Память

Автор: SleepWalker

В воздухе витала безысходность. Она была разлита по темным проулкам, обвивала разрушенные постройки, забиралась в душу случайного прохожего. Впрочем, случайно здесь не ходил никто. Город умер, умер давно и не ждал никого. Когда-то здесь жили миллионы, когда-то он был наполнен суетой и светом, когда-то. Теперь же только злой ветер спокойно гулял здесь, радуясь свободе.

Я не знаю, зачем меня занесло сюда. Почему я оказалась в районе, где прожила первые двадцать лет жизни. Хотя нет, не так. Я знаю. Это место связано с самыми теплыми воспоминаниями в жизни: первая игрушка, первый поцелуй, знакомство с будущем мужем… Как же давно это было! И все разрушилось в одночасье. Я помню этот день. Помнят все, кому удалось его пережить.

Помню утро. Суетливое, солнечное, летнее. Последнее. Я как всегда опаздывала, в спешке натягивая рабочий костюм, чуть не порвав любимые чулки. Не знаю, зачем я их надела. В черно-белую клетку, с блестками, они никак не подходили для офиса. Просто попались под руку, а менять что-то я уже не успевала.

И все-таки опоздала. Пусть на пять минут, но этого хватило для разноса от начальника. Настроение он мне подпортил знатно, но я недолго оставалась подавленной. Тогда я еще была жизнерадостной девочкой, которой все нипочем. Откуда я могла знать, что той Джесси уже не будет никогда?

Память странная штука. Я смутно помню школьные годы, собственную свадьбу и последние шесть лет. Все как в тумане, остались только чувства: тепла, счастья и страха. Больше всего страха. Животного, скручивающего внутренности в тугой узел. В тот день, уже собираясь домой, я зацепилась чулком за край стола. Я отчетливо помню ту затяжку, помню досаду от порчи любимой вещи. Именно этой затяжке я обязана жизнью. Зайдя в уборную, попавшуюся мне в коридоре, я пыталась спасти чулки. Не задирать же юбку на виду у всех? Сослуживцы направились к выходу. Больше я их живыми не видела.

Именно так, с флакончиком лака в руке я встретила крах своей жизни. Жуткий вой сирен, звук битого стекла, отваливающиеся куски штукатурки и предсмертные крики людей… Меня приложило чем-то по голове и я потеряла сознание. Не знаю, сколько времени была в отключке. Может быть минуту, может быть несколько часов. Очнулась от прикосновения человека в черной маске и форме ФБР. Мне что-то говорили, куда-то вели и все время пытались встряхнуть. Все как в тумане, я ничего не соображала. Только увидев остекленевшие глаза Анны, с которой мы сидели за одним столом, я очнулась. Повсюду была разлита кровь, тут и там валялись части тел, мешанина бетона, стекла и мяса… Сознание вновь меня покинуло. Очнулась уже в катакомбах с сотнями таких же как я.

С тех пор ничего не было прежним. Здание, в котором я работала, взорвали. Мне повезло, я оказалась слишком далеко от эпицентра взрыва. Это была преднамеренная атака, далеко не единичная. По всему миру, в каждом городе. Скажи мне кто-нибудь тогда, до случившегося, рассмеялась бы в лицо: напали монстры, тысячи, миллионы. Потом было много разговоров, откуда они взялись, кто они. Эти разговоры ведутся до сих пор. Безрезультатно. Хотя, какая к чертовой матери разница?! Главное выжить.

У меня не осталось никого. Муж, родители, брат, племянница, друзья… Всех убили. Загрызли. Употребили в пищу. Монстры прожорливы. Это тогда, в первую атаку они оставили много мяса, спеша сделать побольше заготовок. Я никогда не встречала два одинаковых чудовища, они все разные – тощие, высокие, серые, с щупальцами, с несколькими головами, когтями, зубами, без голов, ромбовидные, круглые… Разные. Но всех можно описать двумя словами: уродливые и страшные. Представьте свой самый страшный кошмар, и вы найдете его в теперешнем мире.

Странно чувствовать себя едой. До сих пор не могу понять, как не стала ею. Тогда, когда только все случилось, я не могла бороться. Только пряталась, спасалась. Была жертвой, бесполезным куском мяса. Мне понадобилось несколько лет, чтобы стать такой, как сейчас. Годы борьбы, тренировок и охоты.

Мир никогда не станет прежним. Выжили немногие, какая-то жалкая пара тысяч. Мы объединились в колонию, прячась в катакомбах. Я не знаю, есть ли кто-нибудь за ее пределами. Связь потеряна, вестники не возвращались никогда. Монстры тоже затаились. Люди научились бороться. Научились находить уязвимые места захватчиков. И хотя мы не победили, но сократить их ряды смогли.

Безысходность. Это чувство опять завладело мной. Сейчас, находясь в опустевшем городе на утреннем обходе с парой напарников, в поисках еды и оружия, я ощущала только одиночество. Пустой город и пустое сердце. Забавно…

– Джес! Сзади! – раздался крик Рона чуть впереди. Стремительно обернувшись, уже понимая, что не успеваю, я вскинула оружие. На меня неслось нечто серое, бесформенное, с множеством отростков и острой пастью. Я выстрелила, уже ощущая отвратительные щупальца у себя в животе и зубы на руке. На заднем фоне кричали Рон и Клер, отчаянно пытаясь попасть в монстра. Спасти меня. Мой выстрел достиг цели, отвратительная голова взорвалась со всем содержимым, заваливаясь на меня.

Напарники стащили с меня монстра, Клер суетливо осматривала меня, Рон оглядывался, ожидая нападения. Бесполезно. Этот вид всегда ходил один. Залетный. Его не должно быть здесь в этот час, монстры обычно не появляются на рассвете. Впрочем, уже все равно. Со мной покончено. Даже если бы ранение в живот не было достаточной причиной для смерти, яд монстра доделает дело.

Перед глазами все кружилось, яд уже действовал. Как сквозь вату слышала взволнованные голоса напарников, но смысл не доходил до меня. Разлепив онемевшие губы, смогла прошептать: «Уходи…те». Не послушали. Упрямые. Меня уже не спасти. Второй раз что-то сказать оказалось еще трудней, но с третьей попытки мне удалось: «Это… приказ… Код… 01…». Все. Они не осмелятся перечить командиру при произнесении кода. Ушли. Теперь всё.

Подождав несколько минут, хотя, это время для меня растянулось бесконечно, нащупала кругляш, припаянный к браслету на запястье. Забавно. Стоило отвлечься на воспоминания первый раз за последние шесть лет, как это стало для меня фатальным. Всегда знала, что память – зло. Сжав в кулаке из последних сил детонатор, отсчитывала секунды до взрыва. Последней мыслью было: «Наконец-то».

1

Оглавление