Глава 6

1

В коридоре было пусто и тихо. Анжела подобрала соскочившую с дверной ручки табличку, сунула ее в карман халата и направилась в сауну, ступая босыми ногами по узорчатой ковровой дорожке.

Оказавшись в холле, тоже совершенно пустом, она пересекла его, попутно сверившись с висевшим на стене планом отеля. Который час, интересно? Впрочем, какая разница? Однако она не слишком удивилась, обнаружив, что дверь в сауну закрыта. «Черт! — выругалась про себя Анжела. — Неужели я так долго спала?..» На всякий случай она нажала на массивную дверную ручку. Послышался легкий щелчок, и дверь приоткрылась. Изнутри просочилась тонкая змеящаяся струйка пара. Анжела, обрадованная, быстро проскользнула внутрь.

— Есть кто-нибудь?.. — проговорила она.

Но почти сразу же поняла, что сауна пуста.

С другой стороны узкого предбанника, на полу которого были в беспорядке разбросаны полотенца, располагался вход в круглый зал с красивой старинной печью в центре, от которой шел пар. Печь слегка шипела — из-за этого Анжеле еще у входа показалось, что внутри кто-то есть. Перед стеной густого пара Анжела невольно замерла. Затем открыла рот, пытаясь вдохнуть, но вместо воздуха в легкие вошел горячий пар. «Я ничего не чувствую. Это ненормально, — быстро подумала она. — По идее, меня должно было бы ошпарить!» Не в силах ничего разглядеть, она пошла вдоль стены, на всякий случай вытянув руку перед собой. Рука ничего не ощущала — то ли стала призрачной и проходила сквозь предметы, то ли они сами отстранялись при ее приближении. «Я даже не могу понять, жарко мне или холодно».

Дверь за ее спиной скрипнула. Анжела застыла на месте, не решаясь подать голос. «Тебе померещилось, тут никого нет». Потом она ощутила резкую струю воздуха и на сей раз уже отчетливо расслышала щелчок от поворота ручки на наружной двери. Анжела быстро отступила от стены и уже хотела повернуться к двери, но тут сразу обе ее ноги угодили в водосточный желоб, она поскользнулась и упала на плиточный пол. Она тихо вскрикнула и, путаясь в полах халата, стала приподниматься, одновременно пытаясь нащупать стену, чтобы на нее опереться. Но, едва лишь ей это удалось, ее ноги вновь разъехались на скользком полу, и она снова упала, ударившись в этот раз гораздо ощутимее.

— Черт! — с раздражением произнесла Анжела и с трудом узнала собственный голос: создавалось впечатление, что он доносится из-под ватного одеяла.

— Ну, Бог любит троицу, — пробормотала она, поднявшись.

И, словно в подтверждение этих слов, при первом же шаге наступила на развязавшийся пояс халата, отчего потеряла равновесие и, взмахнув руками, упала в третий раз — на бок, так что вся тяжесть тела пришлась на одну ногу. Анжела казалась себе самой неудачливой из мажореток, демонстрирующей неуклюжие «мулине», размахивая руками, словно мельница, и беспомощно суча ногами в воздухе.

Ее голова ударилась о плитки пола, и этот удар буквально оглушил ее, отдавшись во всем теле. Тем временем горячий пар сауны понемногу рассеялся. Анжела судорожно поморгала, борясь с головокружением: больше всего она сейчас боялась потерять сознание. Ее веки смыкались и размыкались — так быстро, что когда она наконец смогла удержать глаза открытыми, то уже точно не знала, теряла ли на самом деле сознание, и если да — то на какое время.

Завеса пара была уже не такой густой. И сквозь нее Анжела увидела Кристаль. Та стояла в центре сауны, возле печи, и медленно, словно священнодействуя, лила воду из ковша на камни. Слабые струйки пара, извиваясь, поднимались к ее лицу.

«Это невозможно. Кристаль давно умерла. Это все из-за того, что я ударилась головой…»

— Анжела?..

Вместо ответа Анжела сделала невероятную глупость: она кивнула и, с трудом изобразив на лице улыбку, приблизилась к печи и взглянула на влажные камни. Они казались ожившими и даже как будто слегка шевелились; такое ощущение создавалось из-за того, что вода, попадая на них, мгновенно испарялась. Анжела проследила глазами за тонкими струйками воды, и ей показалось, что один из камней раскален в буквальном смысле докрасна.

— Хочешь сама попробовать? — спросила Кристаль, протягивая ей ковш.

Разумеется, это не могла быть ее сестра — здесь, в сауне норвежского отеля… это не Кристаль стоит перед ней, разговаривает с ней и улыбается, как ни в чем не бывало…

— Хочешь?.. — повторила та.

Анжела схватила ковш и погрузила его в крошечный бассейн прямо у них под ногами. Затем вылила воду на камни. Эта процедура, которую она повторила несколько раз, была простой и в то же время успокаивающей. Вечный круговорот, заключающий в себе незыблемую уверенность постоянного возобновления…

«Но это невозможно!»

Кристаль стояла перед ней, улыбающаяся, ясноглазая, чуть более хрупкая, чем она сама. Как бывало и раньше, Анжела ощутила легкий укол зависти. Она восхищалась нежным овалом лица Кристаль, чьи глаза и рот не казались прорезями — скорее это были изящные рельефные украшения. Красиво очерченные губы формой напоминали полумесяц. Анжела почувствовала, как ее сердце забилось сильнее. Словно бы легкий ветерок пронесся сквозь жар сауны. Образ ее чудесным образом воскресшей сестры смутно отражался на влажных темно-розовых камнях, дрожал на поверхности бассейна, казавшегося фьордом в миниатюре.

«Все это время она ждала меня здесь. Мне нужно было оказаться в этом месте, чтобы моя вторая половина ко мне вернулась!»

Анжела сбросила халат, села рядом с сестрой на скамью и, подняв ноги, подтянула колени к подбородку. Они ощущали себя такими близкими, такими влажными, такими беззащитными… Одна и другая немного запрокинули голову, прижав затылок к деревянной стене, и теперь они украдкой наблюдали друг за другом.

В сауне было уже не так душно. Пар концентрировался только вокруг печи. Анжела представляла себе, как он полностью рассеивается, открывая влажные камни, сверкающие как драгоценности. Ей казалось, что ее присутствие в этом странном, призрачном месте — поворотный момент в ее жизни, что вот-вот произойдет какая-то важная перемена, после чего она изменится, перестанет быть такой уязвимой. Раскаленные драгоценные камни одним своим видом внушали ей уверенность.

Скорее бы рассеялась эта пелена, похожая на саван!.. В голове Анжелы промелькнуло мимолетное воспоминание о белом облачении для мертвой Кристаль, которое одна из старух, пришедших обряжать ее, по старинке называла саваном.

Пальцы Кристаль скользнули вдоль руки Анжелы сверху вниз, сжали запястье. Затем другая рука осторожно погладила ее предплечье. Наконец обе ладони Кристаль соединились, словно заключив в мягкий кокон ладонь сестры. Глядя в прозрачные, словно вода горного озера, глаза Кристаль, Анжела чувствовала, что если это волшебство продлится еще какое-то время, то она может больше никогда не очнуться.

— Нет! Ты мертва!..

Ей вдруг стало холодно. Она отдернула руку, поднялась и попятилась к печи.

— Что с тобой, Анжела? Тебе холодно? Это здесь-то?.. Думаешь, ты до сих пор в том проклятом холодильнике?..

Анжела скрестила руки на груди. Озноб прошелся по ее телу, и она непроизвольно застучала зубами. Затем она взглянула на кисти рук: пальцы дрожали, и она ничего не могла с этим поделать. Кристаль в свою очередь встала, подобрала с пола большое полотенце, расправила его и, держа перед собой на вытянутых руках, направилась к Анжеле, собираясь укутать ее, чтобы согреть. Чувствуя, как кружится голова, Анжела невольно прислонилась к печи. Послышалось легкое шипение, когда кожа бедра соприкоснулась с раскаленной поверхностью, но боли от ожога Анжела не почувствовала. Взгляд ее снова упал на влажные блестящие камни, она протянула руку и схватила один из них — самый крупный, овальной формы. Крепко сжав его, она уже собиралась угрожающе замахнуться, но тут заметила, что камень в чем-то испачкан. В чем-то, похожем на красную краску… Она разжала руку. На пальцах остались следы свежей крови.

Оглавление

Обращение к пользователям