Глава 5

В круглом зале без окон, освещенном огромным количеством свечей расположенных вдоль стен и в центре, беседовали трое: Экзарх Зеоры и двое магов.

— Итак, давайте подведем промежуточный итог нашего эксперимента — начал беседу Алеф

— Пожалуй, все идет пока хорошо, не смотря на то, что курьер доставивший объект в армейский лазарет на приграничной зоне с империей так и не вернулся. — Сказал Фархад прочистив горло.

— Должно быть, он пропал на обратном пути. — Поддержал пироманта Родни.

— Объект принял Риола как своего друга. — Продолжил пиромант поблагодарив Родни кивком головы.

— Пожалуй, мы сделали верный выбор. — Вновь вклинился маг воздуха

— А что с телом Саттора, насколько я помню, все время, что мы за ним наблюдали оно медленно изменялось? — Задал вопрос Алеф, движением руки прервав речь Фархада.

— Судя по последним наблюдениям, объект окончательно перестроил тело, еще в лазарете. Если вы помните, то Сатор был голубоглазым блондином, среднего роста, у него были широкие скулы и нос с характерной горбинкой уроженца западных пустошей. А сейчас он выглядит как, высокий брюнет с карими глазами, тонкие черты лица, изменилось практически все. Татуировки пропали, но в целом он остался человеком, и, похоже, что просто принял свой естественный облик. — Продолжил доклад Родни, подхватив у Фархада эстафету.

— Похоже, память начала восстанавливаться, поскольку он среагировал на мое внезапное появление, жестом, который напоминает, финальное движение формы «когти смерти» — одно из самых мощных заклинаний Гаротты. — Сделав вид что не заметил попыток Родни перехватить нить разговора продолжил свой рассказ маг огня.

— Интересно, очень интересно. Так почему же ты уцелел? Если объект атаковал тебя «когтями смерти»? насколько я понимаю защитится ты, не успел? — Спросил экзарх обманчиво мягким голосом. Повинуясь его воле одна из свечей сорвавшись со своего места зависла прямо перед лицом мага огня. Под пристальным взглядом Алефа она начала оплывать и менять форму, пока не стала похожа, на фигурку человека с огромной рваной раной в груди. Причем лицо фигурки постепенно приобрело портретное сходство с Фархадом. — Мы тщательно проработали этот вопрос, и можем предположить, что форма была пуста. Не имея доступа к ветрам магии наш подопечный не сумел наполнить созданную форму энергией. — Закончил свою мысль пмромант.

— Должно быть в первую очередь у него восстановятся рефлексы и навыки, а уже потом придет черед воспоминаний, — Ответил Фархад нарывно разглядывая свою восковую копию. И надо сказать посмотреть было на что, поскольку фигурка обретя некое подобие жизни пыталась удержать выпадающие из груди и живота внутренности. На вылепленном из воска лице отражалась такая бездна отчаяния и боли что даже прошедшему сквозь пламя десятков войн магу было не по себе. Пока Фархад говорил экзарх прохаживался по залу, заложив руки за спину, а Родни спокойно ждал своей очереди.

— Как ты думаешь, почему объект среагировал столь агрессивно на твое появление? — Выслушав ответ спросил Экзарх, багровый камень в его короне то и дело озарял залу кроваво-красными сполохами.

— Судя по всему, это была подсознательная реакция, или даже рефлекс, на неожиданность, похоже жизнь частенько преподносила ему неприятные сюрпризы. — Предположил повелитель пламени стараясь чтобы голос звучал ровно. Усиливающееся свечение багрового камня на голове экзарха ему совсем не нравилось. И в отличии от большинства магов он знал что это означает.

— И еще, у нас возникла теория, что он не из нашего мира. Поскольку, он явно маг, причем не из последних, раз владеет столь опасными заклинаниями. — Поделился соображениями Родни, заслужив мимолетную усмешку Экзарха.

— Но он не может их реализовать в нашем мире, так как не знает, как черпать энергию из ветров стихий. — Ободренный улыбкой Алефа продолжил высказывать свои предположения Росси. — Должно быть, законы магии в наших мирах не так уж и различны. Раз мы можем распознавать его заклятья. И со временем он и сам научится пользоваться ветрами. И к этому моменту мы должны быть готовы.

— Желательно принять деятельное участие в этом процессе. И если нам удастся заполучить объект в союзники, то мы сможем значительно увеличить свое влияние в среди остальных государств. — Проговорил Фархад не желая упускать инициативу в разговоре. — И если наше предположение верно то этот человек — ключ к другим мирам. Получив его знания о магии, и ключ к другим мирам мы решим множество проблем. Перспективы просто великолепные!

— Возможности союза с этим человеком я и сам прекрасно представляю — прервал излияния Фархада, Алеф. — Или ты считаешь что я зря занимаю свой пост? — Прищурившись спросил Экзарх.

— Прости мою дерзость владыка. — Склонил голову Фархад, безумное пламя все это время плясавшее в недрах кристалла украшающего голову экзарха стихло.

— Хорошо что ты понимаешь свое место, чародей. — Сказал Алеф, переведя суровый взгляд на чародея воздуха. Улыбка появившаяся было на лице воздушника, лохмотьями сползла на пол. В глазах экзарха негласный глава Сефира прочел предупреждение. Несмотря на жестокий выпад Фархад все еще оставался доверенным лицом экзарха. И пока владыка Зеоры не намеревался освободить его от этой должности.

— Но как мне кажется, вы упустили один очень интересный факт, почему пропали татуировки, а ведь они имеют магическое происхождение, и физическим воздействием от них не избавится, и не скопировать. Однако они все-таки исчезли, а ведь как вы сказали, объект лишен сил, и не может пользоваться магией, так куда же пропали татуировки? — Спросил Алеф наградив обоих чародеев весьма неприязненным взглядом.

— Или все-таки он водит вас за нос? — Слабая усмешка тронула лицо экзарха, когда по лицам чародеев разлилась неуверенность. — советую вам проработать этот вопрос. — Закончив говорить, экзарх по своему обыкновению растаял в воздухе. После его исчезновения все предметы в комнате стали зыбкими, призрачными и постепенно растворились в неясной дымке.

После исчезновения экзарха Фархад остался парить в темноте но длилось это состояние недолго — уже через миг он оказался в центре кипящей битвы между рыцарями Зеоры и северянами. Огненный маг ощутил привычную тяжесть посоха в руке. Мгновенное замешательство овладевшее было чародеем, тот час сменилось холодной, рассудочной яростью. Глубоко вдохнув Фархад потянулся к давно уже ставшей родной стихии. Первым же заклятьем испепелив целый отряд, северян, Фархад позволил энергии красного ветра свободно вливаться в свое тело. Когда удерживать собранную мощь в повиновении не было больше сил, пиромант выпустил ее через посох, стена гулящего пламени возникла перед чародеем. Еще один такт, и воля мага усиленная безумным пламенем красного ветра заставила ее двинуться в сторону врагов. Фархад постоянно напитывал ее энергией, и с каждой секундой она становилась все более широкой. Беснующееся пламя заставило северян отступить, а жар, исходящий от мага, отпугнул солдат Зеоры. Воины Зеоры обученные воевать вместе с магами слаженно отступили за спину чародея. Впрочем, все они старались держаться от него как можно дальше. В результате прикрыть чародее от мечей и стрел было попросту не кому. Хотя берсеркеры северных народов считали зазорным пользоваться оружием убивающим на расстоянии. Несмотря на чудовищный жар исходящий от чародея варвары не побежали. То что каждое новое заклятье оставляет широкие просеки в их войске казалось ничуть не беспокоит берсеркеров. Отчасти так оно и было поскольку для воина северных землей нет более завидной участи чем смерть в бою. Внезапно из орды северян вырвался отряд полуголых воинов, и потрясая оружием кинулся к магу. Жажда боя и презрение к чародею брезгующему честной схваткой подстегивало их куда лучше боевых кличей. Фархад не заметил угрозы, вернее не посчитал сравнительно небольшой отряд достойным своего внимания. Упиваясь собственным могуществом пиромант ощущал себя кем то вроде бога. Затуманенное влиянием красного ветра сознание отказывалось адекватно реагировать на происходящее. Продолжая опустошать ряды врагов, огненный маг смеялся словно ребенок дорвавшийся до любимой игрушки. Смех этот не оборвался даже тогда — когда в его плече врезался метательный топорик. Перерубив ключицу словно хворостинку топор застрял в теле чародея. Перемешанная с пламенем кровь пироманта брызнула во все стороны. Всего несколько мгновений и стальное лезвие топора расплавилось. Раскаленный метал смешался с пылающей кровью мага. Только полученное ранение заставило Фархада оценить угрозу. Одним коротким усилием воли он заставил лаву струей выплеснуться из-под земли в одно мгновение земля под ногами варваров превратилась в пылающую борозду заполненную расплавленным камнем. В огненной бездне мгновенно погибла большая часть берсеркеров составлявших небольшой отряд. Но выжившие продолжили свой бег, ничуть не обескураженные явленным могуществом противника. Они знали на что шли и не рассчитывали выжить в этом бою, единственным их желанием было добраться до чародея. На бегу один из берсеркеров метнул небольшой топор. В отличие от луков или арбалетов это оружие не считалось зазорным. Второй топор задел ногу по касательной, из раны выплеснулся поток огня и крови. От потери сил и крови Фархад покачнулся, но продолжил бой. Остановиться сейчас значило погибнуть, даже погруженное в глубины красного ветра сознание способно осознать эту простую истину. Солдаты попытались было прикрыть чародея но исходящий от него жар был столь силен что никто не рискнул. Никому не хотелось жертвовать своей жизнью ради спасения чародея. Когда враги были всего в нескольких метрах, Фархад выдохнул поток огня и его противники, охваченные племенем, принялись кататься по земле воя от боли. От боли и кровопотери пиромант упал на колено, чувствуя как рвется связь с красным ветром Фархад взвыл от боли и разочарования. Не сколькко мгновений он стоял не всилах подняться, лишившись связи магическим ветром Фархад разом ощутил все свои раны. Потратив, то немногое что у него осталось на искру собственной жизни пиромант упал на землю. Из прижженных ран сочилась сукровица, многочисленные ожоги покрывали тело чародея, в нескольких местах кожа лопнула обнажив обгоревшее мясо. Но, несмотря на жуткие раны он был жив и смерть от кровопотери ему больше не грозила.

Сознание Фархада вновь окутала тьма а следующий миг он очнулся на своей кровати, по лицу, и телу струился пот, от пережитого тряслись руки. Этот кошмар его мучил уже давно, точностью воспроизводил события трехлетней давности. Воспоминания о северной компании до сих пор терзали чародея. Забыть о них мешала хромота в ноге от которой не могли избавиться лучшие виталисты. Но куда чаще о себе напоминала ноющая боль давно уже стала привычным спутником пироманта. Прокрутив в голове воспоминания о первой части сна Фархад поднялся с постели, выглянул в окно, откинув занавеску. За окном открывался прекрасный вид на восход солнца.

— Ну, Что ж. — сказал Фархад самому себе — вот и новый день, меня ждет ученик. — последнюю фразу чародей произнес вслух, и на его лице проступила кривая усмешка.

***

Солнце взобравшись наконец не вершину небосвода заливало Синтур жаркими летними лучами. Выслушивать лекции в такую жару казалось настоящим извращением. Впрочем подобный распорядок ждал всех неофитов, так что роптать на судьбу смысла особого не имело. День в обители огненных магов начинался вместе с восходом солнца. Вернее так принято считать, на самом же деле, нужно встать еще за темно чтобы успеть на занятие по общей теории чародейства. Более скучное времяпрепровождение придумать трудно. Тем не менее на этот чудесный предмет выделено четыре с половиной часа. Впрочем, мне кажется что выбор этот вполне логичен, поскольку позволяет неофитам окончательно проснуться. Благо читающий этот предмет чародей на диво сдержан. Что среди пиромантов большая редкость. Что ж самая нудная часть моего дня подошла к концу, теперь меня ждет работа с учителем. Два дня назад когда негласный глава ордена взял меня в ученики на этом казалось бы все и закончилось. Во всяком случае вестей от сильнейшего пироманта до этого не было. Лишь сегодня посыльный передал мне послание от первого чародея. Где говорилось о том что я должен прийти в тренировочные залы не позднее полудня. Сургучевый оттиск в виде стилизованного языка пламени подтверждал подлинность бумаги. И насколько я понимаю служил своего рода пропуском. Во всяком случае я на это надеюсь поскольку вчера когда я в свободное время прогуливался по внутреннему двору замка который отчего то зовут ‘Обителью’ два не слишком дружелюбных стражника не позволили мне войти в то что они назвали тренировочными залами. Остается надеяться, что послание Фархада позволит мне миновать неусыпную стражу. По пути к Ониксовым залам я раздумывал над странными вывертами собственной памяти. Порой мне все казалось чуждым, ощущение того что еще чуть-чуть и память проснется. Но каждый раз это оказывалось не более чем иллюзией. За прошедшее время я так и не вспомнил ничего, что касалось бы моей прежней жизни до злополучного ранения. Разве что в день вступления в Орден огня перед сном в памяти всплыло странное имя — Азат. Более того тогда мне показалось что это имя принадлежит мне. Хотя после того как я выполнил свое обещание, и сходил в лазарет. Я уже не был в этом так уверен. Маг разума с которым мне довелось поговорить, объяснил мне что иногда после столь серьезной травмы головы действительно могут проявляться различные мании и пустые страхи. Донельзя странный это был маг — худой как щепка с тонкими как паутина волосами. А учитывая их впечатляющую длину — почти до пояса и то что они постоянно шевелились на невидимом ветру впечатление чародей оставлял поистине незабываемое. Как же его звали? Кажется Родни, да точно Родни. Вот только к какому ордену принадлежал этот индивид я так и не понял. Впрочем это все лирика, во всяком случае какое мне дело до того к какому ордену принадлежит этот маг? Главное что он заверил меня в том, что память восстановиться в ближайшем будущем. Сделав это по меньшей мере странное заявление Родни поспешил покинуть лазарет. Причем сделал это столь быстро и ловко, что я спохватился, только тогда когда хлопнула входная дверь. Довольно странное поведение для врача. Впрочем, ну эти загадки, мне предстоит первый урок. И учитывая кто мой наставник — у меня есть повод для гордости. Хотя особого трепета я все же не испытывал. С такими мыслями я и подошел к двери тренировочного зала. Двум стражникам стерегущим двери даже показывать ничего не пришлось, они просто расступились в стороны и все что мне осталось так это открыть антрацитово-черную дверь. как я понял из послания Фархада, мне предстоит обучение по особой программе. Вообще, курс обучения в ордене занимает в среднем от шести месяцев, до двух лет, в зависимости от способностей ученика. Состоит оно, как правило, из краткого недельного курса теории, и последующей практики. Неофиты делятся на тройки, и за каждой такой группой закрепляется свой наставник. Все это я узнал от Риола, по пути в Синтур. Но Фархад сказал, что мое обучение пройдет по другой схеме. Часть теории он мне даст самостоятельно, большую же часть времени займет практика. Недостающие сведения он мне предложил найти в библиотеке ордена. Задумавшись, я едва не прошел нужную мне дверь. Остановившись перед ней, я глубоко вздохнул, и, уняв легкую дрожь, в руках открыл черную дверь. Как и предыдущая она была на удивление тяжелой. Впрочем судя по всему она была если не ониксовой то как минимум обшита этим жаропрочным камнем. Зал для тренировок встретил меня на редкость спартанской обстановкой. Обшитые ониксовой плиткой стены, простой деревянный стол явно сколоченный на скорую руку радовал глаз. На фоне черных стен пола и потолка он был настоящей отрадой для глаз. Фархад сидел в одном из кресел. Судя по расслабленной позе он спал хотя я бы за это не поручился. На грубом столе лежал амулет — стилизованный язык огня.

— Проходи Ученик, одевай амулет и садись. — Вместо приветствия сказал чародей. — Этот амулет поможет установить тебе связь с ветром огня. — Пояснил он коротко. Я кивнул в знак согласия и взял амулет в руки. Шершавый, и странно теплый, он производил впечатление скорее живого существа нежели магической безделицы. Присмотревшись к нему, я заметил множество искорок движущихся под его поверхностью. Накинув на шею стальную цепочку удерживающую амулет я сел в кресло.

— Итак, начнем. — Буркнул пиромант проследив за моими действиями. -Первое чему маг огня должен научится, это чувствовать ветер огня, его энергию и силу. Для того, чтобы создать контакт, возьми в руки амулет и представь пламя. Неважно какой, пламя свечи или факела подойдет и костер, да хоть пожар. — Размеренно проговорил чародей. Его голос странным образом навевал сон. Желание смежить веки и уснуть было столь сильным, что я бы так наверно и поступил если бы не понимал во что может вылиться подобное пренебрежение. Фархад судя по слухам никогда не отличался особой душевной теплотой или терпением. Так что стоит мне уснуть и вполне возможно что проснуться уже не доведется.

— Пойми его, почувствуй единство с его силой. Но будь осторожен, во время контакта, если ты втянешь в себя слишком много энергии, то можешь потерять над ней контроль и тогда можешь прощаться с жизнью. Хотя времени на эти сантименты у тебя уже не будет. — Жизнерадостно закончил чародей.

— Хорошо, я попробую. — Ответил я взяв в руки амулет.

— И еще Сим, после того как достигнешь контакта зайди в библиотеку ордена, там довольно книг посвященных теории. Поскольку у меня нет времени на то чтобы читать тебе теорию разбирайся с ней сам. И ах да, и последний совет: Если тебе удастся взглянуть на мир через призму огня, не вздумай ничего менять, просто наблюдай, иначе можешь пострадать от взрыва. — Дал последние наставления чародей, пожалуй после такой речи ему следовало покинуть зал однако он не спешил. Вольготно развалившись в кресле он не сводил с меня испытующего взгляда.

— Хорошо учитель. — Сказал я, закрывая глаза. Образ свечи все время ускользал от меня, каждый раз, стоило мне попытаться представить ее трепещущий огонек, как он тут же превращался в нечто непотребное. Но я и не ожидал что будет легко, в конце концов, если бы установить контакт с красным ветром было бы легко то нельзя было бы и шагу ступить чтобы не нарваться на пироманта. Вооружившись терпением и я раз за разом пытался представить свечу. И постепенно образ обретал четкость. Смирившись с утерей разгульной вольницы воображение покорно изобразило пламя. Когда образ обрел такую четкость что я ощутил тепло мою концентрацию нарушил громкий стук в дверь. Следующим что уловили мои уши были — шаги Фархада идущего к двери. Затем короткий разговор с кем-то подробности которого разобрать не удалось несмотря на царящую в зале тишину. Через несколько мгновений разговора Фархад обернулся и сказал, чтоб я продолжал без него. После чего вновь стукнула дверь и я остался один на один со своим заданием. Минут через двадцать у меня вновь получилось представить пламя свечи. Я удерживал этот образ в сознании, пока амулет не обжег мне руки. В ту же секунду, мир преобразился. Передо моим взором предстали полупрозрачные силуэты предметов и стен, внутри всего, абсолютно всего, что меня окружало, плавали какие-то искорки. Где то меньше, где то больше. В ониксовых плитках например их было очень мало, в столе же они составляли строгую структуру, и было их довольно много. Вспышка озарения открыла мне, что эти частички, витающие в воздухе и наполняющие предметы являются частицами красного ветра, и чем больше их в предмете, тем более он горюч. И вновь все изменилось — стены совсем исчезли, как и пол под ногами. Однако несмотря на это я не чувствовал никакого дискомфорта, хотя казалось бы пора зашевелиться страху. Но его не было, я замер в изумлении — там в глубине, бушевало пламя. И не просто пламя а целый океан пламени. Не знаю что заставило меня оторваться от этого завораживающего зрелища, но я не пожалел об этом. По тому что пылающая под ногами бездна была ничем в сравнении с тем что мне открылось. Вверху в невообразимой дали завис пламенеющий шар, его бешеная энергия ощущалась каждой частичкой моего тела. Всего мгновение понадобилось чтобы осознать, насколько я мал в сравнении с ним. Даже не просто мал, а абсолютно ничтожен. Само собой пришло понимание что в сравнении с той небесной сферой даже пылающая под моими ногами бездна не больше чем песчинка. Но не это было самым удивительным, куда больше меня поразило то что шар этот несмотря на свою чудовищную мощь и размеры не одинок. В небе которое заменила чернота таких шаров мириады. И тут мир вокруг изменился в третий раз. На этот раз не было ни бездны под ногами ни титанических огненных шаров в вышине. Не было вообще ничего кроме бескрайнего потока огня, или, пожалуй, даже не огня, а мельчайших его частиц, очень похожих на те, что я видел в окружающих меня предметах.

Из транса меня вывел удар об пол, надо сказать что это далеко не самый приятный способ возвращения к нормальному восприятию. Раскрыв глаза я понял, что лежу на куче пепла, оставшейся от сгоревшего кресла. Похоже у моего видения были вполне осязаемые последствия. В частности оба кресла и стол перестали существовать. Окинув себя взглядом я понял почему чародей ведущий теорию пиромантии настоятельно советовал не одевать ничего кроме выданной в ордене одежды. Бронзовый браслет полученный в награду за героизм в бою проявленный в стычке с имперцами о которой я ничего не помню остался на полу неопрятной лужицей. И что характерно от лужицы этой шел усиливающийся с каждой секундой жар. Откатившись от нее на безопасное расстояние я недоверчиво посмотрел на свою правую руку. Но ни малейшего следа ожога не обнаружил. Хотя какой ожег?! Расплавленный метал должен был сжечь руку напрочь. Однако этого не произошло. Впрочем, судя епо тому до какой температуры раскалился Фархад во время своей демонстрации удивляться подобным странностям не стоило. Встав с пола и отряхнувшись от пепла в котором я перемазался с ног до головы, я прислушался к своим ощущениям. От слабости и сонливости, что донимала меня, с тех пор как я пришел в себя в палатке военных медиков, не осталось и следа. Более того самочувствие было просто великолепным, меня буквально переполняло желание бежать и что-то делать. Причем неважно, что лишь бы быстрее, бушующая в теле энергию требовала немедленных действий. Но помня предостережение наставника, я не стал пытаться использовать ее, а напротив, постарался успокоиться. Вернув самообладание, я заметил, что в воздухе продолжают витать те самые, искорки, замеченные мной во время медитации. Крохотные огоньки плавали в воздухе, словно пыль, притягивались к предметам. Сконцентрировав внимание, на одной из них, я понял, что могу ею управлять. Усилием воли раздув ее до размеров лесного ореха я с интересом принялся за ней наблюдать. Раздувшаяся искра начала оседать на пол. Завороженный ее причудливым танцем я подошел ближе. В тот миг когда она коснулась пола произошел взрыв. Впрочем, он был настолько слаб, что ни чего не повредил. Но мне этого вполне хватило в более прозрачных предупреждениях я не нуждался. Так что эксперименты с витающими в воздухе пылинками лучше прекратить пока они не привели к плачевному результату.

Что ж думаю задание Фархада можно считать выполненным, так что пора наведаться в библиотеку за ответами на возникшие вопросы. Уж больно впечатляющим были видения, едва ли они плод моего воображения. Да я и вообразить то себе подобную жуть был не в силах. К тому же едва ли я первый кто увидел нечто подобное.

Спустя четыре часа я вышел из библиотеки неся с собой несколько книг, что мне посоветовал, смотритель — сухонький, старичок, который, похоже, сходил с ума от одиночества. Так что радости его не было предела, он даже позволил мне взять книги на дом. Похоже, неофиты, да и полноценные маги очень редко сюда заходят. Впрочем, стоило припомнить свои ощущения от использования ветра, и становилось понятно почему. Но, тем не менее, я много узнал: тот трюк, что которому меня научил Фархад называется: ‘дыхание ветра’, или ‘такт’. С помощью этой техники, маг набирает нужное ему количество энергии, для реализации заклинания. Обычно заклятья требуют энергии одного такта, но есть и исключения, например, ‘Волна Истинного Пламени’, для своей реализации требует минимум три такта: первый такт — создание, второй — увеличение размеров и третий — движение. Нашлось объяснение и тому, что я испытал, после первого такта. Оказалось, что энергия красного ветра, вызывает состояние эйфории. Ощущение могущества туманит сознание, и в этом и кроется основная беда огненных магов — теряя контроль над собой, маг начинает втягивать в себя все больше и больше энергии красного ветра. В конце концов, он не справляется потоком и происходит взрыв. Наконец-то я получил внятное объяснение, чем так опасен ветер огня. ‘Пожалуй, хватит на сегодня’ -сплыла в голове неожиданная мысль. От обилия почерпнутой информации и впечатлений ощутимо болела голова. К тому же заряд энергии, что я получил, попрактиковавшись в пиромагии, похоже, сошел на нет. Наступило нечто сродни похмелью. Благо пока я был занят размышлениями ноги вывели меня к постоялому двору в котором орден выделил мне комнату. Добравшись до своей комнаты я стал все сильнее ощущать жжение и зуд на предплечьях. Их жгло так будто они обмотаны чем-то горячим. Скинув мантию, я осмотрел свои руки. Учитывая что рубаха одетая под мантию обратилась в пепел это было нетрудно. Ощущения не обманули, кожа зудела на месте странных татуировок. Причем, я точно помнил, что раньше их у меня не было. Больше всего светящиеся оранжевым татуировки напоминали надпись на каком-то неизвестном мне наречье. Тщательно осмотрев их, я решил подождать до завтра. В любом случае у меня не осталось сил ни телесных ни душевных на то чтобы разыскать того кто объяснит мне эту странность. Так что самое разумное — лечь спать, а на завтра расспросить о странных татуировках Фархада, или Риола. Стоило моей голове коснуться подушки как из нее вылетели все мысли а вслед за ними сознание провалилось в пышущую жаром бездну сна.

Оглавление

Обращение к пользователям