56

Лейтенант убежал, а Рахима отвели в отдельную камеру.

В ней пахло потом и отхожим местом, однако полковник был доволен, что машина завертелась. И потом, здесь, в камере полицейского участка, он чувствовал себя в большей безопасности, чем на городских улицах. Ведь там ему в каждом прохожем мерещился агент СИБ, который готов фанатически преследовать какого-то Лейбовича, за которого Рахима так неудачно приняли.

Пока полковник отдыхал в камере, лейтенант Паппер делал доклад своему начальнику:

– Так точно, сэр, негодяй был схвачен во время моего дежурства… Мои ребята постарались.

– А где он был схвачен? – поинтересовался начальник.

– Он был схвачен в дежурном отделении.

– В дежурном отделении? А что же он там делал?

– Я так понимаю, сэр, пытался проникнуть в наше расположение. Думаю, секретные документы архива подвергались серьезной опасности.

– Да уж понятно. С военной разведкой не шутят… Ладно, Паппер, вы можете отдыхать, а я сам дам этому делу ход.

Закончив разговор с лейтенантом, начальник тут же связался с собственным руководством.

– Слушаю, – пророкотало басом руководство.

– Это я, сэр, – сообщил начальник.

– Слышу, что ты, – вздохнуло руководство. – По какому делу беспокоишь? Важное что-нибудь?

– Важное, конечно важное, разве, если бы не важное, я бы посмел…

– Излагай…

– Шпиона поймали. Из примарской военной разведки.

– Да иди ты! – не поверило руководство.

– Истинная правда, сэр. Пытался проникнуть на территорию секретного архива, тут его мой лейтенант и скрутил.

– А-а! Так вот почему мне с утра докладывали о перестрелке возле старого элеватора. Значит, это твои воевали?

– Выходит, мои, – скромно согласился начальник лейтенанта Паппера.

– Хорошо. Ты отдыхай пока, а я сообщу сам знаешь кому.

– Слушаюсь, сэр.

Оглавление