Глава 12

Защиту она так и не поставила. Бросив на кухне четки, ушла из дома и теперь медленно брела под проливным дождем, то и дело поднимая лицо к серым тучам и позволяя каплям стекать по лицу. Рядом, такой же мокрый, брел Барбос. Пес не пожелал отпускать хозяйку одну и увязался следом.

Выбросив все тревожные мысли из головы, Ника наслаждалась шумом дождя, наблюдая, как ветер срывает пожелтевшую листву и швыряет ее в лужи. Подумаешь, ни темная, ни светлая. За ней всегда остается право самой выбирать, какой силой пользоваться. Прислушиваясь к себе, девушка все пыталась уловить изменения, произошедшие в ней из-за соприкосновения с тьмой, но пока ощущала себя такой же, как и прежде. Может, изменения придут вместе с обучением? Настасья Валерьевна пообещала, что теперь плотно возьмется за нее и эта история с амулетом не прихоть выжившей из ума колдуньи, а первый урок.

Ника вдруг поймала себя на мысли, что серьезно обдумывает идею кражи. Нет, так дело не пойдет. Тряхнув головой, она отогнала мысль заманить парня в подворотню, обездвижить и снять амулет с его шеи, предварительно нейтрализовав защитные чары – подобные вещи признавали одного владельца и так просто в другие руки не давались. Плохо, что он будет помнить обо всем, что случилось, и если Ника не хочет огрести кучу неприятностей, нужно придумать, как сделать так, чтобы парень сам захотел расстаться с артефактом.

Взяв Барбоса за ошейник, Ника прибавила шаг. Сейчас куда важнее придумать, с какой стати ей взбрело в голову напроситься в гости к Марии Николаевне. Интуиция твердила, что сходить непременно надо, но как вразумительно объяснить это женщине, чтобы ее не сочли сумасшедшей, девушка пока не знала.

Она проходила мимо витрин и невольно любовалась яркой рекламой продуктовых магазинов. Родилась идея купить чего-нибудь вкусного и заглянуть к маме Ярослава на чай. Тем более что бабушка Настасья выдала денег из Никиных же сбережений на починку двери и мелкие расходы.

В супермаркет не пошла – с собакой не пустят, а поводок она забыла дома – так что идея с тортом отпала как неосуществимая. Вместо него купила в уличной палатке шоколадное ассорти и пачку зеленого чая.

Подходя к нужному дому, Ника замедлила шаг. У подъезда Марии Николаевны стояла шикарная иномарка с тонированными стеклами. Двое рослых парней, чью военную выправку не могли скрыть никакие костюмы, стояли, облокотившись о машину, и внимательно смотрели по сторонам. Ника заметила у них наушники и микрофоны для поддержания связи. Серьезная охрана. Интересно, а где сам охраняемый?

Ника невольно выпрямила спину под пристальными взглядами парней, а затем столкнулась с выходящим из подъезда мужчиной. Высокий, поджарый, в дорогом костюме. Скупые плавные движения, словно ей навстречу идет не человек, а опасный хищник. Они синхронно обошли друг друга. Ника что есть силы вцепилась в ошейник зарычавшего Барбоса, спиной чувствуя, как незнакомец оглянулся. Пристальный взгляд языком пламени прошелся между лопаток, а потом резко отпустило. Хлопнули дверцы иномарки, и машина с тихим шелестом укатила.

Фу-у-ух, можно выдохнуть. Набрав номер квартиры и нажав кнопку вызова, Ника долго слушала гудки. Может, она пришла слишком рано и Мария Николаевна еще на работе? Хотя чутье говорило, что женщина дома. Попробовала позвонить еще раз и только с третьей попытки услышала недовольный голос:

– Кто?

– Мария Николаевна, это Ника.

Под ложечкой засосало от нехорошего предчувствия. Дверь открылась, и девушка оказалась в полутемном подъезде. Женщина ждала ее у открытой двери квартиры.

– Да вы совсем промокли. Проходи, сейчас принесу чем вытереться. – Она посторонилась и быстро ушла в комнату за полотенцами. – Вот держи, хорошо разотрись сама и обсуши собаку, а я пока халат тебе поглажу.

Мария Николаевна выдала ей стопку полотенец, вернулась обратно в комнату и загремела, доставая утюг и гладильную доску.

– Не думала, что придешь.

– А я думала, вы меня не пустите. – Ника старалась говорить весело, хотя нутром ощущала напряжение, идущее от матери Ярослава. Неужели женщине так неприятно ее общество? – Может, я пойду? Вижу, вам не до меня.

– Да при чем тут ты…

Закончив вытирать себя и собаку, девушка сложила полотенца на тумбочке в прихожей – все равно они отправятся прямиком в стирку – и несмело вошла в комнату. Барбос сразу засеменил к балкону, с самым несчастным видом повесив уши, чем вызвал улыбку хозяйки.

– Я постелю ему одеяло в углу, не то простудится, лечи потом такую махину.

Барбос от радости, что его не прогоняют, завилял хвостом и весело залаял, а когда ему постелили под окном рваное ватное одеяло, свернулся калачиком и притворился спящим.

– Переодевайся и вешай свою одежду на сушилку, а я пока пойду поставлю чай.

Ей в руки лег еще теплый байковый халат в веселенький цветочек, и Ника только сейчас поняла, что действительно замерзла.

– Спасибо.

– Есть будешь?

– Буду.

Ника переоделась, развесила майку и джинсы сушиться, накинула халат и, захватив из коридора свои покупки, прошла на кухню.

– К чаю, – пояснила она в ответ на удивленный взгляд Марии Николаевны, смущенно ставя пакет с конфетами на стол.

Женщина улыбнулась:

– Спасибо, а то я опять забыла купить сахар.

На плите дожаривалась картошка с луком и порезанными колечками сосисками, шумно закипал чайник. Мать Ярослава резала крупными кусками свежий, с хрустящей корочкой батон. На этот раз молчание было уютным, но все равно чувствовалось, что женщиной владеет беспокойство.

Скинув кроссовки, Ника села на стул в самом уголочке и поджала под себя озябшие ноги, закутав их в халат.

– Вам помочь?

– Да уже все готово. – Мария Николаевна поставила на стол доску, тарелку с хлебом, заварила в кружках чай и положила горсть конфет в блюдце. Тут и картошечка дошла. Ее прямо в сковородке поставили на доску. – Тарелку дать?

Ника почувствовала, как от нахлынувших воспоминаний сдавило горло. Они часто с бабушкой так ужинали – вдвоем, без тарелок, прямо из сковородки.

– А можно так? – Она потянулась вилкой к сосиске и замерла, ожидая, разрешат – не разрешат.

Мария Николаевна улыбнулась еще шире:

– Конечно можно, меньше мыть посуды.

Но Ника чувствовала, что дело вовсе не в посуде, а в том, что женщине так же одиноко, и эта сковородка – единственное напоминание о семье, которой больше нет. А еще с их прошлой встречи у Марии Николаевны поселилась боль в груди, причем настолько сильная, что заставляла фальшиво улыбаться и изображать веселость, лишь бы это скрыть.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – положив вилку на стол, Ника несмело глянула на хозяйку дома.

Та сильно удивилась, услышав от малознакомой девушки такой вопрос, а потом ее плечи поникли, руки сами потянулись к пачке сигарет. Нервно чиркнув зажигалкой, женщина закурила и медленно выпустила из легких дым.

– Видела типа с охраной?

Ника неуверенно кивнула, недоумевая, при чем здесь тот мужчина. Но затем была буквально потрясена, услышав:

– Отец Ярослава объявился. – Женщина с силой раздавила в пепельнице недокуренную сигарету и тут же снова закурила. – Двадцать пять лет от него ни слуху ни духу, а теперь требует отдать ему сына.

Ника молчала, переваривая услышанное. Но как же так?

– Разве можно отдать Ярослава? – не выдержав тягостного молчания, девушка рискнула первой его нарушить. – Он совершеннолетний, вряд ли ему требуется опека.

Женщина моргнула и опять затушила недокуренную сигарету. На кухне уже плавало сизое облако дыма, и Ника чувствовала, что начинает задыхаться. Увидев, как она кривится, еле сдерживая кашель, Мария Николаевна встрепенулась и открыла форточку.

– Сейчас проветрится. А насчет Яра… Я растила его как мать-одиночка, и в графе «отец» у него в свидетельстве о рождении стоит прочерк. А теперь эта скотина предлагает мне кучу денег, чтобы я позволила официально его усыновить.

– Он хочет купить собственного сына? – Ника знала, что ей не идет отвисшая челюсть, но ради того, чтобы вызвать на бледном лице женщины тень улыбки, была готова выглядеть еще глупее.

– Получается, что так.

– Но зачем?

– Мне-то откуда знать.

Женщина опять закурила. Видимо, так ей проще было совладать с расшатанными нервами. Ника передвинулась ближе к форточке, чтобы окончательно не задохнуться.

– И что вы решите? – Вопрос не праздный, судя по всему, отец парня мог предложить за сына очень много денег.

– Я сказала, что подумаю. – Мария Николаевна наградила ее тяжелым взглядом. – Не вздумай говорить Ярославу, – на мгновение замолчала, а потом махнула рукой. – Впрочем, можешь рассказать, он все равно скоро обо всем узнает.

– Считаете, его отец не отступится, даже если вы не согласитесь?

– Ты видела его? Похоже, что он умеет уступать?

Ника так не думала и, с аппетитом налегая на картошку, строила догадки, как Ярослав отреагирует на новости об объявившемся отце. Ох, чуяло ее сердце, что с таким вспыльчивым характером, как у парня, подобные вести нужно преподносить очень осторожно.

– Ты курила? – обвинил ее Ярослав, едва Ника переступила порог его квартиры.

– С чего ты взял?

Ну ничего себе встреча! Барбос вырвался из ее рук и полетел на кухню, откуда одуряюще пахло жареной курицей.

– Гав! Гав! – послышался радостный лай, за которым последовал грохот сваленной на пол сковородки и жалобный скулеж обжегшей нос собаки.

– Вот проглот! – Парень бросился спасать свой ужин.

Поставив сушиться в коридоре зонт, презентованный Марией Николаевной, Ника пошла посмотреть, что там случилось. А случилось то, что по всей кухне валялись куски недожаренной курицы, стремительно поглощаемые собакой, а на кафельном полу красовались пятна горячего жира.

– Сейчас уберу. – Она хотела сходить в ванную за тряпкой, но Ярослав ее опередил, закинул сковородку в раковину, достал швабру из-за занавески и взялся сам вытирать пол.

– Ник, ты бросай баловаться куревом, Александру Георгиевичу это очень не понравится. Если ты не заметила, он за здоровый образ жизни.

– Заметила, – забравшись на табурет с ногами, чтобы не запачкать носки жиром, Ника уткнулась носом в колени, наблюдая, как парень елозит по полу шваброй, и невольно улыбнулась. – После обмена телами до сих пор не могу есть мясо, ну разве что сосиски.

– Так вот почему он литрами пьет кофе. – Ярослав выпрямился и выжидающе посмотрел на нее, похоже, надеясь услышать клятву больше не прикасаться к сигаретам.

– С чего ты вообще взял такую глупость про курение?

– У тебя волосы пахнут дымом.

– Правда? – перекинув хвост на плечо, Ника взяла волосы в пучок и понюхала. – Фу-у-у! Это твоя мама курила, а я сидела рядом, вот и продымилась. – Соскочив со стула, она пошла обратно в коридор.

– Ты была у мамы? – Ярослав последовал за ней.

– Ну да. У тебя фен есть? Хочу помыть голову.

– В ванной, под зеркалом. А зачем ты к ней ходила?

Взявшись за ручку двери ванной, Ника удивленно оглянулась:

– Она еще в прошлый раз приглашала, а сегодня настроение было подходящее, вот и зашла. А что, нельзя? Если так, ты скажи, и я больше не пойду, хотя мне очень понравилась ее жареная картошка.

Парень молчал. Она пожала плечами и, закрывшись в ванной, первым делом проверила стиральную машину на наличие программы сушки стираного белья. Теперь и она чувствовала, как от всей одежды пахнет дымом, и не хотела выслушивать лекцию о вреде никотина от Красина и Романа Евгеньевича.

– Как она?

Ника улыбнулась. Она слышала, как Ярослав привалился к двери. Так-так, кого-то пробрало упоминание о жареной картошке, видимо, не она одна на ней выросла.

– Одинокая женщина, вместо друзей – опостылевшая работа, а так нормально. – Найдя искомую программу, Ника разделась, запихнула одежду в стиральную машинку, выставила режим, запустив стирку, забралась в ванну, включила душ и сквозь его шум заговорила громче, чтобы парень ее услышал. – Это не все новости. Знаешь, с кем я разминулась в ее подъезде? С твоим отцом. Он у тебя, часом, не депутат? Ездит на бронированной машине с охраной и водителем.

Смывая шампунь с головы, девушка прислушалась к тишине за дверью.

– Откуда ты знаешь, что это был он?

Ой-ой, кажется, дядечка правильно сделал, что сначала пошел к Марии Николаевне, а не прямиком к сыну. Если у Яра характер отца, а судя по всему, так оно и есть, их первая встреча может стать последней.

– Ника!

Она вздрогнула, услышав гневный рык, и с перепугу уронила в ванну гибкий душ. Подобрав, повесила его на место и выключила воду.

– Твоя мама сказала, – обмотавшись полотенцем и взяв в руки фен, Ника открыла дверь. Копна блестящих каштановых волос упала ниже талии. – Ты чего так кричишь?

Ярослав потерял дар речи.

Именно на это она и рассчитывала. Пусть лучше смотрит на нее, чем думает об отце. Парень судорожно сглотнул и прошелся по ней взглядом, заставив смутиться и покраснеть от ушей до самых пяток.

– Где у тебя розетка? – Она покрутила перед его носом феном, в очередной раз переключая внимание парня. На этот раз с себя на технику.

– В спальне… – Он осекся и, к ее удивлению, тоже покраснел. – Нет, лучше сушись в гостиной… И, Ник…

– Да?

– Больше так не делай, я ведь не железный.

Стянув с себя футболку, Ярослав надел ее на Нику прямо поверх полотенца и принес свои штаны.

– Держи.

Пока она одевалась в ванной и подкручивала штаны, чтобы в них можно было ходить, он собрал разбросанные по полу подушки и закинул на диван, рядом с которым обнаружился удлинитель.

Устроившись поверх подушек и свесив волосы на один бок, Ника включила фен. Парень сел к ней спиной за компьютер и усиленно делал вид, что работает, но она видела, что он следит за ее отражением в мониторе.

Кроме гудения фена было слышно, как на кухне Барбос с довольным урчанием грызет кости – все, что осталось от несчастной курицы и ужина Ярослава.

– Какой он?

Ника знала, что Ярослав долго не вытерпит и начнет задавать вопросы.

– Я видела его всего несколько секунд, но впечатление он произвел сильное.

– Чем? – Парень не выдержал и развернулся к ней.

– Не знаю. Так порой бывает: видишь человека, чувствуешь его суть, а в двух словах объяснить не можешь. – Ника замолчала, размышляя, сказать – не сказать, и решила, что он все равно узнает. – Ты похож на него.

Парень побледнел, зеленые глаза сверкнули гневом.

– Интересно чем?

Она не боялась его злости, больше не боялась. Ярослав был вспыльчивым и ревнивым, а еще – ужасным собственником, но при этом быстро отходил, умел добиваться чего хочет, а ответственность у него не перла разве что только из ушей. Вон даже Барбоса не стал ругать за то, что остался без ужина, понимая, что голодное животное ни в чем не виновато.

Выключив фен, Ника подошла к парню, села ему на колени, обняла за шею.

– Сам поймешь при встрече, – шепнула, почти касаясь его губ и легко целуя.

Его ответный поцелуй был лишен всякой нежности. Руки Ярослава оказались под футболкой, гладя ее спину и крепко прижимая, чтобы не отстранилась. Она обняла его еще крепче, чувствуя через тонкую ткань футболки твердые мускулы парня и жар, идущий от его тела. От охватившей истомы кружилась голова. Зарывшись пальцами в густую шевелюру Ярослава, Ника страстно отвечала на поцелуи, легко раскачиваясь на нем в древнем, как мир, движении.

– С огнем играешь, – прошептал он между поцелуями.

– Знаю. Но давай подождем до моих восемнадцати.

– Конечно. – Парень взял ее за бедра и с силой прижал к себе, давая понять, как ему не терпится сделать ее своей девушкой по-настоящему.

Острое, почти болезненное чувство пронзило ее, сразу отрезвив. Осознав, что заигралась и ступила за опасную грань, Ника испуганно дернулась и чуть не упала. Ярослав улыбался, легко поддерживая за талию только для того, чтобы ей было удобно сидеть на нем.

– На тренировку опоздаем, – как ни в чем не бывало кивнул он, указывая на часы на стене, показывающие половину девятого вечера. – Что с твоими вещами?

– Сушатся. Пойдем, сделаю тебе что-нибудь легкое на ужин.

И Ника умчалась на кухню жарить яичницу и заодно остудить пылающие щеки и унять бешеное биение собственного сердца.

– Итак, все в сборе, – Александр Георгиевич прошелся перед учениками, рассевшимися на матах. – Ника, удалось что-нибудь выяснить про воспитание оборотней?

В этот поздний час в клубе, кроме них, никого не было. Собственно, поэтому и решили собираться в девять, раньше все залы были заняты. Она и не подозревала, что занятия здесь так популярны, пока не увидела сегодня, как отказали двум мальчишкам из-за того, что все группы переполнены.

– Нет, и приобретение книги отодвигается на неопределенное время. – Ника не стала говорить, что книгу, причем не одну, а сразу несколько, ей пообещали в обмен на амулет. Она хотела достать его сама, а уж если не справится, то будет просить помощи у тренера. – Но я могу рассказать все, что о них знаю, чтобы вы имели хотя бы приблизительное представление.

– Мы слушаем тебя очень внимательно. – Красин сел напротив них рядом с Романом Евгеньевичем.

Полковник босиком и в кимоно являл устрашающее зрелище, особенно если учесть, что он собрался изучать технику Красина наравне с ними. Ярослав не без опаски поглядывал на мужчину, уже зная, кому он достанется в напарники.

Ника начала рассказ, выуживая из памяти все, что прямо или вскользь слышала от бабушки. Для начала повторила историю деления населяющих мир существ на магическое сообщество и обычных людей, которую рассказывала близнецам на даче, а потом перешла к сути самой проблемы.

– Оборотни предпочитают селиться кланами по видам зверей, в которых оборачиваются. В нашей стране самый многочисленный клан волков, еще есть клан медведей, за Уралом, но их очень мало. Были тигры, но они переселились в Индию из соображений безопасности. Там же проживают пантеры и обезьяны. И дальше по географии. Чем меньше оборотни отличаются от животного мира той страны, в которой проживают, тем меньше они привлекают внимание, а значит, больше шансов сохранить их существование в тайне. В остальном они ведут обычную жизнь, практически ничем не отличаясь от обычных людей.

Она пока не стала вдаваться в сложные взаимоотношения оборотней с магией. Сейчас главное – научить брата с сестрой жить в социуме безопасно для себя и окружающих.

– Получается, если Даша и Денис вздумают погулять в своей второй ипостаси, у окружающих сразу возникнут ненужные вопросы? – Красин окинул задумчивым взглядом притихших близнецов.

– Мы с Дашей наткнулись в лесу на туристов. Пришлось сочинить целую историю, будто я – дочь богатых родителей, которой подарили пантеру вместо обычной кошки. Этому поверили раз, поверят другой, а потом поползут слухи, и тогда жди в гости ветеринаров и службу по надзору за домашними животными, ограничивающими содержание хищников в квартирах.

– Так нам что теперь, в Индию переехать? – возмутился Денис.

– В идеале – да. – Ника глянула на друга. – Невозможно быть оборотнем и провести всю жизнь в человеческом обличье – это верный путь в психушку.

– Но я не хочу никуда переезжать. – Даша говорила тихо, и, чтобы ее услышали, Денису пришлось прекратить сопеть. – Тем более, в Индию. Мне учиться нужно, и родители не поймут… – Тут девушка мило покраснела и опустила глаза. – А мне замуж тоже за оборотня нужно выходить?

Все перевели взгляды на Нику. Отлично, теперь она должна быть сводней. Нет уж, увольте.

– Совершенно не обязательно. Но если ты хочешь, чтобы дети были оборотнями, то и отец должен быть таким же. У тебя не хватит процента генов, чтобы передать им свою способность, а если выйдешь замуж за человека, они никогда не узнают об упущенной возможности.

– Плюс ко всему возникнет другая проблема, – заговорил Роман Евгеньевич. – Придется всю жизнь врать близким людям. Поверьте моему опыту, это не улучшает взаимопонимание в семье и чаще всего заканчивается разводом. Но давайте пока забудем об этом и перейдем к главному – как научить оборотня подавлять агрессию.

– Никак, – это уже Красин. – Нужно научиться сбрасывать ее под полным своим контролем. – Тут он картинно закатил глаза и запричитал, как последний скряга: – Чую, разорюсь я с вами на порванных в клочья матах. Ну что, начнем? Чем больше наделаем ошибок во время тренировок, тем быстрее придем к нужному результату. А Ника потом напишет об этом книжку и выложит ее в Интернет, чтобы больше никто, как мы, не мучился.

Александр Георгиевич одним плавным движением встал на ноги и, поманив всех к себе, обратился к Ярославу:

– Пока вас ждали, Денис рассказал о драке в астрале, поэтому твоя задача – подстраховать его и Дашу, если они туда вывалятся.

Парень кивнул, и Красин обратился к Нике:

– Ты должна следить, чтобы котята не поубивали нас с полковником. Справишься?

Все возражения застряли у нее в горле, когда девушка столкнулась взглядом с тренером. Красин был уверен, что ей по силам в последний миг остановить смертельно опасных хищников и не допустить убийства, и она поверила, что сможет это сделать, поэтому, ничего не ответив, просто кивнула.

– Вот и умница.

Полковник выбрал себе в напарники Дениса. Парень судорожно сглотнул, покосился на Красина и Дашу. Не найдя у них поддержки, подошел ближе к Роману Евгеньевичу и, без предупреждения получив удар в лицо, рухнул на маты. Из рассеченной губы потекла кровь. Смахнув ее рукой и ощупав языком рану, парень очумело уставился на мужчину.

– Вы чего? – Денис сделал попытку встать и опять упал, получив удар ногой по ребрам.

– Шевелись, если не хочешь превратиться в отбивную. – Полковник подошел к нему почти вплотную. – И учти, я получил от твоего отца разрешение делать с тобой все, что посчитаю нужным.

Удар, за ним еще и еще. Денис не успевал подняться на ноги, катаясь по матам в попытке увернуться. У полковника не было мягкости и плавности движений, как у Красина. Роман Евгеньевич наносил жесткие, направленные удары, всегда достигающие цели. Его учили убивать, быстро и с минимальными физическими потерями. Ника с ужасом следила за избиением Дениса, начисто забыв о Ярославе, сидящем в трансе в позе лотоса, и полностью выпустив из вида Дашу, – как оказалось, напрасно.

Бросок пантеры она заметила боковым зрением и едва успела выставить щит между ее клыками и горлом полковника. Красин ухватил за хвост разъяренную кошку, почуявшую запах крови, отшвырнул ее на маты и дал деру.

Ника только сейчас поняла, что сегодняшнее избиение Дениса было устроено специально, чтобы спровоцировать Дашу. Она и подумать не могла, что подруга окажется в десятки раз кровожадней брата. Вот тебе и тихоня! Причем девушка в облике зверя прекрасно осознавала, кто она такая, и специально перекинулась, чтобы быть сильнее и быстрее Красина и Романа Евгеньевича.

Мужчины только успевали отдергивать ее друг от друга, словно нарочно доводя до бешенства. Денис, не сумев встать, отполз в сторону и расширенными глазами наблюдал за происходящим. Ника взмокла от невероятного напряжения: следить за схваткой титанов и пантеры и быть готовой вовремя среагировать, если им будет грозить реальная опасность, – не самая легкая задача. Пару раз ее щиты оказались весьма кстати. Даша быстро сообразила, кто мешает ей поквитаться с обидчиками брата, и, кинувшись на подругу, напоролась на невидимую стену, выставленную Ярославом для защиты Ники. Пантера ударилась об нее со всего маху, взвизгнула от боли, отлетела на маты, вскочила и… бросилась на Яра.

Время неожиданно замедлилось. Нике хватило доли секунд, чтобы перегородить Даше дорогу и защитить парня, находящегося сейчас в астрале. Вскинув руки, она ударила пальцами в точки на груди пантеры. Даша рухнула, пару раз дернулась и замерла, глядя на нее выпученными от удивления глазами.

– Убью, если тронешь его хотя бы когтем.

Слова прозвучали в абсолютной тишине. Подняв взгляд, Ника увидела, что запыхавшиеся полковник и Красин уставились на нее, кто с изумлением, кто с пониманием.

– Похоже, нашего полку прибыло. – Александр Георгиевич улыбнулся.

– Где ты этому научилась? – Роман Евгеньевич подошел к ней, взял ладони и осмотрел пальцы, опасаясь, что она их переломала. Шутка ли – одним ударом остановить стокилограммовую махину, несущуюся на тебя со страшной скоростью.

Ника сама с изумлением смотрела на свои руки.

– Я знала, куда бить, но не думала, что получится. Я никогда раньше этого не делала. Даша, ты как? – Рухнув на колени рядом с подругой, ощупала ее грудь, прислушиваясь: на самом деле что-то хрустнуло или ей только показалось? Полковник опустился рядом и двумя касаниями снял поставленный блок.

Пантера встрепенулась, вскочила на ноги, подошла к валяющемуся на полу кимоно, схватила его зубами и потрусила в раздевалку. Кажется, с ней все было в порядке.

– Обалдеть, Ника, – очнулся Ярослав. – Ты бы видела себя в астрале.

От возбуждения у него горели глаза.

Красин помог Денису подняться, подтащил парня поближе к остальным и опять усадил на маты.

– Расскажи, нам всем интересно знать, – попросил он ученика.

– Она выбросила вперед астрального двойника и переместила к нему тело, нанеся Даше двойной удар. – Яр с укоризной глянул на нее: – Ты могла ее убить.

– Надо было дать ей перегрызть тебе горло?

– Я мог защитить себя.

– А ну без ссор. – Полковник утихомирил всех и сразу. – Мы здесь собрались, чтобы выявить ваши способности и научить ими пользоваться без вреда для окружающих. Ярослав, получается, Вероника продемонстрировала феномен телепортации?

– Выходит, что так.

– Я что-то пропустила? – Даша вернулась в зал и, подойдя к ним, села рядом с братом.

– Ника только что научилась телепортироваться. – Денис, несмотря на разбитое лицо, ухмылялся от уха и до уха.

– Я тоже хочу. – Даша встрепенулась. Ничего в ее облике не говорило, что пять минут назад она была готова хладнокровно убить всех присутствующих.

Роман Евгеньевич с Красиным переглянулись, словно им было известно что-то такое, чего не знали остальные.

– Что? – Темные брови девушки изогнулись в удивлении.

К полной неожиданности всех присутствующих полковник покраснел и бросил умоляющий взор на Красина, предлагая ему объяснить происходящее.

– Кхм… – Александр Георгиевич кашлянул в кулак, пытаясь побороть собственное смущение. – Даша, прости меня ради бога, но когда ты в последний раз была с мужчиной?

Девушка покраснела, словно вишня. Ника почувствовала, как у нее самой запылали уши. Разве можно обсуждать такие вещи при посторонних? Но, как выяснилось, не только можно, но и нужно.

– Это не праздное любопытство, просто вырисовывается закономерность: Денис завелся в клубе из-за девушки, ты сейчас ни с кем не встречаешься, а Вероника пришла на занятия, взвинченная до предела. Из чего я могу сделать вывод, что мой ученик – полный остолоп, если до сих пор не сообразил, что с ядерной бомбой нужно обращаться крайне осторожно, потому как не знаешь, где и когда она рванет. Вся ваша неконтролируемая агрессия – от переизбытка гормонов.

Ярослав покосился на нее и радостно улыбнулся. Ника пихнула его в бок, чтобы даже и не надеялся. Можно подумать, она не поняла, почему он так обрадовался.

Александр Георгиевич обвел их строгим взглядом, призывая быть серьезнее.

– Предлагаю отныне тренировки начинать с часовой медитации. Я передвину время занятий в группах, чтобы освободить нам зал пораньше. И еще: Вероника, Даша, Денис и ты, Ярослав, с завтрашнего дня записываетесь на танцы, мне без разницы, какие, на ваш выбор, но чтобы они вам нравились и занятия проходили не меньше трех раз в неделю – это важно для стабилизации вашего эмоционального состояния.

– У меня учеба в университете начнется через неделю, кода я все успевать буду? – возмутилась Ника не столько из-за предполагаемой загруженности, сколько из-за собственных соображений. Когда ей учиться у Настасьи Валерьевны, если все время будет посвящать другим занятиям?

– А ты осваивай телепортацию. – Александр Георгиевич говорил так, словно предлагал ей научиться кататься на велосипеде. – Тогда везде успеешь.

– Вы серьезно? – Не у нее одной глаза на лоб полезли от удивления. У Дениса отвисла челюсть, а Даша смотрела на Красина так, словно он пророк и только что изрек великую мудрость.

Он же, не замечая их ошалелых лиц, продолжал убеждать в пользе телепортации.

– Ты сделала это один раз, значит, сможешь повторить, если будешь постоянно тренироваться. Заодно и нас научишь. – Александр Георгиевич подмигнул ей и в следующее мгновение опять стал серьезным. – А теперь все сели в позу лотоса, тебя, Роман, это тоже касается, закрыли глаза и представили себя на берегу моря…

Оглавление

Обращение к пользователям