Глава 23. Праздничный геморрой

Золотой шатер отбрасывал царственные отсветы на толпу в сорок с лишним человек гостей. Диджей Духман поддавал жару.

Его оборудование состояло из айпода, тонкого черного провода, наушников с микрофоном и колонок размером с холодильник. Его «кабинку» – покрытый бронзовыми пластинами, разрисованный иероглифами саркофаг на черных лакированных львиных лапах, – отодвинули в самый дальний угол шатра: Клео жаловалась, что от него несет бананами. А бананов она, очевидно, не выносила.

«Надеюсь, она любит вечеринки в египетском стиле и восточную жрачку…»

– А впереди у нас очередной конкурс, и он начнется через пять минут! Отсчет поше-ел… – объявил Духман. Радужные дреды свисали вокруг его бледного, как тесто, лица, точно сдувшиеся шарики. Он прокрутил свой плейлист, «The Time» стихло, сменившись Бруно Марсом.

Мелоди сидела в одиночестве на кресле, задрапированном золотой тканью, за столом, накрытым золотой скатертью, и смотрела на гостей. Танцевать ей сегодня хотелось едва ли не меньше всего. Еще сильнее ей не хотелось только одного – потерять Джексона. Ну ладно, хорошо хоть остальные все веселятся. Юлия Фелпс зажигала вовсю с Хэйли и остальными бывшими подружками Бекки. Трое мальчишек-ЛОТСов, которых она помнила по встречам дома у Фрэнки, выстроились паровозиком с тремя девчонками-нормалками из безлактозной зоны. Руки, унизанные браслетами, колыхались в воздухе, непринужденно соприкасались тела, одетые в яркие, не подлежащие стирке ткани. Нет, конечно, большинство ЛОТСов в глаза не бросались, а самые заметные всячески старались замаскироваться. И все-таки для города, населенного «узколобыми нормалами», все смешивались так же хорошо, как полиэстер и хлопок.

Клео пальчиком поманила с танцпола Мейсона Анджера. Долговязый баскетболист пошел за ней послушно, как огромный дог за малышом. Десять минут в обществе экзотической красавицы, и он уже был весь ее – так же, как драгоценный венец на лбу, золотые шелковые шаровары и рубиново-алое платьице без лямок.

Мелоди промчалась мимо фотовыставки – все фото Клодин, начиная с младенчества, – и успела остановить парочку до того, как они выскользнули из шатра.

– Что-нибудь нового слышно? – спросила она, перекрикивая орущую музыку.

Царственные голубые каблучки Клео с визгом затормозили у стола с подарками.

– Да если бы я услышала что-нибудь новое, разве бы я стала?.. – Она кивнула в сторону Мэйсона.

– Да я не про Дьюса! – перебила Мелоди. – От Клодин ничего не слышно? Надеюсь, с ней все в порядке! Ни на одну из моих эсэмэсок она не ответила.

Клео ухмыльнулась.

– Не топорщь перышки! – сказала она, подпустив шпильку в адрес украшенного перьями платья Мелоди и соответствующего украшения в волосах. – Дини приедет на свою вечеринку, и ничто ее не остановит!

– Но она же опаздывает уже на час, даже больше! По-моему, некоторые парни уже собираются уходить…

– Ка! – бросила Клео, небрежно взмахнув рукой, унизанной кольцами. – Парни всегда уходят. Давай привыкай. Я же вот привыкла?

Она потянула за собой своего дога и удалилась.

Мелоди хотелось завопить: «Я не собираюсь привыкать! Я буду бороться до конца. Я не как ты, я не сдамся! И неважно, сколько раз мне придется потерпеть поражение. По крайней мере, до завтра я не сдамся точно!» Но нет, с нервным срывом придется подождать. Пока что главное – найти Джексона… Хотя он, похоже, не очень-то хочет найтись.

План был такой: изложить свой призыв к миру и дружбе вместе с поздравлением Клодин. Сказать пару слов в честь именинницы, а потом убедить всех жить дружно и вернуть в Мерстон госпожу Дж.

Клео ей говорила, что самолеты мистера Д ждут с отлетом до закрытия аэропорта, чтобы их не заметил радар. Мелоди узнавала: последний официальный рейс вылетает только через три часа. Есть еще время сманипулировать толпой, заставить их отправиться в аэропорт и остановить самолет. Главное, чтобы пришла наконец Клодин…

В кишках забурчало. Мелоди схватилась за живот. Эта жизнь на краешке стула была не на пользу ее пищеварению. Как и запах лука, изюма и корицы, которым благоухали подносы, подаваемые Бебом и Гасиной.

– Ну что, народ, кто готов к новому конкурсу? – провозгласил диджей Духман.

– Ур-ра-а! – откликнулась разгоряченная толпа. Все гости, кроме шестерых парней, которые прятались возле стендов с фотографиями, заверили диджея, что они готовы.

– Ага! А-атлично! Значит, так. Леди, выходим сюда и ищем парня… который… кружит… вам… голову!!!

Из динамиков грянуло «Whip My Hair»[29] Девчонки принялись стягивать с волос резинки и отстегивать заколки. К тому времени, как зазвучал текст песни, они уже вовсю мотали головами, точно Уиллоу Смит. Еще чуть-чуть – и шатер бы точно снесло.

Мелоди невольно спросила себя, что бы она стала делать, если бы здесь был Джексон. Нет, им все-таки подобные развлечения не по вкусу – они бы, наверное, просто смотрели со стороны и хихикали, когда у соревнующихся начнут кружиться головы и они станут натыкаться друг на друга. Или они могли бы…

– Ву-ульф! Ву-ульф! Ву-ульф! – взвыла шестерка парней.

«Клодин! Приехала все-таки!»

Чем скорей Мелоди поприветствует виновницу торжества, тем быстрее она произнесет свой тост и сможет остановить самолет госпожи Дж. Конечно, ее побуждения выглядят немного эгоистично, но, если смотреть в дальней перспективе, ее стремление объединить Салем пойдет на пользу им всем.

Мелоди выбежала наружу и махнула Клео, которая была у вяза, растущего неподалеку от шатра.

– Она здесь!

Мумия в ответ предостерегающе вскинула палец – мол, секундочку! Она разговаривала по телефону, расхаживая взад-вперед, а Мэйсон прислонился к стволу, обмотанному золотой тканью, и ковырял ногти.

– Ву-ульф! Ву-ульф! Ву-ульф!

Несмотря на приход Клодин, на танцполе по-прежнему было не протолкнуться. Мелоди еще раз помахала Клео, но та указала на телефон и показала большой палец. Дьюс наконец-то позвонил, и Клео улыбалась так ослепительно, что это, будто прожектором, озаряло тот факт, что Джексон так и не позвонил.

«Don’t let haters get me off my grind, keep my head up and I know I’ll be fine…»[30]

Песня почти закончилась. Все, что надо было сделать Мелоди, – это подойти к Клодин и привлечь всеобщее внимание, прежде чем диджей врубит очередной трек. Тогда она сможет произнести свою речь, и у нее будет достаточно времени на то, чтобы увести всех в аэропорт и остановить самолет госпожи Дж.

У нее открылось второе дыхание, и она принялась прорываться к шестерке завывающих нормалов. Мелоди быстро сообразила, что это – те самые гады, которые сорвали ее затею с подачей заявления, уговорив всех подписаться фальшивыми именами. Но Мелоди держала язык за зубами. Ничего, скоро она их приструнит!

– Простите, простите… – повторяла она, пробираясь сквозь кучку парней. Однако красавицы с каштановыми волосами нигде не было видно. Зато с гигантского холста отовсюду смотрели ее фотографии. Вот Клодин – лысая новорожденная, вот младенец, сосущий свой пальчик, вот лопоухая малышка, еле научившаяся ходить, вот она в костюме супергероя, вот танцует чечетку, вот уже подросток в рабочем поясе с инструментами… И на каждой из фотографий она выглядела все прелестнее и прелестнее. По крайней мере, эти фотографии были прелестны до того, как сюда явились эти парни.

Ручкой, привязанной к книге отзывов, они подрисовали на руках Клодин длинные когти. Изо рта у нее торчали клыки, лицо было покрыто клочковатой шерстью.

Мелоди судорожно сглотнула – ее чуть не стошнило баба-ганушем[31]. Как она могла допустить такое?!

– Ву-ульф! Ву-ульф! Волк! Волк! – орали мальчишки. Теперь они добрались до фотографии Клодин на выпускном балу в средней школе. Парень в тенниске с желтыми пятнами от пота намалевал у нее над головой полную луну и теперь подрисовывал белку, свисающую у нее изо рта.

Тут наконец прибежала Клео, сжимающая в кулаке изумрудные сережки.

– Где она? – крикнула Клео, по-прежнему держа у уха телефон. И тут она увидела фотографии. – О… мой… Геб… – пробормотала она и сбросила звонок.

Мелоди виновато отвернулась. Она прекрасно знала, что эти нормалы думают о ЛОТСах. Их поддельные подписи говорили об этом совершенно недвусмысленно. И все же она убедила их прийти! И не ради Клодин, а ради себя самой. Не затем, чтобы выручить госпожу Дж., а затем, чтобы спасти свои отношения с Джексоном!

Мелоди больше не могла стоять и смотреть на это безобразие. Она велела парням остановиться. Но они ее не слышали за криками диджея, который призывал соревнующихся «Повилять, как собачка хвостиком».

– Замрите! – приказала она еще раз. Но мальчишки продолжали рисовать. Единственными, кто застыл, были трое людей, стоявших позади них.

Госпожа Вульф, Ляля и Клодин.

 

[29]«Размахивай волосами». – Прим. перев.

[30]«Я не дам врагам сбить меня с ритма, держи голову выше, и все будет в порядке…» – Прим. перев.

[31]Блюдо восточной кухни – пюре из баклажанов, смешанных с приправами.

Оглавление

Обращение к пользователям