17 мая, воскресение

 Поутру купил за 11 юксов тикет до Винницы. Можно было бы, конечно, доехать, как обычно, бесплатно, но уж больно не хотелось именно сегодня бегать от контры. Устал уже, не выспался. А так спокойно сел, заснул. Снились Ушаки…

…Дело было весной 1991 года. Всю ночь на Свечном пить портвейн с Егором — это, я вам доложу, не шутки. Шатаясь, я добрел до Московского вокзала и едва не разрыдался вслед уходящей электричке. Бывает же такое.

Пришлось идти на трассу. Была уже теплая весна, конец мая, часов девять стопа — и я окажусь дома, ничего страшного.

Но с автостопом в тот день совершенно не складывалось. На приличное расстояние от Питера отъехать так и не удалось. Согласно «стопнику», где-то рядом была железная дорога. Поняв, что последствия ночного портвейна меня сейчас расплющат, я пошел искать платформу и через полчаса монотонных скачков по шпалам прибыл на станцию с чарующим названием Ушаки.

Согласно расписанию, электрички на Малую Вишеру останавливались в Ушаках каждые шесть часов. До следующей была еще уйма времени, и недолго думая я рухнул на скамейку. Поначалу сквозь сон слышал грохот несущихся мимо скорых, улавливал голоса из репродуктора, потом совсем перестал реагировать на внешние раздражители. А когда, наконец, проснулся, на часах было уже шесть.

Проспал.

Следующая электричка аж в одиннадцать вечера. Выспавшийся и бодрый, я умылся на колонке и пошел рассматривать Ушаки. Скучное селение, совершенно не со­ответствующее своему веселому названию. Жителей мало или прячутся они где-то, один магазин, одна почта. В магазине, поддавшись внезапному порыву, зачем-то украл пакет с морковью. На той же колонке помыл и вернулся на станцию.

До электропоезда оставалось каких-то минут двадцать, когда хищно поедающий морковь я привлек внимание правоохранительных органов.

— Ты местный? — остановился рядом со мной расслабленный участковый.

— Не, — не стал придумывать я. — Электричку жду. Морковь будете?

— А тут как оказался? — проигнорировал предложение милиционер. — Поступил сигнал, что ты тут весь день сидишь.

— Автостопом ехал, но передумал и решил продолжить путешествие Октябрьской железной дорогой. А что не так?

— Документы давай.

Паспорт участковому не понравился. Внимательно изучив все его страницы, он убрал его себе в карман.

— Э, — возмутился я, — отдайте! У меня электричка вот-вот!

— А билет есть?

Билета не было.

В околотке Ушаков меня огорошили новостью, что моя краснокожая паспортина поддельная.

— Что ты мне заливаешь? — орал мент. — Вот сам смотри, что написано? Город Москва! А дальше? Город Зеленоград! Как такое может быть?!

Попытки объяснить тонкости административного положения Зеленограда провалились.

— Не надо мне лапшу вешать! — заводился участковый. — А улица где? Почему после города идет сразу номер дома? Ты у меня сядешь, дружок!

Час мы рылись по различным справочникам. Еще час подозрительный мент обзванивал своих коллег и пробивал меня по базам. Потом до семи утра мы пили водку. Закусывали моей краденой морковью.

— Авраменко, или как там тебя, Геннадий Александрович, ты уж не обижайся, — щедро наливая водку, вздыхал участковый. — Мне тут так скучно, делать нечего, одни алкаши. И тут вдруг ты, потенциальная звездочка на погон. Не держи зла, ладно?

Я не держал.

Утром милиционер, потеряв ориентацию в своей каморке, заснул прямо на столе, а я, аккуратно прикрыв дверь, отправился на станцию.

В одиннадцать электричка до Малой Вишеры остановилась у платформы. Широко улыбаясь, я заскочил в тамбур.

— О, билетики готовим сразу, молодые люди, — сказал, обращаясь ко мне, пухлый контролер.

— Я это, щас я, — растерялся я.

— О-о-о, без билета, еще и пьяный, — опечалился контролер, и я, не успев понять, что происходит, вновь оказался на такой родной мне платформе. Двери закрылись.

Шли вторые сутки.

Обессиленный, я присел на скамейку. Хотелось спать. Разум подсказывал, что надо сесть сейчас на любую электричку в любую сторону, снова пойти на трассу. Но дурацкая непроходимая упертость шептала: «Нет, не сдавайся, ты победишь!» Воровато оглянувшись, я распорол потайной кармашек в джинсах, достал заначку, сделанную на крайний случай. Случай был именно тот самый, крайний. В магазе купил две бутылки пива и хлеба, перекусил. Теплое пиво сморило, немного поспал. За два часа до электрички купил билет до Малой Вишеры. Походил. Группа рабочих, разбирающих рельсы у платформы, мне сразу не понравилась.

— Эй, вы чё там делаете, мужики?!

Рабочие не ответили. Ответил строгий голос из репродуктора:

— По техническим причинам электропоезд до станции Малая Вишера проследует без остановки на станции Ушаки. Будьте внимательны и осторожны.

Не было сил даже ругаться.

Заскочив через несколько часов в электричку обратно до Питера, я всю дорогу, пугая своей нервозностью соседей по сиденью, писал ручкой на кепке кривую жирную надпись «Ушаки forever!».

…Город Винница показался совершенно обычным провинциальным центром, как две капли воды похожим на многие города из тех, что я недавно видел.

Впишусь сегодня у Сашки Крутикова, мы с ним познакомились где-то с год назад в Москве, на «Джанге». Звал в гости, расхваливал здешнюю тусу. Ну вот, встречайте, приехали!

Сашка за год оцивилился, надо же, как люди меняются! Обрадовался, накормил. Я позвонил Лене Садовской, телефон которой дал мне Боб Московский. Затащил их вместе с подругой Наташей в гости к Сашке. Налопались каберне. Ленка взялась показать мне город и выразила уверенность, что он мне понравится. Не знаю, не знаю, но вот Лена мне точно уже нравится! Как-то неожиданно оказался у нее в гостях, отпаивались чаем. Раздумал ехать в Одессу — Лена сказала, что если немного времени, то лучше посмотреть Киев, а Одесса никуда не денется. Пусть так и будет, поеду в Киев. А там и домой.

Оглавление