Глава 14

Уилкс и Билли сидели в столовой за завтраком — яйцами с бисквитом из подогретого в микроволновой печи Корабельного Продовольственного Пакета. У Билли опять не было аппетита.

— Как ты чувствуешь себя, детка.

Она покачала головой:

— Да так, внутри что-то побаливает, и какая-то противная вялость, а в остальном все нормально.

Пока Уилкс поглощал яичницу из необыкновенно желтых искусственных яиц, Билли разглядывала столовую. За соседними столами — по двое и по трое — расположилось первое отделение, всего восемь человек. Билли стала вспоминать лица десантников и их имена, затверженные ею в первые часы после пробуждения. Всего было пятеро мужчин и три женщины. Женщин звали Блэйк, Джонс и Мбуту, а мужчин — Исли, Рамирес, Смит, Чин и симпатичный высокий блондин Бюллер…Плюс еще три отделения колониальных морских пехотинцев, в общей сложности тридцать два человека. Плюс команда корабля из девяти человек. Вместе с Уилксом и ответственным за операцию Стефенсом получалось сорок четыре человека, собиравшихся сделать вызов целой планете чужих.

А на Риме было народу в пять раз больше и одно-единственное гнездо чужих, и живыми остались только она да Уилкс. Арифметика не очень-то ободряет. Трудно сказать, сколько времени просидела она погруженная в свои мысли, когда голос Уилкса вернул ее к действительности.

— Я собираюсь принять душ, — сказал он. — Ты посидишь здесь?

— Ладно.

Уилкс ушел, а Билли сидела и смотрела на остывшую еду. Помещение столовой было не слишком велико, и время от времени до нее долетали обрывки разговоров.

— А Стефенса-то щелкнули по носу, а? — сказал Исли.

— Он же просто дурак, чего же вы хотите? — ответил Чин.

— А я думаю, что наш сержант в опасности. По крайней мере, именная пуля для него уже отлита. Вы меня понимаете? — заметил Рамирес.

Блэйк вынула колоду карт:

— Как насчет покера? Чин? Исли? Бюллер?

— Я пас, — отозвался Исли. — У меня дежурный обход, так что погрейте для меня местечко, через час вернусь.

Он поднялся с места и отправился к двери. Возле нее в нише лежал переговорный комплект — наушник с микрофоном. Исли экипировался: наушник — в левое ухо, микрофон — на держателе — у губ.

— Смотрите за Бюллером, он передергивает, — уходя, предостерег он.

— С твоего зада, глиста, — огрызнулся Бюллер.

— Достаточно большого, чтобы твоя мать его любила! — со смехом закончил Исли и вышел.

Билли сидела уставившись в пол. Эти парни просто не понимают, против чего идут, даже если Уилкс им что-то рассказывал. Одно дело — слушать страшные истории о чудовищах, а повстречаться с ними — совершенно другое.

Ею овладела такая апатия… Делать ничего не хотелось. Удивительно все-таки, как память постоянно возвращает прошлое. Билли снова почувствовала себя ребенком. Очень испуганным.

Исли медленно шел по коридору. Из-за искусственной гравитации ему казалось, что он идет по какому-то бесконечному туннелю где-нибудь на Земле, разве что здесь притяжение было чуточку меньше. Он прошел первую контрольную станцию, осмотрел, осветив фонариком пару мест, не очень-то удобных для проверки, затем заговорил в микрофон:

— Это Исли Т. Дж., дежурный на обходе, 12:30, — сообщил он, затем назвал свой номер, координаты корабля и результаты осмотра. — Корпус в порядке, трещин нет, животных или насекомых не обнаружено.

Вся информация поступала непосредственно в бортовой компьютер. Да, все в порядке.

Какая все же чушь эти дежурные осмотры! И почему не использовать робота? Видит он лучше, двигается быстрее и не беспокоится о том, что пропустит интересную партию в покер. Это была затея Стефенса, дерьмового командира, от которого можно было ждать приказания начистить обувь и заняться строевой подготовкой. Идиот. Исли двигался по коридору, освещая фонарем темные углы и закутки и находя предполагаемую пустоту.

Когда он добрался до конца своего маршрута и собрался повернуть обратно, ему что-то послышалось. Слабый звук, похожий на голос. Он остановился. Звук, похоже, доносился из четвертого грузового отсека.

Исли заволновался. Цель его дежурных обходов состояла исключительно в проверке целостности корпуса, но без проникновения в закрытые помещения. И что бы там ни было, его это не касается.

Звук послышался снова, как будто кто-то говорил, но очень тихо.

«Может, эхо? Бывали ведь такие случаи, когда через трубы кондиционирования воздуха голоса передавались из одной части корабля в другую», — подумал Исли.

Действительно, металл и прочные пластики, из которых строились военные космические корабли — без особых излишеств, — порой вели себя при вибрации довольно загадочно. Исли вспомнил, как однажды на военном транспорте Т-2 он слышал пение ребят, бывших тогда в душевой, на расстоянии в половину длины корабля.

Да, скорее всего так и есть. И ему полагается беспокоиться только о корпусе, только это входит в его обязанности и больше ничего. И он двинулся дальше, но тут голос раздался снова.

Вот ведь черт! Что же это такое? Может, все же проверить?

Он подошел к двери грузового отсека, набрал код замка.

— От «Бенедикта» на К-014, передаю телеметрические данные… — говорил кто-то. Несомненно, именно этот голос и слышал Исли. Он двинулся вдоль отсека; огибая стеллаж, понял, что слышал не эхо отдаленного голоса — спиной к нему стоял неизвестный человек. Пока он не обернется, Исли не сможет узнать его…

— Эй, — начал было Исли, — что вы тут?..

Это все, что он успел.

Человек резко повернулся, и Исли почувствовал жуткую боль в горле, будто в шею ударили ножом.

— Ууух! — Исли пытался сделать вдох и чувствовал, как что-то мешает дыханию. Схватившись руками за горло, он нащупал какой-то мокрый и горячий предмет. Небольшой, размером с палец!

Он попробовал закричать, но понял, что потерял голос — раздался лишь слабый, тут же захлебнувшийся стон: теплая жидкость текла ему в поврежденные дыхательные пути.

Теперь он узнал этого человека, но не мог произнести его имя.

Что-то сильно ударило Исли в солнечное сплетение, и без того затрудненное дыхание вовсе перехватило. Он согнулся, но, выдергивая из шеи острую стрелу, попытался уйти, несмотря на потоки скользкой жидкости, и тут почувствовал удар по голове и потерял сознание.

Техник, следивший на мостике «Бенедикта» за работой систем корабля, вдруг разразился руганью. Находившийся неподалеку пилот, занятый загрузкой скорректированных звездных координат в свой компьютерный пост, посмотрел на него с удивлением:

— Что там?

— Открыт внутренний замок заднего люка номер два!

Пилот посмотрел на свое табло:

— В самом деле.

— Может, это какая-нибудь учебная тревога? Мне никто не говорил!

— Да нет. Ничего не запланировано. Свяжитесь-ка с этим местом и узнайте, что за черт там шутит!

— Есть. — И техник заговорил в микрофон на шее:

— Внимание, это Системный Контроль. Кто открыл внутреннюю дверь?

Ответа не последовало.

— Спрашиваю снова, это Системный Контроль. Отвечайте, кто у люка А-2? Молчание.

— А камера что, не работает? — спросил пилот. Техник поработал кнопками.

— Сигнал из этого помещения не поступает.

— Черт возьми, отыщите этого дубоголового командира и выясните, что происходит!

— Полковник Стефенс, это Системный Контроль» отвечайте!

Пилот глянул на свое табло:

— Вот зараза, где же он?

— Может, душ принимает и связь отключил? — предположил техник и тут же спохватился:

— Что такое?

— Что еще?

— Люк закрывается!

— Слава Богу! А то эти придурки-десантники повадились играть с нашей техникой…

— Эй-эй!

Пилот снова посмотрел на свое табло и понял новую причину беспокойства техника — теперь открывался внешний люк!

— Не знаю, что там происходит, но надо с этим кончать. Нам предстоит корректирующее включение двигателей, а я уверен, что дыра в боку, которая при этом может получиться, нам ни к чему!

— Согласен, — кивнул техник.

Пилот начал нажимать кнопки управления.

— Ух ты! — вырвалось у техника: экраны на обоих табло показали, что внешний люк по-прежнему открыт.

— Кто-то собирается хорошенько влипнуть в дерьмо, — проговорил пилот.

— Есть сигнал наблюдения внешней телекамеры, — объявил техник и включил прожекторы. — Смотрите!

Изображение человеческой фигуры в скафандре, ярко освешенной прожекторами, медленно удалялось от корабля.

— Кто же это? Чего ему там надо?

Исли очнулся. Что с ним? Горло!

Он потянулся к нему — оказалось, что рукой — в рукавице! — он трогает ребристую поверхность скафандра! Он одет в космический скафандр и находится — в космосе, в вакууме, в невесомости!

Жидкость из его раны продолжала течь и уже залила стекло шлема.

Исли попытался заговорить, чтобы позвать на помощь: «Унхх! Гоогхх…»

Слова не получались! Он стал поворачивать голову внутри шлема, пытаясь понять, где он все-таки находится. И вот ему удалось увидеть корабль, но он уходил от Исли!

Исли потянулся к поясу скафандра, где должен был находиться специальный баллон, струя газа из которого позволяет астронавту перемещаться на небольшие расстояния, но баллона не оказалось. Страх охватил Исли. Он закашлялся, задыхаясь от раны в горле. Значит, ему предстоит умереть!

Нет, нет! Они заметят его. Пока детекторы приближения чувствуют его, он не потеряется! Прожекторы включены, значит, они знают, что он здесь. За ним пошлют кого-нибудь, самое большее через пару минут все будет в порядке. Он вернется на корабль, его вылечат…

Что-то мелькнуло перед стеклом шлема. Сквозь него было плохо видно: Исли откинул голову внутри шлема как можно дальше и несколько раз усиленно мигнул. Небольшой цилиндрик, размером со стопку монет, висел перед ним. Он медленно поворачивался, и в свете прожекторов Исли смог рассмотреть его лучше: сбоку на цилиндрике виднелись цифры счетчика…

Холод мгновенно сковал Исли с головы до пят — это была фаната с часовым механизмом. Светящиеся цифры на нем одна за другой сменялись, уменьшаясь…

Пять… четыре… три…

— Н-нет!!! — наконец ему удалось выкрикнуть слово, но это уже не помогло. И он…

Камеры на корпусе корабля дали негатив изображения от перегрузки вспышкой света, залившего их на мгновение. Человеческую фигуру в скафандре беззвучно разнесло на куски. Жидкости, входившие в состав тела, тут же кристаллизовались в холодном вакууме, образовав слабое бесцветное облачко, сквозь которое просвечивали яркие точки дальних звезд. Кусочки мускулов и клочья материала скафандра разлетелись далеко, некоторые из них даже ударились в обшивку корабля.

Там, на мостике, техник только и смог вымолвить:

— Боже!

А пилот только кивнул в ответ. Это ведь тоже способ умереть. Интересно, знал ли этот парень, от чего он погибнет. Лучше бы, чтоб не знал.

Оглавление