83

После многолетнего бездействия и без должного ухода соединения модулей открывались трудно, и почти всякий раз вместо автоматических приводов это делалось с помощью небольших монтажных судов, вооруженных манипуляторами, но совершенно беспомощных перед пушками и ракетами вражеской авиации.

Если на больших буксирах и тросовых кранах уже имелись наскоро врезанные артиллерийские башни, то на малых монтажниках ничего подобно сделать было нельзя. Поначалу они несли большие потери, но потом операторы догадались закрываться «клешнями», как они называли свои тяжелые манипуляторы, предназначенные для резки стальных конструкций.

Запускаемые урайскими перехватчиками ракеты отрывали монтажникам «клешни», однако сами операторы оставались живы и, пересев в другое судно, могли продолжать работу.

Помимо работы снаружи «Авроры» такая же лихорадочная деятельность происходила и внутри её модулей. Программисты, корректоры, генералы-теоретики и военные эксперты – все эти люди, забыв про сон и еду, работали каждый за троих, поскольку были вынуждены заменять отсутствовавших во время спуска на Парабеллу коллег. Как только очередной модуль станции вставал на место, его связисты налаживали каналы и тогда модули снова работали, как единый организм.

Время от времени рядом со стенами «Авроры» завязывались отчаянные драки авиационных соединений, и тогда в борта модулей впивались снаряды и ракеты с кумулятивными боевыми частями. Звучали аварийные сирены, и все свободные от смены обитатели станции бросались помогать ремонтным бригадам, потому что те выбивались из сил, ликвидируя все новые пробоины.

Прежде вычищенная до блеска, теперь «Аврора» походила на bpelemm{i бивуак отступающей армии. Повсюду валялись затвердевшие куски аварийной пены, упаковки мази от ожогов, окровавленные бинты и порванные кислородные маски.

Перебегавшие с яруса на ярус курьеры, возвращаясь по прежнему маршруту, часто не находили коридоров и помещений, бывших на определенном месте ещё час назад. Царившая внутри «Авроры» суматоха не позволяла вовремя оповещать всех об отключении того или иного модуля и его уходе с орбиты.

– Васкес! Васкес! Кто нибудь видел Васкеса?! – то и дело раздавались чьи-то обеспокоенные голоса. – Он же соединение с «КЕТ» не отработал, программа зависнет в любую минуту!

– Зачем же ты его отпускал, умник?!

– Да понос у него – приспичило! Побежал в гальюн… Стоп, а что это с нашим гальюном?

Искавший Васкеса офицер подбежал к столпившимся у двери заведения рабочим, которые на месте бывшего санузла сооружали новый охладительный контур.

– Эй, а куда вы людей направляете?! – начал догадываться начальник Васкеса.

– В «двадцать шестой», – указали ему на переход, который вел в сторону двадцать шестого модуля. Свет в нем был уже потушен, а переходный шлюз заглушен стальной перегородкой.

– Внимание, модуль под номером «26» отстыкован. Персоналу магистральных служб проверить разъемы и вентили! – прозвучало из динамиков громкой связи, и потерявший Васкеса офицер явственно представил себе счастливое лицо подчиненного, уплывающего от своего командира верхом на унитазе внутри отстыкованного модуля.

– Васкес!!! Васке-е-ес!!! – в отчаянии закричал он, но никто не отозвался на его крики, потому что вокруг был сумасшедший дом и программа могла зависнуть в любую минуту, оставив объект «КЕТ» без должной связи.

Оглавление