Глава 77

— Что она хотела этим сказать? — потребовала Чесси от мужа, когда полицейские покинули их дом. Она явно была озадачена последней фразой инспектора.

Дженкс отмахнулся от нее, как от назойливой мухи, и направился на террасу, с которой открывался чудесный вид на Тихий океан.

— Идиоты, — презрительно проворчал он по пути. — Недоумки. Они даже не понимают, с кем имеют дело. — Его даже передернуло от негодования. Тупые, безмозглые людишки, которые лишь потому и стали полицейскими, что ни на что больше не способны. Если бы у них были мозги, то они жили бы сейчас, как он, на побережье Тихого океана, а не рыскали по чужим домам. — Именно поэтому они пытаются поймать рыбку на суше, — сказал он, не известно к кому обращаясь. — Эти тупые копы только так могут ощутить собственную значимость.

Чесси взяла со стола их свадебную фотографию и поставила ее на привычное место.

— Что ты там натворил. Ник? — ехидно спросила она, исподтишка наблюдая за недовольным ворчанием мужа.

Он молча повернулся к ней, не зная, что ответить. Зачем она все время лезет не в свои дела? Почему ей все надо знать?

Чесси подошла к нему и покорно опустила глаза. Он, как всегда, не почувствовал, когда ярость охватила его и лишила способности соображать и контролировать свои поступки. Размахнувшись, Дженкс сильно ударил ее по лицу, Чесси упала на пол, прикрывая рукой лицо. Кофейный столик опрокинулся, и фотография отлетела к камину.

— Неужели ты так до сих пор и не поняла, когда можно подходить ко мне, а когда нет? — заорал он во всю глотку. — Что тебе надо от меня, стерва?

— Ой, Ник, не надо, не сейчас! — завопила Чесси, прикрываясь руками.

— Что не сейчас? — кричал он, зная, что теряет самоконтроль и могут услышать многочисленные слуги, но уже ничего не мог с собой поделать.

— Пожалуйста, Ник, — взмолилась Чесси, поднимать с пола. — Скоро придет Сюзен, что она подумает? Мы же пригласили ее на обед.

Дженкс больше всего ненавидел жену за то, что она постоянно ссылалась на какие-то дела, чтобы потом сидеть в сторонке и судить его. Неужели она не понимает, кто она на самом деле? Блондинистая сучка с веснушками на лице, которую он выбрал из скотного стада и превратил в шикарную куклу.

Дженкс схватил ее за руку и притянул к себе так близко, что почти уткнулся носом в ее щеку.

— Ну, говори же! — Его руки дрожали, а в глазах появился недобрый огонек.

Чесси с ужасом смотрела на мужа, тихо всхлипывала а из носа потекла тонкая струйка.

— Боже мой, Ник… — Она была ужасно напугана, и это нравилось ему больше всего. Он любил видеть страх в ее глазах, хотя на людях позволял ей не показывать этого.

— Чесси, — грозно зарычал Дженкс, — скажи это!

Он вывернул ей руку, а потом завел ее за спину. Чесси дышала так глубоко, что ее небольшая грудь высоко вздымалась под майкой, а на шее появились первые капельки пота, которые стекали по ложбинке вниз.

Не дождавшись от нее нужной реакции, он еще сильнее заломил ей руки и потащил в спальню, дверь в которую распахнул ударом ноги. «Что она себе позволяет, эта сучка из полиции? — подумал он, с трудом сдерживая накопившуюся ярость. — Пришла сюда в своем задрипанном платье из дешевого магазина и еще пытается обвинять в чем-то меня! Проститутка несчастная!»

Он потащил Чесси к небольшому чулану, где хранилась ее одежда, и затолкал внутрь. Там было темно. Ему нравилась эта темнота, а еще больше нравилось слушать ее всхлипывания и вдыхать приятный аромат дорогих духов. Дженкс прижал Чесси к стене, провел рукой по ее бедрам, расстегнул молнию, сорвал с нее брюки вместе с ажурными трусиками, а потом, раздвинув ягодицы, резко вонзил в нее свою упругую плоть.

Чесси вскрикнула от боли и еще громче заплакала.

— Никки, не надо, пожалуйста.

— Ты знаешь, что нужно сделать, чтобы я прекратил это, злобно прошипел ей на ухо муж.

— Гав, — тихо пробормотала она охрипшим голосом.

Дженкс удовлетворенно хмыкнул, продолжая терзать Чесси своими ритмичными движениями, погружаясь в нее с такой силой, что, казалось, вот-вот разорвет ее на части. Он знал, что ей нравится грубая сила, нравится быть беспомощной и слабой. Им всем это нравится, хотя далеко не все женщины признаются в этом. А он знает все их слабости и может удовлетворить их скрытые наклонности. Именно поэтому они и липнут к нему.

— Гав, — снова повторила Чесси, но уже громче, — гав, гав… Ты этого хочешь. Ник?

Да, он хотел именно этого. Правда, не только этого, но этого прежде всего. Все остальное потом.

— Тебе нравится это, Чесси, — прошептал он. — Нравится, я знаю. Именно поэтому ты и находишься здесь.

Оглавление