Глава XXX

Коготь громко зашипел, перекрывая вой ветра:

— Буран, жди здесь, пока не услышишь мой боевой клич! Одноус! Ты проведешь нас через вход в лагерь, а остальное мы возьмем на себя!

Одноус бросился по склону вниз, к занесенным снегом кустам. Коготь кинулся следом, за ним прыгнул Частокол. Вслед за серым полосатым котом в узкий туннель, ведущий к лагерю, протиснулся и Огнегрив. Пролезая, он успел подумать о том, что даже зимой утесник в туннеле остался таким же густым и колючим, как раньше!

Крутобок и остальные воины остались на вершине холма, готовые по команде броситься в бой со свежими силами.

Огнегрив остановился и невольно попятился при виде того, что творилось на поляне лагеря. В прошлый раз, когда он был здесь, разыскивая запахи исчезнувшего племени, лагерь выглядел пустынным и безмолвным. Теперь поляна кишела телами корчившихся, орущих, дерущихся котов. Одноус сказал правду — племя Ветра значительно уступало по численности своим врагам. На краю поляны ждали свежие силы племени нападавших, а у племени Ветра уже не осталось никаких резервов. В бою участвовали все до единого — ученики и королевы, воины и старики.

Огнегрив увидел Росинку, сражающуюся с воином из Сумрачного племени. Королева выглядела изможденной и напуганной, ее шерсть висела рваными клочьями. Из последних сил Росинка извернулась и царапнула нападающего кота, но тот одним ударом с легкостью опрокинул ее на землю.

Огнегрив яростно завопил, прыгнул на спину воину, вцепился ему в плечи и, прежде чем тот успел опомниться, повалил на землю. Воспрянувшая духом Росинка пустила в ход когти. Воин завопил и рванулся прочь. Не переставая выть, он понесся к колючей ограде лагеря, протиснулся сквозь нее и скрылся. Росинка с благодарностью посмотрела на Огнегрива и снова бросилась в битву.

Огнегрив огляделся и смахнул капли крови с расцарапанного носа. Свежие силы Сумрачного племени и Речного племени уже вступили в бой, поэтому Грозовому племени срочно потребовалось пополнение. Огнегрив услышал боевой клич Когтя, и в следующую секунду в лагерь ворвался Буран, сопровождаемый Крутобоком, Ветрогоном и другими воинами.

Огнегрив схватил ближайшего воина Речного племени, сбил его с ног одной лапой, а другой — прижал к земле. Повернув поверженного противника спиной вниз, он как следует полоснул его когтями по животу. Несчастный вырвался, отскочил — и налетел на воина из племени Ветра. Тот резко обернулся, и Огнегрив узнал Одноуса. Без долгих раздумий юный воин вступил в схватку с потрепанным противником. Глаза Одноуса горели, и Огнегрив решил, что не стоит мешать ему довести дело до конца.

Внимание его привлекло знакомое шипение. Обернувшись, он увидел Крутобока, сцепившегося с серым котом из Сумрачного племени. Это был Гладкий, тот самый кот, который помогал Грозовому племени бороться со Звездоломом. Оба воина были примерно равны по силам. Наконец, Крутобок отпихнул Гладкого задними ногами и перевернулся, ища глазами нового врага. Прямо за его спиной стоял воин из Речного племени.

Огнегрив замер. Шум крови в ушах на мгновение заглушил звуки битвы. Решится ли Крутобок вступить в поединок с собратом своей Серебрянки?!

Крутобок прыгнул, и Огнегрив невольно перевел дух. Но радоваться было рано. Вместо того чтобы напасть на воина Речного племени, Крутобок перескочил через него и сцепился с другим бойцом из Сумрачного племени.

Огнегрив вспыхнул от гнева, но тут над поляной раздался громкий крик Когтя. Глашатай звал его на помощь! Повернувшись, Огнегрив увидел могучего воина на противоположном краю поляны, где сошлись в смертельной схватке коты всех четырех племен.

Огнегрив бросился на помощь своим, но кто-то схватил его за заднюю лапу и потащил назад. Он обернулся и увидел Оцелотку.

— Это ты?! — прошипела глашатай Речного племени. В последний раз они встретились на краю ущелья, когда погиб Белолапый.

Огнегрив отбросил кошку и перекувырнулся через спину. Это было роковой ошибкой. Он слишком поздно понял, что ни в коем случае нельзя подставлять врагу незащищенный живот. Оцелотка не медлила ни секунды. Она подпрыгнула и всем своим весом обрушилась на Огнегрива. Он почувствовал порыв ветра, а затем острые, как иглы, когти впились в его живот. Огнегрив закричал. Закатив глаза, он увидел Когтя. Глашатай стоял совсем рядом и холодно, без всякого выражения, смотрел на него.

— Коготь! — взвыл Огнегрив. — Помоги! Но Коготь даже не шелохнулся. Он стоял и молча смотрел, как Оцелотка снова и снова полосует когтями Огнегрива. Клокочущая ярость придала ему сил. Превозмогая боль, Огнегрив согнул задние лапы и со всей силы ударил Оцелотку в живот. Он успел увидеть удивление, промелькнувшее на лице глашатая, когда здоровенная кошка подлетела в воздух и приземлилась в центре поляны. Огнегрив, шатаясь, поднялся на ноги и в бешенстве посмотрел на Когтя, весь дрожа от боли и злобы. Коготь с неприкрытой ненавистью взглянул на него, затем отвернулся и нырнул в гущу сражения.

Сильный толчок в затылок сбил Огнегрива с ног. Он обернулся и встретился взглядом с Камнем. Воин Речного племени уже размахнулся, чтобы нанести ему второй удар, но Огнегрив вовремя увернулся, и Камень налетел на Бурана. Белоснежный воин неторопливо обернулся и схватил Камня за шиворот. Огнегрив бросился на помощь, но чьи-то острые когти вцепились ему в заднюю лапу. Огнегрив обернулся — и увидел Серебрянку.

Лицо светло-серой кошечки было искажено яростью. Кровь стекала у нее по лбу, заливая глаза, и Огнегрив понял, что Серебрянка не узнает его. Вот она отвела назад сильную лапу, и Огнегрив совсем близко увидел ее длинные когти. Он зажмурился, ожидая удара, и вдруг услышал до боли знакомый голос:

Серебрянка! Нет! «Крутобок», — подумал Огнегрив. Серебрянка застыла, помотала головой и прерывисто вздохнула, узнав Огнегрива. Глаза ее округлились от страха.

Огнегрив действовал не раздумывая. Разгоряченный битвой, он кинулся на спину растерявшейся Серебрянке и прижал ее к земле. Она не сопротивлялась. Огнегрив запрокинул голову, приготовившись впиться ей зубами в плечо, когда почувствовал на себе взгляд Крутобока. Серый воин замер у края бушующей поляны и с ужасом смотрел на Огнегрива.

Боль и страх в глазах друга отрезвили Огнегрива. Он замер, втянул когти и ослабил хватку. Кошка выскользнула из-под него и стрелой пустилась в заросли утесника. Огнегрив содрогнулся, увидев, как Крутобок покинул поле битвы и бросился вслед за ней.

И тут он понял, что на него опять кто-то смотрит. Обернувшись, он встретился глазами с Частоколом, стоявшим на противоположном краю поляны. Огнегрив похолодел. Из-за Крутобока он впервые изменил своему племени — отпустил вражеского воина! Много ли успел увидеть Частокол? Раздумья Огнегрива прервал крик Ветрогона, звавшего на помощь. Полосатый кот отчаянно сражался с Черной Звездой, вероломным предводителем Сумрачного племени.

Не раздумывая ни секунды, Огнегрив прыгнул на спину Черной Звезде. Черный воин взвыл от ярости, почувствовав острые когти Огнегрива. Всего несколько лун назад они были союзниками и бок о бок сражались против жестокого Звездолома. Но теперь все изменилось, и Огнегрив вцепился зубами в спину Черной Звезды с той же яростью, с которой недавно боролся с бывшим предводителем Сумрачного племени.

Черная Звезда взвыл и забился, стараясь сбросить с себя врага. Пытаясь удержаться на его спине, Огнегрив вынужден был признать, что этого силача недаром избрали предводителем племени. Наконец Черная Звезда вырвался, но Ветрогон был уже наготове. Сцепившись, воины покатились по мерзлой земле. Огнегрив посмотрел на них, выжидая подходящий момент, а потом прыгнул. Расчет оказался безукоризненным. Огнегрив понял это, приземлившись прямо на загривок Черной Звезды. На этот раз он держал врага крепче и не давал ему вырваться. Ветрогон наседал на Черную Звезду со своей стороны. Вдвоем они царапали и кусали врага до тех пор, пока тот не заорал в голос. Только тогда они отпустили его и остановились, грозно размахивая выпущенными когтями.

Черная Звезда вскочил на лапы и злобно зашипел. В глазах его горела злобная ярость, однако он понимал, что побежден. Не говоря ни слова, он повернулся и побрел по поляне, обводя глазами поле боя, на котором воины Грозового племени уже начали теснить противников. Черная Звезда завыл, призывая свое племя к отступлению. В ту же секунду коты прекратили сражение и бросились в заросли утесника, окружавшие лагерь.

Воины Речного племени остались один на один с племенем Ветра и Грозовым племенем.

Огнегрив глубоко вздохнул, выравнивая дыхание, и смахнул кровь с глаз. Он видел, как Буран и Кисточка сражаются с Оцелоткой. Песчаная Буря отважно дралась с воином Речного племени, почти вдвое превосходящим ее в размерах, зато настолько же уступающим в проворстве. Огнегрив с удовольствием смотрел, как стремительная кошечка бросается на врага и отскакивает прочь, не давая ему опомниться до тех пор, пока тот не признал себя побежденным.

Рядом с ними Дым единоборствовал с темно-серым котом, в котором Огнегрив узнал Черного Когтя, того самого воина, который когда-то безуспешно гонялся за кроликом на землях племени Ветра. Дым упрямо не обращал внимания на град ударов и укусов, которыми осыпал его противник. Каждый раз, когда враг делал выпад, Дым отвечал ему тем же. Похоже, он не нуждался в посторонней помощи и не сказал бы спасибо тому, кто помешал бы ему самостоятельно закончить схватку.

Но где же Метеор? Огнегрив обвел глазами поле сражения. Найти предводителя Речного племени оказалось не трудно, поскольку после отступления воинов Сумрачного племени на поляне стало гораздо просторнее. Огромный светлый кот с вывихнутой челюстью, припав к земле, стоял перед Когтем. Два воина, не отрываясь, смотрели друг на друга, зловеще помахивая хвостами. Огнегрив почувствовал, как от напряжения у него кровь закипает в жилах. Кто же из них начнет поединок?

Первым не выдержал Метеор. Он прыгнул, но Коготь легко отскочил в сторону, и предводитель Речного племени промахнулся. И тогда Коготь повернулся, взлетел в воздух и приземлился на спину врагу. Он полоснул Метеора своими длинными когтями, и тот сразу обмяк. Затаив дыхание, Огнегрив смотрел, как Коготь обнажил зубы, наклонился вперед и глубоко впился в шею Метеора.

Огнегрив поперхнулся. Неужели Коготь убьет предводителя Речного племени?! Однако отчаянный вопль Метеора успокоил его — видимо, Коготь все-таки пощадил врага. Тем не менее этот укус решил исход поединка. Метеор поднялся на лапы и с воем помчался прочь из лагеря. Как только хвост его скрылся из виду, воины Речного племени прекратили сражение и бросились догонять своего предводителя.

В мгновение ока лагерь племени Ветра погрузился в тишину, нарушаемую лишь воем ветра в зарослях утесника. Огнегрив огляделся. Воины Грозового племени едва держались на ногах от усталости, но в целом выглядели гораздо лучше котов из племени Ветра. Те почти все истекали кровью, многие просто неподвижно лежали на мерзлой земле. Целитель племени, старый Корявый, уже сновал между лежащими, оказывая первую помощь раненым.

Звездный Луч, хромая, подошел к Когтю. Кровь стекала по щеке предводителя племени Ветра. Глядя на него, Огнегрив внезапно вспомнил свой старый сон. Тогда ему приснилось, будто Звездный Луч стоит на фоне яркого пламени, как воин, посланный Звездным племенем, чтобы принести избавление. «Огонь спасет племя», — сказала перед смертью Пестролистая. Однако теперь, глядя на измученных и израненных котов племени Ветра, Огнегрив стал сомневаться в своем сне. Разве могут эти слабые создания олицетворять собой спасительный огонь, посланный Звездным племенем?! Их самих все время приходится выручать! Вот и сейчас Грозовое племя вновь избавило их от беды!

Звездный Луч что-то тихо говорил Когтю. Слов не было слышно, но по склоненной голове предводителя племени Огнегрив догадался, что Звездный Луч благодарит Грозовое племя за спасение. Коготь сидел прямо и принимал благодарность с высоко поднятой головой. Огнегрив невольно скривился, возмущенный высокомерием глашатая. Он знал, что никогда не простит Когтю, что тот стоял и смотрел, когда Оцелотка рвала его в клочья.

— Это тебе! Тихий голос Синеглазки прервал его мысли. Кошка стояла рядом, держа полную пасть целебных трав. Огнегрив смущенно поблагодарил, и Синеглазка начала выжимать сок прямо в глубокие следы от укусов, покрывавших его спину и плечи. Сок сильно щипал, но его запах мгновенно перенес Огнегрива в прошлое, в те времена, когда Пестролистая была рядом. Много-много лун назад она давала ему те же травы, чтобы лечить раненую Щербатую. Аромат трав стал сильнее, и Огнегрив вспомнил сон, который приснился ему прошлой ночью. Берегись воина… Пестролистая предупредила его об опасности. Но о каком воине шла речь?

Страшная догадка мелькнула в мозгу Огнегрива, и его бросило в дрожь. Опасаться надо было не Крутобока, а Когтя! Как он мог заподозрить друга, когда знал, на что способен глашатай племени?! Теперь Огнегрив понял, что Горелый говорил чистую правду. После того как вел себя Коготь сегодня, Огнегрив больше не сомневался в том, что он мог убить Ярохвоста и спокойно вернуться в лагерь, не испытывая ни малейшего сожаления о содеянном.

Ты славно сражался, Огнегрив! — вывел его из задумчивости веселый голос Ветрогона. Бурый кот дружелюбно улыбнулся Огнегриву и пообещал: — Я обязательно расскажу об этом Синей Звезде!

— Конечно! — поддержала Синеглазка. — Ты отличный воин, Огнегрив. Звездное племя может гордиться твоей отвагой.

Огнегрив посмотрел на товарищей и пошевелил ушами от удовольствия. Он был польщен и растроган. Как приятно вновь ощутить себя частью родного племени!

Внезапно шерсть у него на спине встала дыбом. Через всю поляну к Когтю спешил Частокол. Он уселся возле глашатая и, дождавшись, когда Звездный Луч отойдет, что-то жарко зашептал ему на ухо, не сводя глаз с Огнегрива.

«Он все видел, — понял Огнегрив, холодея от страха. — Он видел, как я отпустил Серебрянку».

Ты в порядке? — встревожилась Синеглазка. Огнегрив понял, что дрожит с головы до лап.

А? Да… конечно… Просто немного задумался. Коготь уже шел к нему, и глаза его горели мрачной радостью.

— Ну смотри. Если ты в порядке, я побегу посмотрю, как там остальные, — мяукнула Синеглазка.

— Конечно! — обрадовался Огнегрив. — Спасибо тебе! Синеглазка подхватила свои травы и побежала прочь. Ветрогон бросился за ней следом. Коготь прижал уши к голове и выгнул нижнюю губу в грозном шипении.

— Частокол говорит, что ты дал уйти кошке из Речного племени!

Огнегрив понял, что пропал. Как бы ни был виноват Крутобок, он не мог предать его Когтю. Он снова вспомнил, как Коготь молча стоял и смотрел, когда глашатай Речного племени едва не убила его. Он мог бы сказать об этом, но кто ему поверит? Частокол тихо приблизился и встал позади Когтя. Если бы здесь была справедливая и мудрая Синяя Звезда, она заступилась бы за Огнегрива! Но Синяя Звезда была далеко, в лагере.

Огнегрив набрал в легкие побольше воздуха, готовясь к ответу. Коготь зловеще сощурил глаза. И тут Огнегрив понял, что глашатая тревожит вовсе не его возможная измена племени. Великий воин ненавидит его отнюдь не за это! Коготь все еще опасается, что Горелый мог рассказать Огнегриву о гибели Ярохвоста. Однако Огнегрив не собирался отступать, как отступил Горелый! Смело взглянув в глаза Когтю, он громко сказал:

— Что с того, что кошка убежала?! Метеор ведь тоже удрал от тебя, Коготь! Ты не убил его, так почему же я должен был убивать кошку? Коготь хлестнул хвостом по холодной земле.

— Частокол говорит, что ты даже не поцарапал ее! Огнегрив пренебрежительно пожал плечами.

— Откуда ему знать? Пусть догонит ее и посмотрит, прежде чем говорить! Частокол взвился на месте, но промолчал, а Коготь задумчиво проговорил:

— Частоколу нет необходимости делать это. Он видел, что твой друг бросился следом за этой кошкой, как только ты выпустил ее. Возможно, он и расскажет нам, как сильно ты ее поранил!

Впервые с начала битвы Огнегрив почувствовал на коже холодный ветер. В глазах Когтя светилась откровенная угроза. Неужели он все-таки догадался о том, что Крутобок влюблен в Серебрянку?

Огнегрив продолжал обдумывать слова глашатая, когда увидел и Крутобока, протискивавшегося сквозь заросли утесника, ограждавшего вход на поляну.

— Смотрите-ка, кто идет! — прошипел Коготь. — Не хочешь спросить у друга, как себя чувствует серая кошечка? Не торопись. Я могу угадать, что он нам скажет. Он сообщит нам, что, к сожалению, не смог ее догнать! Какая жалость! Коготь с откровенным презрением посмотрел на Крутобока и отошел, сопровождаемый Частоколом.

Огнегрив посмотрел на друга. Крутобок был мрачен от усталости и тревоги. Огнегрив пошел ему навстречу. Он не знал, перестал ли Крутобок злиться на него за былое недоверие. Может быть, он уже никогда не простит ему нападения на Серебрянку? Или все-таки поблагодарит за то, что он позволил ей убежать?

Крутобок стоял, повесив лобастую голову. Огнегрив вытянул шею и ткнулся носом в его холодный серый бок. Тот заурчал и поднял голову. Глаза его были грустны, но в них не было и следа былого гнева и раздражения.

— Она в порядке? — еле слышно спросил Огнегрив.

— Да, — ответил Крутобок. — Спасибо, что дал ей уйти. Огнегрив смущенно заморгал.

— Я рад, что она не пострадала. Крутобок посмотрел на него и прошептал:

— Ты был прав, Огнегрив. Все очень плохо. Битва была тяжелой. Я чувствовал, что сражаюсь не с врагами, а с собратьями Серебрянки, — он пристыжено опустил глаза. — И все же я не могу отказаться от нее! Огнегрив похолодел от дурного предчувствия, но жалость к другу пересилила опасения.

— Ты должен сам разобраться в этом, — просто сказал он. — Не мне судить тебя. — Крутобок поднял глаза, а Огнегрив продолжал: — Знай одно, Крутобок — что бы ты ни решил, я всегда останусь твоим другом.

В глазах Крутобока он увидел облегчение и благодарность. Не говоря ни слова, воины легли на поляну чужого лагеря, прижавшись носами друг к другу. Впервые за много лун они вновь были вместе. Засыпанный снегом утесник на время укрыл их от бури, бушующей над головами.

Оглавление
Обращение к пользователям