Глава 4. Запуск двигателей.

       Выйдя из столовой, Владимир, довольно в возбужденном собственном состоянии устремился прямиком к каюте самого сатанского консула, очевидно подгоняемый внезапно возникшим в голове предположением относительно случившегося поворота событий. Ему явственно казалось, что во всех происходящих изменениях виноваты именно эти безобразно-страшные сатаны, в течение нескольких столетий наводившие ужас на все мирное население планеты Земля. Владимир, мягко сказать, недолюбливал оных созданий, предвидя от них что-то совершенно недоброе, уже сейчас непосредственно связанное именно с данным происшествием. Хотя кто мог с этим чувством подлинно спорить, ведь официально из всех представителей людской расы такими новыми знакомыми мало кто восхищался в действительности, вспоминая недавние незапамятные времена. Однако, разумеется, имелись и истинные поклонники этих страшных существ, ценящих их вовсе не за приятный внешний вид или крайне негативную сущность, как могло показаться со стороны, а за довольно отличный от людского сообщества образ жизни, влиятельную значимость среди жителей и несколько чрезвычайно дерзновенное поведение. Сатанов боялись, в то же время поклоняясь им, словно божествам, возникшим здесь из ниоткуда, явно претендующим на подобного рода высокое звание, на самом деле в реалии полностью не обладающими теми положенными знаниями сей сверхъестественной области, проявления которой так неоспоримо были представлены древнему невежественному человечеству воочию.

       С тех пор, как правительству Солнечной системы удалось все-таки заключить дружественный союз с данным видом существ, людям запрещалось в какой-либо форме высказывать свои негативные эмоции в их сторону, что приравнивалось к расовой дискриминации и соответственно очень строго наказывалось. Однако к чему вспоминать прежние моменты бытия, ведь теперь уже прошло без малого сто лет с последнего, крайне пугающего их появления на матушке-Земле. Правда в те времена с неразумным населением планеты они вытворяли все, что им действительно заблагорассудится. Увозили в рабство, подвергая там всевозможным неведомым экспериментам, охотились, выслеживали, однако же, не истребили полностью, уж и на том спасибо. Наверное, цивилизация Сатан просто, по каким-то непонятным для себя причинам упустила тот истинно подходящий момент колонизации, когда люди еще верили в свои чудесные сказки. По крайней мере, поработители, некоторые другие народы, даже иногда в какой-то мере себе подобных не жалели нисколько, абсолютно не церемонясь с ними, полностью подчиняя оные встреченные образования своей несказанно железной воле или уничтожали совсем и навсегда на веки вечные, явно наслаждаясь данным увлекательным процессом в силу чистого профессионального интереса. Каким уж чудом человечеству удалось избежать подобной участи, явно остается загадкой. Наверняка на это повлиял мощный техногенный скачок, произведенный далеко в двадцатом веке, выведший людей на существенно новый уровень развития, нежели прежде. Больше возможностей было отстоять свое исключительное право на существование. Выживает лишь тот, кто может реально противостоять вторжению, как в физическом, так и в духовном смысле сказанного.

       А напугали они нас сильно. Попытка прямого вмешательства произошла в середине двадцать первого века, когда армады инопланетных кораблей снизошли на Землю, заставив все население планеты сплотиться воедино, позабыть на некоторое время прежние распри и дать отпор незваному гостю. Благо на то имелись достаточно мощные средства обороны, оставшиеся еще со времен гонки вооружений, происходившей между народами, принесшие, наконец, некоторые и положительные результаты. Данное противодействие поставило захватчиков в абсолютно безвыходную ситуацию, вынудив отступить обратно на исходные позиции несолоно хлебавши. Оставленных трофеев хватило для того, чтобы начать очередной прорыв истории человечества в сфере технологий космоплавания, более действенного оружия, да и всего духовного отношения к тому, что представляет собой отдельный земной индивидуум вообще, каким на самом деле уязвимым он является в действительности, как совершенно не приспособлен к жестокому миру Вселенной.

       В то время на планете не имелось даже элементарных средств защиты от астероидов, не говоря уже о целой орбитальной системе по распознаванию вторжения инопланетного разума. Хорошо, что человечество быстро осознало действительную реальную угрозу своему существованию, как некую опасность, исходящую извне, и в сравнительно короткий срок смогло все-таки мобилизовать нужные ресурсы, аккумулировать необходимый запас знаний, а также, что поистине немаловажно, непосредственно договориться уже между собой, пока противник собирался с силами, неторопливо начиная повторное полномасштабное вторжение. На сей раз человечество оказалось во всеоружии и буквально отстреливало вторгающиеся корабли прямо на орбите, так или иначе не давая им садиться непосредственно на планету. Спустя время, люди стали решительно побеждать агрессора, и бои велись уже возле точки вылета из гиперпространства, недалеко от Сатурна, хотя такое оптимистичное рассмотрение тех давних действий оказалось слишком сильно преувеличенным. Если бы тогда эти существа взялись за дело нормальным образом, то от людей, без всякого сомнения, мокрого места бы не осталось. Здесь сказалась постоянная межвидовая вражда многочисленных сатанских кланов, да и их жизненные принципы также сыграли немаловажную роль. Не очень-то они торопились на выручку друг другу. Да и, честно сказать, им самим было далеко наплевать, будет ли захвачена очередная цивилизация или нет. Скорее всего, это выглядело определенно, неким очередным рядовым развлечением или состязанием на некую выносливость между различными правящими группами. И они естественно не особо старались. Одной больше, одной меньше, какая разница.

       С такими противоречивыми мыслями Владимир направлялся к каюте консула, чтобы, вопреки всему, сохранить жизнь того в целости и сохранности, воистину спасти от неминуемого распада на атомы в процессе вхождения корабля в гиперпространство.

       «Да и зачем мне только стоит заботиться об этом, столь неприятном индивидууме, после того, какие бедствия они нам доставляли? — размышлял он по дороге, хотя врожденное чувство долга, да и предписания командования понуждали его, тем не менее, двигаться вперед. — Определенно точно, здесь сатаны виноваты, что человечеству предстоит испытать подобные моменты завершения своего существования. Всеми силами они только этого и добивались, чтобы истребить род человеческий».

       Капитан дошел до каюты консула и, чуточку посомневавшись, постучал в двери. К удивлению довольно скоро, через несколько секунд она открылись, и на пороге показался временный ее владелец, уже одетый, как положено в свою национальную одежду дипломата из темной лакированной кожи, украшенной поверх металлическими шипами, разного вида заклепками и всевозможными увесистыми цепочками.

       — Я ждал тебя, и ты появился как раз вовремя, — сказал он вполне необходимым для такого случая, понятным человеческим голосом с необычайным сатанским акцентом, характерным только для его ужасного племени, рычащим и щелкающим, раздавшимся гулким и дублирующим образом так, словно его слова доносились из самих глубин ада. — Нужно как можно скорее перемещаться? Ты пришел известить меня о таком факте?

       — Да, конечно. Минут через тридцать необходимо быть в медицинском отсеке, если не желаете, конечно, на кусочки разлететься, — проговорил Владимир, стараясь по возможности держаться как можно более раскованным, меньше смотреть в его сторону, всем своим существом в глубине души в какой-то мере даже страшась данного неповторимого обличия. — Будем производить прыжок к Солнцу. Для безопасности необходимо погрузиться в анабиоз. Вы отлично знаете все тонкости такой всеобъемлющей процедуры.

       Действительно, этот представитель упомянутых звероподобных выглядел даже по их стандартным меркам не слишком привлекательным. Ростом и комплекцией он казался таким же, как и Владимир, ни больше ни меньше, хотя для истинных повелителей небес данная внешность смотрелась несколько удручающей. Данный факт представлялся скорее исключением из правил, чем самим правилом. Ведь все сатаны как минимум были в полтора раза выше самого высокого человеческого индивидуума, не говоря уже о состоянии мышц, костей, волос и тому подобных отличительных признаках, которые превосходили подобные людские показатели во многом еще более заявленного.

       Консул же в действительности по сравнению со своими собратьями считался мелким карликом, не поддающимся значительному описанию, однако все настоящие характерные черты, в полной мере тут прорисовывались, даже и у такого неблаговидного посланника оных существ. Вытянутые пальцы рук его покрывались темным мехом в завершение заканчивающихся острыми когтями, высовывавшимися наружу из рукавов частично надорванной специально для такого случая курточки. На ногах, прикрытых, сходными ей кожаными штанами, совершенно не имелось никакой обуви, возможно именно потому, что те к совершенному удивлению заканчивались небольшими натуральными отростками, напоминающие копыта какого-нибудь земного животного. Длинный волосатый хвост, словно лиана тропического растения, то и дело подергивался из стороны в сторону, ударяя заостренным кончиком в какую-либо встречающуюся перегородку помещения. Лицевая часть мохнатой головы, или попросту говоря, морда, иначе ее назвать было сложно, оказалась довольно уродливой на внешний вид, с проступающей местами на ее коричневой оболочке кожи темной густой шерстью, украшенной ко всему прочему еще и большими складчатыми ноздрями, а также бесформенными выростами ушей, обезображивающими облик еще больше прежнего, хотя и выглядевшими на первый взгляд довольно смешными. Большие немигающие глаза с вытянутыми по всей их длине лучиками зрачков даже в дневное время светились неким ярко-желтым светом, абсолютно не выражая никаких эмоций относительно каких-либо свершившихся обстоятельств дел. По их состоянию, в отличие от людских органов зрения совершенно невозможно было определить, какие мысли именно в данный момент посещают конкретного субъекта. Творение увенчивалась сверху двумя небольшими выростами, несколько своим видом напоминающие сточенные рога, по всей вероятности, предназначавшиеся для чего-то особо важного. К такому внешнему обличью необходимо было еще привыкнуть, чтобы впоследствии уже воспринимать его вполне как должное и само самою разумеющееся создание.

       Консул оскалился мелкими, выстроенными в два ряда зубами своей вытянутой животной пасти, тем самым верно показывая, свою возможную озабоченность происходящим. Изо рта клубами вывалился белый пар, который затем постепенно поднялся кверху, чтобы там уже окончательно раствориться в окружающем воздухе.

       — Вам удалось проделать необходимые расчеты? Доверять можно вашим специалистам? — прохрипел он. — Я вчера уже говорил насчет некоторых особенностей прыжка через звезду.

       — Все сделано как нельзя лучше. Закончили приготовления очень быстро, как только смогли. Ведь действовать нужно незамедлительно. Это ведь Вы понимаете? — сказал в ответ Владимир, чисто автоматически отступая от консула немного в сторону.

       — Хорошо. Сейчас я соберусь. Буду в отсеке в положенное время, можете не сомневаться, — он быстро зашел обратно в кубрик, скрываясь за входной дверью, которая закрылась прямо перед носом Владимира, оставляя того только недоумевающее смотреть на образовавшуюся пустую стену.

       Капитану корабля, никогда ранее не приходившемуся иметь дело с такими существами, да еще так близко напрямую с ними общаться, все это казалось абсолютно в диковинку. Тут он старался при разговорах придерживаться необходимых предписаний, но явно никак не мог привыкнуть к довольно резкому выражению сатанами своих эмоций. Наверняка и другой стороне давались насчет этого какие-либо подобные указания, сходные тому, чтобы, к примеру, вести себя намного мягче и сдержаннее в присутствии людей, однако на деле такое удавалось далеко не всем. Вспомнить, хотя бы случай на их родной планете, когда сам член приветствующей делегации так щелкнул хвостом, что стоявший рядом деревянный стол, изготовленный как раз по случаю приезда непосредственно для землян, разлетелся от создаваемой волны буквально в щепки, превращаясь непосредственно на месте в груду обломков со всеми, кстати сказать, располагавшимися на нем угощениями.

       Не став более делать заведомо безуспешных попыток общения и развернувшись на все сто восемьдесят градусов, Владимир направился прямиком на командный мостик, чтобы прямо оттуда запустить должную и крайне желанную программу перехода. Вставив карту памяти в нужное устройство чтения и скопировав содержимое для надежности на жесткий диск, он, тяжело вздохнув, словно предчувствуя неладное, отыскал необходимый файл запуска и кликнул по нему двойным щелчком мыши. На экране вспыхнуло знакомое сообщение, уведомляя, что требуемый процесс успешно запущен и незамедлительно будет продолжен по истечении отведенного времени. Начался тридцатиминутный обратный отсчет с всеобщим громким оповещением корабля в потребности членов экипажа занять соответствующие спасительные камеры. Капитан еще раз визуально перепроверил все системы транспорта на наличие сбоев и неисправностей, чтобы в случае выявления оных немедленно прекратить данный процесс телепортации и не подвергаться так неосмотрительно неоправданному риску. Только уже после этого он поспешил выполнить указанную выше рекомендацию.

       Когда Владимир вошел в медицинский отсек, то его сослуживцы как будто только и ждали непосредственно одного его появления здесь, чтобы забраться быстрее в свои автономные анабиотические покои, отключиться от данного существующего мира, забыться сном, а проснувшись оказаться уже где-то совсем далеко от этого нынешнего, определенно опасного места, в знакомом элитном обществе, полным должного комфорта, уюта и таких необходимых им возможностей.

       — Занимай свое место, Володя. Для тебя все уже сделано, как нужно, — сказала Ольга, открывая знакомые двери прозрачной капсулы. — Мы тоже времени зря не теряли. Подготовились, пока ты делами занимался.

       — Вижу, что все в клетках сидите, как кролики подопытные, будто ожидаете каких-либо новых ощущений от такого незабываемого процесса, — пошутил тот, осматривая собравшихся членов команды сквозь стеклянные герметичные стены.

       Надежда даже махнула ему рукой и что-то крикнула, будто приглашая скорее присоединяться к общей массе, но голоса ее, однако не было слышно. Капитан же остановил свой взгляд на сатанском индивидууме, который неподвижно стоял в отсеке, подобно восковой статуе, прикрыв немигающие глаза полупрозрачным веком для приличия, но затянув его только наполовину. Он терпеливо дожидался своего подсоединения, и казалось, уже давно впал в какое-то подобие транса или медитации, самостоятельно отключив все свои жизненные силы, способности что-либо мыслить и чувствовать.

       Владимир неторопливо подошел к капсуле и шагнул в нее, на всякий случай мысленно попрощавшись со знакомыми и друзьями, ведь никогда не угадаешь в действительности, когда и где придется просыпаться в очередной раз. Ему представилось, как он, после задания определенно точно отправится на отдых, куда-нибудь в кедровые леса Восточной Сибири, где будет просто отрешенно сидеть возле небольшого деревянного домика из толстых сосновых бревен, с огромным костерком напротив, искрящегося и поднимающегося красно-алыми языками вверх, простираясь так многочисленными руками к небу, словно прося милости у всевышнего, ни о чем не беспокоясь, не задумываясь, легко наслаждаясь жизнью, такой, какая она есть на самом деле. Чтобы не было рядом той всепоглощающей суеты машин, людей, так надоевших ему последнее время, то и дело мелькающих возле, будто это какой-то рой назойливых насекомых. Хотя такой нетронутый уголок природы на Земле будет отыскать довольно сложно — все вокруг превращено в огромный мегаполис со своими законами и правилами, опознавательными сканирующими устройствами таким образом, что без них шагу ступить невозможно. Разве что остались еще некоторые чудом сохранившиеся, редчайшие заповедники, как бы они не назывались на самом деле, в которые он уж найдет способ как пробраться. Все-таки он является гражданином с привилегиями и уж свой отпуск может провести исключительно там, где ему поистине заблагорассудится, имеет работу далеко не простую, состоит на государственной службе со всеми вытекающими отсюда последствиями.

       Обычные же работники именовались не менее значимым статусом свободных граждан, несколько стоящих ниже привилегированных, но зато уже гораздо более значимых перед обычными жителями планеты, заполнивших абсолютно всю поверхность так, что яблоку негде было упасть. Занимались простые обитатели абсолютно не бог весть чем. Создавали различные непонятные клубы по интересам, участвовали во всевозможных шоу и развлечениях, женились, разводились, воспитывали детей, по-своему наслаждались литературой, музыкой, кинематографией, занимались творчеством, в общем, всеми теми отстраненными делами, не требующих каких-либо определенных знаний и навыков, необходимых для серьезной работы.

       Если говорить по существу, то серьезных мест для проявления своих талантов на пользу общества для обыкновенных людей существовало очень мало, если не сказать больше — их вовсе не было. Все мало-мальски значимые должности естественно уже оказывались занятыми представителями различных правящих семей, чтобы в полной мере обладать необходимой информацией и держать свершающиеся процессы под неустанным контролем. Эта верхушка по праву именовалась громким словом «избранные», хотя для чего они выбирались и кем действительно, так сказать, были отобраны из общего числа граждан, оставалось загадкой. Никто конечно и понятия не имел о таком незаурядном процессе.

       Все перечисленные личности естественно закреплялись в общих сетях безопасности, совершенно точно опознавались системами слежения, вплоть до места нахождения каждого отдельного человека в определенный момент времени, выявления его имени, статуса. Становилось просто невозможно оставаться незамеченным на планете Земля, чтобы совершать какие-то ни было действия несанкционированные Системой. Соответственно утрачивался и смысл в каких бы то ни было средствах расчетов между людьми и всей сложной системы денежного обращения, когда можно было получить любой товар или услугу абсолютно просто так, не прилагая для этого особых стараний и сил, лишь только посетив для необходимой процедуры соответствующий магазин или салон.

       Нужно сказать еще о некоторой категории субъектов, не принадлежащих ни к одной из вышеупомянутых групп, так называемых биологических организованных граждан, создаваемых самой Системой для различных организационных мероприятий и служащих некими вспомогательными модулями для поддержания всей ее целостности и функционирования. Каждый раз, через установленные промежутки времени им загружалась определенного вида программа необходимых знаний, для каждого экземпляра в отдельности, побуждающая совершать те или иные действия. Все они выглядели обычными членами общества и люди научились к ним приспосабливаться, как-то особо не замечать без необходимости, будто это — само собой разумеющееся явление и так было абсолютно всегда.

       Владимир вспомнил, как он еще ребенком отбирался именно для поступления в военную школу в целях дальнейшего роста и развития всех его многочисленных способностей, хотя тут конечно не обошлось без значимого влияния высокопоставленного дядюшки, являющимся на тот момент неким орденоносным генералом космических войск.

       «Зачем ходить вокруг да около без дела, просто так есть свой хлеб, будто ты какая-то скотина безвольная, — говаривал в тот момент его предок. — Нужно ли уподобляться общей туповатой массе местных жителей. Лучше ведь приносить хоть какую-нибудь пользу обществу и тогда весь мир будет лежать у твоих ног, откроются новые горизонты возможностей и знаний, без которых ничего в мире не стоит на месте».

       Он естественно оказался прав, хотя конечно без непосредственного участия генерала трудно было ему сейчас представить такое будущее. Владимир просто-напросто не предполагал бы существование какой-то другой отличной жизни, совершенно иного образа и уклада, необозримо охватывающей и раскрывающейся во всей полноте бездонных глубин различных сфер деятельности и совершенно точно не стал бы тем, кем на данный момент являлся.

       * * *

       Сознание уплывало куда-то вдаль. Белый туман окутывал со всех сторон его бренную сущность, словно неосязаемое пуховое одеяло каждым своим кусочком дарило ощущение некого несказанного тепла, невообразимого блаженства, проникая сквозь клеточки во все внутренности организма сразу, просачиваясь и наполняя той удивительной отрешенностью, отстраненностью от всей существующей реальности событий, какой будто колдовскими чарами невидимый маг-волшебник наделил окружающую среду вокруг себя. Действие наступало почти мгновенно, останавливая нужные процессы, чтобы останься уже в таком состоянии некоторое довольно продолжительное время, кое действительно требовалось для полного завершения всех возможных операций. Они протекали в голове крайне вяло и неторопливо, как могло показаться со стороны — почти целую вечность, осмысливая одно и то же отображение определенных форм создания своих зрительных образов по нескольку раз. Изображение проступало очень медленно, как картинки слайдов при показе какого-нибудь учебного фильма из кинопроектора, благо времени на это имелось более чем предостаточно. Но для непосредственного участника данное представление событий не выглядело каким-то уж слишком замедленным или совсем лишенным смысла, а скорее напротив, казалось более понятным и доступным, словно раскрываясь тем самым каждым своим мгновением прожитой жизни. Наконец воспроизведение сделало акцент на неком непонятном эпизоде, вероятно желая обрисовать тот подробнее, разложить все относящиеся данные по полочкам, дабы дать возможность владельцу оного полностью и с надлежащей точностью усвоить всю полученную информацию целиком.

       Прибыв на планету Сатан, земляне поначалу боялись даже открыть иллюминаторы посадочного модуля, чтобы лишь только чуть-чуть, в один единственный миг осмотреть все представившиеся на обозрение окрестности. Таково было страшное суждение, бродившее среди людей о местных достопримечательностей этого неведомого до сих пор мира огня и крови. Но Юрий Георгиевич попытался их все-таки немного успокоить.

       «Ничего страшного с вами здесь не случиться. Уж поверьте моему истинному чувству самосохранения. Представьте, какого мне будет тут оставаться некоторое довольно продолжительное время. Необходимо только соблюдать определенные правила, и все станет в полном порядке, — скорее больше успокаивая сам себя, проговорил консул, оглашая таким способом членам группы важные наставления. — Итак, во-первых, категорически не нужно как-либо вмешиваться в деятельность данных существ, что бы там в действительности не происходило. Здесь нас ничего не касается, и касаться никаким образом не может, пусть даже и выглядит слишком уж не по-человечески. Во-вторых, держаться перед сатанами следует совершенно непринужденно, ни в коем случае не показывать свой страх или отвращение, вызванное происходящими явлениями. Эти существа очень чувствительны к проявлению любой слабости. И наконец, самое важное — это не смотреть им в глаза, поскольку они сочтут подобное как вызов им самим, или смогут запросто перехватить мысли, чтобы потом впоследствии манипулировать вами, что тоже не считается благом. Правила довольно просты, да и местные жители, если не считать, конечно, управляющих, будут рады в любом случае всем услужить».

       «А нам обязательно вообще выходить из корабля и общаться с такими ужасными созданиями? — спросила, было, Надежда, но тут же осеклась, припоминая, что вообще-то она сама является специалистом именно в этой области знаний, входящих в данную сферу вопросов по установлению необходимых контактов с внеземными формами жизни.

       «Кто ж за вас такое делать будет? — воскликнул Юрий Георгиевич, читая свои мысли вслух, и озабочено качая при этом головой. — Кто сможет донести до человечества все тонкости и особенности сатанской культуры, как не вы? Как же люди в дальнейшем собираются с ними общаться, если не смогут изучить их все элементарные составляющие?»

       «Одно дело дельфины Европы, или какие-нибудь другие обитатели Солнечной системы, а не данное форменное безобразие, — возмущенно отвечала Надежда, также по привычке, как и ранее взмахивая руками. — И вообще, это забота военных, а никак не научных работников. Чтобы сатаны над нами хорошо поиздевались впоследствии. Нет уж спасибо».

       «Все не так ужасно выглядит на самом деле, как вы себе пытаетесь представить. Нужно только иметь некоторую привычку, — попытался воодушевить ее консул. — Выпьешь несколько успокоительных таблеток и вперед».

       «Ну, уж не знаю, как все остальные, но туда я точно не пойду, — решительно высказалась Надежда, изображая полный протест имеющимися у нее в наличии средствами выражения чувств. — Легко Вам говорить. Вас к этому готовили, да и воевали вы с ними довольно долго. Все повадки и обычаи досконально знаете».

       «И ты изучишь, ничего в этом сложного нет. Так только, больше возмущаешься, — сказал консул, только улыбнувшись в ответ».

       Действительно, как и говорил Юрий Георгиевич, выйти из модуля ей все же пришлось, хотя и она отнекивалась от такого контакта всеми силами. Необходимо было хотя бы запротоколировать встречу, чтобы потом, в естественной обстановке, уже подробно обработать полученные знания на самом корабле. Позже Надежда к удивлению экипажа совершенно освоилась на незнакомой местности и, исходя из сложившейся обстановки, старательно пыталась вывести различных окружающих существ на откровенность, по ходу действий собирая и анализируя весь полученный материал. Но все же, для полной безопасности по совету консула земляне старались держаться вместе и не терять друг друга из виду.

       Внезапно данное видение растворилось, развеялось в никуда, словно клубы белого облака, быстро исчезающего с видимого горизонта ощущений, в конечном итоге соединяясь с присутствующей атмосферой реальной действительности, выставляя на обозрение уже былую сущность самого корабля. Показались знакомые прозрачные двери анабиотической кабинки, однако чтобы окончательно придти в себя требовалось еще некоторое время. Мысли крутились в голове все быстрее и быстрее, восстанавливая в потерянном сознании окончательный образ человека со всеми ощущениями окружающего мира, сложившимися привычками, предпочтениями, молекула за молекулой, атом за атомом, заставляя всякую клеточку, каждую часть живого организма должным образом функционировать.

        

Оглавление

Обращение к пользователям