Глава 1. СЧАСТЛИВЫЙ ГРОШИК

Проснувшись, Айви потянулась и открыла глаза. Только-только светало: боящееся темноты солнце пока не решалось показать свою круглую, улыбчивую физиономию, но ее появления следовало ожидать с минуты на минуту. Взгляд Айви упал на Гобелен: ей никогда не надоедало любоваться беспрерывно меняющейся картиной Ксанфа, хотя этот интерес знал приливы и отливы. Усиливался он, обычно когда дождило, и сидеть дома, любуясь движущимися картинками, было куда приятнее, чем мокнуть за окошком, а убывал, когда зомби Зора натирала лестницу восковой мастикой, и в комнате становилось не продохнуть от запаха воска. Сидеть в такие моменты дома было тоскливо. (Сама Айви предпочитала говорить «воскливо», но эту ее шуточку мог оцепить только Дольф. Взрослые на удивление невосприимчивы к остротам.) Сегодня, судя по усиливавшемуся запаху, Зора начала спозаранку наводить воском глянец, что сулило весьма «воскливый» день, а то и не один. Стало быть, Айви требовался предлог, чтобы на несколько денечков, пока запах не выветрится, убраться подальше. Правда, с предлогами для отлучек Дело обстояло не лучшим образом, но если пошустрить, может, какой и отыщется.

Она так резво спрыгнула с постели, что ее Подкроватпое Чудовище от неожиданности икнуло. Сменивший под кроватью оставшегося с фавнами и нимфами Храповика, молодой Заграбастер по неопытности вечно робел и смущался. Но беда заключалась в другом: Айви неумолимо приближалась к возрасту, в котором перестают верить в Подкроватных Чудовищ. Как только ей исполнится восемнадцать, Заграбастер рассыплется в пыль и будет выметен из-под койки. Беднягу Граби подобная перспектива отнюдь не радовала, и Айви ему сочувствовала, однако выхода у них не было. Не могла же она перестать взрослеть! Айви босиком пробежала в соседнюю комнату, служившую спальней принцессе Наде. Прибывшая с Дольфом три года назад, Нада крепко сдружилась с Айви, благо они были ровесницами и принцессами, причем обе – прехорошенькими. Правда, Нада принадлежала к человеческому роду только наполовину, но, живя в замке Руша, из учтивости сохраняла человеческий облик. Ведь принцессам приходится с детства усваивать правила хорошего тона, не то что принцам, понятия не имеющим, в чем разница между этикетом и этикеткой.

– Нада! – с порога воскликнула Айви. – Мне нужен предлог, причем срочно.

Нада присела па кровати, принюхалась и сморщила нос.

– Да, я тоже чую. Давай сбежим вместе.

– Конечно вместе! Только куда?

– Хм… – задумалась Нада. – Не худо бы заглянуть в Зеркало.

– Так ведь у нас нет Магического Зеркала, – напомнила Айви. – Конпутер, оловяшка противная, забрал его еще в прошлом году и отдавать не хочет.

– Ага! – воскликнула Нада. – Значит…

– Значит… – подхватила ее мысль Айви, – нам надо пойти и отобрать у него Зеркало. Оно мне понадобится, когда я воспользуюсь счастливым грошиком.

– Точно. Только вот…

– Знаю. Только Конпутер просто так его не отдаст, постарается удержать у себя, причем действовать, как всегда, будет нечестно. Но зато это идеальный предлог для отлучки: вот только бы придумать как…

– Может, Электра?

– Точно! Уж она-то, надо думать, сладит с этим несносным Конпутером!

– Кто-то меня звал? – сонным голосом произнесла появившаяся на пороге Электра – веснушчатая девчушка со слегка вьющимися волосами, вечно удивленными глазами, носиком-кнопочкой и почти никогда не сходившей с лица лучистой-прелучистой улыбкой. Глядя на нее, никто бы не подумал, что она переживает несчастную любовь.

– Зора опять натирает лестницу! Помоги нам отобрать у Конпутера Магическое Зеркало!

– А, так вот, значит, что за запах мне в нос ударил. Погодите, я сейчас оденусь!

Вся троица бросилась одеваться и, хотя не обошлось без некоторой сумятицы’, управилась с этим занятием в два счета. Спустя несколько мгновений одетые в платьица принцессы не без зависти поглядывали на Электру, натянувшую радужной расцветки брючки. Не будучи королевской крови, она могла позволить себе носить весьма практичную одежду, тем паче что ее худощавая фигурка позволяла делать это не привлекая излишнего внимания: и мужчины особо не таращились, и женщины не хмурились.

Три девушки поспешили по коридору к дальней лестнице, подальше от Зоры и ее пахучей мастики, но, к сожалению, их путь пролегал мимо комнаты Дольфа, и прошмыгнуть не услышанными им не удалось. Слух у Дольфа был волчий, что неудивительно, принимая во внимание его обыкновение спать, обернувшись волком.

– Эй, куда это вы наладились? – полюбопытствовал он, с шумом распахнув дверь. – Опять что-то вынюхиваете?

Нада с Электрой остановились: Нада из деликатности, не желая его обидеть, а Электра по причине своей влюбленности в принца. Хотя ему едва минуло двенадцать, обе они были с ним помолвлены. А поскольку Электре всегда хотелось быть рядом с Дольфом, существовала опасность, что она пригласит его идти с ними.

Чтобы этого не случилось, Айви пришлось вмешаться.

– Мы собираемся забрать Магическое Зеркало у Конпутера, оно понадобится мне, чтобы воспользоваться счастливым грошиком, – заявила она. – Тогда мы сможем выяснить, куда подевался Добрый Волшебник Хамфри, и завершить-таки наш Поиск.

– Так тебя мама и отпустила… – начал было Дольф.

– Мы сбежим, а ты нас прикроешь, – без обиняков заявила Айви.

Похоже, Дольф сомневался в том, что он поступит именно так, но лишь до того момента, пока Нада, без лишних слов, не одарила его поцелуем.

– Ладно, чего там, – пробормотал он. Парнишка таял от одного ее взгляда, хотя прекрасно знал, что она его не любит.

Его взаимоотношения с Надой являлись как бы зеркальным отражением отношений с Электрой. Дольф принял облик зомби – благо для зомби и не такие запахи нипочем – и направился к лестнице, которую натирала Зора, чтобы в случае чего, отвлечь внимание на себя.

И, по всей видимости, отвлек: во всяком случае перехватить их никто не пытался. Побег удался. Оказавшись снаружи’, Айви свистнула Стэнли, и через несколько мгновений дракон присоединился к беглянкам. Паровичок уже почти вырос, и скоро ему предстояло вернуться к своим обязанностям по охране Провала. Разумеется, предстоящая разлука печалила Айви, но взросление было для Стэнли столь же неизбежным, как и для нее самой, и им обоим сулило не только радости. А пока они могли рассчитывать на превосходную защиту: путешествуя в компании ручного чудовища, не приходится бояться диких.

Пробегая садом, девушки нарвали фруктов, перекусили на ходу и вскоре выбрались к зачарованной тропе, ведущей на север. Конпутер с завидным постоянством устанавливал там иллюзорный или, как еще говорили, «виртуальный», в том смысле, что он заставлял свернуть с дороги, указатель объезда. Король Дор, расценивавший появление этого знака как вопиющее нарушение ПДМТ (Правил Движения по Магическим/Зачарованным Тропам), всякий раз приказывал указатель снять. Приказ выполнялся, но через некоторое время объезд появлялся снова. Как раз недавно Айви прослышала об очередном возникновении объезда и решила воспользоваться им, поскольку это был простейший способ добраться до логова злокозненной машины. Там, разумеется, следовало держаться настороже, встреча с Конпутером могла оказаться опасной даже для Стэнли. Правда, Электра располагала некоторыми возможностями воздействовать на вздорную железяку.

Объезд оказался на обычном месте, путницы свернули туда и вздохнули с облегчением, ибо знали, что теперь попадут куда надо, даже если указатель в очередной раз будет снят.

На ночь остановились близ большущей игровой площадки, где, как всегда, вели свою суматошную игру Быки и Медведи. Эту площадку, называвшуюся Биржевой, обнаружил во время поисков пропавшего дракончика голем Гранди. Приблудные обыкновенские звери – эти самые Быки и Медведи – вели на ней нескончаемую и бессмысленную игру, заключавшуюся в том, что одни тащили что ни попадя вверх (это называлось «игрой па повышение»), а другие, наоборот, пихали вниз (соответственно «играли на понижение»). Понять, какое удовольствие получали глупые звери от всей этой бестолковщины, решительно не представлялось возможным.

Стэнли отправился перекусить в ближайшие заросли, а девушки – к росшему у самой тропы пирожковому дереву, нарвать свежих пирожков. Деревце правда, оказалось не слишком плодоносным, но Айви мигом исправила положение, усилив его свойства до такой степени, что от свисавших с ветвей сдобных пирожков повалил пар. В свое время мать Айви, Айрин, для прокорма путников посадила и вырастила пирожковые и им подобные деревья по обочинам чуть ли не всех дорог Ксанфа, а сама Айви успешно улучшала их магические качества.

Жуя пирожки, беглянки беспрерывно тараторили – как не поболтать от души, если есть уверенность, что никто из этих скучных взрослых тебя не подслушает. Ну, а о чем болтать уже почти взрослым девушкам, как не о любви?

– Айви, когда у тебя, наконец, появится мальчик? – полюбопытствовала Нада. – Тебе, между прочим, целых семнадцать лет; твоя мама в этом возрасте уже заполучила в женихи твоего отца.

– Это что, – откликнулась Айви, – мой братишка всего в девять лет раздобыл сразу двух невест. Признаюсь, по этой части я здорово отстала.

Нада с Электрой понимающе усмехнулись. Наде было четырнадцать, когда к ее отцу, королю нагов, явился за помощью принц Дольф. В силу заинтересованности нагов в союзе с людьми, король согласился оказать требуемую помощь, если принц женится на его дочери. При этом, чтобы не отпугнуть мальчонку, Наде пришлось прикинуться его ровесницей, девятилетнеи девочкой. Разумеется, состоялась лишь помолвка – свадьба откладывалась до совершеннолетия Дольфа, – по с момента обручения оба народа считались союзниками.

Нада жила в замке Ругна, а ее сородичи получали из арсенала замка всевозможные средства борьбы со вторгавшимися в их владения гоблинами. (Стоит заметить, что последних, судя по всему, в Ксанфе развелось куда больше, чем в прежние времена. Точной причины роста их численности никто не знал, но ничего хорошего это не сулило.) А потом счастливый грошик (известный также под названием небесного сольдо, ибо ключом к нему служило волшебное созвучие) привел Дольфа к Электре. Поскольку ей предстояло либо выйти за него замуж, либо умереть, Дольф обручился еще и с ней. Как раз в то время он узнал, что Нада, на самом деле, на пять лет старше его; возможно, это открытие способствовало второй помолвке. Однако Наду принц продолжал любить, несмотря на разницу в возрасте, и первую помолвку не разорвал.

Разумеется, положение складывалось непростое. Все понимали, что по достижении совершеннолетия Дольфу придется сделать выбор. И личная склонность, и долг предписывали ему закрепить династический союз свадьбой с Надой: принцу не пристало нарушать слово. Однако такой исход означал смерть для Электры, чего решительно никому не хотелось.

За три года, прошедшие с тех пор, как Электра впервые использовала свой талант заряжать счастливый грошик (в связи с этим иногда называвшийся электрическим), три девочки крепко сдружились и привыкли принимать все так, как оно сложилось. Электра любит Дольфа, Дольф любит Наду, Нада не любит Дольфа, а Дольф не любит Электру.

Как из этого выпутываться, никто не имел понятия: у девочек эта проблема являлась одной из любимых тем для разговоров, благо и времени на ее обсуждение пока хватало. До вступления Дольфа в брачный возраст оставалось еще несколько лет, так что дело терпело.

– А что, у тебя вовсе никогда не было мальчика? – спросила Электра. Родившись более восьмисот лет назад, она, пока Дольф не разбудил ее поцелуем, почти все эти столетия проспала. «Несонных» лет ей было пятнадцать, выглядела девчушка на двенадцать и являлась сущим ребенком решительно во всех отношениях, за исключением вызванной заклятием вовсе не детской любви к Дольфу. Но именно в силу названного заклятия Электра кое-что в любви смыслила и ко всему связанному с любовью проявляла живейший интерес.

– Можно сказать, что и был, – припомнила Айви. – Я дружила с Хамфгоргом, сыном Доброго Волшебника Хамфри. Он был на пять лет старше меня.

– Вот это правильно! – одобрила Нада.

Все они знали, что любить молодого человека, который старше девушки на пять лет, вполне естественно, а вот если он младше, – это совершенно невозможно. По этой причине Нада находилась в затруднительном положении: выйти со временем за Дольфа замуж она могла, а вот полюбить его – нет.

– О! – только сейчас сообразила Электра, – сын Хамфри! Он что же, исчез вместе с Добрым Волшебником?

– Да. Не то чтобы у нас с ним была такая уж любовь, но он славный парнишка и умел творить фрукты. Правда, они у него получались по большей части гнилые.

– Гнилые фрукты! – расхохоталась Электра и щелчком запустила в Айви вишенку из начинки своего пирога. – Это и у меня найдется! Получай!

– Ах вот ты как! – с притворным гневом вскричала Айви. – Сама получай!

Долька персика из пирога Айви полетела в Электру, но та ловко увернулась, и этот метательный снаряд угодил в Наду.

– Ну погоди! – вскричала та.

Сама она ела пирог с меренгами и лимоном, но лимонных долек под рукой не оказалось, так что кидаться пришлось меренгами. «Столовое Побоище», как называли они эту увлекательнейшую, но почему-то не встречавшую одобрения взрослых, забаву, удалось на славу, благо мешать было некому. Вернувшийся Стэнли обнаружил всю троицу изрядно заляпанной. Дракон вознамерился было их вылизать, но стоило его шершавому языку пройтись по Электре, как та зашлась в хохоте от щекотки, а остальные покатились со смеху за компанию.

К счастью, поблизости нашелся горячий источник, куда они и попрыгали, плескаясь, брызгаясь и вереща от удовольствия. Стэнли кружил вокруг источника, время от времени обдавая их легким паром. Не будь его, на визг расшалившихся «нимф» наверняка сбежались бы все хищники в округе.

На ночь устроились прямо в кусте подушечника, в центре кольца, образованного обвившимся вокруг и взявшим кончик хвоста себе в рот Стэнли. Айви рассказала ему историю про Уробороса, гигантского змея, обвившего Обыкновению (видимо, являвшуюся круглой) и ухватившего себя за хвост. Дракону идея понравилась, и он привык спать таким образом, хотя, при всей внушительности его размеров, обвить весь Ксанф определенно не мог. Впрочем, это не имело значения: Стэнли было удобно, а девушки внутри кольца чувствовали себя в полной безопасности.

Поутру продолжили путь, а когда топать пешком поднадоело, решили по очереди ехать верхом на Стэнли. Удерживаться на качающейся, ходившей ходуном то вверх, то вниз спине было занятием нелегким, но пришлось приноровиться.

Легче всего это далось Электре, тем паче что и одежка ее лучше подходила для подобных прогулок, а одетым в платьица принцессам оставалось только крепиться и делать вид, будто им все нипочем. Уже неподалеку от пещеры Конпутера они остановились и устроили совещание.

– Ну как, попробуем скрыть от него, кто мы такие? – спросила Айви (следует отметить, что Конпутер, как предмет неодушевленный, пола, разумеется, не имел, но поскольку в представлении девушек зло связывалось скорее с мужским родом, нежели с женским, они говорили о машине «он»).

– Его не одурачишь, – заметила Нада. – Он нас мигом раскусит.

– Но, может быть, если мы скроем свои таланты…

– Как скроем, в землю, что ли, зароем? – Занесенное невесть каким ветром из Обыкновении присловье «зарыть талант в землю» считали в Ксанфе отменной шуткой по причине полной бессмысленности. Впрочем, в чем тут суть не знали и сами обыкновены, тем паче что магических талантов у них отроду не бывало. – Вряд ли это сработает. Попробовать можно, но… – Нада пожала плечами. – Он, наверняка, знает про Айви.

– Но если он такой самоуверенный, что не станет проверять, то… – Айви многозначительно покосилась в сторону Электры.

Нада понимающе кивнула.

– Значит, я изменю облик и притворюсь, будто убегаю, а на самом деле отвлеку его…

Теперь кивнула Электра.

– Понятно.

– Все остальное будет блефом, – сказала Айви. – Но, может быть, мы все-таки провернем это дельце без насилия.

– Может быть, – согласилась Нада, но без особой уверенности.

– Стэнли, – распорядилась Айви, – ты спрячешься в зарослях, а как только невидимый великан протопает мимо, проскользнешь за нами, только постарайся незаметно, будто ты тоже невидимый. Там, внутри, засела машина, злющая и хитрющая, так что нам может потребоваться помощь.

Кивнул и Стэнли. Драконы не слишком сообразительны, но в присутствии Айви он делался умнее и прекрасно понял что к чему. В один миг Стэнли соскользнул с тропы и затаился, слившись с зарослями.

Девушки двинулись дальше, оживленно беседуя, в надежде на то, что видимость невинной болтовни поможет им скрыть свой замысел.

Земля затряслась.

– Невидимый великан, легок на помине, – заметила Айви. – Приготовились, сейчас начнем пугаться!

Земля содрогнулась снова. Девушки замерли в притворном ошеломлении, а потом разразились испуганными возгласами.

– Невидимый великан! – завопила что было мочи Айви.

– Иииииииииии – выдали разом, па совершенно непереносимой ноте, Электра и Нада.

– Спасайся кто может! – С этим криком Айви рванула прямиком к пещере, остальные побежали за ней. Именно таким образом зловредный Конпутер вводил путников в конфуз и сбивал их с пути. Свернув у знака объезда с зачарованной тропы на «виртуальную», они неизбежно нарывались на невидимого великана, страх перед которым заставлял их искать убежища в пещере, то есть в расставленной Конпутером ловушке. Только на сей раз добыча шла туда намеренно.

Как и было задумано, они едва увернулись из-под ног невидимого великана, нырнули в пещеру и двинулись вглубь по темному лазу. Скоро впереди забрезжил свет и открылся просторный зал – логово Конпутера.

Сам Конпутер представлял собой диковинную конструкцию из проводов, железяк и всяких цветных блямбочек с установленным в центре большим стеклянным экраном. Едва новоприбывшие ступили под свод, как на экране высветились буквы:

ПРИВЕТСТВУЮ ВАС, ДЕВОЧКИ.

Девочки ответили на это растерянными смешками. Айви, изображая крайнюю степень волнения (что было недалеко от истины), сунула палец в рот.

– Что это такое? – спросила она, уставясь на экран.

Я КОНПУТЕР, ХОЗЯИН ДАННОЙ ДИРЕКТОРИИ.

ЧЕМУ ОБЯЗАН ЧЕСТЬЮ ВИДЕТЬ ПЕРЕД СВОИМ МОНИТОРОМ ПРИНЦЕССУ АЙВИ?

«Вот тебе и секретность, – сказала себе Айви. – Видать, этому Конпутеру любая конспирация нипочем. А коли так, нечего ходить вокруг да около».

– Я пришла за Магическим Зеркалом, которое ты украл из замка Ругпа.

ОШИБКА ПРИ ВВОДЕ, – сердито отпечаталось на экране. – Я НИЧЕГО НЕ КРАЛ. ЗЕРКАЛО МНОЮ ВЫИГРАНО.

– А вот и украл, – топнула ножкой Айви. – А теперь я его заберу.

НЕ КРАЛ, – упорствовал Конпутер.

– Украл!

НЕТ!

Тут Айви остановилась, уразумев, что упорством машина ей не уступает и спор этот может продолжать до бесконечности. Машины, они ведь вроде големов, им ничего не стоит твердить, как заведенным, одно и то же, но почти взрослой (пусть даже у нее и нет мальчика) девушке это никак не пристало. В свою пользу нужно привести доводы.

– Ты заманил сюда одного путника, использовавшего зеркало с разрешения моего отца, и отпустил его только когда он оставил зеркало тебе, – заявила Айви.

СООТВЕТСТВУЕТ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ. Я СЫГРАЛ С НИМ И ВЫИГРАЛ. ЗЕРКАЛО МОЕ.

– Никакое не твое! – решительно возразила Айви. – Тот человек не имел права отдавать тебе не свою вещь. Он взял ее на время и должен был вернуть, когда выполнит свою задачу.

Таким образом, ты присвоил чужое и обязан отдать.

ВЫИГРАННОЕ ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ. ОТДАВАТЬ СВОЕ Я НЕ ОБЯЗАН.

– Еще как обязан! – крикнула Айви. – Отдашь как миленький, а не то…

А НЕ ТО ЧТО?

– А не то мой отец, король Дор, примет свои меры.

КОРОЛЬ НЕ ЗНАЕТ, ГДЕ ТЫ.

Айви вынуждена была признать, что Конпутер хоть и вредила, по далеко не дурак.

– Тогда мне самой придется кое-что предпринять.

ЧТО ИМЕННО?

– Заполучить Зеркало всеми правдами и не правдами.

ПРИНЦЕССЫ НЕ ДЕЙСТВУЮТ НЕ ПРАВДАМИ.

– А я буду исключением.

ТОГДА Я ОСТАВЛЮ ТЕБЯ В ПЛЕНУ.

Ах вот как! – Айви смерила машину надменным взглядом, – Ты еще и угрожаешь, гадкий обманщик?

ПОНЯТО ВЕРНО.

– Ну что ж, – решила Айви, – долой притворство! Война так война! Значит, будешь со мной состязаться?

КАК И СО ВСЕМИ.

– Выкладывай, где Зеркало? – потребовала она.

ЗАЧЕМ ОНО ТЕБЕ?

– Мало ли зачем. Не вижу причины тебе об этом рассказывать.

НЕ ВИЖУ ПРИЧИНЫ УКАЗЫВАТЬ МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ ЗЕРКАЛА.

– То есть, – уточнила Айви, – ты скажешь мне, где Зеркало, если я скажу тебе, зачем оно мне нужно?

ПОНЯТО ВЕРНО.

– Только с его помощью я смогу с толком воспользоваться счастливым грошиком.

Похоже, этот ответ явился для машины неожиданностью.

Экран замигал, на нем замелькали какие-то непонятные знаки, а потом высветились слова:

ИСКОМЫЙ ОБЪЕКТ В ШКАФУ. ШКАФ У ЗАДНЕГО ВХОДА.

Айви бросила взгляд в глубь пещеры, где и впрямь находился шкаф. Ей было известно, что машина никогда не сообщает неверных сведений, но это вовсе не значит, что верные сведения она сообщает полностью.

– А шкаф заперт?

НЕТ.

– Существует ли причина, – принцесса постаралась сформулировать вопрос как можно точнее, – по которой я не смогу заполучить Зеркало, даже если одолею тебя?

НЕ СУЩЕСТВУЕТ.

Ответ не оставлял простора для недомолвок, но тем не менее Айви заявила:

– Я тебе не верю.

ПОДОЙДИ К ШКАФУ. ВОЗЬМИ ЗЕРКАЛО.

– Ты что, отдаешь его мне? – не поверила Айви своим глазам.

ПОНЯТО НЕВЕРНО. ТЫ МОЖЕШЬ ВЗЯТЬ ЗЕРКАЛО, НО ОНО ОСТАНЕТСЯ У МЕНЯ. ВМЕСТЕ С ТОБОЙ.

Айви подошла к шкафу, выдвинула верхний ящик и взяла находившееся там зеркало.

– А вдруг железяка подсунула тебе другое зеркало, – предположила Нада, – с виду такое же, но ни чуточки не волшебное.

ПРОВЕДИТЕ ИСПЫТАНИЕ, – невозмутимо напечатал Конпутер.

– Покажи мне брата, – велела Айви Зеркалу.

В Зеркале тут же появился принц Дольф. Сидевший – что казалось подозрительным – совершенно неподвижно.

– Ну-ка крупный план! – скомандовала Айви.

Формат изображения увеличился: теперь в Зеркале был виден мальчик, сидевший на кровати Айви, уставясь на волшебный Гобелен.

– Вот несносный пролаза! – воскликнула принцесса. – Забрался в мою спальню, чтобы посмотреть на Гобелен.

– Похоже на то, – согласилась Нада. – Ему нравится смотреть на эту штуковину.

– Ага, – кивнула Айви. – Почти так же, как на тебя.

Она удостоверилась в подлинности Зеркала и решила, что пришла пора действовать.

– Ладно, Беспутер, начинаем. Я ухожу, забрав с собой Зеркало, – с этими словами Айви направилась к выходу.

ПРИНЦЕССА АЙВИ ПЕРЕДУМАЛА, – высветил экран.

– Хм, пожалуй, можно обойтись и без Зеркала, – пробормотала она.

– Айви! – крикнула ей Нада. – Не поддавайся. Он просто печатает якобы твои мысли на своем экране!

– Вот ты что вытворяешь, Беспутер! – сурово произнесла Айви. – Ничего у тебя не выйдет. Я и не подумаю передумывать! – Она продолжила путь.

ПРИНЦЕССА АЙВИ ВИДИТ НА ПОЛУ БОЛЬШОГО МОХНАТОГО ПАУКА.

Пронзительный визг принцессы заполнил пещеру.

– Не обращай внимания! – снова крикнула Нада. – Это «виртуальный» паук, иллюзия, устроенная для того, чтобы тебя вернуть.

– Виртуальный он или нет, – плаксиво возразила Айви, – но что гадкий да страшный, это точно.

– Ты просто пройди сквозь него.

Понимая, что ничего другого не остается, Айви шагнула по направлению к пауку, но тот приподнялся на волосатых лапах и угрожающе зашипел. Препятствие оказалось непреодолимым.

– Ну, это просто смехота, – фыркнула Нада, – сейчас я задам этому паучишке.

Никто из племени нагов не боится пауков по той простой причине, что наги их едят.

НАДА ВИДИТ ТО, ЧЕГО БОИТСЯ БОЛЬШЕ ВСЕГО.

В то же мгновение паук превратился в здоровенный, высотой с человека, торт из мороженого, покрытый шоколадной глазурью и увенчанный шапкой из взбитых сливок.

Испуганно ойкнув, Нада отпрянула.

– Ты что, боишься тортов? – в изумлении спросила Электра.

– Еще как, – смущенно ответила принцесса нагов. – Во время наших скитаний с Дольфом нас занесло на остров, представлявший собой огромный бисквит, и все что там находилось – и почва, и камни, и прочее – было сладким, сделанным из карамели, мороженого и всего такого. Мы объелись сладостями до тошноты, и теперь меня воротит от одного их вида. Это тебе не вкусные, сочные пауки.

– Зато меня ни капельки не воротит! – воскликнула Электра. – Тортик, да еще из мороженого, – это то, что мне нужно.

Надпись на экране изменилась, точнее, в пей изменилось только имя. Теперь там красовались слова:

ЭЛЕКТРА ВИДИТ ТО, ЧЕГО БОИТСЯ БОЛЬШЕ ВСЕГО.

Торт превратился в открытый, обитый изнутри плюшем гроб, с подушкой у изголовья и аккуратно сложенным покрывалом. Выглядел он довольно удобным, но глаза Электры округлились от ужаса.

– Нет, нет! – вскричала она, подавшись назад. – Я не хочу там спать!

Ее испуг был вполне объясним, ибо она, пав жертвой проклятия Волшебника Мэрфи, уже проспала в таком вот гробу добрую тысячу лет (минус выходные за хорошее поведение) и знала, что случись ей попасть туда снова, проспит всю оставшуюся жизнь, да так во сне и умрет. Электра пятилась, пока чуть было не столкнулась с экраном.

Оказавшись как раз там, где и требовалось по плану.

– Хватит с нас, – громко заявила Айви. – На сей раз меня не остановит никакой паук. Нада…

– Поняла! – откликнулась Нада и мигом обернулась змеей, готовой проглотить паука, как только он появится.

НАДА ВСТРЕЧАЕТ… – побежали по экрану строки, но тут, по заранее условленному сигналу, Электра коснулась рукой экрана, вызвав (в чем, собственно, и заключался ее талант, оказавшийся сейчас весьма кстати) резкий скачок электрического напряжения.

Экран замерцал. На нем вспыхнула надпись: «НЕДОПУСТИМАЯ ОШИБКА», потом замелькали совершенно непонятные знаки и символы, и, наконец, после слов «ПРЕРЫВАНИЕ РАБОТЫ ПРОГРАММЫ», он потух.

– Уносим ноги, пока он не очухался! – воскликнула Айви, и они бросились к выходу из пещеры, не встречая никаких препятствий. Созданные Конпутером иллюзии исчезли: перепад напряжения сбил его настройку, и для восстановления способности воздействовать па реальность ему требовалось сначала привести в порядок собственные схемы и цепи, Нада вернулась в человеческое обличье, и беглянки выскочили в тоннель, где их поджидал затаившийся Стэнли. В случае неудачи уловки Электры с энергией ему следовало обдать Конпутер струей пара: по некоторым сведениям, перепады температуры и влажности нравятся такого рода машинам не больше, чем скачки напряжения.

Теперь все устремились на дневной свет, а державшийся сзади дракон прикрывал отступление, готовый выпустить пар, едва засветится экран.

Снаружи по-прежнему ясно светило солнышко, но в воздухе висел ужасающий запах пота, какой мог бы исходить от сотни немытых человеческих тел. По-детски легкая, быстроногая Электра выбежала из пещеры первой, но тут же резко остановилась и, тяжело дыша, опустилась на землю.

– В чем дело? – спросила ее остановившаяся рядом Айви.

Электра, так и не отдышавшись, молча указала вперед, где ничего не было.

– Ей, наверное, просто не продохнуть от этого запаха, – предположила догнавшая подружек Нада. – Вонь и вправду такая, будто неподалеку валяется дохлый сфинкс.

Айви сделала шаг вперед и натолкнулась па невидимую колонну.

– А-ууу-га? – донесся откуда-то сверху невнятный звук.

– Невидимый великан! – воскликнула Айви. – Он стоит здесь.

– Это потому, – пояснила Нада, – что Конпутер разладился, а без него этот остолоп-невидимка не знает, что ему делать. Пожалуй, стоит ему помочь. Эй, великан! – крикнула она, задрав голову. – Иди, прими душ.

– Душ, – громыхнуло из поднебесья, и исполинские ноги пришли в движение. Земля содрогнулась, гигантская стопа примяла, словно травку, купу деревьев, а потом и следующую, оставив отпечаток в форме чудовищного следа. Ну а затем – плюхнуло так плюхнуло – великан угодил йогой в ближайшее озеро.

– Бежим, пока тут все не затопило! – крикнула Айви, помогая, к счастью не пострадавшей Электре подняться. Они рванули по тропе, едва успев убежать от расплескавшихся волн и угодив-таки под фонтан брызг. Позади пыхтел Стэнли.

Так или иначе, но они убежали. И Айви заполучила Зеркало.

***

Конечно, по возвращении их ожидала взбучка, но уж к этому-то Айви было не привыкать: всю свою недолгую, но богатую событиями жизнь она попадала в переделки. Тем более что такая удача, как возвращение Зеркала, могла несколько притупить даже острый язычок ее матушки. А Дольф все равно следил за их маленьким приключением на Гобелене и, обернись дела действительно худо, непременно известил бы короля Дора.

По-настоящему Айви беспокоило нечто иное: ей казалось, что все удалось слишком уж легко. Подозрительно легко. Элементарный здравый смысл подсказывал, что чуть ли не всеведущий Конпутер должен был знать о таланте Электры, а значит, мог принять меры предосторожности. Почему, спрашивается, он этого не сделал? По недомыслию? Там, в пещере, так и казалось, но в ретроспективе все представлялось несколько иначе. Создавалось впечатление, будто машина сама хотела вернуть Зеркало. Однако все знали, что просто так Конпутер ничего и никому не отдаст, и ежели с чем расстанется, то только в расчете на большую выгоду. Интересно, какая же причина могла заставить его отказаться от Магического Зеркала?

Но в любом случае Зеркало находилось в распоряжении Айви, а значит, у нее имелась возможность воспользоваться счастливым грошиком. Заряженный Электрой грошик был пригоден к использованию, а в необходимости его для завершения начатого Дольфом Поиска никто не сомневался. Семи лет назад Добрый Волшебник Хамфри вместе со всей семьей исчез из своего замка в неизвестном направлении, и его настоятелыю требовалось найти. Ксанф нуждался в нем, ибо число вопросов, остававшихся без ответа, неумолимо возрастало.

Причем принц Дольф – на сей счет его родители имели однозначное мнение – воспользоваться грошиком не мог;

Ему, обрученному разом с двумя невестами, предстояло каким-то образом выпутываться из этой неразберихи. Королева Айрин почему-то предпочитала слово «ситуация», но Айви-то знала, что речь идет о самой настоящей неразберихе. А неразбериха потому так и называется, что в ней не больно-то разберешься, а отправляться в Поиск не разобравшись Дольфу было нельзя.

Вот и выходило – во всяком случае, так считала сама Айви, – что воспользоваться грошиком должна она. Магия грошика заключалась в том, что приводившего его в действие он переносил в то место, в то время и к тому человеку, который в это время и в этом месте больше всего во владельце грошика нуждался. По правде сказать, у Айви не было полной уверенности в том, что Волшебнику Хамфри больше всех прочих нужна именно она, по в его послании Дольфу грошик упоминался. А уж коли Добрый Волшебник Хамфри считал, что грошик может ему помочь, так оно и было, ведь, являясь волшебником Информации, Хамфри знал все на свете. Итак, Айви рассчитывала найти Хамфри, где бы он ни находился, и полагала, что вполне подходит для этой задачи. Ведь ее талант заключался в способности усиливать магию, и уж если она бралась за дело, то всякое волшебство срабатывало по-настоящему.

Однако где-то в глубине души, на самом-самом ее донышке, все-таки оставалось сомнение. Во-первых нельзя было забывать о проклятии волшебника Мэрфи. Этот самый Мэрфи, живший восемьсот или девятьсот лет назад, имел особый талант, позволявший ухудшать решительно все, что можно было ухудшить. В результате его проклятия Электра проспала несколько столетий, Дольф оказался обрученным разом с двумя невестами. И по прошествии восьмиста лет проклятие действовало как новенькое. Айви не могла не опасаться, что оно может помешать выполнению ее задачи и она, чего доброго, потеряется, так же как и Добрый Волшебник.

Конечно, Хамфри не мог не знать о проклятии, но вполне мог о нем забыть. Существовал только один способ выяснить истинное положение дел, и он внушал ей определенные опасения.

Впрочем, Айви держала свои сомнения при себе, ибо не хотела дать кому бы то ни было основание подумать, будто она собирается отказаться от возможности воспользоваться счастливым грошиком. Ничего подобного! Дольф свое дело сделал, а теперь близился ее черед.

***

И вот этот день настал. Счастливый грошик был заряжен и полностью готов к употреблению. Так сказала Электра, а она знала в этом толк, потому как училась у самой Волшебницы Гобеле, соткавшей тот самый великий исторический Гобелен, который висел сейчас в спальне Айви. Во всяком случае, первый грошик сработал великолепно, доставив саму Электру в настоящее как раз тогда, когда здесь появилась настоятельная потребность во втором.

Айви не раз просматривала на Гобелене события, полностью подтверждавшие рассказ Электры, причем делала это вовсе не из-за недоверия к словам подруги, а исключительно в силу своего неутолимого интереса к старинным романтическим историям. В той спокойной и скучной жизни, которую вела она в замке Ругна, остро недоставало чего-то подобного.

Возможно, в этом заключалась одна из причин, побуждавших ее отправиться в Поиск, невзирая на тайные опасения.

Кто знает, куда перенесет ее грошик. На вершину магической Прикольной Горы, где собираются крылатые чудовища? На самое дно глубокого моря, где обитают водные страшилища? В самую гущу непролазных джунглей, где водятся такие жуткие твари, что о них и думать-то страшно? Куда исчез Добрый Волшебник Хамфри? То была величайшая из тайн нынешнего времени, и неудивительно, что юной принцессе очень хотелось ее раскрыть.

Айви уже попрощалась с друзьями и родными. Ее отец выглядел огорченным, а мать так и вовсе едва сдерживала слезы. Возможно, они разделяли тайные опасения дочери, хотя благодаря магии совершенно точно знали, что она вернется целой и невредимой. Но как скоро это случится и сквозь какие испытания ей придется пройти, им известно не было, так что их волнение являлось вполне оправданным.

Напоследок Айви прощалась со Стэнли. Она обняла дракона за шею и сквозь слезы пролепетала:

– Думаю, тебе пора возвращаться в Провал. Ты уже взрослый дракон, и не можешь оставаться со мной вечно. Но я обещаю навестить тебя, как только покончу с этим делом.

Стэнли ласково облизал ей заплаканные щеки, для чего Айви сделала его язык более мягким.

Наконец она взяла и положила перед собой грошик: испускавший магическое свечение медный кругляшок размером с пуговицу. Теперь ей оставалось лишь заклясть его и тем привести в действие.

В последний момент Айви снова вспомнила о Мэрфи и его проклятии. Вспомнила и содрогнулась, хотя тут же попыталась убедить себя, что бояться нечего. В конце концов, злой волшебник был заточен в озере Мозговитого Коралла еще во времена короля Ругна, и его проклятие, направленное против волшебницы Гобеле, не могло обратиться сейчас против Айви. Весь возможный – и надо сказать немалый! – вред оно уже причинило. Так что беспокоиться на сей счет сейчас – просто глупость.

Усилием воли подавив в себе эту самую глупость, Айви сосредоточилась па блестящей медяшке и решительно произнесла:

– Счастливый грошик, заклинаю тебя!

Заклятие сработало.

Оглавление

Обращение к пользователям