ГЛАВА 28

Тони Николсон и так уже волновался, почти бесился, а тут еще он опаздывал из-за того, что трактор с прицепом перевернулся на дороге, ведущей из города. Он добрался до «Фермы кузнеца» только в половине десятого, и его знатные гости должны были появиться через полчаса, включая особо важную персону.

Тони позвонил из машины.

— Да? — ответил женский голос. Культурный. С британским выговором. Его помощница, Мэри Клер.

— Это я, М.К.

— Вечер добрый, мистер Николсон. Вы немного опоздали.

«Чтоб ты сдохла», — подумал Николсон, но промолчал.

Ворота раздвинулись и снова закрылись, когда его «кайман» въехал во двор.

Длинная подъездная дорожка тянулась почти на милю по открытому полю, затем ныряла в лес, состоящий в основном из орешника и дуба, и, наконец, приводила к главному зданию. Николсон поставил машину в старом каретном сарае и вошел в дом через патио.

— Я здесь. Я здесь. Извини.

Хозяйка этого вечера, красотка из Тринидада по имени Эстер, раскладывала кожаные карточки гостей на столике в холле.

— Что-нибудь от меня нужно? — спросил он. — Нет ли неожиданных проблем?

— Нет, мистер Николсон. Все идеально. — Николсону нравились на редкость приятные манеры Эстер. Они успокаивали его. — «Боллинже» уже на льду, сигары в увлажнителях, все девушки очаровательны и полностью подготовлены, а у вас, — она достала из кармана часы, ибо в доме их не было, — по крайней мере двадцать минут до появления первого из гостей. Они предварительно позвонили. Будут вовремя. Все полны… энтузиазма.

— Что ж. Прекрасная работа. Если я понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти.

Быстро пройдя по первому этажу, Николсон поднялся. Холл и гостиные напоминали английский клуб: панели красного дерева, медные приспособления у баров и дорогой антиквариат. Помещение походило на клуб, вступить в который его отец даже не мечтал: английская классовая система не допускала ничего подобного. Николсон родился в рабочей семье в Брайтоне, но давно оставил все это в прошлом. Здесь он был королем. Или по крайней мере наследным принцем.

Он поднялся на второй этаж по главной лестнице, где уже одетые девушки ждали первых гостей, «ранних пташек».

Необычайно красивые девушки, элегантные и сексуальные, сидели на низких диванах и болтали в мезонине, где были разбросаны по полу удобные подушки и висели мягкие драпировки. Их задергивали или раздвигали, в зависимости от того, нуждались ли в уединении участники вечеринки.

— Добрый вечер, дамы! — Николсон окинул всех опытным взглядом. — Да-да, очень мило. Вы все великолепны. Идеальны! Каждая из вас, во всех отношениях.

— Спасибо, Тони, — сказала одна из них несколько громче, чем другие. Конечно, это была Кэтрин. Ее серо-голубые глаза останавливались на его нордических чертах дольше, чем глаза других девушек. Он понимал, что она с удовольствием закрутила бы роман с боссом, причем ради совершенно неправильной цели: например, заменить ему жену.

Николсон наклонился, прошептал ей что-то на ухо и потрогал пальцем край ее кружевного мини.

— Думаю, нужно другое платье, Кэт. Мы же не допустим, чтобы шлюхи здесь выглядели как шлюхи?

Тони наблюдал, как красотка удерживала на лице сияющую улыбку — будто он сказал что-то приятное и милое. Потом молча встала и вышла.

— Мне нужно в комнату для девочек, — пояснила Кэтрин.

Удовлетворившись тем, что все в полном порядке, Николсон поднялся в свой запертый офис на третьем этаже. Только сюда не допускались ни гости, ни обслуживающий персонал.

Войдя в офис, он наполнил бокал «Болланже» (семьсот долларов за бутылку), подарок самому себе из запасов клиента, и сел. День выдался суматошным, теперь он мог передохнуть. Ну, не совсем передохнуть, но по крайней мере выпить «Болланже». На столе перед Тони стояли два больших плоских монитора. Он включил систему и напечатал длинный код. На экране одного из мониторов появилось множество крошечных изображений, похожих на домино.

На первый взгляд это напоминало миниатюрные снимки различных частей дома — фойе, мезонина, гостевых номеров, массажных комнат, темницы, проекционного зала. Всего тридцать шесть картинок.

Николсон посмотрел на разгневанную Кэтрин в раздевалке. Она сидела в одних трусиках, пытаясь подправить перед зеркалом растекшийся макияж. Грудь ее ходила ходуном. Да, Кэтрин красива, но все равно ошибочный выбор — слишком амбициозная и хитрая, но не она сейчас занимала его мысли.

Он щелкнул мышью по картинке с подъездной дорожкой перед домом и провел ее так, что она открылась во весь экран на втором мониторе. Внизу экрана счетчик начал отсчитывать время.

Николсон щелкнул еще раз по красной треугольной кнопке с надписью «запись».

Подъезжали первые машины. Вечеринка скоро начнется.

— Пусть начнется трах — как мозгов, так и других мест. Чего только не пожелают их маленькие вставшие члены!

Оглавление