Глава 2

Минут через десять он уже гораздо больше походил на того блистательного жениха, который этим утром мог направляться в церковь в фешенебельной части Лондона для участия в репетиции собственной свадьбы.

На его элегантном светло-сером костюме осталось несколько пятен крови. Старомодный галстук Итонского колледжа также оказался немного запачканным. Роз нашла пластырь и залепила ему ссадину на лбу. Она пыталась убедить его сходить к врачу. Ей показалась, что рана довольно глубокая, и, может быть, придется наложить швы. Кроме того, его явно знобило. Пока она занималась раной, он пытался шутить, но Роз видела, что даже загар не может скрыть бледности его лица. Ему явно не помешало бы выпить хорошего, крепкого бренди.

— С трудом верится, что у старины Манкрофта отыщется в офисе хоть что-нибудь, — сказал он. — Насколько я помню, он не большой любитель выпить.

Роз пристально посмотрела на него своими огромными карими глазами.

— А как давно вы виделись с мистером Манкрофтом? — спросила она.

— Не помню… Он ведет мои дела. Я пришел попрощаться с ним, — рассеянно произнес он, поправляя галстук перед зеркалом. — Старина Манкрофт невероятно надежный человек, и я привык к нему.

— Привыкли? — изумилась Роз. Гай Уэйкфорд обернулся и посмотрел на Роз с тонкой усмешкой.

— Девушка, — обратился он к ней, — вы, должно быть, очень молоды, хотя вполне умело оказали мне медицинскую помощь! Когда вы повзрослеете, пусть для вас не будет откровением — как это случилось со мной в двадцать пять лет, — что с годами у людей пропадает способность к любви. Чистое, внезапное и решительное чувство любви свойственно молодости. — Взгляд его окончательно прояснился, но лицо выглядело осунувшимся. — Сколько вам? Девятнадцать? Двадцать?

— Двадцать, — ответила она.

— И вы здесь работаете? — Он обвел взглядом кабинет. — Вы здесь работаете, и я полагаю, что вы родились не с золотой соской во рту. — Он потрогал брови и слегка нахмурился. — Думаю, мне следует представиться. Я понимаю, уже нерабочее время, но…

— Я знаю, кто вы такой, — тихо ответила она и подняла газету со своего стола. — По-моему, я вас сразу же узнала.

Он взглянул на газету и поморщился.

— Ужасная фотография! Почему эти газетчики получают удовольствие, заставляя людей, вроде меня, сниматься при свете ламп?

— Я думаю потому, что общественности нравится читать о таких людях как Вы, — ответила ему Роз все так же тихо. — А мисс Вэйзи очень красивая.

— Красивая? — с интересом переспросил Гай Уэкфорд. Его словно заинтриговала мысль о том, что его невеста считается красавицей. Он едва удостоил взглядом ее фото. — Ну что же, я думаю, даже наиболее восторженные представители британской общественности не смогли бы назвать меня сейчас красивым. Вообразите себе картину, как я, в таком виде, веду свою невесту к алтарю! Естественно, добавим к этому визитку и непременный цветок в петлице! — Он с оскорбленным видом отшвырнул увядшую гвоздику. — Ненавижу цветы в петлицах!

— А вы не хотите сообщить мисс Вэйзи, что попали в аварию? — предложила Роз. — Вы ее увидите сегодня?

Гай Уэйкфорд отрицательно мотнул головой.

— Я полагаю, что вы мало знакомы с тем, что такое венчание. Сегодня вечером меня ждут на так называемом «мальчишнике». Это последняя вечеринка жениха, где ему не возбраняется творить все, что угодно, перед тем, как он сунет голову в петлю. А поутру я встану с такой головной болью, что сегодняшняя покажется пустяком.

— Вам совсем плохо? — сочувственно спросила Роз.

Он как-то криво усмехнулся.

— Когда я пришел сюда, мне было хуже. А сейчас, я полагаю, мне пора идти.

— Может быть, вы хотите, чтобы я сообщила мистеру Манкрофту, что вы приходили повидаться с ним? — спросила Роз.

На секунду его взор вновь стал отрешенным. Казалось, Гай Уэйкфорд не совсем ясно помнил, зачем хотел встретиться с Манкрофтом. Он покачал головой и тут же поморщился от нового приступа боли.

— Нет… Нет, не стоит, — и тут он с искренним удивлением посмотрел на нее так, словно только что заметил. При ярком свете ламп ее короткие белокурые волосы казались золотыми, и его глаза на мгновение потеплели. Роз выглядела озабоченной, и он подумал, что девушка великолепно справилась с необычной задачей, выпавшей на ее долю в конце рабочего дня.

— Вы всегда так поздно уходите из конторы, мисс…?

— Арден, — ответила она. — Роз Арден. Нет, обычно раньше. Но сегодня вечером мистер Манкрофт попросил меня подготовить к утру важные документы.

— Вы его секретарша?

— Да, я работаю у него уже шесть месяцев.

— Ему повезло! — серьезно заметил Гай Уэйкфорд и протянул ей руку. — Благодарю, мисс Арден. Вы явились, как ангел-хранитель! Я вас не забуду… — Его голубые глаза помрачнели. — Как-нибудь зайду повидать старину Манкрофта. Может быть, через пару дней.

— А как же ваш медовый месяц? — напомнила она.

— Медовый месяц? — он на мгновение растерялся. Его взор еще больше потемнел. — Ах, да! Я полагаю, он все же состоится! Ну, в таком случае… зайду в другой раз, — ответил он неопределенно.

Роз проводила его до двери.

— Мистер Уэйкфорд, вы уверены, что не надо звонить врачу? — ее голос выдавал беспокойство. — Он пришел бы прямо сюда и осмотрел вашу рану, а затем… я отвезла бы вас домой на такси.

Он улыбнулся — слова Роз его явно позабавили.

— Конечно же, нет, мое дорогое дитя! Мне пора идти, и еще раз благодарю Вас за столь любезное внимание.

Уже в дверях, он, поколебавшись, остановился.

— И не читайте завтрашние газеты! Мне кажется, читать газеты — очень дурная привычка. Особенно, когда газетчики пичкают их бессмысленной чепухой о свадьбах. — Он раздраженно и резко продекламировал: — «Подруги невесты были в таких-то нарядах, мать невесты — в таком-то платье. Она казалась моложе своей дочери, идущей под венец. Отец невесты, был счастлив, как никогда, поднимаясь по ступеням храма…» Еще бы! Это ли не причина для радости? — ворчливо добавил Гай Уэйкфорд и удалился.

И все же, на следующий день Роз первая завладела вечерней газетой, как только ее доставили в контору. Она пробежала глазами заголовки.

Очаровательная невеста оставлена у алтаря!.. Церемония прекращена после томительного ожидания! Многочисленные гости потрясены!

Роз также была потрясена, но, как ни странно, отнюдь не опечалена.

Далее шла фотография невесты в атласном платье с букетом белых роз и белой сирени. За ней следовала процессия крохотных, словно игрушечных, пажей в атласных костюмах.

Наконец, там была фотография молодого человека, вроде бы герцогского рода, который предпринял поиски пропавшего жениха по всему Лондону. К моменту выхода газеты он, скорее всего, продолжал прочесывать город.

Роз застыла с газетой в руках. Все события казались нереальными. Две машинистки возбужденно обсуждали последнюю новость, совершенно не подозревая, что накануне Ричард Гай Дэнзил Уэйкфорд заляпал своей кровью весь пол в их офисе и что потом Роз очень долго оттирала все пятна, испытывая при этом чувство слабости. Ведь она принадлежала к тем людям, которым становится дурно при виде крови.

Также им было невдомек, что Роз отыскала в корзине для бумаг увядшую гвоздику и унесла ее домой. Там она поставила ее в воду и добавила чуть-чуть аспирина, чтобы цветок ожил.

Этим вечером у Роз не было неотложных дел по работе, и она вышла из конторы, когда на небе еще были видны последние отблески слабых лучей солнца. Ее путь лежал мимо того самого собора, где сегодня должна была состояться церемония бракосочетания. Она взглянула на храм и подумала: а что, если бы она оказалась в подобной ужасной ситуации? Что почувствовала бы она?

Почти час прождать человека, который дал обещание жениться на тебе, а затем узнать жестокую правду, что тебя отвергли! Бессердечный обманщик! Да еще у всех на глазах!

Но разве не понятно, почему Гай Уэйкфорд не явился к своей невесте? Конечно же, виной всему тот несчастный случай — злополучная авария, в которую он попал. Он просто-напросто забыл о дне свадьбы. И поэтому, накануне он так страшно смутился, когда речь зашла о венчании.

Роз задумалась. Все не так просто! Даже если допустить, что виной всему удар по голове, то почему же он не вернулся к себе домой или на вечеринку к друзьям? И почему его слуга не имел ни малейшего представления о его местонахождении?

Роз вновь развернула газету и прочла, что Гай Уэйкфорд не пришел на традиционный холостяцкий вечер, а его слуга сообщил, что дома он не ночевал. Получалось, что накануне со второй половины дня никто его не видел. Ни одна живая душа, кроме Роз, конечно, не знала об аварии.

Обеспокоенная Роз, ничего не замечая, вышла из автобуса на одну остановку раньше, чем требовалось. Оставшуюся дорогу она прошла пешком, и все время ее преследовал один вопрос: как же ей теперь поступить? Позвонить мисс Кэрол-Энн Вэйзи и рассказать о происшедшем? Или обратиться в полицейский участок?

Полиция связалась бы с больницами и начала бы поиск мужчины, страдающего потерей памяти, который, возможно, даже не помнит своего имени.

Так, мучаясь угрызениями совести за то, что она вчера не осмелилась вызвать врача, Роз вошла в свою крохотную квартирку и сразу направилась к телефону. Она не успела набрать номер полицейского участка, как чья-то рука сжала ей запястье.

— Неблагоразумно звонить по телефону, предварительно хорошенько не подумав, — услышала она спокойный мужской голос. — Лучше сядьте, успокойтесь и скажите мне, зачем вы решили помочь моему противнику?

Роз изумленно смотрела на говорившего и не верила своим глазам.

— Как… как вы вошли сюда? — она с трудом произносила слова.

— Хозяйка пансиона сама разрешила мне войти, — ответил Гай Уэйкфорд. — Очень приятная женщина, одна из тех, кого называют простушками. Я представился старым другом вашего отца, и она даже предложила мне чашку чая!

Роз охватил непонятный озноб. Она рухнула на стул и уставилась на него, лишившись дара речи. Всего лишь несколько мгновений назад она рисовала в своем воображении картину, как он оказывается в какой-то клинике или бредет по набережной, сам не зная куда, тщетно пытаясь вспомнить, кто же он такой.

А сейчас он стоит перед ней — все в том же светло-сером костюме; на лице выражение легкой усталости, а голос почти мягок и беспечен. Ссадина над бровью все еще залеплена пластырем, но глаза чуть повеселели. Он спокойно курил сигарету, которую взял из коробочки со столика в ее крошечной гостиной.

Роз с трудом проговорила:

— Вы забыли, что у Вас сегодня должно было состояться венчание?

— Нет. — На его лице появилась неприятная усмешка. — Я не забыл, и именно поэтому я здесь. Я не хотел сегодняшней свадьбы, и мне нужна ваша помощь. Но перед тем, как мы начнем наш разговор, вы можете приготовить чай или кофе — на ваше усмотрение.

Оглавление

Обращение к пользователям