Эпилог

Ника загнанной лошадью металась по всей кухне. Помешать соус, убавить газ под кипящей картошкой и жарящимся мясом. А еще вручную помыть гору посуды.

– Ника, не суетись. Все успеем. – Даша подняла взгляд от разделочной доски, на которой нарезала овощи.

Перестав метаться по кухне, Ника глянула на часы и от досады всплеснула руками.

– Гости приедут через час, а у нас еще ничего не готово.

– Все готово. Просто осталось разложить салаты по тарелкам, нарезать сыр с колбасой и все украсить. И вообще… – Пантера встала из-за стола, взяла подругу за плечи и вытолкала из кухни. – Мы с Ниной доготовим, а ты приводи себя в порядок, а то похожа на кикимору болотную.

Подруга была права. Праздничные приготовления продолжались уже три дня, хорошо хоть Нина с Дашей во всем помогали Нике, а то бы она давно пала, как загнанная лошадь.

– Иди. – Даша со смехом подтолкнула ее к лестнице.

Ее день рождения решили праздновать на базе из чисто практических соображений. Двухкомнатная квартира Ярослава физически не могла вместить всех приглашенных, а Ярослав наотрез отказался от предложения Киры даже на время увеличить его жилплощадь до необходимого размера.

Это была основная причина. Но имелась и другая, о которой все участники недавних событий старались не слишком часто вспоминать.

Город гудел, как растревоженный улей. И после того, что случилось в клубе, Роману Евгеньевичу пришлось заминать скандал на самом высоком уровне. Кира по секрету призналась, что старейшинам тоже пришлось вмешаться, иначе бы их всех упрятали за решетку. Кому-то из нужных людей подправили воспоминания, кому-то дали взятку, и вся шумиха постепенно улеглась. Причину взрыва списали на утечку газа, объявив в прессе, что теракт оказался вымыслом не слишком честных журналистов.

А всю компанию отправили отдыхать на туристическую базу. Даже Ярославу дали увольнительный на неделю. За это Ника расцеловала Романа Евгеньевича в обе щеки, ужасно смутив полковника.

В комнате, которую они раньше делили с Дашей, а теперь жили с Ярославом, Ника достала из шкафа полотенце и отправилась в ванную, только сейчас поняв, как сильно устала.

– Кто бы знал, что собственный день рождения станет настоящим испытанием, – проворчала она, становясь под прохладный душ.

Вода сняла усталость. А когда Ника высушила и уложила волосы, накрасила глаза и переоделась в новое платье, то ощущение праздника посетило и ее.

Сбежав вниз, девушка застала Сергея и Дениса, расставляющих дополнительные столы и стулья.

Турбазу выкупили старейшины, и теперь она полностью принадлежала детям. В будущем планировалось переоборудовать ее в частную школу, а пока здесь царил сущий бардак. Два домика подчиненные Романа Евгеньевича переоборудовали в походные госпитали для легкораненых. Хвала богам-покровителям, в той заварушке никто не погиб и серьезно не пострадал.

– Разве мы все здесь поместимся? – Денис с легкостью поднял дубовый стол и поставил к двум другим.

– Понятия не имею. – Сергей вынес из кухни стулья, увидел девушку на лестнице и улыбнулся поджившими губами. Глаз у него тоже уже почти зажил, опухоль спала, и на месте сходящих синяков проступила желтизна. Оказывается, ее друзья тоже принимали активное участие в штурме клуба и ужасно этим гордились. – Ник, сколько будет гостей? Может, поставим столы на улице?

– О-о-о, как я сама до этого не додумалась?

– Получается, мы зря их сюда тащили? – Денис с досады сжал кулаки.

– Не зря. Зато убедились, что в гостиной мало места. – Сергей так и не поставил стулья, продолжая держать их в руках. – Сколько гостей ты пригласила?

– Мы с Ярославом, – Ника стала загибать пальцы, – Сергей Александрович. Александр Георгиевич, Кира. Одиннадцать наших мелких, вы, Даша, Нина. Роман Евгеньевич со своими офицерами и те ребята, что выздоравливают здесь на базе. Их пригласил Ярослав. – Девушка насчитала уже тридцать одного человека. А ведь приедет еще мама Ярослава, весь клан Воронцовых, Настасья Валерьевна и Кондратий Иванович. Получалось очень много. – Рассчитывайте где-то человек на пятьдесят.

– Сколько?!

Лица у парней вытянулись от удивления.

– Вы решили одним разом отпраздновать и свадьбу?

Ника покраснела.

– Мы еще не подали заявление, мне только сегодня исполнилось восемнадцать.

– То есть нам придется пережить это нашествие еще раз? – Денис пришел в ужас и наверняка впервые пожалел, что его оправдали по всем статьям. Таскание столов – это полбеды. Кошмар начнется, когда вечером за ним начнут гоняться все девицы, находящиеся на территории, – здесь пока еще были отдыхающие, которые оплатили путевки еще до того, как базу выкупили. Звериный магнетизм парня набрал полную силу, сделав его чертовски привлекательным для противоположного пола. У Сергея тоже будут схожие проблемы. Только ему придется весь вечер отгонять парней от Даши. Может, хотя бы это подтолкнет его с ней объясниться.

– Ой, Сергей, прости, я забыла про твоих друзей. Так что будет человек семьдесят.

Парни взвыли.

– О чем мы думали, полагая, что разместимся за тремя столами? – Денис с тоской глянул на друга. – Потащили все на улицу.

Ника вернулась на кухню, где хозяйничали Нина с Дашей. Глядя на бывшую девушку Ярослава, она больше не испытывала ревности. Она знала, что у них состоялся разговор. Ярослав пришел хмурый, задумчивый, завалился на кровать и, закинув руки за голову, долго молчал, глядя в потолок.

Ника от волнения искусала себе все губы и, так не дождавшись от него ни единого слова, выключила свет, тихонько прилегла на самый краешек кровати и свернулась калачиком, чтобы не мешать.

Проснулась утром под одеялом в крепких мужских объятиях. Ярослав спал и впервые за много дней выглядел расслабленным. Будто у него из души исчезла сильно сжатая пружина, державшая его в постоянном напряжении.

После разговора с бывшим парнем Нина тоже изменилась. Словно этот разговор освободил ее от рабства. Колдунья стала улыбаться, все чаще слышался ее смех, и хотя она все еще робела в присутствии парня и старалась лишний раз не попадаться ему на глаза, с Никой у них постепенно складывались добрые отношения.

– Я вернулась, чем помочь? – Стряхнув воспоминания, Ника улыбнулась подругам. Да-да, с недавних пор она и Нину причислила к своим подругам. Просто в ней самой было столько счастья, что невозможно было держать его в себе.

Сначала девушка решила, что это побочный эффект беременности, но Кира объяснила, что старейшины приняли от Сергея Александровича заявку на выделение ветви его рода в самостоятельную семью… только на роль патриарха всерьез рассматривают не его, а Ярослава, и Ника просто ощущает отголоски его силы.

Эта новость стала для них с парнем сродни взрыву водородной бомбы. Ярослав бесновался, проклинал отца, но не мог отрицать, что после заварухи в клубе между ними протянулись прочные связующие нити. И с каждым разом ему было все трудней игнорировать попытки Сергея Александровича наладить отношения. И хотя Ярослав все еще кривился от одной мысли, что у него может быть отец, Ника подозревала, что их примирение – вопрос времени.

– Ничем помогать не надо. – Даша оторвалась от плиты. – Сядь, выпей чаю и не мешай, а то платье испачкаешь.

Ника послушалась, села за оставшийся единственный столик. Нина поставила перед ней чашку и тарелку с салатом и села напротив вырезать розочки из редиски.

– Ты с утра ничего не ела и если не подкрепишься, окосеешь от первого же бокала шампанского.

Ника с шумом вздохнула. Обеспечение праздника алкоголем взял на себя будущий свекор. Все равно клубы ему пришлось закрыть «до особого разрешения властей». Сейчас там проходили глобальные аудиторские и налоговые проверки. Фээсбэшники искали доказательства незаконной деятельности, но все, что могло каким-то образом навредить колдуну, «случайно» сгорело во время пожара.

Ну а чтобы запасы алкоголя и продуктов не пропали и их не растащили ушлые сотрудники, Сергей Александрович перевез все сюда, по сути оплатив весь пир. Так что смело можно было праздновать и день рождения, и свадьбу, и еще кучу других праздников.

Пока Ника ела и пила чай, из города приехал фургон, доставивший торты. Их хотели внести в дом, но Нина велела отвезти все в административный корпус – там большие холодильники.

– Если я переживу этот день, возведу себе памятник. – Колдунья без сил рухнула на стул.

Даша рассмеялась.

– Погоди, сядем за стол, сразу забудешь об усталости.

Хлопнула дверь, в холле прозвучали шаги, и на кухню вошли два мрачных типа.

– Ярослав, сколько можно на меня злиться? – Сергей Александрович хмурился. Он не понимал недовольства сына.

Ника спрятала улыбку за чашкой, чтобы не злить парня. Он выглядел так, словно у него сейчас из ушей повалит дым.

Следом за ними вошел ухмыляющийся до ушей Красин, держа за руку смеющуюся Киру.

– Яр, хватит дуться. Это решение старейшин, ты обязан подчиниться.

– Никому ничем я не обязан!

Ника, Даша и Нина притихли и навострили ушки. Парень стремительно подошел к Нике, выхватил у нее из рук чашку и в два глотка допил чай.

– Вы не спросили, хочу ли я принимать на себя такую ответственность.

– У тебя нет другого выбора. – Кира заломила бровки домиком. – Или ты выгонишь на улицу ни в чем не повинных детей? Ты же сам видел отречения их родителей. Теперь малыши – твоя семья. Твои дети.

– Я ошиблась, – прошептала на ухо Нике Нина. – Памятник понадобится тебе. Еще не родила, а уже мама одиннадцати обормотов.

Ярослав, расслышав каждое слово, скривился:

– Кира, ну какой из меня отец? Максиму пятнадцать. Сергей младше меня на три года. Чему я, по-вашему, должен их учить?

– Всему, чему я учил тебя. – Красин тоже решил взять слово. – Чему ты учишь сейчас парней Романа. Не нужно пытаться заменить им родителей, бумаги необходимы только для того, чтобы узаконить твой новый статус.

– Нормально! – Даша тоже склонилась к уху подруги. – Его все-таки признали патриархом.

Ника это поняла по исходящей от парня силе и не понимала, как другие до сих пор не видят этот свет, яркий, ласковый, словно Ярослав превратился в солнце, рядом с которым всегда будет тепло и в лучах которого отогреются и обретут счастье самые холодные и очерствевшие души.

Встав из-за стола, Ника подошла к любимому, молча обняла за талию и спрятала лицо на его груди.

«Ты справишься, а я тебе помогу».

Ярослав тоже обнял ее, уткнулся носом в макушку и вздохнул, смиряясь с неизбежным.

«Сашу скоро признают старейшиной».

Ника не удивилась. Все к этому шло.

«Поэтому всю ответственность на тебя переложили?»

«Угу».

«И что теперь?»

«Придется очень быстро многому учиться. Я ведь не умею и половины из того, что умеет Саша. Приму клуб, придется заниматься переоборудованием базы в школу, успевать вести занятия и там, и здесь. И никто не отменял мой контракт с военными… Ник?»

«Мм?»

Ей было все равно, насколько глупо они выглядят, стоя обнявшись посреди кухни.

«С днем рождения!»

Девушка улыбнулась.

Могла ли она мечтать о лучшем подарке?

Наверное, нет!

Оглавление