Глава XXVI

Щербатая, Дымок и Горчица бросились вперед, за ними выстроились королевы. Огнегрив увидел, как Пепелюшка неуклюже заковыляла к ним, но Дымок сердито зашипел на нее, и малышка, прижав уши, захромала обратно к пещере Щербатой.

Старики похватали котят, затолкали их в детскую и забились туда следом. Чернобурка ухватила за загривок Облачко и последним забросила его в укрытие. Затем, не обращая внимания на острые колючки, она вцепилась лапами в ежевичные плети, плотно укутала вход в детскую, и только потом вернулась на поляну к своему племени.

Огнегрив спрыгнул с Высокой Скалы и встал рядом со Щербатой. Яростно выгнув спину, он прошипел, обращаясь к Звездолому:

Ты проиграл в прошлый раз, проиграешь и теперь!

Только не сейчас! — фыркнул Звездолом. — Вы смогли отнять у меня мое племя, но не сумели убить меня! Не забывай, у меня больше жизней, чем у вас!

— Одна жизнь воина Грозового племени стоит десяти твоих! — крикнул Огнегрив и издал боевой клич. В следующую секунду на поляне вспыхнула битва.

Огнегрив бросился на Звездолома и впился в него когтями. Жизнь изгнанника сильно потрепала бывшего предводителя Сумрачного племени. Огнегрив сразу понял это, нащупав острые ребра под блохастой шкурой Звездолома. И все же противник был все еще очень силен. Он резко изогнулся и впился зубами в заднюю лапу Огнегрива. Огнегрив взвыл от боли и ярости, но не разжал хватки. Звездолом что было силы вырывался, скребя лапами по мерзлой земле. Огнегрив почувствовал, как его когти заскользили по тощим бокам Звездолома, и в следующую секунду разбойник вырвался на свободу. Огнегрив бросился было за ним, но тут чьи-то острые когти схватили его за заднюю лапу. Огнегрив обернулся, чтобы посмотреть на нападающего, и увидел прямо перед собой насмешливые глаза Царапана.

Он тут же забыл о Звездоломе. Не веря своим глазам, Огнегрив смотрел на врага. Он не думал, что им суждено будет когда-нибудь встретиться вновь. Шесть лун назад Царапан убил Пестролистую — убил хладнокровно и обдуманно, чтобы целительница не смогла помешать увести Белоснежкиных котят. Бушующая ярость оглушила Огнегрива. Он извернулся и бросился сверху на костлявого коричневого кота. В эту секунду краешком глаза он успел заметить быстро промелькнувший силуэт пестрой кошки, ноздри защекотал сладкий запах Пестролистой. Он чувствовал присутствие погибшей целительницы. Она пришла, чтобы помочь ему отомстить за свою смерть. Не чувствуя боли, Огнегрив вырвал свою лапу из зубов Царапана и набросился на него. Кот встал на дыбы и взметнул вверх свои огромные передние лапы. Острые, как шипы, когти полоснули Огнегрива по уху. Боль опалила его, как огонь. Огнегрив пошатнулся, и тогда Царапан одним прыжком пригвоздил его к земле, впившись зубами в шею под затылком.

Щербатая! На помощь! — завопил Огнегрив, задыхаясь от боли. — Я больше не могу!

В ту же секунду он почувствовал, как страшная тяжесть, придавившая его к земле, исчезла. Огнегрив вскочил и обернулся. Крутобок! Серый воин стоял неподвижно, глаза его были расширены от страха, а из пасти безжизненно свисало бурое тело Царапана. Крутобок разжал челюсти, и разбойник упал на землю. Он был мертв.

Огнегрив шагнул навстречу другу

Он убил Пестролистую! — коротко сказал он, потому что время для сожаления еще не наступило. — Синяя Звезда тоже здесь? — быстро спросил он.

Крутобок отрицательно мотнул головой.

Она послала меня за Когтем, — ответил он. — Мы нашли кости. Синяя Звезда узнала запах Звездолома и поняла, что он возглавляет шайку разбойников.

Рядом послышалось яростное шипение, и двое котов врезались в Огнегрива, так что он едва успел отскочить в сторону. В сплетенном комке он узнал Белоснежку, сцепившуюся с одним из разбойников. Королева сражалась с доблестью, достойной Грозового племени. Она билась с теми, кто когда-то похитил ее детей, поэтому глаза ее горели ненавистью. Огнегрив молча отступил в сторону. Белоснежка не нуждалась в помощи. Через несколько секунд разбойник с воем бросился бежать и скрылся за папоротниковой стеной, ограждавшей лагерь.

Белоснежка кинулась догонять его, но Огнегрив остановил ее.

— Ты отделала его так, что он надолго запомнит!

Королева остановилась возле стены и повернула обратно. Бока ее тяжело раздувались, белая шерсть была перепачкана вражеской кровью.

Мимо Огнегрива в сторону спасительной изгороди несся еще один разбойник. Преследовавший его Дымок изловчился, как следует цапнул удирающего врага за заднюю лапу и только после этого позволил ему выбежать из лагеря.

«Теперь остались только Звездолом и еще один бандит», — подумал Огнегрив.

Оглянувшись, он увидел, как Горчица опрокинула на землю последнего разбойника. Кот лежал не шевелясь. «Будь начеку!» — подумал Огнегрив. Он и сам очень любил этот трюк — прикинуться побежденным и неожиданно броситься на расслабившегося противника. Но Горчицу было не так-то легко провести. Когда кот вскочил, она стремительно отпрыгнула в сторону, затем бросилась вперед, схватила врага в когти и пихнула, ударив задними лапами в живот. Здоровенный кот запищал, как котенок, и лишь тогда Горчица отпустила его. Не переставая выть, бандит бросился бежать и скрылся в лесу.

Наступила невероятная тишина. Коты Грозового племени застыли, молча глядя на пятна крови и клочья шерсти, покрывавшие поляну. В центре лежало мертвое тело Царапана.

Где Звездолом? Огнегрив в тревоге обернулся, оглядывая лагерь. Что если он пробрался в детскую? Он повернулся в сторону ежевичных зарослей, но тут со стороны пещеры целительницы донесся чей-то жалобный вой. Огнегрив бросился в туннель. Пепелюшка! Замирая от ужасного предчувствия, он ворвался в пещеру — и увидел валяющегося на земле Звездолома. Над ним стояла старая целительница.

Закрытые глаза Звездолома были залиты кровью. Огнегрив увидел, как бока его тяжело поднялись и застыли. Огнегрив сразу узнал глубокое спокойствие, сковавшее тело бывшего предводителя, и понял, что Звездолом теряет жизнь.

Выпущенные когти Щербатой были красны от крови, лицо перекошено, глаза горели.

Внезапно Звездолом захрипел и снова задышал. Огнегрив ожидал, что Щербатая нанесет ему еще один смертельный удар, но старуха не тронулась с места. Звездолом продолжал лежать, не делая попытки подняться. Огнегрив подбежал к целительнице.

— Это его последняя жизнь? Почему ты не прикончишь его? — крикнул он. — Он убил своего отца, изгнал тебя из родного племени и пытался убить! Почему ты медлишь?!

— Это еще не последняя его жизнь, — прохрипела старуха. — Но даже будь она последней, я не смогла бы это сделать.

Почему? Звездное племя восславит тебя за это! — не веря своим ушам, крикнул Огнегрив. Что случилось с Щербатой? Сколько он помнил, она всегда приходила в бешенство при одном упоминании имени Звездолома!

Щербатая отвела глаза от поверженного Звездолома и посмотрела на Огнегрива. В глазах ее он прочел боль и тоску.

Он мой сын, — прошептала старуха. Огнегриву показалось, будто земля покачнулась у него под лапами.

— Но целителям запрещено иметь детей! — пробормотал он.

— Я знаю, — кивнула Щербатая. — Я никогда не собиралась обзаводиться детьми. Но я полюбила Клок Кометы, — голос ее дрогнул.

И тут Огнегрив вспомнил о битве, когда Звездолома изгнали из лагеря Грозового племени. Прежде чем убежать, он крикнул Щербатой, что убил своего отца. Она тогда оцепенела от горя, и только теперь Огнегрив понял истинную причину ее скорби.

— У меня было трое котят, — продолжала Щербатая. — Но выжил один Звездолом. Я принесла его к королеве Сумрачного племени и попросила вырастить как своего сына. Я думала, что, забрав моих двоих малышей, Звездное племя достаточно покарало меня за нарушение воинского устава. Однако я ошиблась. Мое наказание было не в погибших котятах. Кара моя — в выжившем! — Щербатая с отвращением посмотрела на залитое кровью тело сына.

— Так что я не могу убить его. Я должна принять судьбу, уготованную мне Звездным племенем. Старуха пошатнулась, и Огнегрив испугался, что она лишится чувств. Он крепко прижался боком к целительнице и прошептал:

Он знает, что ты его мать? Щербатая покачала головой.

Звездолом начал жалобно, по-детски стонать.

Я не могу смотреть на это! — крикнула Щербатая. Огнегрив осторожно приблизился к поверженному разбойнику. Звездолом не шевелился. Огнегрив легонько толкнул его лапой, и раненый снова застонал:

Не убивай меня! — взмолился он. Огнегрив отступил назад, чувствуя внезапное отвращение к перепуганному разбойнику. Щербатая испустила глубокий вздох.

Я присмотрю за ним. Она приблизилась к раненому сыну, ухватила его за загривок и поволокла к опустевшему месту Лоскута.

Огнегрив не удерживал ее. Надо было убедиться, что с Пепелюшкой все в порядке. В расщелине скалы, где спала целительница, мелькнул чей-то темный силуэт.

— Пепелюшка? — окликнул Огнегрив. Из расщелины высунулась серая головка.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

Разбойники убежали? — прошептала Пепелюшка.

Все, кроме Звездолома. Он тяжело ранен, сейчас им занимается Щербатая.

Огнегрив ожидал изумленных расспросов, но Пепелюшка лишь медленно покачала головой и опустила глаза.

— Он не ранил тебя?! — всполошился Огнегрив.

— Я должна была сражаться вместе с вами! — голос Пепелюшки дрожал от стыда.

— Тебя могли бы убить!

— То же самое сказал мне Дымок. Он велел мне уйти и спрятаться в детской вместе с котятами! — глаза Пепелюшки были полны отчаяния. — Лучше бы мне погибнуть! Кому я нужна такая! Я всего лишь обуза для племени!

Огнегрив почувствовал острый укол жалости. Он хотел найти слова, чтобы утешить малышку, но из гущи папоротников раздался хриплый крик Щербатой.

Пепелюшка! — звала целительница. — Скорее принеси мне немного паутины!

Пепелюшка мигом скрылась в расщелине и через секунду вынырнула наружу. Вокруг лапы у нее был обмотан большой моток паутины. Так быстро, как только позволяла ее изуродованная лапа, малышка похромала к Щербатой и протянула ей в гнездо тонкую кудель.

А теперь принеси корень окопника! — велела целительница.

Пепелюшка поковыляла обратно к скале, а Огнегрив повернул обратно. Больше здесь нечего было делать. Пора возвращаться.

На поляне все было так, как до его ухода. Огнегрив подошел к Дымку и сказал:

Щербатая залечивает раны Звездолому, Пепелюшка помогает ей. — Не обращая внимания на сердитое фырканье Дымка, он приказал: — Отправляйся охранять его! Дымок молча повернулся и скрылся в папоротниковом туннеле.

Огнегрив подошел к Крутобоку, все еще не сводившему глаз с распростертого тела Царапана.

— Ты спас мне жизнь, — прошептал он. — Спасибо. Крутобок медленно поднял глаза.

— Я умру за тебя, — просто ответил он. Не в силах выдохнуть ни слова, Огнегрив молча смотрел, как Крутобок поворачивается и бредет прочь. Значит, их дружбе вовсе не пришел конец!

Мысли его прервал топот лап, мчащихся по папоротниковому туннелю. В следующую секунду в лагерь ворвалась Синяя Звезда, за ней неслись Долгохвост и Быстролап. При виде предводительницы Огнегрив почувствовал, как у него облегченно расслабляются плечи. Синяя Звезда быстро оглядела испачканную кровью поляну. Глаза ее расширились, взгляд упал на мертвое тело Царапана.

Звездолом напал на лагерь?! — коротко спросила она. Огнегрив кивнул.

— Он мертв?

— Он у Щербатой, — выдавил Огнегрив, еле ворочая языком от усталости. — Звездолом ранен. Он ослеп.

— А остальные разбойники? — Мы прогнали их прочь.

В племени есть тяжелораненые? — спросила предводительница, еще раз обводя глазами поляну. Коты молча покачали головами. — Отлично! — кивнула Синяя Звезда. — Горчица, Быстролап! Вытащите тело из лагеря и закопайте его. Никто из старейшин не будет присутствовать при захоронении. Разбойники не заслуживают ритуала, завещанного нам Звездным племенем!

Быстролап и Горчица молча поволокли тело Царапана к туннелю.

— Старики не пострадали? — продолжала спрашивать Синяя Звезда.

— Они в детской, — ответил Огнегрив. Словно в подтверждение его слов зашуршали заросли ежевики, и на поляну выполз Куцехвост, сопровождаемый старейшинами и котятами. Облачко выкатился из пещеры и радостно побежал к Чернобурке. Она от души лизнула его, и довольный котенок тут же заинтересовался исчезающим в туннеле телом Царапана.

— Он мертвый?! — в восторге спросил Облачко. — Можно, я сбегаю посмотрю?

— Цыц! — шикнула Чернобурка, обвивая малыша своим хвостом.

— Где Коготь? — спросила Синяя Звезда.

— Он возглавил отряд и отправился атаковать патруль Сумрачного племени, — объяснил Огнегрив. — Дело в том, что во время патрулирования мы нашли кроличьи кости. От них пахло Сумрачным племенем, и Коготь решил напасть. Когда Щербатая поняла, что от костей пахнет Звездоломом, было уже поздно, поэтому я послал Папоротника. Он должен остановить отряд и вернуть его назад.

— Ты послал Папоротника? — сузила глаза Синяя Звезда. — Надеюсь, ты не забыл, что ему пришлось пересечь Гремящую Тропу?

— Я был единственным воином во всем лагере.

Больше мне некого было послать. Синяя Звезда понимающе кивнула, колючие льдинки в ее глазах растаяли.

— Ты боялся оставить лагерь незащищенным? — протянула она. — Ты поступил правильно. Надеюсь, Папоротнику удастся вернуть наших воинов обратно в лагерь. Кстати, мы тоже нашли кости.

— Крутобок рассказал мне, — Огнегрив обернулся в поисках друга, но того и след простыл.

— Пришли ко мне Щербатую, когда она закончит заниматься Звездоломом, — приказала Синяя Звезда и тут же прижала уши, заслышав шум шагов по туннелю. В лагерь влетел Коготь, за ним — Буран и остальные участники похода. Огнегрив вытянул шею, ища глазами Папоротника, и облегченно вздохнул, увидев его в конце колонны. Ученик выглядел усталым, зато был цел и невредим, так что у Огнегрива сразу отлегло от сердца.

Папоротник догнал вас до того, как вы обнаружили патруль? — спросила Синяя Звезда, приближаясь к глашатаю.

Мы даже не успели ступить на их территорию, — ответил Коготь. — Он нагнал нас, когда мы только собирались перейти Гремящую Тропу. — Его янтарные глаза сузились в щелки. — Кого это хоронят? Неужели Царапана?

Синяя Звезда кивнула.

— Значит, Папоротник сказал правду, — рявкнул глашатай. — Звездолом собирался напасть на лагерь. Он тоже убит?

— Нет. Щербатая врачует его раны.

— С какой стати! — крикнула Кисточка, оборачиваясь к стоявшему рядом Ветрогону. Коготь потемнел, как туча.

— Врачует его раны?! — проревел он. — Его надо прикончить, а не тратить время на лечение!

— Мы обсудим это, как только я поговорю со Щербатой, — спокойно ответила Синяя Звезда.

— Я уже здесь, Синяя Звезда!

Щербатая вышла на поляну, голова ее устало клонилась к земле.

Ты оставила Звездолома одного?! — зарычал Коготь, сверкая глазами.

Целительница подняла голову и пристально посмотрела на великого воина.

— Я оставила его под охраной Дымка. Кроме того, я накормила его маковыми зернами, чтобы крепче спал.

Звездолом теперь слеп, Коготь. Ему некуда бежать. В лесу он через неделю умрет от голода, если еще раньше не станет добычей лисы или стаи воронья.

— Что ж, это упрощает дело! — фыркнул Коготь. — Нам не придется пачкать лапы. Просто вышвырнем его в лес, и дело с концом! — Щербатая повернулась к Синей Звезде.

— Мы не можем позволить ему умереть, — сказала она. — Почему? Огнегрив затаил дыхание, видя, как предводительница переводит глаза с Когтя на Щербатую и обратно. Неужели целительница посмеет рассказать о том, что Звездолом приходится ей сыном?!

Если мы сделаем это, мы лишим его возможности стать лучше, — просто ответила старуха.

Коготь сердито взмахнул хвостом.

— Что скажешь ты, Буран? — спросила Синяя Звезда, прежде чем Коготь успел открыть рот.

— Нам будет нелегко взвалить на себя такую обузу, — задумчиво проговорил Буран. — И все же я согласен со Щербатой. Если мы выгоним Звездолома в лес или хладнокровно убьем его, Звездное племя поймет, что мы пали так же низко, как этот разбойник. Вперед выступила старая Кривуля.

Выслушай меня, Синяя Звезда, — проскрипела она. — В старину мы, бывало, по много лун содержали пленников в своем лагере. Надо и теперь сделать так! Огнегрив вспомнил, что и сама Щербатая вначале жила в лагере пленницей. Он ожидал, что старуха напомнит об этом Синей Звезде, но целительница промолчала.

Неужели ты в самом деле позволишь оставить в лагере этого негодяя? — обрушился на предводительницу Коготь, и глаза его превратились в горящие угли. К собственному сожалению, на этот раз Огнегрив вынужден был согласиться с глашатаем. Ему была противна мысль об убийстве тяжелораненого Звездолома, он прекрасно понимал, какое горе это причинит Щербатой, но он ни на секунду не сомневался, что, даже лишившись зрения, Звездолом представляет смертельную опасность для племени. Оставаясь в лагере, он превратится в постоянную обузу и опасность для всех членов Грозового племени.

Он в самом деле ослеп? — спросила Синяя Звезда у целительницы.

— Да.

У него есть другие раны? На этот раз Огнегрив не стал молчать.

— Я очень сильно поцарапал его! — сказал он. Взглянув на Щербатую, он с облегчением увидел, как она тихо кивнула головой, давая понять, что прощает ему ранения, нанесенные ее сыну.

— Сколько будут заживать его раны?

— Около месяца, — отозвалась Щербатая.

— Ты будешь ухаживать за ним до истечения этого срока. Затем мы снова обсудим его будущее. И еще. Отныне и навсегда этот кот будет зваться не Звездолом, а Хвостолом. Мы не можем забрать у него жизни, дарованные Звездным племенем, однако не должны продолжать считать его предводителем! — Синяя Звезда вопросительно посмотрела на Когтя, но тот лишь молча дернул хвостом.

— Решено! — объявила предводительница. — Он остается.

Оглавление

Обращение к пользователям