17

Коул подбежал к стоящему неподалеку готовому кораблю. Астродроид раздраженно окликнул его, как будто ругал за оставленный пост.

— Слушай, — сказал ему Коул. — Если мы хотим сработаться, тебе придется доверять мне.

Совсем с ума сошел, уже с дроидами разговаривать начал! Коул мотнул головой и забрался на рабочую платформу возле модифицированного «крестокрыла». И крепко стукнул себя по лбу кулаком: растяпа, забыл отвертку!

Сзади бибикнул Р2Д2. Фардример оглянулся. Маленький астродроид протягивал ему инструмент; кроме отвертки, Р2Д2 прихватил весь комплект.

— Спасибо, — Коул широко улыбнулся. — Наверное, мне тоже придется научиться кое-чему.

Р2Д2 согласно чирикнул.

Коул снял панель и негромко присвистнул. Здесь тоже стоял детонатор.

И в следующем корабле. И в следующем тоже.

Астродроид яростно зачирикал. Коул кивнул. Они оба думали одинаково. Если модифицированные истребители несли в себе небольшой неприятный сюрприз, то как обстоит дело с новыми моделями?

Эта задача была потрудней. Коула не допускали к новым машинам. Ну да ладно, если его поймают, он все расскажет…

Кому?

Что, если тому, кто минировал корабли? Может быть, Скайуокер не был далек от истины, сообщив, что его астродроида арестовали.

Коул посмотрел на Р2Д2. Тот с сомнением загудел.

— Да. Это круто, — согласился с ним Коул.

Ладно, решил он. Сначала они исследуют новый корабль, а затем примутся паниковать. Может, проблема лишь в старых машинах. Он встал на платформе и оглядел ангар. Новые истребители стояли отдельно, здесь же находилась только одна модель, прототип, и та за защитным полем. И вокруг никого, потому что смена закончилась, все ушли, только он заработался. Дроиды были заняты в сборочном цехе. Клопериан не видно. Люди ушли.

Кроме него.

Значит, есть небольшая надежда.

— Постоишь на стреме, Р2?

Би-ип! Бип! Тон раздраженный, хотя Коул так и не сумел выяснить, каким образом можно оскорбить дроида. Сегодня днем они выработали кодовую систему гудков и свиста. Абсолютно очевидно, что маленький астродроид привык работать с людьми.

— Ладно, пошли.

Коул слез с платформы и направился к новому «крестокрылу». По дороге он оглянулся на задержавшегося Р2Д2; тот навьючивал на себя инструменты и все больше и больше напоминал передвижную выставку. Ценный парень. Понятно, почему Скайуокер так расстроился.

— Скорее! — прошипел Коул.

Он набрал код на панели. Компьютер, естественно, запросил причину. Коул напечатал, какую-то лабуду про постоянное несрабатывание систем на новой модели, и компьютер, пощелкав и поразмыслив, открыл вход. Фардример вытер потные ладони о штаны. Он понятия не имел, сколько пройдет времени, прежде чем спохватится охрана или придет кто-нибудь из начальства.

И придется объясняться, в чем дело, демонстрировать детонатор и надеяться, что на Корусканте остался хоть кто-то, не работающий на Империю. Коул был готов подозревать всех.

Потому что есть шанс, что шпионом окажется именно тот, кто откликнется на запрос компьютера.

Коул скользнул в кабину нового корабля. Истребитель ему нравился. Т-65Д-А1, другая конфигурация рубки, прямой доступ к компьютеру, пилот получает большую маневренность и больше возможностей в космосе. Как легко и удобно летать в нем. Но вот для чего он не приспособлен, так это для ремонта. Тесно. Хоть садись в ложемент, хоть пристраивайся, раскорячившись в странной позе, хоть на голову вставай. Коул втиснулся между креслом и бортом и принялся отвинчивать шурупы. Он в жизни еще не делал ничего запрещенного.

По крайней мере, на Корусканте. Дома время от времени приходилось работать над машинами, у которых он не должен был появляться. Но уж больно хотелось понять, что у них там, внутри. Но тогда он учился, и начальники знали об этом. Здесь же он вел расследование именно против тех, кто взял его на работу.

Панель упала в подставленные руки, и Коул уставился в самые замысловатые хитросплетения проводов, которые ему когда-либо доводилось видеть. В кабину сунулся Р2Д2, он тоже хотел посмотреть, но, поскольку в кокпите он не поместился, ему пришлось удовольствоваться ролью подручного. Астродроид включил фонарь, чтобы Коулу было легче искать.

— Спасибо…

Ему долго казалось, что он ничего не найдет. От разноцветья уже рябило в глазах, когда свет наконец отразился от серебристо-белого знака Империи на одной из деталей. Коул чуть было не влез с головой в систему. Стукнулся лбом о консоль и так и остался сидеть; металл холодил разгоряченную кожу. Все эти машины взорвутся. Все и каждая. Он не хотел думать о тех кораблях, над которыми сам работал, всех, что уже были.выпущены в полет. Все они несли на себе спящие мины, ожидающие, когда пилоты, не зная того, введут нужный код. И тогда…

Коул отодвинулся от компьютера. Р2Д2 погасил фонарик.

— Можешь быстро выяснить, сколько «крестокрылов» потерпели аварию после вылета с Корусканта?

Р2Д2 утвердительно свистнул.

— Вперед, — скомандовал Коул. Он уже собирался приладить панель на место, когда услышал шорох. Астродроид негромко пискнул — похоже на предупреждение. Коул затаился.

— Значит, предупреждение было верным, — сказал густой мужской голос. — У нас тут саботажник. Ну-ка, покажись.

Р2Д2 застонал. Коул с огромными предосторожностями положил модуль на ложемент.

— Выходи!

Делать нечего, он послушно поднялся, подняв вверх руки. Шесть охранников окружили корабль, целясь прямо в голову Коулу Фардримеру.

* * *

Нандриесон возлежал на обитой бакором лежанке. Спинка диванчика не была должным образом смазана и на ощупь казалась холодной и влажной. Хоть ногам было тепло, потому что они находились под водой, там, где лежанку покрывал слой мягкой тины.

Ему на три дня пришлось улететь со Скачка-6, чтобы уладить, некоторые проблемы, связанные с провалом одного из своих работников на Внешних территориях. Когда он вернулся на Ход, кто-то заменил старую лежанку новой и неправильно за ней ухаживал. Когда он отдохнет, то проверит остальные помещения. И узнает, какие еще допущены промахи.

На первый взгляд все хорошо. Воздух такой влажный, что его можно увидеть. Мошкара собралась в большой рой, по дальней стене ползали эйлнианские сахарные мухи. Они уже достаточно созрели, скоро их можно будет есть. Во рту стало жечь при мысли о вкусной еде.

На поверхности воды распустились цветы, кто-то украсил борта бассейна водорослями. Из глубины поднялся огромный пузырь, лопнул, наполнив воздух пленительной вонью.

Дом, милый дом. Как здесь хорошо. Чуть-чуть погодя он проплывет по всем пещерам и посмотрит, не потревожил ли кто его кладки и тайники.

Но сначала нужно провернуть одно дельце. Он всех разослал по норам, оставив при себе только Ииснера. Ииснер, как и Нандриесон, был глотталфибом, только хобот его был короче, а клыки стерлись до самых пеньков. Глазки Ииснера напоминали двух черных жуков. Маленькие ладошки передних лап играли с мелкой волной, а хвост был обернут вокруг ножки лежанки. Из правой ноздри свисала зеленая нитка водоросли, напоминание о недавнем подводном путешествии на дно бассейна. Нандриесон хотел убедиться, что никто не отравил воду, не насажал «жучков» или еще что-нибудь в том же роде. Жаберные щели еще открывались и закрывались, как будто Ииснер задыхался.

Вскоре придется его заменить. Ииснер стареет. Стоит ему провести два-три дня без воды, как с него сразу начинает опадать чешуя. Сам Нандриесон устроил на своем корабле бассейн, так что ему подобное не грозило.

— До меня дошел слух, — буркнул Нандриесон, — Хэн Соло на Скачке-1.

Он пустил из левой ноздри язычок пламени. Нандриесон был злее, чем думал.

— Да, — ответил Ииснер. — Он там квартирует. Его послал Джаррил.

— Джаррил, — Нандриесон погрузил хобот в воду; это его охладит. Есть муху совсем расхотелось. Может быть, поискать яйцо пещерника и съесть его сырым? — Джаррил заплатил долги на прошлой неделе. Тридцать тысяч кредиток. Я не был доволен.

— То есть у него завелись деньги.

Нандриесон взбил хоботом воду.

— У всех завелись деньги! Уже месяц никто ничего не закладывал, ростовщичество вышло из моды. Мне заплатил не только Джаррил. Я так разорюсь.

— Может быть, нам улететь с Хода? — задумчиво предложил Ииснер. — На мой вкус, он слишком переменился. Не люблю богатых контрабандистов. Никакой радости.

Нандриесон улыбнулся.

— Да, кураж не тот. И если бы я знал местечко получше, то согласился бы. Но Ход хорошо служит нам.

— Что скажешь о Глоттале?

Нандриесон фыркнул. Родная планета, ее заливы и бухты, сладкие мухи, сумрачные леса и горячий влажный воздух… Он любил Глоттал. Но там он будет лишь одним из тысячи богатых «фибов». Здесь он был единственным. И первым среди заправил преступного мира Галактики. Второе место на Глоттале не ценится.

— Я не готов, — сказал он.

Он вернется на Глоттал, когда придет время готовиться к смерти. Он оставит потомство, а богатство завещает тем отпрыскам, что сумеют выжить.

— Нет. Мне нужно новое дело. Новое развлечение.

— Можешь начать торговать имперским вооружением.

Нандриесон скосил на помощника один глаз.

— Предпочитаю кредитки и блестящие побрякушки. На вооружение покупателей мало. А как только клиент получает что хочет или строит собственное производство, поток денег вдруг иссякает. И огромнейшей толпе контрабандистов вновь понадобится ростовщик, — он улыбнулся. — Наверное, мы слишком внимательно прислушиваемся к капризам рынка. Терпение, мой мальчик. Терпение — вот лозунг мудрых.

Ииснер глубоко погрузился в воду; над поверхностью были видны лишь. выпученные глазки и спинной хребет. Среди тины плавало несколько серых чешуек.

— Ты никогда не производил на меня впечатление терпеливого, — булькнул он.

Нандриесон прихватил языком зазевавшееся насекомое, поджарил горячим дыханием и сожрал. Пора обедать.

— Я терпелив, — сказал он. — Я весьма терпелив. И терпение вознаграждается. Возьмем Калриссиана.

— Калриссиан не появлялся на Ходе семнадцать лет.

Нандриесон проглотил еще одну муху. В желудке бурчало.

— Он прилетит.

— Тебе это не известно, — заметил Ииснер.

Нандриесон развернул к нему и второй глаз. Ииснер почти исчез под водой.

— Мне известно, и, хотя я ценю твои советы, вовсе не одобряю сомнений. Калриссиан прилетит, потому что здесь Соло.

Ииснер выдул воздух через хобот; лента водорослей вылетела на поверхность и прилипла к стенке бассейна. Затем глотталфиб высунул из воды морду.

— Соло и Калриссиан — не компаньоны. Они никогда не летали вместе. До женитьбы Соло летал только с вуки.

— Ты невнимателен, — Нандриесон окатил себя теплой водой. Спинка лежанки неприятно холодила кожу. — С тех пор как Калриссиан потерял Облачный город, они с Соло трижды объединяли усилия во время нападений Империи.

— И что?

— И что? Ой, извини, — Нандриесон пукнул в воду. Поднялась красивая цепочка пузырьков. — А то, мой дорогой Ииснер. Скажи, что изменилось на Ходе?

Ииснер так широко раскрыл рот, что смог бы проглотить несколько водяных цветков.

— Имперское вооружение.

— Именно, — сказал Нандриесон. — А кто в Республике, кроме Соло и вуки, знает, как найти Ход?

— Калриссиан, — Ииснер выдохнул имя, как будто оно было священным. — Ты что-то задумал, верно?

— Конечно, — Нандриесон улыбался, и в углах его пасти танцевали язычки пламени. — Хотя в данном случае, возможно, это и не понадобится.

Оглавление