Марк Гроссман. НЕ ВСЯКОЕ ВДОХНОВЕНИЕ НА ПОЛЬЗУ. (Вместо фельетона)

Решил Букашкин стать поэтом

И выдающимся при этом.

Всю жизнь не ведал он науки,

И в русской речи не силен,

Решил Мефодий наш, что звуки

Без маяты постигнет он.

Он сел за стол, обдумал тему,

Потратил вечер на поэму,

С утра Мефодий на ногах:

Несет поэму в альманах.

— Букашкин, — там ему сказали,

Прочтя рифмованный рассказ, —

Вы сами знаете едва ли,

О чем написано у вас.

Вы поженили Таню с Ваней

И Колю с Олей в миг один,

Вы их свели без основанья

И разлучили без причин.

Нет никакого смысла в теме,

Нет вдохновения в поэме,

Пишите реже да с душою,

И может быть (все может быть),

Стихотворенье небольшое

Удастся в книжке поместить.

Проходит день, Букашкин снова

Несет рифмованное слово.

Его с вниманьем почитали,

Но почитать его не стали.

— Ах, так! — сказал Мефодий с

                                             чувством. —

Вам нужен штамп и трафарет:

Без мыслей, значит, нет искусства.

Стихов без ритма, значит, нет!

Мне наплевать теперь на славу!

Мне дорог высший идеал,

И я найду на вас управу…

Я вас… Я все уже сказал!

С тех пор в журналы и газеты

Букашкин шлет свои наветы,

Он пишет страстно и с волненьем,

Строчит он яростно и зло, —

Горит Букашкин вдохновеньем.

Оно пришло к нему! Пришло!

…Бывает так: бушует пламень,

Кипит в пустой душе родник,

И появляется пред нами

Весьма способный… клеветник!



Оглавление