Глава XXVIII. НАША ЗАДАЧА СЕЙЧАС — УДАРИТЬ ПО КОНТРРЕВОЛЮЦИИ

7 октября 1959 года проводилось второе Национальное совещание ИПРЛ. Как и первое, оно прошло за закрытыми дверями.

Значение ИНРА, ставшего главным проводником позитивных изменений в нашем революционном процессе, особенно очевидно, если вспомнить основные итоги первого полугодия. В стране не было двоевластия. Подлинная власть после свержения тирании находилась в руках народа, в руках Фиделя и его ближайших соратников. Но хорошо известно и то, что в правительство входили элементы, прозванные в народе «тормозами», и даже контрреволюционеры. Не стоит забывать президента республики Мануэля Уррутия Льео; Сори Марина, министра сельского хозяйства; Роберто Аграмонте, министра иностранных дел, прозванного «иесмэн»[18] и полагающего, что внешняя политика Кубы должна оставаться под контролем государственного департамента; Мануэля Рейя, министра общественных работ; Мануэля Фернандеса, министра труда; Руфо Лопеса Фрескета, министра финансов; Фелипе Пасоса, президента Национального банка Кубы, и других, которые в конце концов стали на путь предательства и спрятались под крылышко дядюшки Сэма. Эти «тормоза» и предатели составляли в Совете Министров оппозицию революционному руководству.

Стратегия, выработанная Фиделем, предусматривала, во-первых, проведение широкой кампании по разъяснению необходимости осуществления аграрной реформы на Кубе. Главнокомандующий верил, что воля народа вынудит все оппозиционно настроенные элементы из Революционного правительства подписать соответствующий закон. А во-вторых, он укреплял ИНРА как мощный противовес официальной власти.

Возглавляемый Фиделем, ИНРА стал тем бастионом, откуда проводилась революционная политика в те первые месяцы, стал той организацией, которая нанесла разящий удар по буржуазии и империализму. Тактически была неоправданной резкая смена состава Совета Министров. Наш народ все еще не был идейно подготовлен, чтобы понять суть открытого столкновения между революцией и контрреволюцией, засевшей непосредственно в самом правительстве.

Фидель дублировал в ИНРА наиважнейшие функции Революционного правительства. Это ведомство занималось не только сельскохозяйственными вопросами. Главнокомандующий издал приказ по институту, согласно которому был создай Отдел индустриализации, а его заведующим был назначен майор Эрнесто Че Гевара. Отдел торговли ИНРА забрал у старого министерства торговли значительную часть его полномочий. Затем Че займет президентское кресло в Национальном банке, а исполнительный директор ИНРА будет назначен вице-президентом нашего главного банковского учреждения. Так же был создан Отдел рыбного хозяйства и ряд других важных подразделений, рожденных в огне революции и работающих под непосредственным руководством Главнокомандующего.

Следующим шагом Фиделя было превращение некоторых отделов ИНРА в самостоятельные министерства. Так, Отдел промышленности был превращен в Министерство промышленности; Отдел рыбного хозяйства — в Национальный институт рыбною хозяйства, который в конечном счете тоже стал министерством, и т. д. В результате принятых мер в Совете Министров оказались одни революционеры.

Но не только это. В рамках ИНРА были созданы первые формирования народного ополчения, которые были организованы по инициативе и с помощью нового министра Революционных вооруженных сил Рауля Кастро, выделявшего с этой целью необходимые кадры. Институт существенно помог в проведении кампании по ликвидации неграмотности. 11 миллионов песо, выделенных ИНРА, пошли на создание артиллерийского училища имени Камило Сьенфуэгоса и формирование первых противотанковых и зенитных подразделений. Также за счет фондов аграрной реформы было положено начало деятельности ИКАИК (Кубинского института киноискусства и кинопромышленности). Первоначально на эти цели был выдан чек на 80 тысяч песо. Уже в течение первых трех лет после победы революции создана школа по подготовке работников культуры, построены дома для крестьян, значительная часть шоссейных дорог и других путей сообщения, а кроме того, создан ряд туристских центров, среди которых следует выделить Гран-Пьедра, Плая-Ларга, Плая-Хирон, Лагуна-дель-Тесоро, Ла-Гуира и многие другие.

К моменту проведения в ИПРА второго Национального совещания сам ход событий подтвердил правильность наших слов, произнесенных при открытии первого совещания: «ИНРА — это революция, воплотившаяся в органах власти, так же как закон об аграрной реформе — это революция, воплотившаяся в законе».

Приблизительно через час после начала совещания Фидель занял свое место в президиуме заседания, до этого он занимался другими государственными делами.

Обсуждался вопрос, должен ли крестьянин платить ренту за пользование землей в тех имениях, которые до сих пор еще не взяты под контроль ИНРА. Фидель высказывает свою точку зрения:

«Я сторонник того, чтобы сейчас был принят закон, освобождающий всех крестьян от уплаты ренты. И знаете, кто мне подсказал эту мысль? „Диарио де ла Марина“, выпустившая брошюру под названием „Тростник и сахар“, в которой призывают плантаторов, скотоводов и сахарозаводчиков развернуть кампанию против аграрной реформы. Но мы уже выиграли битву за мелких скотоводов и мелких производителей сахарного тростника, которые убедились, что их будущее — с революцией. Газетчики же опубликовали статью, где говорится, что аграрная реформа приведет Кубу к катастрофе».

Затем выступил Че. Он сказал:

«Мы еще не пришли к начальной фазе планирования, другими словами, у нас еще нет общих направлений политики индустриализации страны… Нет никаких достоверных данных, позволяющих узнать истинное положение дел на существующих предприятиях».

Че говорит о хаосе, охватившем страну в результате существования таких организаций, как БАНФАИК (Банк сельскохозяйственного и промышленного развития Кубы) и БАНДЕС (Банк социального и экономического развития), а также Национальной комиссии по развитию и Министерства сельского хозяйства, имеющих сходные функции. Он подчеркивает необходимость создания в будущем одного централизованного ведомства. Таковым в конце концов стало Министерство промышленности.

Че предлагает подобрать необходимые кадры для проведения соответствующих этапов индустриализации среди товарищей, служащих в Повстанческой армии. Таким образом, Куба делает свои первые шаги на пути настоящего промышленного развития.

Затрагивая ряд других вопросов, Фидель подчеркивает значение создания Отдела рыбного хозяйства в рамках ИНРА:

«Вопрос, до сих пор ждущий своего решения, — это обеспечение рыбой крестьян. Дело в том, что до сих пор ИНРА не занимался вопросами рыбного хозяйства. Сейчас мы здесь займемся развитием рыболовства, потому что у нас нет места бюрократизму, нет места „тормозам“, пытающимся помешать революции продвигаться вперед по своему пути».

Фидель призывает к бдительности перед лицом контрреволюционной кампании, развернутой редакциями некоторых газет, предупреждает о тактике, взятой на вооружение сахарозаводчиками и плантаторами.

«Наша задача сейчас стукнуть по ним как следует. Многие еще делают глупости. И священников хотят втянуть в контрреволюционную деятельность. Они, как видно, пытаются вызвать столкновения и привлечь на свою сторону некоторые слои населения. Мы должны завязать бой, взяв себе в союзники средний класс, потому что средний класс — за революцию. Мы должны быстро освободить от уплаты ренты земельных арендаторов и передать обрабатываемую ими землю в их собственность. Нужно стремиться к окончательному завоеванию мелких землевладельцев».

В ходе этих совещаний особенно видно присущее Фиделю глубокое чувство социальной справедливости. Он всегда выступает в защиту бедных и угнетенных и подчеркивает, что среди всех социальных групп в стране никто не живет хуже, чем угольщики, работающие на болотах. Они «занимают последнюю ступеньку на социальной лестнице».

«Пока не начали действовать кооперативы, созданные ИНРА, угольщик зарабатывал 30 песо в месяц. Латифундисты взимали с них феодальный налог за право рубить деревья. Они жили в самых диких, необжитых местах, не имея связи с внешним миром. Там полным-полно москитов. И даже сейчас, зарабатывая 50–60 песо, они живут в наихудших условиях по сравнению со всеми остальными. Поэтому я полагаю, что неразумно снижать цены на уголь. Когда же будут созданы кооперативы угольщиков, уголь действительно упадет в цене, но тогда пострадают от этого лишь перекупщики, посредники, покупающие уголь крайне дешево и продающие его потребителям по завышенным ценам. Нельзя допустить, чтобы посредники могли покупать уголь в кооперативах… Необходимо принять во внимание, что угольщики до сих пор не имеют ни школ, ни других учебных центров, ни всех тех благ, которыми пользуются люди в городах. Женщины там не занимаются производительным трудом. Нужно нам добиться хотя бы того, чтобы они работали, упаковывая уголь в мешки, потому что иногда сами посредники производят эту операцию.

Необходимо снабжать рыбой народные магазины, расположенные в сельской местности. Укрепим рыболовецкие кооперативы и создадим систему распределения рыбопродуктов. Построим ледники в народных магазинах».

На этих совещаниях мы записывали в свои блокноты мысли и высказывания Фиделя, которые как искры освещали нам потом пути развития страны. Здесь они публикуются впервые.

Постоянно руководствуясь опытом освободительной партизанской войны, завершившейся лишь полгода назад. Фидель так реагировал на выступление майора Сори Марина, пытавшегося выдать себя за революционера-радикала:

«Дайте революции окрепнуть. Не бойтесь. Мы закрепимся на завоеванных позициях. Не надо натравливать на себя больше врагов, чем этого требует данный момент. Вспомните, во время воины мы сперва атаковали маленькие селения, например Эстрада-Пальма, и только потом — большие, такие, как Баямо. Революция уже ударила по многим, „пострадавших“ — целая куча.

Выбрав правильную тактику, мы сможем добиться всего».

В этот момент я передаю Фиделю экземпляр газеты «Авансе», где опубликовано открытое письмо землевладельцев. Прочитав его, он комментирует:

— Среди нас — осведомитель землевладельцев. Кто-то среди нас всегда пробалтывается.

Че, улыбаясь, говорит:

— Проведем визуальное расследование, чтобы выявить доносчика.

Враг все еще среди нас. Среди нас уже упомянутый Сори Марин, который вскоре вернется на Кубу на американском катере, вооруженный и натасканный империализмом против нашей революции.

 

[18]Поддакивающий человек, подпевала. — Прим. пер.

Оглавление

[19]
Обращение к пользователям