упомянутых запасов психоэнергетического потенциала тянутся дополнительные нити к фантазматическим мечтаниям, выслеживанию и пыткам жертв, к невозможности добровольного отказа от преступного промысла и многому другому, что и составляет в совокупности типологический портрет и персонифицированные характеристики «героев» кровавых сериалов?

Признаки серийных убийств

Существует комплекс признаков, отличающих серийные убийства от других разновидностей преступлений с многочисленными жертвами:

• Серийный убийца никогда не ограничивается содеянным. Его криминальная агрессия периодически возобновляется, проявляясь в новых, очередных эпизодах сериала.

• Характерная особенность серийного убийства – «один эпизод – одна жертва» (это роднит серийные убийства с рядом других, обычных убийств). Очень редкие исключения (когда серийник убивает сразу членов одной семьи) лишь подтверждает это правило.

• Серийный убийца орудует в одиночку (без соучастников, свидетелей и очевидцев). Крайне редки случаи, когда киллеры действуют парами (обычно это мужчина и женщина, связанные сексуальными отношениями), в такой паре один из партнеров (мужчина) всегда выступает в роли лидера.

• Преступника с жертвой ничего не связывает. До момента преступления киллер не был знаком с жертвой. Нападение на незнакомую жертву совершается внезапно или предваряется мимолетным знакомством. Это обстоятельство наряду с кажущейся безмотивностью, то есть отсутствием очевидного мотива преступления (цель ограбления в серийном убийстве отсутствует), затрудняет расследование данной категории убийств.

• Для серийного убийства характерна избыточность насилия (так называемое «сверхубийство»). В отличие от убийств, являющихся средством достижения какой-либо другой цели (материальная выгода, устранение соперника, месть, сокрытие другого преступления), серийное убийство совершается ради убийства и истязания жертвы, манипуляции с трупом.

• Для многих серийных убийц характерна высокая мобильность: к моменту обнаружения трупа он находится уже далеко от места преступления (часто в другом регионе страны). Это обстоятельство чрезвычайно затрудняет объединение преступлений в серию. Наряду с убийцами-«странниками» существуют и убийцы-«домоседы», весьма искусные в сокрытии трупов, что тоже не способствует расследованию. Поэтому некоторые серийники действуют годами и попадаются в руки правосудия чисто случайно.

• Важным признаком серийного убийства, отличающим его от убийства массового и цепного, является период эмоционального покоя или эмоционального остывания между преступлениями, который может быть очень длительным (до года, а иногда и более). В этот период преступник живет обычной жизнью добропорядочного гражданина, не вызывая никаких подозрений у окружающих. По окончании периода эмоционального покоя убийства обязательно возобновятся.

• Каждое преступление серийного киллера тщательно спланировано и подготовлено. Преступник старается не оставить очевидных улик, указывающих на его личность. Преступление им совершается без свидетелей (имеется в виду сам акт умерщвления жертвы).

• Отдельные эпизоды преступной деятельности рассредоточены во времени: интервал между последовательными убийствами может исчисляться неделями, а порой – годами.

• В обычной жизни серийный убийца совершенно не соответствует стереотипному образу душегуба. Это может быть почтенный отец семейства, примерный супруг, уважаемый гражданин, общественный деятель.

• Характерологические особенности серийных убийц (обаяние, умение манипулировать людьми, ум, лживость и изворотливость, опыт в совершении преступлений) часто позволяют им вводить в заблуждение полицейских и следователей и долго оставаться неуловимыми.

Приведенные данные, с одной стороны, характеризуют личность и поведение убийц исследуемой категории, с другой стороны, во многом определяют своеобразие форм, средств и методов раскрытия совершаемых ими преступлений и те многочисленные трудности, с которыми сталкиваются при этом сотрудники правоохранительных органов при поиске и изобличении сексуальных маньяков-убийц и близких к ним субъектов, родственных по духу и стилю криминальной активности.

1.3. Типология «героев» кровавых сериалов

Смертельное насилие многолико. Поэтому всегда возникает необходимость «…выделить его отдельные типы, оценить их и попытаться бросить самый первый взгляд на его природу»[13].

Научно обоснованные типологии лиц, совершающих преступления определенных категорий, имеют не только теоретическое, но и практическое значение. Они способствуют распознаванию признаков неизвестного преступника, построению и реализации его поискового портрета (мысленной модели, образа), определению тактики допроса подозреваемых и обвиняемых, решению других поисковых и познавательных задач в уголовном производстве.

Типологии и классификации

Существуют различные, полезные в практическом отношении типологии и классификации лиц, совершающих серийные убийства.

По половой ориентации среди серийных убийств выделяются натуралы и гомосексуалисты; по сфере криминальной активности (ареалу) – совершающие преступления в районе своего проживания (работы), в смежных районах, в рядом расположенных регионах, по определенному знакомому маршруту; по предпочтению возрастной принадлежности жертв – педофилы и эфебофилы (предпочитают детей и подростков), геронтофилы (предпочитают людей пожилого возраста и престарелых), универсалы, или «всеядные», жертвами которых могут стать люди различного пола и возраста.

На западе популярны две типологии. Одна построена по территориальному признаку, а другая – по мотивационному. В рамках первой из них выделяются «локальный» и «странствующий» типы серийного убийцы.

«Локальный киллер» совершает преступления в определенном постоянном месте, выбранном заранее, связанном с местом его работы или проживания. (Нередко таковым является его собственный дом.) Всемирно известные серийники-гомосексуалисты Джеффри Дамер, Роберт Берделла, Денис Нильсен, Джон Гейси на протяжении ряда лет, не вызывая ни малейшего подозрения у окружающих, истязали, убивали и уничтожали останки своих жертв в своем жилище. На «личном счету», например Джона Гейси, числилось 33 убитых мальчика и юноши. В отличие от локального, «странствующий» серийник охотится за своими жертвами, переезжая с места на место. Таким был, например, Тед Банди, оставивший кровавый след на территории пяти штатов.

В основу другой типологии положен ведущий мотив убийства. По этому принципу выделено четыре типа серийных убийц: визионер, миссионер, гедонист и тиран.

Тип киллера-визионера – самый малочисленный в отряде серийников. Убийцы этого типа совершают преступления под влиянием зрительных и слуховых галлюцинаций. В отличие от трех остальных типов это люди с не совсем здоровой психикой. У них бывают «видения», они порой «слышат» голос Бога или Демона, приказывающие убить того или иного человека или определенную группу людей.

Киллер-миссионер возлагает на себя миссию «очищения» общества от «нечисти» (чаще всего их жертвами становятся проститутки и гомосексуалисты). Исторический тому пример – Джек-потрошитель, наводивший ужас на жителей Лондона в 1888 году. Примером современного типа таких «героев» служит австрийский поэт и серийный убийца Жак Унтервегер, убивавший проституток в Австрии, Чехословакии и США (осужден в 1994 г.).[14]

Киллер-гедонист – самая массовая и самая изученная категория серийников. Он убивает потому, что сам процесс доставляет ему наслаждение. Ему нравится убивать. Именно среди убийц этого типа чаще всего встречаются различные формы сексуальных извращений, расчленений, а также некрофилии, каннибализма. Гедонисты подразделяются на два подтипа. Один из них называется кошером-сластолюбцем. Убийцы данного плана получают сексуальное удовлетворение от садистских манипуляций с жертвой и ее трупом. У них четко выражены все фазы серийного убийства: фантазия, в ходе которой культивируется желание убивать (оно часто формируется под влиянием порнографических книг и фильмов); охота за «идеальной» жертвой, соответствующей сформировавшемуся в предыдущей фазе образу; сам процесс убийства и переживаемого в этот момент экстаза. Многие из убийц этого типа, стремясь «продлить удовольствие», уносят с собой различные части тела жертвы, сувениры, трофеи, напоминающие им о «счастливых мгновениях». После каждого преступления и пережитого на этой почве «озарения души» у них наступают депрессия, чувство неудовлетворенности, формирующие желание новых убийств.

Киллеру – «искателю острых ощущений» тоже нравится убивать, но по несколько иным причинам. Получение сексуального удовлетворения отступает здесь на второй план. Главное – необычные ощущения, опасность, риск, словом, все, что вызывает выброс адреналина, состояние экстаза. Для него убийство подобно наркотику: то и другое «затягивают» и требуют «увеличения дозы». Вот почему серийный убийца так же неизлечим, как и наркоман, вот почему он будет стремиться убивать вновь и вновь.

Киллер-тиран, властолюбец, как правило, является человеком с низкой самооценкой, не получающий любви и признания, которых он, как ему кажется, заслуживает. Убийство для него служит способом самоутверждения, доказательством силы и состоятельности. Убийца наслаждается унижением и беспомощностью жертвы, ощущением своего всевластия и могущества. Жертва всецело в его руках. Он может сделать с ней все, что захочет: оставить ее в живых или убить. Все манипуляции с жертвой (в том числе и сексуального характера) имеют одну цель – демонстрацию неограниченной власти над жертвой.

Подробного анализа в силу ее особой практической значимости заслуживает типология, предложенная специалистами Отдела поддержки расследования Национального центра по изучению насильственной преступности при Академии ФБР (США). Специалисты указанного отдела подразделяют серийных убийц на две категории: организованный несоциальный преступник и дезорганизованный асоциальный преступник.

Организованный несоциальный преступник

Личностные особенности организованного преступника отражаются в стиле его жизни, домашней обстановке, его личном автомобиле и внешности. Все в его жизни разложено по полочкам, всему отведено свое место и все должно находиться на своем месте. Организованному преступнику трудно отказаться от привычных способов поведения. Так, виновность Тэда Банди (его называют маньяк №1) по крайней мере в четырех убийствах удалось доказать потому, что Тэд имел привычку заправляться на определенных бензоколонках и ставить свою подпись на квитанциях за покупки.

Организованные преступники, как видно из таблицы, организованны во всем, а их «несоциальность» объясняется не дефицитом способностей к социализации, а собственной волей: они сами этого хотят, им нравится быть одинокими. Однако одиночество организованных преступников совершенно иного свойства, чем одиночество асоциальных дезорганизованных преступников. Асоциальный дезорганизованный индивид одинок потому, что он воспринимается окружающими как «странный», с ним никто не хочет иметь дела. В отличие от него несоциальный организованный индивид самодостаточен, он не видит никого, кто, по его мнению, был бы достоин его общества.

Что же толкает организованного несоциального индивида на убийство? Эти факторы, побудительные причины могут быть как реальными, так и воображаемыми. Как показал один арестованный киллер, вина женщины, ставшей его жертвой, состояла в том, что она будто бы оскорбила его чувство собственного достоинства и, чтобы «восстановить справедливость» ему якобы не оставалось ничего другого, кроме убийства обидчицы. На самом деле в поведении женщины не было ничего объективно плохого. Однако преступником ее поведение было воспринято как оскорбительное.

Характеристика организованного несоциального преступника

1

У большинства организованных убийц хорошо развит интеллект, среди них нередко встречаются лица с высшим образованием (уже упоминавшийся Тэд Банди имел диплом бакалавра психологии и учился в юридическом колледже). Организованные преступники социально компетентны, имеют сексуальных партнеров. Некоторые из них заводят семью. Однако большинство ограничивается внебрачными связями. Многие организованные преступники являются выходцами из семей среднего класса, имеют высокий порядок рождения (первые дети в семье). Им не чуждо употребление алкоголя и наркотиков. Тот же Тэд Банди в период своей «преступной карьеры» (с 1974 по 1978 гг.) много пил, курил марихуану.

Организованный преступник легок на подъем, чувствует себя комфортно вдали от дома. Он может работать, иметь достаточно широкий круг знакомых, хотя отношения всегда поверхностные.

В поиске жертв, а главное – чтобы легче было скрыть преступления, организованный преступник совершает круизы по стране, уезжая все дальше и дальше от дома. Тэд Банди в поисках жертв совершал круизы по 8 штатам США. Одну из своих жертв, похищенную в университетском корпусе штата Орегон, он перевез почти за 300 миль в Сиэтл (штат Вашингтон).

Сфера преступных действий отдельных серийных убийц может быть более широкой и порой не ограничивается пределами одной страны.

Унтервегер – типичный послевоенный подкидыш. Родился он в 1952 г., когда в Европе было полным-полно американских солдат. Благоразумная Австрия посчитала, что пусть в ее кабачках пьянствуют и дебоширят парни из Техаса и Оклахомы, нежели проводят тотальную зачистку населения суровые хлопцы из НКВД. Вот так и получилось: матерью Унтервегера стала венская проститутка, отцом – американский солдат. Своим родителям маленький Жак был не нужен. Они его бросили в самом раннем детстве. Какое-то время мальчик кочевал по родственникам. Везде он воспринимался как лишний рот. В конце концов он всем надоел. И его сдали в приют.

К мелкому криминалу Жак пристрастился подростком. Помимо всего прочего, он занимался сводничеством. И это, судя по всему, тоже послужило немаловажным фактором, предопределившим его дальнейшую жизнь.

Первое свое убийство (подчеркнем, доказанное) – он совершил в 1976 г. Жертвой Унтервегера стала Маргарет Шафер – 18-летняя проститутка. Многие уверены, что Маргарет никакого отношения к проституции не имела, но на этом горячо настаивал сам убийца. Трудно сказать, читал ли он труды Зигмунда Фрейда, но свое преступление он объяснил, сообразуясь с учением великого психолога. «Я убил проститутку, – говорит Жак, – потому что проституткой была моя мать.» Способ убийства был прост: несчастная девушка была избита, а затем задушена собственным бюстгальтером. Именно так должен был убивать молодой человек, переживший в детстве тяжелую психическую травму. Именно так униженный, оскорбленный, брошенный сын должен мстить своей матери-проститутке. В дальнейшем Унтервегер ни разу не отступил от выработанных для себя канонов.

В семидесятые годы в благополучнейшей и тишайшей Австрии никого не вешали. Поэтому 24-летнего Жака приговорили к пожизненному заключению.

В тюрьме он написал автобиографию. Потом сочинил роман. И эти его труды нашли читателей. Во всяком случае, заключенные тюрьмы, где сидел Унтервегер, выпускали свой журнал. Наш герой стал постоянным и любимым его автором. Дальше – больше. О приговоренном к пожизненному заключению убийце, который пишет стихи и даже романы, узнали и за стенами тюрьмы. Это была почти сенсация. И уж во всяком случае экзотика… Весьма вероятно, что литературное творчество Унтервегера и впрямь – не только объект для анализа тюремных психологов. Может, и впрямь проскакивала в нем искра Божья, хотя упоминать имя Господне рядом с нашим героем – откровенное святотатство. Как бы то ни было, а через некоторое время об Унтервегере знали все, кто интересовался современной австрийской литературой. Он сделался знаменитостью. Тюремная администрация не без гордости показывала его комиссиям, государственным чиновникам и журналистам, скромно намекая на то, что литературные успехи их клиента стали возможны, благодаря вдумчиво поставленному воспитательному процессу и трогательной заботе о заблудших душах со стороны всего дружного коллектива сотрудников пенитенциарного учреждения. Потом заговорили о свершившимся чуде: в кои-то веки удалось так кардинально перевоспитать зловещего убийцу. Жаку милостиво разрешили время от времени посещать литературные собрания… Его выпускали из тюрьмы. И он аккуратно возвращался обратно. И вдохновение горело на его челе… Кроме того, Жак довольно быстро приобрел влиятельных друзей и покровителей в среде австрийских интеллектуалов.

Кончилось все тем, что поэта и писателя Жака Унтервегера выпустили из темницы. Его посчитали полностью перевоспитавшимся. Его признали не опасным для общества. Он вышел из тюрьмы в 1990 г. Все ждали от Жака новых книг и стихов, нового – не отягощенного тюремной атмосферой – полета фантазии. На литературном небосклоне вставала новая звезда.

В октябре 1990 г. в Австрии нашли убитую проститутку. В первые месяцы 1991 г. были убиты еще шесть женщин.

Летом того же года обнаружили трех убитых проституток в далеком от Австрии Лос-Анджелесе. А затем в Праге погибла некая Бланка Бескова. Конечно, и она была представительницей древнейшей профессии.

Модус операнди, образ действия, во всех случаях совпадал до мелких подробностей. Убийца знакомился с жертвами в » кварталах красных фонарей», увозил женщину в уединенное и отдаленное место, душил с помощью ее собственного нижнего белья, затем прятал трупы в лесных массивах. Приглашенный из ФБР эксперт – специалист по психологическому профилю преступника сделал однозначный вывод: убийства совершены одним и тем же человеком.

И во всех случаях в тех городах, где были совершены преступления, присутствовал Жак Унтервегер. В Лос-Анджелес он попал во время своего турне по США, которое совершал в качестве подающего большие надежды литератора. В Австрию он возвращался через Прагу. Совпадало и время. Главное: это был его почерк.

По возвращении Жака на родину австрийские полицейские несколько раз вызывали его – все таки не было у них полной уверенности, что Унтервегер – тот маньяк, которого они ищут. Как-никак поэт, писатель, натура творческая, утонченная – возможно ли? Жак аккуратно являлся на допросы, и был сама доброжелательность и открытость. Он даже предлагал полицейским свою помощь в поиске кровожадного чудовища, но при этом смущенно добавлял, что он литератор, служитель, так сказать, муз, а не детектив. Но в конце концов полицейские заставили себя забыть о «творческой личности» и увидели в Жаке прежнего убийцу.

В феврале 1992 г. было получено разрешение на его арест. Это тоже стало своеобразной сенсацией. Как же: поэт-убийца, писатель – сексуальный маньяк, яркое литературное дарование, маскирующее свою страсть к смерти. Полиция решила не просто арестовать Унтервегера. Она захотела взять его на глазах у миллионов телезрителей. В назначенный час перед домом преступника собрались бравые полицейские и предвкушающие сенсационные кадры телевизионщики. Под объективами телекамер полицейские лихо ворвались в квартиру Унтервегера… И сенсация состоялась: преступника там не оказалось.

Потом его искала половина всей европейской полиции. Выяснилось, что он умудрился сбежать сначала в Швейцарию, а из нее – во Францию. Несколько дней прожил в Париже, а затем рванул во Флориду. Там его и удалось схватить – но уже без помпезности.

Штаты передали его Австрии. И там в мае 1994 г. его начали судить. Унтервегеру было предъявлено обвинение в убийстве одиннадцати женщин на территории Австрии, США и Чехии. Процесс получился напряженным. Длился он 32 дня. Для Австрии это был самый громкий процесс последнего десятилетия.

Надо сказать, что обвинение располагало всего лишь двумя неопровержимыми доказательствами: на одежде одной из жертв были обнаружены красные волоконца из шарфа, принадлежащего Унтервегеру; в его машине нашли женский волос, который «почти наверняка» принадлежал той самой Бланке Восковой из Праги. Вкупе со всеми прочими косвенными уликами этого хватило присяжным для вынесения обвинительного вердикта. К тому же сам поэт перед тем, как присяжные собирались уходить в совещательную комнату, бросил им: «Я был алчным, хищным, жадным до жизни, я поставил перед собой цель подняться со дна… Я проиграл». Однако решение суда присяжных было отнюдь не единогласным. Двое из восьми посчитали Унтервегера невиновным. Да и остальные посчитали его вину в двух убийствах недоказанной – трупы настолько разложились, что найти какие-то доказательства, «привязывающие» их к нашему герою, стало невозможным.

Жака вторично приговорили к пожизненному заключению. Пожизненное заключение длилось всего несколько часов. Его нашли повесившимся – почти сразу после водворения в камеру.

В силу своих личностных особенностей организованному преступнику нетрудно знакомиться, заводить друзей, менять места работы. Он умеет производить благоприятное впечатление на окружающих, создавать видимость профессиональной квалификации, которой на самом деле нет. Многие серийники этого типа имели неплохую работу: Джон Гейси работал в строительной компании, Кэн Бьянчи был психологом и офицером безопасности.

Организованный несоциальный преступник относится к маскулинному (мужественному) типу личности. Это проявляется в его одежде, манере поведения, типе личной машины.

По характеру организованный несоциальный преступник – типичный самовлюбленный социопат. Он убежден, что все знает лучше других, всегда прав, не переносит никакой, даже конструктивной критики.

Для организованного несоциального преступника каждое убийство превращается (по крайней мере отчасти) в игру. Такой преступник может возвращаться на место преступления, чтобы вновь пережить испытанные здесь ощущения. Некоторые, подобно Эдмунду Кемперу, не поддаются соблазну, потому что «неоднократно слышали о том, что многие преступники были как раз в эти моменты и схвачены полицией».

Организованные преступники внимательно отслеживают информацию в СМИ. Они часто узнают о многих деталях работы полиции из телепередач и других источников, могут даже сотрудничать с полицией и другими правоохранительными органами ради получения интересующей их информации. Обаяние и шарм людей этого типа позволяют им выходить сухими из воды даже в тех случаях, когда их напрямую подозревают в преступлении. Благодаря своему интеллекту, умению разбираться в людях организованный преступник может заранее предвидеть возможные вопросы следователя и заготовить выгодные для себя ответы и объяснения.

Применительно к данному типу преступников ФБР рекомендует следователям тактику прямой конфронтации при допросе. Организованный преступник ценит компетентность следователя, даже если это чревато для него самого арестом и осуждением. Однако, прибегая к конфронтации, следователь должен быть уверен в достоверности имеющейся у него информации. Если следователь предъявляет «факты», он должен быть убежден, что они правильны и точны. Преступник этого типа сразу же распознает, когда его «хотят взять на понт», и если полиция предъявляет ему ложное доказательство, значит, она не располагает информацией по делу. Это сразу же «закроет дверь» к успешному расследованию, так как организованный преступник никогда добровольно не выдаст никакой информации, способствующей установлению его вины. Преступник этого типа признает лишь то, что вынужден признать. Следователь не должен надеяться на то, что как только он предъявит имеющиеся у него доказательства, информация из допрашиваемого польется рекой.

В Америке считается, что лучше, когда допрос проводится одним следователем. Однако в случаях, когда необходимо форсированное ведение допроса, возможна попеременная работа двух следователей. Так, Тэда Банди допрашивали ночами два следователя, часто сменявшие друг друга. Это делалось для того, чтобы не дать допрашиваемому выспаться и «психологически собраться». Такая тактика оказалась достаточно эффективной.

Дезорганизованныи асоциальный преступник

В отличие от организованного, дезорганизованный убийца дезорганизован буквально во всем и везде. Беспорядочность легко просматривается в его одежде, его машине, его манере поведения и не только в этом. Стиль его жизни, психологическое состояние также дезорганизованны.

Как показали проведенные ФБР исследования, типичный дезорганизованный асоциальный преступник – это белый мужчина, интроверт, далеко не спортивного вида. В детстве многие из преступников данного типа оказывались жертвами физического или психического насилия. Нередко они воспитывались в неполных семьях (без отца). Если семья была полной, отец имел низкооплачиваемую или непостоянную работу. В детстве у них было мало друзей, они отдавали предпочтение играм и развлечениям в одиночестве, сторонились компании сверстников. Дезорганизованный асоциальный преступник – это одиночка по жизни. Причина его одиночества, однако, фундаментально отлична от одиночества организованного несоциального преступника. Дезорганизованный асоциальный преступник одинок потому, что окружающие считают его «чудаковатым», странным и не стремятся к общению с ним. Для преступника данного типа характерны трудности в учении и социальной адаптации. Интеллектуальное развитие ниже среднего. Его статус в обществе – производное от компонентов его личности: неквалифицированная (часто самая низкооплачиваемая) работа, дефицит социальных контактов (с женщинами в особенности). Все это делает его одиноким не по собственному желанию, а по причине социальной сегрегации.

Данные особенности личности определяют и характер преступления: спонтанность, дефицит элементов продуманного планирования. Этот тип преступника чувствует себя некомфортно вдали от места, где он живет и работает, поэтому он часто совершает преступления «по соседству», «в зоне досягаемости», куда можно добраться пешком или на велосипеде. Как правило, такого типа преступник не интересуется, что пишут о его преступлениях в средствах массовой информации.

Характерная для него расхлябанность, неорганизованность, неряшливость в быту может проявляться и на месте совершения преступления до тех пор, пока не попадется.

Согласно данным Отдела поведенческих наук ФБР, дезорганизованному асоциальному преступнику присущи некоторые поведенческие паттерны, проявляющиеся после того, как совершено преступление. Прежде всего это потребность вернуться на место преступления по прошествии некоторого (иногда продолжительного) времени, чтобы вновь испытать приятные переживания, сопутствовавшие преступлению. С той же целью он может принимать участие в похоронных церемониях своей жертвы и даже порой выразить через газету соболезнования по поводу безвременной кончины.

Дезорганизованный асоциальный преступник может вести дневник, в котором описываются его жертвы и манипуляции с ними; у него могут храниться также аудио– или видеокассеты, «документирующие» сцены его преступлений. В дневнике, наряду с записями о реальных фактах и событиях, находится место для подробного описания сексуальных фантазий, роль которых в этногенезе серийных убийств, как известно, очень велика. Приведем пример «откровений» подобного рода: «Мне больше нравятся, – признался один маньяк, – плотненькие девчонки – чем она более упругая, тем лучше… Прежде всего нужно найти подходящее помещение, без окон, лучше в подвале, оборудовать его стальными клетками (для содержания жертв), убедиться в звуконепроницаемости помещения, только после этого приступать к охоте (на жертв)… Но не годится всякая. Не пожалейте времени и найдите именно то, что хотите. Не кидайтесь на первую подвернувшуюся, ищите «совершенный объект». Потом держите его в клетках до тех пор, пока не убьете, и хватайте следующий, однако, если предполагается пытать, то лучше брать сразу два объекта, чтобы пока один приходит в себя, можно было «работать с другим».

После совершения преступления дезорганизованный асоциальный преступник может сменить адрес, однако он не уедет далеко от прежнего места жительства, потому что только в привычной обстановке ему живется комфортно. Уезжая в другое место, отличающееся от прежнего, он страдает, испытывает чувство анемии. Словом, если он переберется после преступления в другое место, то только в похожем доме и похожей местности. Он может также сменить работу. Бывали случаи, когда после преступления такие индивиды пытались завербоваться на военную службу. Однако подобные попытки обычно успеха не имели: либо не удавалось пройти физические и психологические тесты, либо признавалась общая непригодность к военной службе.

Важнейшим условием эффективности допроса данного типа лиц является установление психологического контакта следователя с допрашиваемым. Рекомендуется демонстрировать симпатию к допрашиваемому, сопереживание и сочувствие. Так, например, если преступник утверждает, что ему «явился» дьявол и приказал убить, следователь может сказать, что хотя сам лично он никогда с дьяволом не встречался, но если допрашиваемый видел дьявола, то, значит, так оно и есть.

Характеристика дезорганизованного асоциального преступника

1

Поскольку для этого типа преступника трудно поддерживать личный контакт с другими, следователю нужно иметь постоянную «нить» разговора, при необходимости вводя в разговор темы, не имеющие отношения к преступлению. Следует иметь в виду, что эмоциональный контакт, доброжелательные отношения с допрашиваемым облегчают получение признательных показаний. Следователю нелишне знать, что дезорганизованный асоциальный преступник, относится к «ночному» типу личности. Поэтому для допросов рекомендуется выбирать ночное время, когда преступник находится «в лучшей форме»

Распознавание типологической принадлежности убийцы-серийника

При распознавании типологической принадлежности устанавливаемого убийцы-серий ника важно учитывать, что поведение организованных преступников, по сравнению с дезорганизованными на месте происшествия имеет существенные отличия. Организованный (по стилю жизни) человек, организован и по стилю преступления. И наоборот, дезорганизованность в жизни проявляется в дезорганизованности преступления.

1

Организованный несоциальный преступник тщательно готовит свое преступление, он придает большое значение уничтожению следов преступления. В этих целях, например, совершив убийство в одном месте, он может переместить труп в другое место. В отличие от него дезорганизованный преступник нападает на жертву внезапно, не планирует заранее или очень плохо планирует преступление. Спонтанность и внезапность нападения приводит к тому, что на месте преступления остается много следов.

Как организованные несоциальные, так и дезорганизованные асоциальные преступники выбирают жертв «среди чужих», незнакомых людей. Однако критерии выбора у тех и других – разные. Дезорганизованный преступник может заранее знать о существовании своей будущей жертвы, о том, где она живет, но не иметь никаких личных отношений. А вот организованный преступник всегда выслеживает, выбирает по определенным признакам свою жертву среди незнакомых людей. Его жертва – типичный представитель идеального, в его понимании, объекта.

Из показаний одного из убийц: «Мою «типичную» жертву можно определить следующим образом: это женщина белой расы, в возрасте от 13 до 19 лет, подросток по манере поведения и стилю одежды».

Добавим, что не раз уже упоминавшийся организованный преступник Тэд Банди, психолог по образованию, создавший теорию «идеального объекта», выбирал своих жертв из типичных представительниц высшего и среднего социальных классов в возрасте 19–23 лет.

Дезорганизованный преступник, применявший тактику «блиц-атаки», много со своей жертвой не говорит, ему не требуется устанавливать личный контакт с жертвой. Организованный преступник после того, как жертва оказывается в его «зоне комфорта», говорит с нею на «языке устрашения». Чаще всего для установления первого контакта с жертвой используется машина преступника, которая также является и средством контроля, после того как жертва в машине. Для организованного преступника характерно преследование (сталкинг) и выслеживание нужного объекта. Некоторые из них – настоящие мастера своего дела («По походке, манере держать голову, по взгляду я могу безошибочно определить подходящий объект», – показал один киллер.)

Организованные несоциальные преступники стараются причинить своим жертвам прежде, чем их убить, как можно больше физических и моральных страданий. Они очень изобретательны в придумывании изощренных пыток: вид униженной и беспомощной жертвы дает дополнительный «кайф». Перед тем, как приступать к пыткам, организованный преступник обычно связывает свою жертву, чтобы она не могла сопротивляться. Напротив, дезорганизованный преступник, как правило, не пользуется никакими ограничивающими дееспособность жертвы средствами, потому что запугивание и устрашение последней не входят в его намерения.

Для организованного несоциального преступника наблюдение за реакциями запуганной, потерявшей человеческое достоинство и умоляющей о пощаде жертвы имеет значение чрезвычайное. Поэтому он не спешит убивать жертву до тех пор, пока не насладится вполне. Проиллюстрируем это положение одним из «откровений» серийника: «Когда я наблюдаю за женщинами (речь идет о его жертвах), они для меня абсолютно ничего не значат как человеческие существа. Одна из женщин своим «нежеланием хорошо мучиться» бросила мне вызов, который я расценил как нежелание признать собственную никчемность, как претензию этой женщины на собственное достоинство. Ее молчание, отсутствие попыток сопротивления, привели меня в ярость, и я тут же убил эту женщину и тотчас забыл о ней. Я приступил к поиску другой жертвы».

Организованный несоциальный преступник всегда пользуется собственным орудием убийства и никогда не оставляет его на сцене преступления. Дезорганизованный преступник действует спонтанно, заранее не обдумывая, чем он будет убивать. Он часто пользуется тем, что «под руку подвернулось» и оставляет орудие убийства на месте преступления.

В том случае, когда обнаружено перемещение трупа жертвы сексуальной агрессии, это может указывать на то, что преступник принадлежит к несоциальному организованному типу. Преступник неорганизованного типа обычно не имеет ни желания, ни потребности спрятать труп или переместить его в другое место.

1.4. «Надомники»: кровавые «подвиги» гомосексуалистов

Не следует думать, что во всех случаях жертвами маниакальных преступников являются только представители слабого пола, немощные старики и слабосильные дети. Да, эти типы жертв доминируют в структуре серийных убийств. Однако ими круг убитых и растерзанных людей не исчерпывается. От рук маньяков страдают и гибнут и те, кого причисляют к сильному, физически активному полу. Среди них встречаются лица, имеющие нетрадиционную сексуальную ориентацию. Подчас и они становятся жертвами себе подобных. Убийцы-гомосексуалисты образуют особый «отряд» неоднородной, разношерстной, многоликой «армии» бывших и действующих серийных преступников. Даже среди своих собратьев по духу и криминальному промыслу они выделяются изощренной, необузданной, не поддающейся воображению жестокостью кровожадных, изголодавшихся хищных зверей.

В зависимости от характера мест проявления криминальной активности мы разделили их на два подтипа: «бродяг» и «надомников». К числу «бродяг» отнесены те убийцы-гомосексуалисты, которые орудуют за пределами своих жилищ (на пустырях, в лесополосах, в глухих, темных переулках и т.д.) в так называемых полевых условиях. Там они, «охотясь», отыскивают своих жертв, там же и расправляются с ними. В этом и состоит основное отличие данной категории преступников от убийц той же сексуальной ориентации, включенных в группу «надомников».

Надомниками обычно называют людей, которые выполняют какую-либо общественно полезную работу по месту своего жительства.

Для них дом – не только жилище. Он еще и место работы. Убийцы-«надомники» – это не те трудяги-работяги, которые беззаветно вкалывают без отрыва от дома. И хотя они тоже «трудятся» в поте лица под крышей дома своего, их «труд» особый. По сравнению с ним работа палача – невинная детская забава. Их дома – место казни и некрополь для тех, кто попал туда, завороженный сладкими речами и соблазнительными посулами. Укрытые стенами своих домов-крепостей, невидимые, недосягаемые, неуязвимые, гомосексуалисты-«надомники», совершающие серийные убийства, – крайне опасная, недостаточно изученная разновидность преступников-изуверов. Многим из них присущи такие черты, как каннибализм, стремление к разрушению всего живого, некрофилия, определяемая «как страстное влечение ко всему мертвому, разлагающемуся, гниющему, нездоровому».[15]

Убедиться в этом нетрудно, даже если познакомиться с историями криминальной жизни хотя бы трех, но ярких представителей отряда кровавых гомосексуалистов, «разбудивших» потрясенную западную общественность.

Знакомьтесь, печальный гомосек Нильсен!

3 февраля 1983 г. жители одного из домов северного Лондона обратились к муниципальным властям с жалобой на неисправность канализации. Прошло несколько дней, прежде чем удалось обнаружить причину: рабочий, спустившийся в канализационный люк, увидел в красноватой зловонной жиже плавающие куски мяса. Рабочий сообщил в полицию. На следующее утро было обследовано содержимое ямы, и, хотя многое за ночь таинственно исчезло, все же удалось найти несколько кусков мяса и костей. Они были человеческими…

8 февраля проживающий в мансарде этого дома 37-летний Деннис Нильсен, вернувшись с работы, встретился с тремя детективами и удивился: «С каких это пор полиция занимается засорами?» Когда ему рассказали о случившемся, он выразил приличествующее случаю удивленное огорчение. Но тут произошло невиданное… Один из детективов, подталкиваемый каким-то наитием, круто повернулся к Нильсену и спросил его в лоб: «А где же остальные части тела?» И Нильсен тут же ответил: «В пластиковых мешках и в гардеробе».

Когда Нильсена везли в участок, его как бы между делом спросили: » А вы говорите об одном трупе или о двух?» Последовал ошеломляющий ответ: «О пятнадцати или шестнадцати… С 78 года… Кажется, тринадцать в том месте, где я жил раньше, и три уже здесь».

В последующие одиннадцать дней Нильсен надиктовал на магнитофон тридцать часов своих признаний… Так в истории британской криминалистики появилась одна из самых ужасных страниц… Этакая сага об убийствах и расчленениях… Имела место в ней одна особенность. Дело в том, что Нильсен был гомосексуалистом.

Со своими будущими жертвами – молодыми мужчинами – он знакомился на улице или в заведениях центрального Лондона, посещаемых голубыми. Многие из них были бездомными бродягами, они соглашались на оказание сексуальных услуг за еду, выпивку, деньги. Обычно Нильсен приглашал клиента к себе домой – пропустить стаканчик. Далее соблюдал строгий ритуал. Гость напивался до чертиков, и Нильсен его душил. Сразу после этого погружал голову в бадью с водой, дабы убедиться, что человек перестал дышать. Потом тщательно обмывал труп в ванне и переносил в постель, чтобы «заняться любовью» Секс не был главным и единственным мотивом преступления. Одинокий и нуждающийся в общении Нильсен полагал, что мертвый мужчина никогда его не бросит. Он обедал со своими мертвыми друзьями, смотрел телевизор и даже беседовал. Особо полюбившиеся трупы Нильсен старался сохранить подольше и прятал их под досками пола в жилой комнате. Нильсен обретался в мансарде, потому под полом было прохладно, там трупы могли находиться несколько дней. Когда бессловесные партнеры все-таки разлагались и не могли служить «желанными сексуальными объектами», Нильсен старательно расчленял тела, кипятил куски, затем сжигал или попросту спускал в унитаз. Это его и погубило…

Перед судом он предстал в октябре того же 1983 года. Некоторые останки его жертв были продемонстрированы присяжным в качестве вещественных доказательств. На суде возникли разногласия между психиатрами, приглашенными обвинением, и защитой. Спорили о вменяемости. Но в конце концов проблема была решена однозначно: Нильсена признали вменяемым и виновным. Приговорили его к пожизненному заключению.

Роберт Берделла, 35 лет, жил в американском городе Канзас Сити и держал там большой магазин редкостей. Но собранные им в этой кунсткамере чудеса ни в какое сравнение не идут с тем, что происходило в его доме на Шарлотт-стрит.

Преступления Берделлы так и остались бы нераскрытыми, если бы его последней жертве, 22-летнему Кристоферу Б., не удалось перехитрить хозяина и сбежать после трехдневного заточения. Дожидаясь удобного момента, Кристофер притворялся покорным сексуальным рабом. Наконец, такой момент настал, и Кристофер выпрыгнул на улицу из окна второго этажа совершенно голый, если не считать собачьего ошейника. Руки и ноги его были в шрамах – их оставили наручники и кандалы, глаза распухли. Короче: вид его был ужасен, и полицейских, к которым бросился бедный малый, подгонять не пришлось. Глядя на Кристофера, они худо-бедно представили, с какими ужасами придется им столкнуться в доме Берделлы.

Да… Насчет Кристофера Берделла губительно для себя обманулся. Он-то думал, что, наконец-то воплотилась в реальность его заветная мечта… А мечтал он о том, как полностью подавит волю, дух сильного молодого мужчины и получит замечательную сексуальную игрушку, способную удовлетворять самые причудливые его желания.

Обычно Берделла усыплял свои жертвы при помощи предназначенных для животных анестезирующих препаратов – он добывал их в местной ветеринарной лечебнице. Он добавлял снадобья в пищу, давал под видом витаминов, под видом аспирина… Когда люди теряли сознание, он связывал их и надевал им на шею собачий ошейник. Потом Берделла постепенно «дегуманизировал» своих узников, лишая их всех ощущений. С помощью химических реактивов он ослеплял людей и пальцем «зондировал» их глаза, заталкивал им в горло сухую медицинскую дренажную трубку, затыкал им уши, ограничивал в пище и воде. Использовал Берделла и всевозможную пыточную атрибутику. Включал трансформатор, присоединял к телам металлические пластины, погружал людей в шок. Бил по голове резиновой колотушкой. Втыкал иголки. Расплющивал конечности досками, палками, тяжелыми металлическими трубами. Иногда Берделла совершал со своими жертвами сексуальные действия посредством собственной руки или различных овощей…

Своих сексуальных рабов Берделла никогда не убивал ради самого убийства или острых ощущений. Он убивал без удовольствия… Двух он задушил в пластиковых мешках, когда испугался, что его могут раскрыть. Другие умерли от передозировки лекарств, от инфекции, от травмы головы, от иных последствий жестокого обращения. Чтобы скрыть свидетельства своей темной страсти, он расчленял трупы по линиям суставов, затем заворачивал части в пластиковые мешки и бросал в мусоросборник. Считается, что с 1984 по 1986 год Берделла убил шестерых молодых мужчин. Но полиции так и не удалось обнаружить ни одного трупа, хотя были найдены две головы, которые Берделла прятал в кладовке, и одну – в туалете.

При обыске были обнаружены и фотографии – в количестве 357 штук. На них были изображены мужчины на разных стадиях пыток. А еще он вел дневник, которому мог бы позавидовать любой врач-исследователь: фиксировался день и час каждого контакта с жертвой, способ манипуляций с объектом, состав инъекции и реакцию на нее… Живи Берделла сорока годами раньше, он вполне мог бы стать консультантом в фашистских лагерях смерти, занимающимся экспериментами по умерщвлению узников.

Берделла признался, что испытывал восхитительное чувство власти, распоряжаясь своими пленниками. Он стремился низвести их до такого уровня, когда людьми можно было бы манипулировать как угодно, полностью контролируя их поведение…

Закуска на фоне обнаженных натур

Дело 31-летнего рабочего шоколадной фабрики, жителя американского города Милуоки Джеффри Дамера стало самым громким делом о серийных убийствах в США девяностых годов. Многие считают его самым отвратительным серийным киллером всех времен.

Все свободное время он проводил в барах, посещаемых геями, искал там знакомств с молодыми мужчинами, расплачивался когда деньгами, когда выпивкой. Его новые знакомцы и не подозревали о том, что их ждет.

Трейси Эдварде оказался счастливее других. Был он невысокого роста, субтилен, потому и выглядел куда моложе своих 32 лет. Дамер же особо любил маленьких, темнокожих и молодых.

В ночь на 22 июля 1991 г. Дамер пригласил Трейси домой – в квартиру, расположенную на втором этаже полуразрушенного здания. Представшая глазам гостя картина вызвала отвращение и желание немедленно убежать: в жилой комнате по стенам висели фотографии голых мужчин, повсюду стояло почти невыносимое зловоние. Однако убежать Трейси не удалось. Хозяин вернулся из другой комнаты с выпивкой. Трейси допил свое пиво. Дамер спросил: «Хотите еще?» Затем события стали развиваться от странного к худшему. Дамер внезапно вытащил нож, приставил лезвие к горлу Трейси и сказал: «Вы умрете, если не будете делать то, что я скажу». После чего отвел пленника в спальню смотреть по видео свой любимый фильм «Экзерцист»…

Пока Дамер наслаждался историей вселения в очаровательную девушку дьявола, Трейси рассматривал фотографии на стенах. Они производили еще более странное впечатление: на них можно было увидеть тех же голых мужчин, но тела их были обезображены, будто их окунули в кислоту. В углу спальни Трейси заметил большой бочонок, от которого исходило поистине невыносимое зловоние (Трейси было неведомо, что именно в этом бочонке «хранились» предыдущие гости Дамера).

Едва мелькнули заключительные титры «Экзерциста», началось новое «кино». Подталкивая Трейси ножом, Дамер старался опрокинуть его на постель: «Я вырежу твое сердце и съем его»… Однако прежде чем Дамер связал Трейси, тому удалось вырваться. В свое время он обучался боевым искусствам, потому и сумел нанести хозяину несколько болезненных ударов по лицу и в пах. Пока Дамер приходил в себя, Трейси выскочил из квартиры. На левой его кисти все еще болтался наручник… По счастью, он почти тут же наткнулся на полицейский патруль.

В жилище Дамера ошарашенные полицейские первым делом нашли сделанные «Поляроидом» фотографии изрубленных трупов. Было видно, что все изображенные на снимках злодейства творились в той самой комнате, в которой сейчас находились стражи порядка. Через несколько минут один из них на нижней полке холодильника нашел человеческую голову, а в морозильнике – сердце. Позже Дамер объяснил, что оставил его как легкую закуску. Много чего было найдено в жилище каннибала и садиста: головы, черепа, сердца, скальпы… В том самом бочонке из спальни полиция обнаружила части трех тел, явно распиленных электрической пилой.

Кстати, на всех знавших его людей Дамер производил хорошее впечатление. Один из его соседей даже заявил, что лучшего соседа он бы и не желал.

Джеффри Дамер был осужден за каннибализм и убийство 17 молодых мужчин…

В книге американских криминологов Дж. Левина и Макса Фокса, посвященной убийцам-серийникам, есть глава, в которой описаны упоминавшийся ранее Дамер, Берделла и Нильсен. Она называется «Оставайся со мной». Отбывая свой пожизненный срок в тюрьме, Деннис Эндрю Нильсен, человек весьма образованный, способный к интроспекции (самоанализу, самонаблюдению), детально описал свою жизнь и свои преступления в интервью журналисту. Результатом их сотрудничества стала книга «Убийство ради общения»

Некоторые ученые пытаются этим же мотивом объяснить даже каннибализм Дамера, приводя в качестве аргумента тот факт, что Дамер «съедал тех юношей, которые ему особенно нравились» и «оставлял на потом наиболее лакомые части их тела». «Съеденный избранник, – как утверждал этот преступник, – становится частью тебя самого, он уже никогда тебя не покинет.»

Приведенная концепция «общения», наверно, имеет право на существование. Однако в свете изложенных выше данных она представляется выражением довольно упрощенного, узкого взгляда на крайне сложную проблему, не отражает глубинных корней и переплетений различных составляющих мотивационного характера механизма преступлений кровавых гомосексуалистов-серийников.

В свое время Зигмунд Фрейд краеугольным камнем своей теории сделал могучий сексуальный инстинкт. Его любимый ученик Альфред Адлер открыл другой, не менее мощный, побудитель человеческих поступков – стремление к самоутверждению и жажда власти. Исходя из этого американские криминологи выделяют два подтипа серийных убийц.

Первый, находящийся «во власти похоти», движим жаждой острых ощущений, стремлением к чувственным удовольствиям. Для ясности добавим, что типичнейшим представителем этого типа был Чикатило. Это самый распространенный и изученный (даже у нас) тип серийного киллера.

Второй, движимый «похотью власти», стремится самоутвердиться, избавиться от комплекса неполноценности через полное подчинение себе подобного, превращения его в покорную игрушку, удовлетворяющую любую прихоть «хозяина».

Основное различие между этими группами маньяков просматривается в их отношении к жертве. Похотливые убийцы, вдоволь насладившись страданиями человека и получив сексуальное удовлетворение, сразу же убивают жертв и теряют к ним всякий интерес. Истязания для них – самоцель. Стоны и мольбы – лишь усиливают кайф. Властолюбивый убийца напротив, стремится как можно дольше удерживать жертву при себе. Причинение ей страданий не входит в его замыслы: это средство, но не цель. Его влечет другое – превращение жертвы в послушное, безличностное существо… Главное тут осознание: «игрушка в полной его власти и всегда под рукой».

Судя по всему, гомосексуалисты, как и другие лица, совершающие другие убийства, объединяют в себе мотивационные начала и того, и другого планов. В каждом из них существует, переплетаясь, взаимодействуя, взаимодополняя и развивая друг друга, и тот побудитель, который описан Фрейдом, и тот инстинкт, который открыт Адлером.

И, кроме того, у них имеется нечто такое, что не вписывается в стройные теории знаменитых психологов. Вполне возможно, что это неявное «нечто» из области «теней прошлого», блестяще показанных в исследовании Ю.М.Антоняна[16], – явлений, корни которых уходят в глубокую древность и тьму веков.

Завершая данную тему, отметим, что при всем различии характеристик личности и специфических черт поведения каждого отдельно взятого представителя рассмотренного типа преступников, их роднит одно общее свойство – невероятная кровожадность, соединенная с трупожадностью. И последнее замечание. Гомосексуалисты, входящие как в группу «бродяг», так и в группу «надомников», убивают не только своих взрослых партнеров. Некоторые из них «специализируются» исключительно на детях. Но это – предмет отдельного анализа.

1.5. Серийные убийцы-педофилы

В окрестностях поселка, заселенного богачами совершено тяжкое преступление. Жертва – двенадцатилетний мальчик.

В послеполуденное время он обычно ходил купаться на пруд, расположенный в трети мили от дома. Как всегда в таких случаях, его отец не садился за обеденный стол, пока не вернется мальчик. На этот раз он почему-то задерживался. Не дождавшись сына, обеспокоенный отец пошел его искать. Тревожные предчувствия не обманули. Он нашел сына мертвым неподалеку от места купания. Обнаружив на трупе признаки насильственной смерти, несчастный отец (врач по профессии) немедленно вызвал полицию…

Осмотр места происшествия и другие следственные действия свидетельствовали о следующем:

Убийство совершено путем выстрела в спину жертвы из ружья 0,22 калибра с предельно близкого расстояния.

В верхней части туловища ребенка имелась рана постмортального характера.

Брюки на мальчике были застегнуты на молнию и неестественно высоко натянуты на тело.

На трупе имелись следы сексуального воздействия. Обнаруженные следы также указывали на то, что мальчик убит возле пруда. Затем его тело было обмыто, перемещено на другое место и помещено на верхушку большого куста. Особый интерес сыщиков вызвало такое обстоятельство – мальчик был одет в совершенно новую рубашку, которая ему не принадлежала. Однако ее размер точно совпадал с размерами погибшего.

Пройдет немного времени, и полиция установит личность, арестует и изобличит убийцу. Успеху способствовал своевременно и качественно составленный так называемый «психологический профиль» преступника.

В основу его построения положили информацию, почерпнутую из различных источников. Определяющими, базовыми являлись сведения, полученные в ходе глубокого и всестороннего криминалистического анализа обстановки, обстоятельств содеянного и личности потерпевшего. Полезными также оказались обобщенные данные, характеризующие признаки и особенности криминального, до– и посткриминального поведения лиц, совершивших преступления подобным образом в аналогичных условиях.

Результаты проделанной в этом направлении работы позволили сделать ряд практически важных выводов:

1. Между преступником и жертвой имелась определенная степень близости. Оснований для утверждения, что они были друзьями или близкими, не было. Однако то, что они знали друг друга, казалось наиболее вероятным. На это указывали следующие факты: в момент убийства жертва находилась почти возле самого дула ружья, не опасаясь его владельца; чужая рубашка, в которую был одет после убийства мальчик, точно подходила ему по размеру (значит преступник знал мальчика, ему был заранее известен размер его рубашки и он подготавливал преступление).

2. Покидая место происшествия, преступник переместил тело убитого мальчика, положив его на куст (он находился на полпути между домом и прудом у дороги, прямо идущей к дому). Из этого сделали вывод, что преступник хотел, чтобы труп мальчика был обнаружен возможно быстрее. Тот вывод, на первый взгляд, может показаться парадоксальным. Однако он имел под собой прочные основания, вытекающие из изучения многолетней криминальной практики. Известны три способа обращения преступников с трупами после убийства, по которым можно судить о психологическом состоянии преступника, его мотивации.

При первом («свалке») труп просто бросается на месте происшествия без каких-либо попыток скрыть факт преступления или жертву. Такое поведение свидетельствует о дезорганизованное™ преступника, пребывании его в паническом состоянии из-за страха задержания и разоблачения. Его действиями руководит единственное стремление поскорее унести подальше ноги от трупа.

Для второго способа («сокрытия») характерны запрятывание, маскировка трупа, его полное или частичное уничтожение, расчленение на нераспознаваемые части.

При третьем способе («демонстрации») труп специально помещается на видном месте. В таких случаях преступник исходит из желания того, чтобы труп был найден. Причем достаточно быстро.

Способ демонстрации мертвого тела свидетельствует либо о намерении преступника поиздеваться таким образом над родственниками, друзьями, членами семьи покойного, полицией, обществом, либо, наоборот, говорит о чувстве сострадания, возникшем у преступника, проявлении с его стороны заботы о жертве, членах семьи, родственниках последнего.

В рассматриваемом случае с учетом того, что тело было обмыто в пруду и одето после совершения преступления, полицейским наиболее вероятным представился такой вариант: преступник испытывал мучительное чувство сострадания к убитому им ребенку и его родным.

Факту «омовения» убитого мальчика в пруду было дано такое объяснение – «очищение» трупа перед тем, как выставить его напоказ. (Не исключалось, что при этом также преследовалась цель ликвидировать следы преступника, приуменьшить безнравственность содеянного.)

3. По следам поведения преступника на месте происшествия определили, что преступник совершил половой акт с потерпевшим после наступления смерти последнего. Ряд обстоятельств (и прежде всего рана на верхней части туловища от удара, нанесенного мальчику после смерти) свидетельствовали о психологической перверзии (извращении) преступника, получающего сексуальное удовлетворение при нанесении жертве уколов или ударов. Все говорило в пользу версии о том, что преступник – педофил. Но какой: регрессивный или фиксированный? От получения правильного ответа на этот вопрос зависело многое в организации поиска преступника. К чести участников расследования они блестяще справились с этой трудной задачей. Основу для ее решения составили знания об особенностях предкриминального и криминального поведения педофилов той и другой группы, о его генезисе, характере реакции педофилов на ситуации и способах их действий.

Данные специальных исследований свидетельствуют, что регрессивный педофил для получения сексуального удовлетворения изначально предпочитает иметь дело со сверстниками или более старшими партнерами. Однако когда в этих взаимоотношениях возникают серьезные проблемы или конфликты, то сексуальные интересы и желания фокусируются на детях.

Конфликты или ситуационные кризисы, побуждающие к сексуальному сосредоточению на детях, могут быть самыми различными по характеру (проблемы в семье, на работе, во взаимоотношениях с окружающими, в сексуальной жизни и т.д.). Совершаемое регрессивным педофилом преступление – это импульсивный поступок, акт отчаяния, указывающий на его неспособность адаптивно противостоять жизненным стрессам. Как правило, такой преступник имеет семью. Нередко он мучается угрызениями совести, вспоминая содеянное. В момент совершения преступления обычно пребывает в состоянии депрессии, пренебрегает привычными ценностями и слабо контролирует свое поведение. Совершенно иная картина поведения у фиксированного педофила. Начиная с подросткового возраста сексуальные предпочтения фиксированного педофила связаны исключительно с лицами, которые моложе его по возрасту. И эта склонность (предрасположенность) сохраняется на протяжении всей последующей жизни. Она не зависит от приобретаемого сексуального опыта. Отличительной особенностью этого вида преступников является то, что у них отсутствуют характерные для подросткового возраста признаки социализации (такие, например, как назначение свиданий девушкам или занятия соревновательными видами спорта). Фиксированный педофил может отвечать взаимностью на сексуальную инициативу сверстников, но сам такой инициативы никогда не проявляет и остается пассивным. Как правило, противоестественные влечения не нарушают душевного комфорта фиксированного педофила. Удовлетворяя столь необычным образом свои сексуальные потребности, он не испытывает при этом ни стыда, ни чувства вины, ни угрызений совести. Преследующие фиксированного педофила мысли и сексуальные фантазии, связанные с детьми, приобретают характер навязчивых состояний, пагубной страсти, как привычка к наркотикам. В обычных житейских обстоятельствах такой человек нередко обнаруживает свою неадекватность и маргинальность, неспособность справляться с требованиями повседневности. Испытывая потребность в сексуальном взаимодействии с детьми, фиксированный педофил ищет и специально создает условия и возможности для частых контактов с ними.

Различия между регрессивным и фиксированным педофилом можно представить следующим образом.

Регрессивный педофил:

• психосексуальное развитие после подростковой стадии было нормальным;

• регрессия началась с возникновением чувства неадекватности;

• на месте преступления не просматривается наличие какой-либо продуманной организации, предварительного плана;

• если убивает жертву, то делает это из страха или паники;

• после убийства он просто бросает труп на месте совершения преступления без всяких попыток что-либо скрыть, что является результатом его дезорганизованности, страха, вины и паники

Фиксированный педофил:

• начиная с подростковой стадии объектом его сексуальных посягательств являются лица более молодые, чем он сам;

• он не имеет опыта нормальной сексуальной жизни, хотя и может состоять в браке;

• работу и занятия во время досуга выбирает таким образом, чтобы иметь побольше контактов с детьми;

• согласно статистике фиксированные педофилы совершают убийства в возрасте 45–55 лет.

Раскрывая убийство мальчика, сотрудники полиции проанализировали типичные для педофилов обеих групп признаки их поведения и, сопоставив их с теми фактическими данными, которые собрали по делу, сделали однозначный вывод: в данном случае орудовал фиксированный педофил.

Как и все прочие фиксированные педофилы, разыскиваемый за убийство мальчика преступник представлялся сыщикам как одинокий, сексуально неадекватный человек, имеющий давнее и устойчивое тяготение к детям и немалую практику сексуальных посягательств на них. Обстановка, обстоятельства и следы содеянного говорили об определенном уровне интеллектуальности преступника, что позволило судить о том, что он, видимо, закончил колледж, профессионально связан с «беловоротничковой» работой.

Учитывая год преступления (начало семидесятых) и предполагаемый возраст преступника (45–55 лет) резонно заключили, что он – ветеран войны в Юго-Восточной Азии и скорее всего не доброволец, а призывник. Имеет автомашину, на которой уехал с места происшествия. Машина преступника должна быть достаточно вместительной, так как по характеру его работы или внерабочих занятий ему приходится перевозить детей. С учетом наиболее вероятного возраста и социально-экономического статуса преступника, его машина довольно старая (4–5 лет), содержится в хорошем состоянии и окрашена в консервативный цвет.

Итак, по мнению полиции, следовало искать одинокого мужчину белой расы в возрасте 45–55 лет. Его весьма информативный «психологический профиль» был насыщен множеством других признаков (интеллектуальный уровень средний или выше среднего, работа позволяет ему иметь контакты с детьми, в круг местных жителей не входит, ветеран войны, был знаком с потерпевшим, пользуется вместительной машиной и т.д.)

Когда преступника поймали, обнаружилось, что криминалистический прогноз его признаков оказался очень удачным. Это был мужчина в возрасте 50 лет, одинокий, белый, из «беловоротничковой» группы населения. В свое время его призывали на военную службу. На момент ареста – ветеран, закончил колледж, интеллект (по показателям тестирования) выше среднего. В местности, где было совершено преступление, он не жил, но частенько туда наведывался на своем вместительном автомобиле (автомобиль темного цвета, куплен 4 года назад, содержался в очень хорошем состоянии). За несколько дней до убийства он приезжал в район будущего преступления по делам службы. Тогда же он познакомился со своей жертвой.

В этом, на первый взгляд, фантастическом совпадении нет никакой мистики. Разработанный совместными усилиями психологов и юристов метод, получивший название психологического профиля, позволяет делать прогнозы достаточно высокой степени точности, использующиеся для розыска неизвестных преступников по делам об особо тяжких преступлениях против личности. (О том, что это за метод, как он применяется, мы расскажем подробнее в следующей главе.) По иному сценарию действовал и был разоблачен русский педофил Сливко.

Анатолий Сливко приехал в Невинномыск после службы в армии. Закончил техникум, работал на химкомбинате и параллельно, на общественных началах, трудился в школе пионервожатым, возглавляя детско-юношеский туристический клуб «Чергид». Не пил, не курил, никогда не сквернословил. Пользовался беспрекословным авторитетом у детей и уважением у их родителей. О нем писали газеты, его награждали почетными грамотами. Когда его арестовали, ему было 46 лет. Он являлся отцом двух мальчиков, имел партбилет члена КПСС и носил звание «Ударник коммунистического труда». Сливко задержали после того, как пропал один из школьников. Милиция опросила его сверстников и те вспомнили, что накануне исчезновения пропавший рассказывал им о предстоящих съемках фильма у Сливко. Со слов детей стало ясно, что Сливко уже не первый год снимает какие-то фильмы с участием детей. Фильмы странные: об удушениях и пытках. Дети сказали правду. При обыске в доме Сливко снятый им фильм нашли. А когда его просмотрели, ужаснулись. Пленка запечатлела сцены казней детей и мазохистские глумления Сливко над трупами…

Он всегда сторонился женщин. Даже с собственной женой близость имел крайне редко. Последние 10 лет спал отдельно от нее в одной из комнат своего дома. В детстве и юности он стеснялся своей внешности, избегал шумных игр со сверстниками. Страдал бессонницей. Рос болезненным и слабым. В то же время, увлекаясь кроликами, охотно умерщвлял и разделывал их тушки. Правда при виде крови и отрезанных голов грызунов бледнел и падал в обморок. Повзрослев, вел уединенный образ жизни. Нежную привязанность испытывал лишь к мальчикам, предпочитая возраст до шестнадцати лет. После задержания Сливко признался в совершении 33 тяжких преступлений в отношении детей, включая 7 убийств. Первое убийство совершил в 1964 году, последнее – в 1985. Играя на любопытстве и тяге мальчишек к тайнам и заговорам, он предлагал специально подобранным «актерам» – будущим жертвам – поучаствовать в «эксперименте» на выживаемость и проверку мужества. У тех, кто соглашался, он брал подписку о неразглашении тайны «эксперимента». Для создания видимости правдоподобия планируемого действия набрасывал сценарии события и киносъемки и знакомил с ним будущую жертву. Необходимость киносъемки объяснял тем, что собирает материал для книги о пределах человеческих возможностей. Мальчики не догадывались, что отправляясь в лес с дядей Толей, они могут назад никогда не вернуться. В бессознательное состояние свои жертвы маньяк приводил различными способами (надевал на голову противогаз и заставлял дышать эфиром, натягивал на голову полиэтиленовые мешки, перекрывая доступ кислорода, использовал петлю из резинового шланга и др.). Затем связывал им руки и ноги и приступал к «экспериментам».

После ареста Сливко направили на судебно-психиатрическую экспертизу. Специалисты установили, что в его поведении присутствовали элементы вампиризма, фетишизма, некрофилии, садизма и даже… пиромании. Все это нашло отражение в снятых маньяком фильмах. В обвинительном заключении следователь по этому поводу написал следующее: «Садизм и некрофилия Сливко проявлялись в том, что он расчленял трупы без цели их сокрытия. Он отрезал голову, руки, ноги, туловище на уровне пояса, удалял внутренние органы, вспарывал грудную клетку, брюшную полость, отрезал мошонку, половой член, ушные раковины и мягкие ткани лица. Иногда убийца специально повреждал предмет, являвшийся для него сексуальным символом. Например, ботинки, которые иногда разрезал и поджигал».

Характерен такой момент для поведения Сливко на месте происшествия после убийства: тела убитых он подвешивал за ноги на деревьях, носил трупы перед камерой на руках, менял на них одежду, составлял на подстилке различные фигуры из отсеченных рук, ног, головы. Во всем этом, помимо стремления к самоутверждению, самовыражению, эмоциональной разрядке присутствовала и сексуальная составляющая. Сексуальную разрядку он испытывал, не вступая с жертвой в прямой физический контакт: маньяк онанировал, используя в качестве фетишей различные предметы, происходящие от жертв, и манипуляций с ними (части тела, ботинки, материалы кино– и фотосъемки). Отдельные части тел жертв он уносил с собой и засаливал в целях обеспечения длительности их хранения и использования. Он наслаждался сценами своих «экспериментов», мучениями и гибелью детей, получая от этого удовольствие, разрядку и сексуальное удовлетворение. Долгое время оставаться безнаказанным способствовало то, что маньяк подбирал свои жертвы в неблагополучных семьях, где о детях особенно не заботились и многих даже не искали после пропажи.

Сексуальных извращенцев, «специализирующихся» на детях, называют педофилами (буквально на русский язык переводится так: «любящие детей»).

В основной массе случаев педофилы, занимаясь сексуальным растлением, не причиняют ощутимого вреда физическому здоровью детей, поэтому их деяния часто остаются незамеченными и не попадают в сферу уголовного реагирования. Так, проведенный в США среди заключенных-педофилов опрос показал, что педофилы-гомосексуалы до ареста имеют в своем «послужном списке» в среднем по 30 жертв, а педофилы-гетеросексуалы – до 62 жертв.

Самой опасной разновидностью педофилов являются мизопеды. Слово это переводится на русский язык как «детоненавистник». Мизопед – это сексуальный садист-убийца. Истязая, а затем убивая ребенка, мизопед получает наивысшее сексуальное удовлетворение. Свои жертвы мизопед подбирает, как правило, среди незнакомых. Eiro метод – внезапное нападение и похищение ребенка. Все происходит очень быстро, нередко в людных местах средь бела дня (на улице, в магазине, на игровой площадке и т.п.). Окружающие при этом ничего не подозревают.

Похищению предшествует обычно ритуал «охоты», доставляющий мизопеду дополнительный «кайф». В отличие от некоторых других категорий педофилов, мизопед не «завлекает» жертву (игрушками, сладостями, приятными разговорами и т.п.), пытаясь ей понравиться и войти в доверие. Мизопед действует решительно и грубо: внезапно хватает ребенка и, как паук, не давая жертве опомниться, тащит ее в безопасное место и уже здесь наслаждается по полной программе. Действия с жертвой – индивидуальный плод изобретательности каждого конкретного насильника-садиста. Общее же правило их поведения заключается в следующем: чем сильнее страдает и дольше мучится жертва, тем больше наслаждения получает мизопед.

Подтверждением этому служит личность и криминальная деятельность Уэстли Аллана Додда.

Он родился в одном из городков штата Вашингтон в 1961 году. И хотя за свою непродолжительную жизнь не достиг больших успехов, полным тупицей его назвать нельзя. В иных обстоятельствах он мог бы быть полезным, и вместе с тем вполне заурядным, мало чем примечательным гражданином. Однако Уэстли рано (по некоторым данным, в 12 лет) почувствовал сексуальное влечение к маленьким мальчикам. Будучи в среднем подростковом возрасте (15–16 лет), он уже имел регулярные сексуальные контакты с детьми много его моложе. Уже тогда Додд попал в поле зрения полиции. Однако, его «талант» расцвел в 80-е годы. В 1981 г. Додд был призван на службу в военно-морской флот. В июне 1982 он сбежал со службы. Перейдя на нелегальное положение, совершил сексуальное посягательство на 9-летнего мальчика. Спустя два месяца после этого был арестован как дезертир и к тому же ему предъявили обвинение в развращении малолетних. Последующие годы Додд провел в тюрьме, неплохо себя зарекомендовав в качестве участника программы реабилитации сексуальных преступников. Выйдя на свободу, занимался неквалифицированной, низкооплачиваемой работой.

Ранним утром 4 сентября 1989 г. на обочине дороги был найден труп маленького мальчика. Первое впечатление у тех, кто его осматривал, было таким – мальчик стал жертвой дорожной аварии. Однако оно изменилось после того, как полиция обнаружила, что обильное кровотечение вызвано многочисленными ножевыми ранениями. Вскоре неподалеку от места обнаружения первого трупа в городском парке Ванкувера был найден другой труп, слегка прикрытый ветками. У этого мальчика также имелись множественные ножевые ранения.

Незадолго до этого в полицию обратился встревоженный отец с заявлением об исчезновении двоих сыновей. В обнаруженных трупах он опознал десятилетнего Уильяма и его одиннадцатилетнего брата Коля. Итак, с идентификацией жертв проблем не возникло. Проблема была связана с идентификацией убийцы. А неизвестный полиции Додд был в это время «на взлете своей спирали насилия».

К концу октября 1989 г. исчез четырехлетний Лео Изели. Дети видели, что он ушел с каким-то мужчиной с игровой площадки, находящейся в нескольких метрах от его дома. Сразу же по местному телевидению были переданы приметы Лео и его предполагаемого похитителя.

Шли дни, но никаких утешительных результатов следствием достигнуто не было. 1 ноября полностью обнаженный труп маленького Лео обнаружили в охотничьем заповеднике штата Вашингтон.

Но и после этого имя убийцы все еще оставалось тайной. Однако он не бездействовал. Не прошло и двух недель как Додд попытался похитить шестилетнего мальчика из туалета кинотеатра. На этот раз потенциальная жертва оказалась непокорной: когда Додд открывал дверцу своей машины, чтобы запихнуть туда мальчика, тот вырвался и с воплями бросился наутек. Додд развернул машину. Пытаясь догнать жертву, он врезался в здание кинотеатра и в результате оказался в полицейском участке.

Задержанный признался в том, что совершил три убийства. Как он показал, на преступный путь его толкнула скука. «Мне было невыносимо скучно, – уверял он следователей. – Телевизора у меня не было.» В ходе записанных на видео допросов Додд рассказал, что обычно он приводил украденного мальчика в свое жилище, потом шел с ним в ресторан «Фаст-фуд», в магазин игрушек, покупал ему что-нибудь, затем возвращался домой и уговаривал будущую жертву провести с ним ночь. Рано утром будил мальчика и говорил, что сейчас его убьет. Забравшись к ребенку в кровать, он душил его руками. Если не удавалось, привязывал на шею веревку и душил в туалете. Не желая отсутствовать на работе в тот день, когда поступало заявление о пропаже ребенка, Додд прятал труп за выступом в туалете и шел на службу. Вернувшись домой, он совершал акт сексуального насилия с трупом ребенка, потом избавлялся от трупа.

При обыске в квартире Додда нашли серию гротескных фотографий, на которых он сам был запечатлен во время совершения извращенных сексуальных актов со своими жертвами – живыми или уже мертвыми. Был также найден дневник, в котором Додд графически изображал «планы действий» со своими малолетними жертвами. В них фиксировались «ознакомительная хирургия», анальный секс, расчленение тела.

Суд над Доддом состоялся в июне 1990 г. Приговор – смертная казнь – никого не удивил, удивило другое: письмо Додда в Верховный суд с просьбой ускорить исполнение приговора. Он писал: «Я должен быть казнен прежде, чем у меня появится шанс убежать; потому что если я убегу, то обещаю вам, снова буду насиловать и убивать. Я использую для этого любую предоставленную мне минуту». В письме содержалась еще одна просьба – Додд хотел воспользоваться своим конституционным правом выбора способа казни. Он просил, чтобы его повесили, обосновывая свою просьбу тем, что его жертвы не имели возможности умереть легкой, спокойной, безболезненной смертью и поэтому он сам не имеет права на легкую смерть.

Просьба приговоренного была удовлетворена: 5 января 1993 г. вскоре после полуночи Додд был повешен.

Даже своей смертью Додд доставил «головную боль» администрации учреждения. Дело в том, что казнь через повешение не применялась в штате уже 28 лет и не было «специалиста нужного профиля». Пришлось воспользоваться армейским пособием с детальными, поэтапными инструкциями, как совершать казнь. По крайней мере, в практическом плане все прошло гладко. Свидетелями казни были родители и члены семей жертв. Однако, чтобы пощадить их чувства, окно наблюдения было прикрыто тонким экраном. В последние минуты жизни Додд произнес свою прощальную короткую речь. Он сказал: «Я ошибался, когда говорил, что не существует ни надежды, ни мира. Я нашел и то, и другое у нашего Господа Бога Иисуса Христа». Однако вряд ли после этой речи стало легче родителям жертв казненного.

По мере продвижения от одной стадии криминального взаимодействия с жертвой к другой интенсивность переживаний мизопеда нарастает. Стадии эти таковы: поисковая хирургия, анальный секс, причинение увечий, убийство с предваряющими его пытками.

Обычно мизопед старается подольше сохранить жертву живой, чтобы сполна насладиться ее страданиями. Если условия позволяют, мизопед может несколько дней держать жертву при себе. Все телесные увечья, как правило причиняются еще живой жертве. Мизопеды отдают предпочтение жертвам своего пола, то есть мальчикам. В полицейских отчетах встречаются случаи, когда у живой еще жертвы отрезался пенис и вставлялся жертве в рот, а в результате грубых анальных проникновений наблюдались тяжелые повреждения брюшной полости потерпевших. Насладившись подобными манипуляциями, мизопед убивает жертву и избавляется от трупа, иногда предварительно надругавшись над трупом и оставив себе «на память» что-либо от тела жертвы. В отличие от некоторых других педофилов, которые, получив свое, отпускают жертву, мизопед никогда не оставляет жертву в живых. Поэтому он неизбежно превращается в серийного убийцу. (Мизопед относится к гедонистическому типу серийных убийц.)

1.6. «Ангелы смерти», или серийные убийцы с женским лицом

Это – не гипотеза, не выдумка, не сон. Это – факт. Удручающий, пока еще сравнительно редкий, но тем не менее реальный факт. И среди женщин встречаются любители потешить душу рукотворными смертями. Мы не имеем в виду тех, кто совершил убийство в силу сложившихся обстоятельств: от безысходности, собственной жадности или глупости, ревности, минутной слабости, обид или помутнения рассудка. Мы говорим о тех, кто, как и их «коллеги» мужского пола, «питаются смертью», кто маниакально привержен к смертоносному опыту и ищет продолжения в новых смертях представителей человеческого общества.

Медсестра Аида Hyp эль-Дин, 42 лет, египтянка, за несколько лет убила в общей сложности 18 пациентов клиники. Все они были отравлены лекарствами, которые убийца похищала в больничной аптеке. Свои действия, будучи разоблаченной, она объяснила так: «Не хотела, чтобы больные своими стонами нарушали мой покой во время ночных дежурств».[17]

Проблема женщин, совершающих серийные убийства, взволновала ученых и общественность в начале 90-х гг. XX века, т.е. примерно через два десятилетия после того, как специалисты всерьез занялись мужчинами-«серийниками». Поводом послужили громкие дела, вызвавшие общественный резонанс. Однако и по сей день многие ученые, изучающие маньяков, считают, что принцип «ищите женщину» здесь не работает.

Аргументы скептиков таковы. Во-первых, женщины вообще реже становятся убийцами, а во-вторых, особенности их физиологии, характера практически исключают такие зверства. Они становятся убийцами в основном в силу сложившихся обстоятельств. И это одноразовые преступления. Однако другие специалисты убеждены: «серийницы» были, есть, только их действительно меньше, чем «серийников», и гораздо труднее изобличить. Эти преступницы действуют долго, иногда десятки лет, т.е. пока не попадутся или не уйдут в мир иной. Никакие перевоспитания, психологические тренинги не помогают. В этом их сходство с маньяками-мужчинами. Есть и кардинальные различия. Один из западных специалистов, обобщив больше тридцати случаев серийных убийств, выявил некоторые закономерности. Как отмечалось нами, для маниакальных убийц мужского пола характерны такие фазы убийства, как фантазия, преследование, похищение, убийство, «работа» с телом. Они почти не действуют в паре. У «серийниц» почти все иначе. В 1987 г. две медсестры 25 и 26 лет, лесбиянки, работали в доме для престарелых (одна из них, бросив мужа и шестилетнюю дочь, жила с подругой). Их жертвами становились старушки, находящиеся при смерти. Как потом объяснили медсестры, психологически это не являлось для них убийством. Все равно, мол, старушки были уже одной ногой в могиле. Обычно они душили свои жертвы (в отличие от маньяков, «серийницы» не длят агонию несчастных – они душат или используют яд). Одна из подельниц прижимала салфетку к лицу бабушки и ждала… А в диагнозе позже значилось – сердечный приступ. На их совести было больше пяти жертв. Однажды, после второго эпизода, медсестра пришла к бывшему мужу и поделилась с ним «секретом». Тот не поверил – посчитал, что у его прежней супруги на почве «розовой» любви просто поехала крыша. А через год узнал, что сказанное не было бредом.

Некоторые специалисты-психологи восприняли действия этих дамочек как жестокую эмоциональную разрядку. Другие рассматривали это совместное убийство в русле «укрепления» любви лесбиянок одним общим, страшным секретом.

Характерной чертой серийных убийц является еще и такая. «Серийники», как правило, не убивают знакомых – коллег по работе, родственников, друзей. Избегают эмоций в контакте с потенциальной жертвой. Потому им не бывает жалко этого человека. Для маньяка стадия поиска – это целый ритуал. «Серийницы» же выбирают жертв в своем близком кругу, среди своих домашних или коллег по работе, как те самые медсестры из дома престарелых Вот еще один пример, описанный американскими криминологами Джеймсом Фоксом и Джеком Левином.

Медсестра Дженен Джонс, работавшая в детском отделении интенсивной терапии больницы в Сан-Антонио, получила прозвище «Сестра-смерть»: с мая по декабрь 1981 г. во время ее дежурств при невыясненных обстоятельствах скончались 10 детей. Внутреннее расследование не дало результатов. Вскоре после этого она устроилась в педиатрическую клинику в небольшом городке штата Техас. Одной из первых ее пациенток на новом месте была 15-месячная девочка с затрудненным дыханием. Пока мать разговаривала с врачом, медсестра занималась девочкой в осмотровой комнате. Внезапно оттуда раздался ее крик, что ребенок задыхается. Медсестра вела себя героически, девочка была спасена, родители счастливы и начали рассказывать всем о «спасительнице». Через несколько недель мать снова принесла девочку на осмотр. После того как медсестра сделала инъекцию, ребенок перестал дышать, закатил глаза. Спектакль с героическими усилиями повторился, однако на этот раз девочка скончалась.

Так продолжалась преступная карьера «Сестры-смерть» в клинике техасского городка. В последующие шесть недель здесь скончались шестеро детей при похожих обстоятельствах. Нужно было видеть переживания медсестры, пытавшейся «спасти» своих пациентов и делавшей им искусственное дыхание! Сгубила ее упаковка из-под сильнодействующего препарата, вызывающего расслабление мускулатуры и резкое нарушение дыхания. «Сестра-смерть» призналась в совершенных преступлениях и в 1984 г. была осуждена за множественные убийства.

Характерно, что значительная доля серийниц, согласно западной статистике, – медработники. Другая категория – матери, умертвившие своих детей. Например, Марибет Тиннинг. Она убивала своих чад не в состоянии отчаяния или помрачения сознания, а хладнокровно и расчетливо, на протяжении ряда лет. Все началось в 1972 г., когда третий ребенок в семье супругов Тиннинг умер в больнице от менингита. Вполне естественно, что убитую горем мать постоянно окружали родственники и друзья, выражавшие свои соболезнования. Марибет испытала от всеобщего внимания своеобразное «эмоциональное опьянение». Со временем, однако, внимание стало ослабевать. И вот не прошло и трех недель со смерти новорожденного, как случилось новое несчастье: умер двухлетний Джо, а спустя шесть недель – четырехлетняя Барбара.

Оставшись бездетными, супруги решили восполнить утраты, но родившийся в конце 1973 г. ребенок не прожил и трех недель. Марибет родила еще одного ребенка – трагедия повторилась. Мать начала рассуждать о некоем генетическом дефекте, якобы передающемся ее детям. Однако после смерти ее очередного – восьмого ребенка сочувствие окружающих сменилось подозрениями. Бывший ее сослуживец предрек: «Она снова беременна и готовится убить еще одного ребенка». И действительно, вскоре после рождения девочка умерла. Сводная сестра Марибет обратилась в полицию. Эксперты пришли к заключению, что ребенок был задушен. «Безутешную» мать судили.

Что общего в описанных случаях?

И у Джонс, и у Тиннинг просматривается так называемый «синдром Мюнхгаузена по доверенности» О нем сейчас заговорили специалисты в связи с участившимися случаями жестокого обращения с детьми. В отличие от обычного «синдрома Мюнхгаузена», когда человек ради того, чтобы стать объектом внимания и заботы, симулирует болезнь или даже причиняет себе увечья, в синдроме «по доверенности» страдает другое лицо, чаше всего ребенок. Такой матери (няне, медсестре) необходимо показать окружающим, какие героические усилия предпринимались ею, чтобы спасти ребенка, и как она убита горем.

«Серийников» обоего пола отличают глубоко запрятанные, часто не осознаваемые ими переживания собственной неполноценности, беспомощности и несостоятельности. Истоки этих переживаний лежат в прошлой жизни человека, в пережитых некогда унижениях и оскорблениях при невозможности (или неспособности) дать достойный ответ обидчику.

Вместе с тем при оценке мотивации, определении движущих сил преступного поведения серийных убийц женского, а иногда и мужского пола, не следует сбрасывать со счета весьма своеобразный редко встречающийся, но все же реальный стимул. Речь идет о мотиве, который Ю.М. Антонян в своих работах определяет как мотив «любви». Этот мотив (а его, видимо, можно дополнить и близким по сути «мотивом сострадания») стоит особняком. Он не характерен для подавляющего большинства жестокосердных серийников с мужским и женским лицом.

Имеются в виду лишь те из числа лиц женского пола, у которых мысль совершить убийство кого-то из своих близких, любимых, других хорошо знакомых людей зарождаются на почве жалости, сострадания, заботы о них и реализуются в силу сложившихся чрезвычайно неблагоприятных обстоятельств. И на преступление они идут, подчас по просьбе пострадавших, в целях избавления их от чего-то еще более худшего в условиях отсутствия реальной возможности изменить ситуацию в лучшую сторону иными способами (например, для избавления от мук ожидания неизбежной смерти при неизлечимом заболевании или в целях избавления от невыносимых страданий, возникших по той либо иной неустраняемой причине).

В последнее время специалисты наблюдают всплеск преступлений среди представительниц слабого пола. Одни это связывают с тем, что полицейские стали более тщательно подходить к расследованию темных, «висяковых» дел. Другие утверждают, что вообще возросло количество таких преступниц. Недаром в 1995 году ФБР выпустило специальную брошюру для оперативников, в которой говорится о существовании женщин-«серийниц», о проблемах раскрытия подобных преступлений. Там упоминается и о «синдроме Мюнхгаузена по доверенности». Им часто объясняется поведение той или иной преступницы.

Маниакальные убийцы не только мужского, но и женского пола – печальное «достояние» всего человеческого сообщества. Есть они и в России. Их у нас не меньше, чем на Западе. К сожалению, в России не принято глубоко вникать в обстоятельства странных смертей, в частности, в домах для престарелых. Да и «спихотехника» отлажена до совершенства. Многое не замечается даже из того, что лежит на поверхности. Так удобнее и меньше хлопот. И вот тому пример.

Первый ребенок в семье череповчан Сиротиных появился в ноябре 1998 г. Мальчик с детства был болен гидроцефалией (водянкой головного мозга) и находился под пристальным наблюдением врачей. Именно медики заметили, что у малыша уже на 12 день жизни появились кровоподтеки на теле. Мать мальчика клялась, что не имеет представления, откуда у ребенка синяки. Между тем, глава семейства видел, как его супруга по ночам избивает малыша, который часто плакал. Таким образом женщина пыталась заставить карапуза замолчать.

В ночь на 29 февраля, когда мальчик опять заплакал, мать избила его так, что он перестал дышать. Мужчине еле удалось оттащить рассвирепевшую женщину от детской кроватки. Наутро же оказалось, что малыш умер. Муж хотел вызвать медиков и милицию, но супруга не дала этого сделать. Вместе они придумали версию, что по неосторожности уронили мальчика с лестницы. Прокуратура, поверив родителям, не стала тогда возбуждать уголовного дела. Тем более что дама была на девятом месяце беременности.

30 марта у Сиротиных родился второй мальчик, на этот раз совершенно здоровый. Однако через три недели умер и он. Судебно-медицинская экспертиза показала, что малыш скончался от кровоизлияния и ушиба головного мозга в результате полученных травм.

На этот раз прокуратура возбудила уголовное дело, в ходе которого выяснилась причина смерти и первого ребенка Сиротиных. Глава семьи признался, что в смерти обоих детей виновата его супруга. А сам он никак не мог ей помешать, поскольку жена избивала малышей в основном в его отсутствие.

28-летнюю мать-садистку приговорили к 15 годам лишения свободы. Приговор вступил в законную силу.[18]

 

[1]По словарному определению (в интерпретации С.И. Ожегова), мания – это болезненное состояние психики, характеризуемое сосредоточением сознания и чувств на какой-либо одной идее и резким переходом от возбуждения к подавленности.

[2]Мегаполис-Экспресс. – № 17. – 1998. – 30 апреля. – С. 19.

[3]Протасевич А.А. Серийные преступления, сопряженные с насилием, как объект криминалистики. – Иркутск, 1999. – С. 4.

[4]Воронежскиекриминалистические чтения. Вып. 1. – Воронеж, 2000. – С. 79; Исаенко В.Н. Проблемы организации расследования серийных убийств // Серийные убийства и социальная агрессия. – Ростов на-Дону, 1998. – С. 113; Законность. – №2. – 1999. – С. 2.

[5]Методикарасследования серийных убийств: Методическое пособие. – М.: Генеральная Прокуратура РФ. Научно-исследовательский институт проблем укрепления законности и правопорядка, 1998. – С. 11.

[6]Модестов Н. Прирожденный убийца //Крестьянская Россия. – 1996. – 10–16 июня.

[7]Норрис Д. Серийные убийцы. – М, 1998. – С. 51.

[8]В ходе работы над этой книгой стало известно, что в Санкт-Петербурге расследуется уголовное дело по обвинению врача-педиатра 5-ой подстанции городской «Скорой помощи», 35 лет, примерного семьянина, имеющего двух детей, уважаемого специалиста. На протяжении одного только 1999 г., как установлено следствием и не отрицается самим обвиняемым, признанным вменяемым, он убил десять и еще пять раз покушался на жизнь пенсионеров. Преступления этот «цепной» убийца совершал в квартирах жертв, оставаясь с ними один на один, путем введения потерпевшим смертельных инъекций. Действовал предельно рационально, причем исключительно из корыстных соображений: после того, как убийца приводил свои жертвы в бессознательное состояние, сделав им якобы обезболивающие уколы, он грабил квартиры стариков для обеспечения материального достатка своей семьи. И хотя он совершил хорошо спланированные, тщательно подготовленные множественные преступления в разное время и в разных местах, относить его к числу серийных преступников вряд ли правильно. Хотелось бы, чтобы читатель не спутал данного носителя белого халата с его коллегой и по профессии, и по кровавым похождениям – с Василием Куликом из Иркутска, являвшимся классическим представителем «армии» серийных маньяков-убийц, которого мы не раз будем упоминать по ходу исследования. Это пожелание высказано не случайно: по профессиональной и возрастной принадлежности, иным признакам личности и поведения эти «врачи» мало чем отличаются один от другого. Фатальное сходство обнаруживается даже в том, что оба они были задержаны в один и тот же день – 17 января.

[9]«МК». – 2000. – 23 марта.

[10]Hare R.D. Without conscience: The disturbing world of psychopaths among us. New York: Pocket Books, 1993. p. 6–34.

[11]Canter D. and Gregory A. Identifying the residential location of serial rapists. – Journal of the Forensic Science Society, 1994, vol. 34, pp. 169–175.

[12]С данным выводом корреспондируется точка зрения, высказанная российским криминалистом Е.Г. Самовичевым, полагающим, что «запуск» криминальных программ серйных убийц «имеет сложную хронобиопсихологическую природу».

[13]Антонян Ю.М. Психология убийства. – М., Юристь, 1997. – С. 19.

[14]Подробнее о нем см. в следующем параграфе.

[15]Фромм Э. Адольф Гитлер: клинический случай некрофилии. – М., 1992.

[16]Антонян Ю.М. Тени прошлого. – М., 1996.

[17]In the Miami Herald. Sunday, August 17. 1997.

[18]«МК». – 2000. – 24 декабря.

Оглавление