19

Эрика робко переступила порог и, смахнув слезы, произнесла слабым голосом:

— Что бы они тут вам ни говорили, уверяю, я ничего не знала об их делах.

— Неужели Бор и Вейс вам ничего не рассказывали? — спросил комиссар.

— Ну, кое-что, конечно, говорили, например, что у Филипа фон Далау большие долги и он не может с ними расплатиться. Они сказали, что это дело надо срочно урегулировать, и потому с утра поехали к Филипу, а мне поручили заняться этим господином, — она кивнула на Пьера, — чтобы не мешался под ногами.

— Как вы познакомились с Отто фон Далау?

— Года полтора назад Отто обратился к кому-то из своих слуг с конфиденциальной просьбой: найти ему частного детектива. Надеюсь, вы знаете, что это такое. Этот человек вышел на Алдо, поскольку у Алдо было такое агентство. Короче говоря, с Отто меня свел Алдо.

— Вы были любовницей Алдо Вейса?

— Недолго… Узнав о просьбе Отто фон Далау, я попросила у Алдо разрешения поехать в замок и выяснить все необходимые подробности. Он не возражал. Мне хотелось получше узнать, что за человек Отто. Не могу сказать, что мне очень повезло, но все же это был мужчина с титулом. Он держался как аристократ и могучий властелин, но нетрудно было догадаться, что в душе это ребенок. Мне стало жаль его, я позволила себе немного с ним пококетничать. Видимо, роль соблазнительницы мне удалась, так как Отто пригласил меня прийти еще раз, потом еще и еще.

— Говорил он с вами когда-нибудь о Валерии фон Далау?

— Нет.

— Вы знали, что произошло между ними?

— Конечно. Наши городские сплетницы об этом позаботились. Уже в первые две недели моего пребывания в замке четыре женщины из тех, что приходили помочь прислуге, с невинными глазами рассказали мне обо всем.

— Вы знали, что Отто грозился Валерии убить ее?

— Да.

— И знали, что он ее преследовал?

— Нет, этого я не знала, — Эрика начала нервничать.

— Вы считаете, что Отто был способен убить Валерию?

— Нет, это был слабый больной человек с неуравновешенной психикой. Он жил в постоянном напряжении, его словно что-то душило. Когда же я приходила к нему, он успокаивался и, казалось, начинал свободно дышать.

— Вы нарочно поехали за мной, когда я отправился в Мюнхен? — спросил Пьер.

— Да. Хотела догнать вас чуть дальше, в пригороде Мюнхена, и пригласить в бар. Но вы свернули с дороги раньше.

— Итак, вы сотрудничали с этой преступной компанией, — сказал комиссар. — Надеюсь, вы понимали, что подобные вещи не остаются безнаказанными, даже если вы действительно не посвящены в их планы?

— Конечно, — устало прошептала Эрика. — Конечно, понимала. Мы все понимали это. — И она с горечью добавила: — Все мы обычно верим дружелюбным улыбкам и при этом не замечаем волчьих клыков… Алдо и Бор прекрасно знали, что я полюбила Отто и мечтала связать с ним свою жизнь. Но их совершенно не интересовали мои чувства.

— Когда я был у вас в комнате, — поинтересовался Пьер, — и вы, позвонив по телефону, сказали: «Мой гость пришел», вы говорили с администратором ресторана или с Алдо Вейсом?

— Нет, я действительно звонила в ресторан, — ответила Эрика.

На ее губах появилась горькая усмешка.

— Быть может, вас это удивит, но мне было просто приятно пообедать с вами у себя дома. Просто приятно. Вы, вероятно, не поняли, что я испытывала, когда говорила вам о ночных огнях, об иных мирах… Должно быть, тут опять проявился мой снобизм, ведь известный репортер — это тоже шик. Разве вы этого не поняли?

Дверь резко распахнулась и на пороге возник запыхавшийся Буш. Он быстро сказал:

— Идемте со мной! Скорее!

Буш провел комиссара и Пьера в соседнюю комнату — нечто среднее между гостиной и спальней: у одной стены здесь стоял стол с креслом, у другой — две кровати.

— Это логово Алдо Вейса, — пояснил Буш. — Мы нашли тут множество документов, судя по всему, — из его бухгалтерии. Но я прежде всего хотел бы обратить ваше внимание вот на что.

Он указал на выдвинутый ящик стола, в котором лежал пистолет.

— И еще посмотрите сюда! — Буш распахнул дверцу несгораемого шкафа в стене. — Вейс не хотел открывать этот сейф, — сказал он, — тогда я приказал одному из наших: «Пойдите и возьмите динамитный патрон из зеленого портфеля в машине комиссара».

— У меня нет никакого зеленого портфеля в машине, — пробормотал комиссар.

— Я знаю! А Вейс этого не знал! — весело произнес Буш. — Он тут же скис. — «Хорошо, я открою сейф, только не думайте, что я там что-то скрываю от полиции».

Буш указал на четыре стопки банковских билетов на столе.

— Эти деньги лежали тут, в несгораемом шкафу, но посмотрите-ка, что было за ними спрятано!

В глубине сейфа, у самой стенки лежал глушитель. Комиссар Мюллер прикрыл его носовым платком и осторожно достал из сейфа. Он взял из ящика стола пистолет Вейса и проверил, подходит ли к нему глушитель. Раздался щелчок, и глушитель прочно сел на место.

— Молодец, Буш! — комиссар дружелюбно потрепал своего помощника по плечу. — Теперь надо выяснить, не использовался ли этот пистолет в последнее время.

— А если он использовался дважды, — сказал Пьер, — то где-то здесь должна быть и трость.

— Точно! Я видел трость в соседней комнате! — воскликнул помощник, — но не обратил на нее особого внимания. Это что, важная улика?

— Да, если это черная трость с серебряным набалдашником.

— Именно такую я и видел. Она похожа на старинную фамильную трость, какие обычно хранятся у престарелых дядюшек и тетушек.

Все вслед за Бушем направились в соседнее помещение.

— Это комната Бора, — пояснил помощник. — Посмотрите, вон там, в углу, стоит эта трость.

Пьер подошел первым и, взяв трость в руки, внимательно осмотрел серебряный набалдашник.

— Если бы вам потребовалась трость, вы купили бы такую? — спросил он у комиссара.

— Нет, конечно. Она слишком старомодная.

— Вот именно, — кивнул Пьер, — такие трости уже не встретишь ни на улице, ни в современном отеле или ресторане, но в замках, подобных Ландсбергу, — вполне возможно. — Он на минуту задумался и повернулся к комиссару. — Послушайте, Ганс, как все просто получается! Для того, чтобы убить Отто фон Далау, Бору ничего не требовалось, кроме пистолета с глушителем. А в «Майер-отеле», когда он шел к Валерии, ему необходимо было иметь при себе еще и аристократическую трость. Вот эту самую.

Пьер обратился к Бушу:

— Я не думаю, чтобы вам удалось обнаружить в апартаментах Бора и искусственную бородку. Но не попадались ли вам на глаза маленькие бутылочки?

— В ванной их очень много, — ответил помощник.

Он быстро прошел через комнату и распахнул дверь в ванную: на полке стояли семь бутылочек: средства для волос и для ухода за бородой, одна маленькая бутылочка с кисточкой внутри и еще одна — с ртутным хромом. Пьер взял бутылочку с кисточкой, отвинтил крышку и понюхал.

— Растворитель, — определил он.

Затем он вытащил из мусорной корзины конверт с маркой и мазнул марку кисточкой — она тут же отклеилась.

— С помощью этого растворителя удаляются остатки искусственной бороды, им пользуются во всех гримерных театров, на всех телевизионных студиях. Ганс, но пока это еще не улики. Все эти предметы еще не доказывают, что убийца Валерии вышел из этой комнаты и что он же является убийцей Отто фон Далау. Однако у нас есть человек, который может все это прояснить.

— Кто? — спросил комиссар сердито.

— Генрих Пфорц, шофер! Он сидел в машине рядом с тем неизвестным господином, он вместе с ним взял напрокат «фольксваген» и вместе с ним отправился к домику в горах.

— Вы полагаете, что это был Эмиль Бор?

— Да. Давайте мы завтра утром наклеим Бору черную бородку, нарядим его в черный костюм и, вручив ему эту трость, покажем Генриху Пфорцу.

— Пожалуйста, если вы считаете это нужным, — согласился комиссар.

Оглавление

Обращение к пользователям